друзья...я безумно люблю вас всех. спасибо вам что вы здесь есть...вы не представляете как это для меня важно...

белый корабль
твоих мыслей
зарывающий солнце
в сырой земле — проносится
мимо оставляя на воде следы
в которых наши лица предстают
избитыми метафорами — вырой
ещё одну яму и назови её
моим именем — кусая локоть
объятый жидким пламенем

пытаясь сшить сон
в котором пустая жизнь
станет наградой всем
кто слишком много пытался
превратиться в строчки
своих любимых романов
и свой голос в телефонный
номер — и когда звонишь
в ответ лишь тишина

набранного вами номера
не существует — пусть
он и упоминается всуе
присутствуя на стенах
какого-то старого бара
и так ему и надо

по телу ходит дрожь
прошу не опорочь
таблеточную ночь
ожерелье из кусков
эпоксидной смолы

попробуй превозмочь
всё что забылось
намеренно или случайно
когда находилась
в отчаянии и желании
резкой перемены
в кризисном центре

выкуривая этот мир
как пачку сигарет
и каждый хотел
вонзить в тебя кинжал
и накрыть сотней таких же
пурпурных накидок из меха
лисиц почивших в снегу

(почему не могу
показать тебе твою
всеобъемлющую красоту?)

все силы что вложила ты
притворяясь что болезни
больше нет — в то что мы
и правда можем быть вместе
проваливаясь в чужие песни
в надежде сочинить свои

(не можем придумать
даже начало хоть
одной из них)

приди ко мне и клянусь
коснуться — попытаюсь
доказать что я принадлежу
только тебе — но это словно
разводить костер посреди реки
пытаться объяснить почему
на расстоянии вытянутой руки
боль накатывает как прилив
необъяснимых внеземных сил
которые отвергаешь без причин

твой милый взгляд
остаётся на мне даже
после сотни порезов
и трёх банок дешёвого
пива — и вот я снова
ожидаю того прилива

желая увидеть тебя голой
быть твоим мужчиной
твоей женщиной и самым
близким из ныне живущих
покусывая твои крепкие ноги
и миниатюрную спину

совсем забываешь
о той картине мунка
где он предсказал детально
наше совместное будущее
совсем не такое идеальное
каким представлял его в пути

(почему нам такими
не быть — чтобы нас
можно было попросту
искренне полюбить?)

забирая у меня
последний оплот
моего отрочества
запирая меня в этот
бастион одиночества
просишь — «выйди
я жду тебя всю жизнь
выйди и я буду с тобой!»
придерживая дверь
с разгневанной толпой
её не отпереть — *тихий смех*

агонистическая культура
акупунктура наших сердец
разбавленная хроническим
недосыпанием и чувством вины
за то что ты рождён поневоле
перерезая пуповину боли
притворяясь что она будет
не против — ты запихиваешь
мне в рот ромашки на которых
сидят шмели — и улыбаешься
когда моё лицо распухло и зудит

по телу бродит дрожь
прошу тебя не трожь
таблеточную ночь
превращая тоску
в радость и вино
в апельсиновый сок
притворяясь что каждый
смог бы победить страх
прежде чем страх победит его

попробуй превозмочь
недосказанность и троеточие
религиозных травм
отказаться от своих
принципов и сказать
что-то настоящее прежде
чем время расставит всё
по своим местам и бросит
меня на одной из обочин
на попечение небесных сил

(ведь научиться быть поэтом
значит разучиться жить)

в одну из тех квартир
где несчастные люди
доживают свои последние
дни — разбирая завалы долгов
и переписывая чужие стихи
становясь одной из стихий
прежде чем замолкнуть
в библиотеках университетов
где пачками едят амфетамин

(в одну из тех комнат
куда всю твою доброту
нельзя просто уместить)

в последний раз
я рыбка и плыву
на твой крючок
как сверчок скачущий
по степи — пытается
ощутить что значит
пропускать страдание
и делать его святым
быть одним из твоих
живых самоубийц

я жив — пока ты есть
и мертв — пока ты здесь
кормишь меня речью
изобличающей конец
как таковой — не отпустишь
не оставишь рядом — я теряю
контроль над собой — усилия
достаточные чтоб содрать
гранитную корочку с сотен
разбитых могил — и каждый
мечтает услышать твой крик

(так звучала вселенная
прежде чем Господь возник)

я пуст — пока полна любви
я полон — пока слова пусты
и не значат ничего — и боль
выбирает тех кто нелюбим
не просто так — кому-то нужно
позаботиться об этих детях
потерявших мать и отца
и ты даёшь надежду
заранее зная что она
на дне твоего колодца
и никто оттуда не вернётся
до следующей весны — призрак
снаружи и внутри — и вот вновь

ты хочешь быть одна
ты хочешь быть со мной
ты хочешь быть с ним
ты хочешь быть собой
перед тем как судья
оставит эту скотобойню
и выведет всех за порог

всё тело пробирает дрожь
прошу лишь не порочь
таблеточную ночь
пытаясь превозмочь
нить забвения что ткет
твой портрет — нам нужно
что-то похожее на верность
способное убить эфемерность.

