Эту выматывающую неделю приятно завершил «Сад знает меня наизусть» Арины Шабановой.
Галерея Sample в 3L показала новую серию своего автора, созданную в Открытых студиях Винзавода под присмотром Полины Могилиной. Холсты из инсталляции выпускной выставки перекочевали на стены, Арина дополнила их графикой, небольшими квадратными холстами и работами в новом для себя формате 100×300. Новый не только размер, но и оптика художницы: от милых фигуративных работ остались фрагменты на размытом акриловом фоне и это классная трансформация визуала.
Радуюсь за Арину, потому что помимо новой оптики на свой авторский стиль это ещё и серьёзная заявка на коммерческий успех, при этом не заезженный, а какой-то свежий. Стоимость начинается от 55 000 ₽ и доходит до 550 000 ₽, две работы ушли в первый час открытия, остальных, я уверен, ждёт та же судьба.
🌸 16 июня — 29 августа 2026
📍 Галерея 3L, ул. Льва Толстого, 23, к1
Галерея Sample в 3L показала новую серию своего автора, созданную в Открытых студиях Винзавода под присмотром Полины Могилиной. Холсты из инсталляции выпускной выставки перекочевали на стены, Арина дополнила их графикой, небольшими квадратными холстами и работами в новом для себя формате 100×300. Новый не только размер, но и оптика художницы: от милых фигуративных работ остались фрагменты на размытом акриловом фоне и это классная трансформация визуала.
Радуюсь за Арину, потому что помимо новой оптики на свой авторский стиль это ещё и серьёзная заявка на коммерческий успех, при этом не заезженный, а какой-то свежий. Стоимость начинается от 55 000 ₽ и доходит до 550 000 ₽, две работы ушли в первый час открытия, остальных, я уверен, ждёт та же судьба.
🌸 16 июня — 29 августа 2026
📍 Галерея 3L, ул. Льва Толстого, 23, к1
❤12🦄1
Forwarded from Безфильтров
Скончался Дэвид Хокни. Великий 💔
«Самому дорогому художнику современности» было 88 лет. Смерть подтвердил официальный представитель
«Самому дорогому художнику современности» было 88 лет. Смерть подтвердил официальный представитель
💔13❤2
Уличное искусство и его маркетинговый потенциал
Сегодняшний субботний лонг-рид посвящу теме стрит-арта и его маркетингового потенциала. Такого разбора я на просторах интернета не встречал, а он полезен любому автору, который думает о том, как дифференцировать доход, повысить узнаваемость и начать работать с брендами.
У стрит-арта есть несколько ключевых особенностей, которые делают его привлекательным для брендов и одновременно помогают безошибочно считывать практику того или иного автора. Они заложены в философию направления, которое сформировалось в 80-х в Нью-Йорке и молниеносно — молниеносно в век без тик-тока это 5–10 лет — распространилось по всему миру. Авторы «раскрашивали» город, оставляя сигналы для других участников субкультуры на домах и движущихся объектах вроде вагонов метро и автобусов, чтобы как можно больше людей видели их тег. Практика нелегальная, поэтому работать приходилось быстро.
Художники уличной волны, нередко без специального образования, сегодня стали равноправными участниками арт-рынка. Ниже факторы, которые им в этом поспособствовали.
1. Скорость работы
Уличные авторы вырабатывают удивительную скорость создания работ из-за постоянной угрозы ареста. Раньше это скорее обесценивало работу для коллекционеров, но сегодня всё происходит быстро: бренд пришёл с предложением, дедлайн завтра, кафе открывается через неделю, нужно расписать стену. Уличные художники на этот запрос готовы как никто другой.
2. Самоучки, виртуозно владеющие своим материалом
Многие авторы уличной волны начинают в юном возрасте — баллончик берут в руки лет в 14 — и это, в отличие от классического художественного образования, позволяет им самостоятельно изобретать техники и подходы. В ход идёт всё, что можно найти в свободном доступе: кепы, огнетушители, всё, чтобы воплотить идею. Категории «невозможно» не существует. Работу на высоте 10 метров за 15 минут, забраться на крышу и теггнуть — это вопрос навыка. Пока станковые художники говорят «я не могу», уличные молниеносно придумывают энергоэффективное решение.
