Американский обыватель, представитель столь ценного для власти "глубинного народа", мало отличается от обывателей любой другой страны. Это воинствующий мещанин. Как каждый более-менее обеспеченный мещанин, пока он сыт, он любит поучать.

— Вы бедны потому, что мало работаете. Учитесь работать, как работают американцы, берите с них пример, и ваша страна (Россия, Украина, Перу, Гватемала, Румния etc) станет такой же процветающей. Надо работать, а не завидовать.

Робкие попытки намекнуть на то, что средний китаец или индиец работают гораздо больше американца, а все никак не вырвутся из нищеты, легко отбиваются аргументом:

— Америка — страна свободы и инноваций. Поэтому там, где китаец с индийцем вынуждены заниматься тяжелым физическим трудом, Билл Гейтс, Стив Джобс и Илон Маск открывают новые технологии. Надо много работать, но лучше работать головой. Сколько у вас нобелевских лауреатов? Учитесь у Америки. И перестаньте завидовать.

Когда ты вновь пытаешься возражать, приводишь удручающую статистику по американскому школьному образованию, указываешь на то, что вовсе не американцы составляют большинство победителей международных олимпиад, а у нобелевских американцев все чаще встречаются китайские фамилии, это тоже опровергается мгновенно:

— Америка — открытая страна. Она знает, как делать бизнес. Поэтому даже если наши инновации имеют неамериканское происхождение, это говорит лишь о том, что наши предприниматели — лучшие в мире, а наш инвестиционный климат — самый привлекательный. Поэтому идеи, деньги, да и сам господь бог выбирают Америку. Не надо завидовать.

Таким образом, превосходство Америки и право американского обывателя хорошо жить сводится уже до тезиса: американский бизнес — лучший в мире.

Рассказывать "глубинному народу" о том, что успешность американского бизнеса зиждется на столетиях банального грабежа — использования труда невольников, эмигрантов, вывоза сырья из колоний, захвата земель и выселения туземцев — бессмысленно. Моментально включается алгоритм:

— А ты случайно не комми?

Но ведь американский мещанин не уникален. Он как две капли воды похож на немецкого мещанина (вспомните известный фильм Ромма), российского мещанина, украинского мещанина, китайского мещанина.

До тех пор, пока костлявая рука безработицы не схватит его за обрюзгшую шею, он никогда не признается себе в том, что любой капитал начинается с присвоения, воровства. В страхе перед утратой своего положения мещанин скорее будет готов убить или смириться с необходимостью убийств (в том числе массовых), чем начнет разбираться в обстоятельствах, натравливающих людей друг на друга.

Весь мир капитализма — суть хорошо (до уровня государства) или не очень хорошо (до уровня анархии) организованная преступность. И в этом преступном мире по определению не бывает праведников.

Добродетельный американский (а впрочем, только ли американский?) айтишник, обслуживающий гигантскую корпорацию, косвенно соучаствует в грабеже, поскольку корпорация грабит. Художник, продающий свои полотна на Рублевке, не "занимается творчеством", а занимается распределением награбленного, поскольку его покупатели... грабят. Журналист государственного или частного телеканала не "выполняет свою работу", а соучаствует в грабеже, поскольку буржуазное государство — есть инструмент грабежа в руках класса капиталистов. Священник,...

Впрочем, довольно.

И дело не в том, что айтишник, художник, рабочий или капиталист — кровожадные сволочи. Дело в том, что по такому рецепту варится суп, в котором все мы плаваем.

И вполне логичным образом главным врагом выходящего из себя обывателя становится тот, кто начинает понемногу раскачивать кастрюлю, ставит рецепт под сомнение.

Ведь это "комми" лишают мир равновесия?