Вампир/Любовь и Боль, Эдвард Мунк.

речь идёт об этой картине. один из самых тяжёлых для меня стихов. безумно больно.

«Он опустил голову на её грудь — он чувствовал, как кровь текла по её жилам — вслушивался в стук её сердца — он почувствовал прикосновение горячих губ на своей шее — по его телу прошла дрожь — трепет желания — и он прижал её поближе к себе».

то что люди
подобны рудникам
потомкам на обломках
авиакатастроф — то что
лишняя строфа будет тому
важным доказательством

как легко совершается
предательство и как трудно
попросить прощения у Бога
за то что не помог тому кто
в беде — птенец выпавший
из гнезда не окажется снова
в гнезде — потерянный шанс

то что время забирает
всё — без остатка, то что
человеку живётся несладко

то что под землей
ещё больше воды
чем снаружи — что
есть люди которым
ты действительно нужен
и есть люди которые
тебе совсем не нужны

то что вселенная
слишком неравномерная
и она любит своих детей
независимо от их веры
и цвета кожи — она плачет
кометами пасмурными
громыхает по кораблям
вы все дети Божьи — кричит

то что нет места
где ждут и надеются
то что песенка спета
и лето приодето уже

что есть двери
когда входишь
и что их нет
когда хочешь
выйти и ступеньки
подобно призракам
уже пропали — что всего
в избытке — всем хватит

и твоих лишних слов
и твоих чувств тёплых
и твоих недостатков

всё это придется
принять во внимание
в следующий раз.

я срываю эти мгновения
как цветы с чужих могил
таскаю на могилу отца
как растения не ведают
что в мире творится
или ведают больше моего

моя вена вскрыта
лёгким движением
и кровь льётся рекой
и сердце стучит вразнобой
прекращая стараться
напрасный труд — говорит

постой подожди ещё немного
дописать надо пару строчек
и увидишь будешь радостью
клокотать что вообще когда-то
появилось на этом свете

я ветру приказываю
стонать вместе со мной

повесить меня
в красный угол
вместе с небольшим
распятием и заплатить
по счетам когда придут
все мои бумаги

всё будет хорошо
судьба милосердна
к ветру (более чем)
а он мой друг хороший
того гляди и сочтемся
с ней между делом

обсудим моё положение
в современном обществе
разорвавшихся бомб
и парочек трахающихся
здесь ночью на пляже

отъезжая подальше
на своих машинах
думая что здесь никто
не бродит в такой
прекраснейшей ночи

вынужден их огорчить
эта ночь — принадлежит
и мне тоже.

я впал в отключку
на двадцать третьем
году своей жизни
ты откачивала меня
несколько часов к ряду
мне показалось что
это было безумно
нелепо и сексуально

как лак на твоих ногтях
вцеплялся в последние
признаки моего существования
и твои маленькие ступни
касались неонового света
растекшегося на столе

неужели не знаешь
этот город физически
прерывает мой пульс
кардиограмма моя
каждый здешний фонарь
и коробка с моим сердцем
и следами твоей помады
зарыта около пляжа

неужели когда целуешь
меня и моя душа вертится
на кончике твоего языка
вместе с Буддой Назарета
не ощущаешь что вселенная
следит за нами и по сей день
превращая страдание в блажь

мир пытается
сопротивляться
когда твои глаза
закатываются
от наслаждения
и возбуждения
выставляет свод правил
диктует свои условия

практика показывает
что он — всего-то
беспомощное дитя
желавшее вдоволь
поиграться с нами

теперь мы играем с ним
бегая наперегонки
по мусорным полигонам
среди закопанных трупов
домашних животных
и выцветшей плёнки

и он словно
прибрежный песок
под сумерками и волнами
преврати его во всё
что тебе будет угодно
к утру Создатель
смоёт постройку

но воспоминания
не исчезнут — хоть и то
мгновение станет скорее
прежним чем нынешним
и надежда не вырвется
наружу с мишенью
на вырезе в районе груди
переживая ядерные удары
дхармы — высекая на ладони
молитву Бодхисаттвы
из уральского пригорода