3. Освоить любой масштаб
Когда я работал PR-директором в «Стрит-арт хранении», мой начальник Михаил Астахов всегда говорил, что каждый художник должен попробовать сделать уличную работу — чтобы осознать, что значит работать с масштабом и своими возможностями. Уличные авторы начинают с небольших тегов, потом переходят к масштабным муралам, которые могут достигать 10 и больше этажей. Вы видели работы Димы Аске на Ленинградском вокзале или в Третьяковской галерее — такой размер под силу уличным авторам благодаря всему набору навыков выше.
4. Узнаваемый стиль
Любой бренд узнаётся по фирменному стилю, и уличные авторы работают по этому же принципу. Суть не в том, чтобы создавать абсолютно новый визуал и переизобретать себя каждый раз — этим грешат станковые художники — а в том, чтобы буквально «забрендировать» собой как можно больше площадей. Так работают модные дома и любые компании. Поэтому к уличным художникам приходят за коллаборациями: это продукт, где бренд хочет, чтобы автор узнавался моментально, без пресс-релиза.
5. Дифференциация деятельности
Стрит-арт долгое время не был коммерчески успешен в классическом смысле, поэтому коммерческие работы были для уличных авторов буквально хлебом — и эти механики параллельно работали на их бренд. Покрас Лампас — пример того, как это работает: муралы, коллабы, иллюстрации, мерч, постеры стали и прибыльным бизнесом, и инструментом продвижения одновременно.
Сегодняшний субботний лонг-рид посвящу теме стрит-арта и его маркетингового потенциала. Такого разбора я на просторах интернета не встречал, а он полезен любому автору, который думает о том, как дифференцировать доход, повысить узнаваемость и начать работать с брендами.
У стрит-арта есть несколько ключевых особенностей, которые делают его привлекательным для брендов и одновременно помогают безошибочно считывать практику того или иного автора. Они заложены в философию направления, которое сформировалось в 80-х в Нью-Йорке и молниеносно — молниеносно в век без тик-тока это 5–10 лет — распространилось по всему миру. Авторы «раскрашивали» город, оставляя сигналы для других участников субкультуры на домах и движущихся объектах вроде вагонов метро и автобусов, чтобы как можно больше людей видели их тег. Практика нелегальная, поэтому работать приходилось быстро.
Художники уличной волны, нередко без специального образования, сегодня стали равноправными участниками арт-рынка. Ниже факторы, которые им в этом поспособствовали.
1. Скорость работы
Уличные авторы вырабатывают удивительную скорость создания работ из-за постоянной угрозы ареста. Раньше это скорее обесценивало работу для коллекционеров, но сегодня всё происходит быстро: бренд пришёл с предложением, дедлайн завтра, кафе открывается через неделю, нужно расписать стену. Уличные художники на этот запрос готовы как никто другой.
2. Самоучки, виртуозно владеющие своим материалом
Многие авторы уличной волны начинают в юном возрасте — баллончик берут в руки лет в 14 — и это, в отличие от классического художественного образования, позволяет им самостоятельно изобретать техники и подходы. В ход идёт всё, что можно найти в свободном доступе: кепы, огнетушители, всё, чтобы воплотить идею. Категории «невозможно» не существует. Работу на высоте 10 метров за 15 минут, забраться на крышу и теггнуть — это вопрос навыка. Пока станковые художники говорят «я не могу», уличные молниеносно придумывают энергоэффективное решение.
3. Освоить любой масштаб
Когда я работал PR-директором в «Стрит-арт хранении», мой начальник Михаил Астахов всегда говорил, что каждый художник должен попробовать сделать уличную работу — чтобы осознать, что значит работать с масштабом и своими возможностями. Уличные авторы начинают с небольших тегов, потом переходят к масштабным муралам, которые могут достигать 10 и больше этажей. Вы видели работы Димы Аске на Ленинградском вокзале или в Третьяковской галерее — такой размер под силу уличным авторам благодаря всему набору навыков выше.
4. Узнаваемый стиль
Любой бренд узнаётся по фирменному стилю, и уличные авторы работают по этому же принципу. Суть не в том, чтобы создавать абсолютно новый визуал и переизобретать себя каждый раз — этим грешат станковые художники — а в том, чтобы буквально «забрендировать» собой как можно больше площадей. Так работают модные дома и любые компании. Поэтому к уличным художникам приходят за коллаборациями: это продукт, где бренд хочет, чтобы автор узнавался моментально, без пресс-релиза.
5. Дифференциация деятельности
Стрит-арт долгое время не был коммерчески успешен в классическом смысле, поэтому коммерческие работы были для уличных авторов буквально хлебом — и эти механики параллельно работали на их бренд. Покрас Лампас — пример того, как это работает: муралы, коллабы, иллюстрации, мерч, постеры стали и прибыльным бизнесом, и инструментом продвижения одновременно.
