мне лично страшно общаться с людьми которые рассматривают общение исключительно как некий идеальный продукт — т.е. и его превращают в товар/в объект потребления. но это моё мнение)))

бен-чхоль хан хорошо написал об этом в агонии эроса что и любовь собственно становится таким же товаром, мы все выбираем исключительно как некий продукт. это к сожалению так не работает

мы конечно привыкли из-за этой системы потребления к такому...но люди всё ещё люди

с днём гипертонического криза и давления 210/122🦭

порой дорога моя
заводит в леса глубину
там где тянет ко сну
всех птиц перелётных
и дикие лысые кошки
бродят от зари до зари

порой заводит она
сам не пойму куда
умирающий день
гасит в комнатах
свой свет — и на мольбу
отозваться Господа нет

на веки давит нам
на звенья общей цепи
оковы гремят вместе
с дождём среди ночи
сияет лишь тот кто
осмелился встать и уйти

лишь тот
кому больше
нечего терять

и сон затягивает
нас обращая всё
прожитое время
вспять — давая нам
ложный шанс — но
мы не можем разобрать

где заканчивается
пресловутая реальность
и где же начинаюсь сам я

и если случилось
что ты не спишь
отыщи и разбуди
других прежде чем
каждый из них
даст себе надежду

что мог бы сейчас он
что мог бы он и тогда
во власти империала сна

а я слоняюсь вокруг
противореча смерти
что бродит около меня

слоняюсь вокруг
со дна стучат — кричат
пора просыпаться — смотри
брожу по набережной туманов
нарочно отказываясь умирать

всегда было легче просто
идти вдоль застывшей реки
отказываясь замечать

всегда было легче просто
ползти среди окопов
на всём своём пути
отказываясь обход
скорее искать

всегда было легче
оставаться собой
до момента когда
окончательно разом
потеряешь всего себя

и я склоняюсь к тому
что все мы умрём к утру
но пока — мы слоняемся
здесь — вопреки — все мы
просто отказываемся умирать

и я склоняюсь к тому
что все мы умрём к утру
но только Господь может
знать — умирающий день
давит на лезвия в моей спине
заталкивая их всё глубже пока
я пытаюсь нащупать нужные
слова — прежде чем вся моя
идентичность сотрётся навсегда

и я склоняюсь к друга плечу
тёплому — к своему палачу
раболепным хохотом — срывая
покровы — было бы здесь чего
вообще срывать — теперь нас
уже двое — мы не одни — и ты

вместе с нами здесь
отказываешься умирать

колесо пашизма

одинокий путь пройти

когда маленьким я был
заплутал в лесу
ни игрушки и ни друга
не мог я завести (мог ли?)

одинокую тропу нашёл
навсегда сошёл с неё
когда маленьким я был
глубоко в лесу

давай вдвоём
по той тропинке
я с тобой пойду
лишь наполовину
одиноки мы — когда
рядом с нами друг

если в гору нам
идти предстоит
то мы — насладимся
видами — давай вдвоём
вперёд — по тропинке той
а я идти буду с тобой

когда маленькой была
на равнине тихой той
ни друзей ни украшений
не было со мной — только
ветер или дождь — всегда
были под моей рукой

но однажды вдоль
пошла по дорожке лихой
когда маленькой была я
на равнине тихой той

давай вдвоём
по той тропинке
я с тобой пойду
лишь наполовину
одиноки мы — когда
рядом с нами друг

если в гору нам
идти предстоит
то мы — насладимся
видами — давай вдвоём
вперёд — по тропинке той
а я идти буду с тобой

The Magnetic Fields (Стефин Мерритт) — Walk A Lonely Road

соблазнен и оставлен

соблазнен и покинут
и детка — нас двое
я соблазнен и брошен
я оставлен тобою
и что же мне сделать?
думаю, выпить немного
сам с собою

соблазненный ухмылкой
я был ею поглощён — грехом
и стыдом — улыбкой заворожён
я пошёл к алтарю — я ждал там
и никто не пришёл

брошенный плакать
я в обморок пал — весь день
послушно в постели проспал
брошенный умирать — я рыдал
в однослойном своём неглиже

да, пожалуй я выпью
и может, детка, ты тоже
выпьешь со мной

The Magnetic Fields (Стефин Мерритт) — Seduced And Abandoned

*Неглиже — лёгкая, простая домашняя одежда или же утренняя/ночная пижама.