становится очевидно
что весь этот мир
попросту не был готов
к появлению создания
вроде тебя — его Вера
разрушена и его созидание
нарушено твоим дыханием
отпечатавшимся на моей шее

я впал в отключку
посреди дикой беседы
перед самым её началом
погружаясь в дебри вины
пожирающей все существо
и любое чувство стабильности
доверия к ближнему и к себе
прощай — не вини — прими
долго мчался по автостраде
вслушиваясь в звуки города

перемещай себя среди ночи
как шахматную фигуру здесь
на поле этой дикой местности
и может какой-то ход будет
вовсе единственно верным
из сотен бессмысленных
но всё же принятых решений

стеснялся сказать
что твои глаза порой
говорят слишком много
куда больше чем мне бы
того непосредственно хотелось
(так банально — говорить
о чьих-то зрачках и радужках
от того и держал молчание
в руках — как священное
писание над твоими ресницами)

стесняюсь но говорю
ещё раз (сколько нужно?)
не встречал настолько
живых и искренних глаз

порой кажется
ты не человек
странное создание
без злого умысла
совратить твои помыслы
чтобы занозу оставить
в пальцах твоей решимости
никому не получится

любят нас молча
мёртвое солнышко
окошко во двор твой
страницы тех книг
перестукивающиеся
птицы на деревьях
под твоей кроватью
темнота и на моём потолке
простые узоры и орнаменты
на каждом здании — все они
восхищаются сознаниями
тех чей разум пустует
тоскует по элементарным
частицам летнего воздуха

покоряясь судьбе
отдаю всё тебе
и Господу — пару слов
боль понарошку/ я пылинка
мелкая сошка — впадая
в отключку на полпути
к новой жизни — не успев
проиграть нужный аккорд
и ритм души в такт городу
бьёт ключом — ты откачивала
меня несколько часов к ряду

и твои волосы касались
каждого сантиметра того
злобного света из ночных
окон и суеты выходного дня
они касались меня
и я издавал звук
похожий на тот
когда человек
улыбается

заранее зная
что больше
не сможет
улыбнуться
именно так

ведь лучше
уже не будет.

Эти голоса внутри: хоть бы на миг укоротить их, придушить рыболовной леской — вновь стирая ладони в кровь. Всё лишь в попытке доказать тебе, что любви - такой, какой мы её знали раньше - больше нет. Осталась доброта, искренность, честность, но любви среди них словно нет места, по крайней мере сейчас, по высшей мере... И после тоже.

Как пауку выбраться из своей паутины? Как Господу полюбить остаток сияния мертвого солнца, отражающегося лишь на Его коже, греющее лишь Его лицо и руки, но не Его детей? Лишить себя смерти, лишить нас жизни — поставить твердую точку во всех этих неуверенных размышлениях. Нам нужно что-то наподобие верности, чтобы победить эфемерность всего на свете, энтропию каждого из существующих чувств.

Твоё сердце - как Джойсовский порхающий мотылёк: летит на свет моей речи, отзывается на каждое моё прикосновение, болезненно теряя силу своих крыльев, свои путеводные звёзды; как закатное солнце, однажды застывшее в твоей грудной клетке и не желающее выбираться обратно. Но это и Его сердце тоже. Если всё принадлежит Ему, то как мы можем принадлежать друг другу?

терменвоксы
зазвучали плотным
ритмом — и избитая
мелодия стала мне
родной и гимном

и осиновою веткой
ночью — выключенным
светом. утром — птицей
перелётной, ты поплачь
не бойся, милый. всё ведь
кончится — вот, уже

близится к нам
в мираже — страх
и несчастливый год
перевёртыш суетливый
прабабки суп что из крапивы
и нигде ему нет равных
и нигде ему нет места
он в биении сердца
сохранился — но его
не узнает уж никто

опять слезы
прибывают
и чай в кружке
остывает — сотни
книг, слов неуместных
ты не бойся — ты поплачь
говорю тебе как друг
говорю не как палач
говорю не как супруг

про весну чужую можешь
и про зиму плакать тоже
и про Бога и про отца
и про всё где нет конца

всё заранее прощено
всё что не совершено
всё что и несовершенно.

в комментариях добавлю второй изначальный вариант.

https://youtu.be/fnFqGJOgrFw

мой любимый фильм. релейчу всю жизнь.