❤13👏4🔥2🍓1
Уличное искусство и его маркетинговый потенциал (Часть 2)
Что это значит для станковых художников?
Станковые художники, которые хотят коммерчески выжить, должны сделать несколько вещей. Первое — перестать думать про каждую работу как про уникальный объект, который нельзя повторять. Ваш стиль должен быть узнаваем настолько, чтобы человек видел вашу подпись в работе до того, как прочитает её. Второе — научиться работать быстро (или хотя бы быстрее) и в разных форматах: стена, холст, объект, мерч, всё это должно быть в одной стилистике, а не как отдельные эксперименты. Третье — найдите способы рассказывать о своей практике и распространять её везде, где только можно. Уличные авторы это делают через стены, вы можете через канал, выставки, коллабы, постеры, что угодно. Чем больше вас видят, тем больше возможностей появляется.
Нетленка от Максима Има // В предыдущем посте фото уличного искусства из личного архива — пишите в комментах кого узнали
Что это значит для станковых художников?
Станковые художники, которые хотят коммерчески выжить, должны сделать несколько вещей. Первое — перестать думать про каждую работу как про уникальный объект, который нельзя повторять. Ваш стиль должен быть узнаваем настолько, чтобы человек видел вашу подпись в работе до того, как прочитает её. Второе — научиться работать быстро (или хотя бы быстрее) и в разных форматах: стена, холст, объект, мерч, всё это должно быть в одной стилистике, а не как отдельные эксперименты. Третье — найдите способы рассказывать о своей практике и распространять её везде, где только можно. Уличные авторы это делают через стены, вы можете через канал, выставки, коллабы, постеры, что угодно. Чем больше вас видят, тем больше возможностей появляется.
Нетленка от Максима Има // В предыдущем посте фото уличного искусства из личного архива — пишите в комментах кого узнали
❤10💯5🔥4
С перерывами посмотрел трёхсерийный фильм про эпопею Дмитрия Рыболовьева и Ива Бувье.
Эта история про столкновение менталитетов и классов — миллиардер плакал на судебном процессе по Sotheby's и говорил, что доверял Иву, как родному. Что для русского это дружба, для европейца чисто деловые отношения. И собственно винить Ива Бувье за то, что он играл по правилам, которые существуют уже много веков, глупо и смешно — называется эта деятельность ростовщичество.
Когда ты на блошином рынке покупаешь, скажем, комод XIX века, ты же не кричишь, что тебя обманули. И не стоит никогда показывать, насколько этот комод тебе нужен. И ещё одно правило любой сделки — не светить деньгами и богатством, так можно скинуть с финальной суммы.
По итогу Дмитрий вообще сделал то, чего нельзя делать в приличном европейском обществе — вынес ссору из избы и разгласил условия сделок. По итогу обесценив работы, в которые сам вложил деньги, как в акции, и некоторые из них продал сильно дешевле.
То, что сделал для господина Рыболовьева арт-дилер Бувье — предоставил доступ к мировым шедеврам — стоит не только денег, но и репутационного капитала. Например, чтобы купить для него Ротко, Бувье потратил несколько лет и 2,5 миллиона евро на вина династии французских виноделов Moueix, которые этим Ротко владели. Всё потому что Дмитрий сказал «я хочу эту работу». Бувье купил работу за 80 млн, хотел продать за 140 млн, а сегодня её оценивают в 300.
Да, Бувье, как и любой дилер, грешен лишь в том, что накрутил цену на желанные объекты, но собрал одну из сильнейших коллекций, которая росла бы в цене. А Рыболовьев как медведь, влез в чужой улей — помимо того, что испортил репутацию себе и Иву, еще и устроил «Монакогейт» и был объявлен персоной нон-грата. Все потому что «не смог стерпеть обиды». Ей-богу, как человек, сколотивший своё состояние в 90-х, может быть таким доверчивым и ранимым? Облапошили русского, как лоха, а он сам рад был и в ладоши хлопал и ни разу не проверил своего арт-дилера, несмотря на серию красных флагов. Теперь, уверен, не один высокопоставленный европеец не приблизится к нему даже ради денег, а об искусстве Дмитрий может вообще забыть. Погоди он молча 10 лет, продал бы и озолотился — на перепродаже «Спасителя мира» он заработал $272,5 млн, купив за $127,5 млн и продав за $400 млн (450,3 млн $ — цена молотка).