бархатно-зелёные глаза

ты знаешь дождь проходит
когда небо пылью застилает
и знаешь слезы исчезают
когда твои глаза вдруг станут
красными — как ржавчина
на стали — и дождь идёт
просто потому что он может
и ты плачешь — прежде чем
больше не сможешь рыдать

но я чувствую
как всё моё мужество
резко покидает меня
и сердце превращается
в глыбу льда — когда я вижу
своё отражение сквозь твои
бархатно-зеленые глаза

ты знаешь ночь проходит
когда солнце обжигает зрачки
и холод уходит — когда мухи
летают в комнате — внутри

и это лишь
пустая трата
времени когда
ты пытаешься
передумать

и это всегда
пустая трата
времени когда
ты пытаешься
передумать

The Magnetic Fields (Стефин Мерритт) — Torn Green Velvet Eyes

линии пепла
на твоей щеке

исчерпанный
кредит доверия

если кто-то есть
здесь кто ещё может
тебе поверить — ты
можешь лишь считать
до десяти — писать о том
что никто не заслуживает
смерти — никто не знает
заслуживает ли он смерти

ты говоришь
об этом так много
но готов ли ты это
взаправду проверить?

у тебя больше нет отца
и в родном доме давно
закрыты двери — если
есть здесь кто-то и они
точно знают что твоему
сердцу набитому плюшем
претит — готов ли ты сейчас
разорвать его на части и это
проверить? готов ли ты верить?

готов ли ты верить
тому кто коснется тебя

готов ли ты верить
тому кто услышит тебя
среди губительной недели
среди тяжёлой метели — на
твоих щеках линии сигаретного
пепла — отмеряют пустое время

опустевшее
по вине всех
кто видит больше
чем смысла имеет

кто дышит больше
чем в воздух верит

кто ищет что-то
способное к тому
чем можно измерить
эти часы и минуты

секунды проведенные
в холодной постели

готов ли ты верить

в мир победивший
насилие над теми
кто станет слабее

готов ли ты верить

в трудности перевода
в функции солнца
в ядерное спокойствие
в перемирие между
всеми кто начинает
войны — в касание
языков во время
своих поцелуев
как моляры
звенят пока
вы танцуете

нахуй войну
и в этом вся суть

готов ли ты верить

в правосудие
в медитации что нужны
во всех экстренных ситуациях
в психотерапию и экстрасенсов
что предсказывают голодомор
и болезненный холод с иглами
ледяными что за ворот летят

готов ли ты верить

в несчастное счастье
в страдание что польски
всё равно что терпение
в то смирение что ты
обретаешь с приближением
старости с приближением
собственной смерти
и если в ней есть
инициатива своя
то готов ли ты

готов ли ты верить

что все заслуживают
прощения независимо
от силы деяния и их лести
невиновности сети

невинны
ли эти слова

неверны
ли попытки
взывать к их
милосердию

усердно привлекая
внимание Господа

но может ли Господь
быть судьёй сам себе

и можешь ли ты
верить тем кто
не верит тебе

готов ли ты верить

что все заслуживают
любви независимо от их
возможности любить

порождаемого
ими смятения

хочешь ли ты верить?

мы — ежедневные наблюдатели
повсеместные слушатели и хор
голосов (всё никак не утихнут)

быть лишним
для нас значит
быть на месте
своём — нигде
больше (остаётся
выкарчевывать
времени узлы
из старого шарфа)

мы — ежесекундные фигуры
проходящие мимо вас вечно
соблюдая правила (инструкции
те что вы дали нам случайно)

наблюдаем лишь
процесс разрушения
человеческих отношений
и без совести зазрения мы
улыбаемся ведь никакие другие
эмоции больше нам недоступны

личная вендетта
всего сущего — вот
что присуще нам

антиклерикальная
эпитафия всем кто
посмел высказаться

Бог наблюдает за всеми
на своем ужине изысканном
причитая и перечитывая
любимые псалмы — неужели
Он такой же как мы?

мы — левитация предметов в пространстве — мир с выгнутой
спиной — растерявший сияние
и оставивший лишь одну скорбь
праотцам — не суди других — сам
избавься от всех суждений

если мучение
что гложет твою
голову рыщет в сугробах
и по тебе горько плачет — то
может ли твоя душа принимать
его иначе? — гигантские синяки
на телах протестующих — мы
выбрали быть связном между
вами связующим — но каждое

каждое ваше
движение оно
заранее ложное

мы сами думали
что это всё и вовсе
почти невозможно

каждое ваше
слово оно уже
содержит в себе
подоплёку изгнания

эдем — всего
лишь концепция
созданная в приступе
неистовой честности

мы — неприступная крепость
в которой все ещё война идёт
собор в котором все ещё рядом
вся святость от боли корчится

и нам запрещено
спрашивать когда
это уже закончится

люди и причины верить (в себя) в них

маленькая алиса
в беларуской психбольнице
и шоковая терапия ей не льстит
она смеётся слишком часто
но не могут понять того
врачи — чем вызвана
улыбка в её глазах
и как ей удаётся
жить — есть ли
в этом хоть капля
того смысла что мы
смогли бы ощутить?