В конце Бувье признается, что если бы он мог что-то изменить, он бы не связался с клиентом из Восточной Европы, и тут он абсолютно прав — замарался он знатно.
Это удивительная черта русского новориша — добиваться справедливости любой ценой, даже ценой своей репутации и репутации других. Но арт-рынок — это не место для справедливости. Это игра по правилам, которые Рыболовьев так и не понял. Искусство — то же самое «купи-продай», только с ценником повыше и написанным на салфетке под столом.
Эта история про столкновение менталитетов и классов — миллиардер плакал на судебном процессе по Sotheby's и говорил, что доверял Иву, как родному. Что для русского это дружба, для европейца чисто деловые отношения. И собственно винить Ива Бувье за то, что он играл по правилам, которые существуют уже много веков, глупо и смешно — называется эта деятельность ростовщичество.
Когда ты на блошином рынке покупаешь, скажем, комод XIX века, ты же не кричишь, что тебя обманули. И не стоит никогда показывать, насколько этот комод тебе нужен. И ещё одно правило любой сделки — не светить деньгами и богатством, так можно скинуть с финальной суммы.
По итогу Дмитрий вообще сделал то, чего нельзя делать в приличном европейском обществе — вынес ссору из избы и разгласил условия сделок. По итогу обесценив работы, в которые сам вложил деньги, как в акции, и некоторые из них продал сильно дешевле.
То, что сделал для господина Рыболовьева арт-дилер Бувье — предоставил доступ к мировым шедеврам — стоит не только денег, но и репутационного капитала. Например, чтобы купить для него Ротко, Бувье потратил несколько лет и 2,5 миллиона евро на вина династии французских виноделов Moueix, которые этим Ротко владели. Всё потому что Дмитрий сказал «я хочу эту работу». Бувье купил работу за 80 млн, хотел продать за 140 млн, а сегодня её оценивают в 300.
Да, Бувье, как и любой дилер, грешен лишь в том, что накрутил цену на желанные объекты, но собрал одну из сильнейших коллекций, которая росла бы в цене. А Рыболовьев как медведь, влез в чужой улей — помимо того, что испортил репутацию себе и Иву, еще и устроил «Монакогейт» и был объявлен персоной нон-грата. Все потому что «не смог стерпеть обиды». Ей-богу, как человек, сколотивший своё состояние в 90-х, может быть таким доверчивым и ранимым? Облапошили русского, как лоха, а он сам рад был и в ладоши хлопал и ни разу не проверил своего арт-дилера, несмотря на серию красных флагов. Теперь, уверен, не один высокопоставленный европеец не приблизится к нему даже ради денег, а об искусстве Дмитрий может вообще забыть. Погоди он молча 10 лет, продал бы и озолотился — на перепродаже «Спасителя мира» он заработал $272,5 млн, купив за $127,5 млн и продав за $400 млн (450,3 млн $ — цена молотка).
В конце Бувье признается, что если бы он мог что-то изменить, он бы не связался с клиентом из Восточной Европы, и тут он абсолютно прав — замарался он знатно.
Это удивительная черта русского новориша — добиваться справедливости любой ценой, даже ценой своей репутации и репутации других. Но арт-рынок — это не место для справедливости. Это игра по правилам, которые Рыболовьев так и не понял. Искусство — то же самое «купи-продай», только с ценником повыше и написанным на салфетке под столом.
❤7🔥6😁1
Насладимся же несколькими шедеврами, обладателем которых посчастливилось стать Дмитрию:
Густав Климт, Водяные змеи II, 1904–1907
Винсент Ван Гог, Оливковые деревья на фоне гор, 1889
Клод Моне, Кувшинки, 1897–1898
Ну а у меня, как у пиар-специалиста, всегда универсальный совет — прежде чем лезть в любую публичную драку, обзаведитесь, помимо адвоката, хорошим пиарщиком. Он бы точно посоветовал не действовать сгоряча.
Густав Климт, Водяные змеи II, 1904–1907
Винсент Ван Гог, Оливковые деревья на фоне гор, 1889
Клод Моне, Кувшинки, 1897–1898
Ну а у меня, как у пиар-специалиста, всегда универсальный совет — прежде чем лезть в любую публичную драку, обзаведитесь, помимо адвоката, хорошим пиарщиком. Он бы точно посоветовал не действовать сгоряча.
❤6🔥3