она рисует свои
потреты на стенах
курилки и чёрные
сердца, чёрных птиц,
и тысячи улыбающихся
лиц — мне всегда казалось
что она не теряет этого
оптимизма — от того что
без него здесь просто нельзя

и когда она наконец
выйдет отсюда через
сорок четыре дня, то
сможет ли она улыбаться
так же глядя сквозь мутное зеркало в ванной на саму себя?

в этом мире нам
часто приходится
решать за нас самих
в поисках причин чтобы
верить в самих себя
и верить в других

отец сергий потерял
свою дочку на войне
ведь лгут те — кто говорят
что у войны женского лица
попросту не может быть

его дочь умерла
под артобстрелом
и ему запрещено
об этом говорить

он получил свои деньги
теперь — просто промолчи

но могут ли деньги
душу человека спасти

жить припеваючи
скитаясь от самого себя
это — та самая жизнь?

он молится каждый день
но Бог всегда выбирает
молчать — тебе нечего
мне ответить — нечего
сказать всем нам — рабам
твоим дать ответ — всем нам

его жена покончила с собой
позавчера — теперь остался
до бездны один шаг — он видит
свою родную церковь и резко

со строгой уверенностью
он неумолимо заходит туда
с большой канистрой бензина
в его морщинистых руках

деревенские дети
смотрят как их храм
медленно но верно горит

и в этот момент
он слышит чётко
голоса своих родных

никто не знает
что это было и сам
отец не знает что это
могло бы быть — иногда

приходится сжечь всё дотла
чтобы истина немедленно дошла

Господь, это так забавно
свой смех я не могу порой
сдержать — прости — но скажи

почему причины
верить в самого себя
встречаются куда реже
чем все эти причины
верить в других

подросток играет
в подземном переходе
и страх глубоко в его сердце
проник — его мать умерла рано
он сбежал из опеки — позавчера

и теперь в этой гитаре
на этих струнах сплелась
его судьба — сырая от дождя
голова — и истина которую он
никак не может постичь — даю
ему всю украденную выпечку я

и мы смотрим друг на друга
улыбаясь и отгоняя это дикое
предчувствие конца — оно тихо
пронизывает собой каждый миг

нам нечего сказать
друг другу и голос каждого
медленно утонул в пучине
голосов чужих — Господи — это

действительно забавно
так забавно — прости — но

я стою на парковке
старого торгового центра
и хочу скорее прыгнуть
разогнавшись что есть сил
закричав что-то такое
что заставит когда-нибудь
задуматься всех других

но в конце каждого дня
я вспоминаю о всех людях
что пытаются верить не только
в самих себя — но и в меня — и я

тоже тоже тоже
искренне пытаюсь
верить в них

в этом мире нам
часто приходится
решать за нас самих
в поисках причин чтобы
верить в самих себя
и верить в других

в конце каждого дня
вспомни об этом — когда
твой голос затихнет случайно
и твоё тело достигнет дна
затем покоряя грань зари

каждое утро —
и есть причина
верить во что-то
гораздо большее
чем я или ты

всем привет я только что в дтп чуть не вылетел из окна автобуса... животворящая защита богов пашизма

думаем.

позади одинокой
замороженной серой
воды — стоишь ты
и боишься взять
и оглянуться

ведь знаешь
скоро снег засыпет
собой всю землю

и будет некуда
вернуться — ты
вырываешь из земли
надгробия родных

мертвая рыба
на берегу пытается
дышать — хрестоматийная
фуга всех этих тихих жизней

ты знаешь
больше некуда
уже бежать

память
чей-то
выкрик
посреди
остановки

упоминание
в очереди за
льготными
лекарствами

перестать
сопротивляться

ты говоришь
себе каждый день

перестать
сопротивляться

лирический
герой который
взвешивает себе
замёрзшие звёзды

решая осторожно
судя по их траекториям
куда бы ещё мог податься

но даже они
предпочитают
лишь отмолчаться

посреди одинокой
замороженной серой
воды — заброшенная
баржа — и в ней бродят
дикие бездомные кошки

ещё немножко еды
и они всё так же худы

беспомощная песнь
хитрых рыбаков
пронизывает
собой этот мир

атласные перья
горят в старой мусорке

и все связи
что остаются
тебе — старая
почти разорванная
рыболовная сетка

нет эмоций
чтобы выразить
место — нет сил
чтобы найти уже
нужное верное средство

нет пространства
без мелодии ночи

и всё как-то
не очень складывается
следы на снегу — сразу
пропадают — вымирая
вместе с остатком солнца

и я больше
не вижу ничего

и я больше
не слышу ничего

(лишь привлекаю
запуганно чужое
внимание — знаешь?)

и я притворяюсь
что правда пытаюсь
остаться в живых

и я притворяюсь
что больше
не вижу

и притворяюсь
что больше
не слышу

только ты
стоишь слишком
громко позади
такой одинокой
замороженной
серой воды