что мы несём
в земную жизнь
дождю приказав
любимым моим
притворись и сгинь
в невесомости — не рождайся
больше в полости душ наших
любовь обратит тебя в камень
а солнце от жизни избавит
лишней мысли лишит
пригревая на руках своих

может ангела видел
или привидение — нет
это всего лишь человек
бродит по погосту
и слабостью гордится
тем что он всего лишь
человек — и ему просто
нечего стыдиться в том
чтоб быть собой — никем другим

а подъезда
козырьку — развались
на части — здесь и сейчас
пусть мой дух свободным
будет, как и твой, и вместе
безукоризненно глядя вниз
забываем отправиться домой
на последнем автобусе
и в призме этого времени

больше нет дураков
больше нет слепых
больше нет глупцов

может мы видели
ангела или приведение
может провидение на нас
снизошло — или мы просто
собою остались навечно
и боль и тоска и кризис
всё прошло незаметно

как мелом по школьной
доске — кто-то вычертил
нам формулу и в голову
прикосновением нежным
ввёл избавление — именно так
закончился столетний дождь
ливший ещё на наших отцов

и свет газовой лампы
не мог сказать правды
раскрыть всех деталей
как бы ни мечтали о том
это лишь сумрачный оклик
в спальнях наших родителей
где мы под кроватью прячем
разбитое сердце своё

с каждым годом оно
несомненно становится
меньше и горечи больше
и никто не даст совет
как её отозвать и вернуть
радость каждого дня

может быть есть
снова какое-то
волшебное слово
или парочка действий
чтобы исправить мотив
непрекращающейся песни
которую так тошно теперь
петь перед всеми — зная

всё живое живёт понарошку
всё живое лишь притворяется
прежде чем смерть обретёт
теряя остаток мудрости
теряя былую страсть

так тяжело увидеть
радугу или Бога неведомого
в постели своей спать уложить
через эти розовые очки
мироздание теряет свой
истинный вид — и всё
лишь гниёт притворяясь

всё лишь гниёт
притворяясь живым
притворяясь что всё
сказанное — не насмешка
не слежка за нашей реакцией
над которой кто-то наверняка
засмеётся в прямом эфире
какого-то странного шоу

может растеряли всю
благость лившуяся
святым родником
или земля потеряла
свою сладость решив
стать нам чужим местом

я повесил ружьё
на стенку и в тот же
момент сказал небесам
больше в вашу сторону
не буду стрелять, не буду
тратить лишний патрон

не надейтесь на гроздь
гнева моего —на отомщение
у меня есть куда больше добра
за спиной уместится
чем отвращения — даже к тем
кто стал мне словно врагом

встав на колени
на заброшенном пляже
и помолившись — снял
с себя башмаки и вошёл
в холодную воду под снегом
надеясь что она смоет грехи
с разума моего сдвинет иглы
оставляя место духу моему
продолжать свободно плестись
по этому свету — я заплачу
по счетам если нужно

и колыбель Твою
запечатаю огнём
и расщелины Твои
заполню черноземом
чтобы терновник там
осторожно пророс и потом

там уснул в одну ночь
порабощенный словом
Твоим — о может видел
ангела или привидение
я вернулся снова к тому
чтобы быть одному среди
цепи разорванных звеньев

прощай — не вини — прими
говорю тебе, ступай
с разумом чистым
искрись душа светлая

и мы остаёмся собой
в буре эмоций теряясь
наполняясь любовью
к живому — добротой
к сущему аду, в поисках
настоящего блага, мы
просто остаёмся собой

среди блажи и неведения
о том почему мы стоим
здесь — который год

и сколько ещё пройдёт
прежде чем кто-то умрет

по воле своей
или по ошибке
каждый горит
сколько может
сколько придется

каждый любовью
останется в памяти
сохранится неисчерпаемым.

дай мне прах деревьев всех
дай мне сто метелей зим
дай грааль дай распятие
дай что-то отдалённо
напоминающее стадию
отрицания и принятия
дай мне древо дыма
страх в чужих глазах

дай мне мост и дай замок
закрепи там мой амок
преврати меня в мох
на его ограждениях
убеди меня вновь
в моих сомнениях
выбрасывая ключ
и каждый твой палец
полон терновых колючек
соек поющих и бедняг
пьющих свою же кровь

когда они кричат
больше нет вины
никто не виноват
нас здесь не было
мы ничего не знали

наши души здесь
не произрастали
и будущее лишь
плюет нам в морду

когда они кричат
вины нет — виноватых
слышу стон. когда они
говорят — не извиняйся
хочется каждую секунду
сократить поток слов
и сознание оставить
без ржавых оков — Тесей
в придорожном кафе
разбивает мои надежды
пределы того контроля

дай мне личный ад
дай знать — где кому когда
скитаться и рыдать
погибать в коре берёзовой
собой костру помогая
разгореться — умирая
ради высшей цели
беспечного веселья
и где камень на голову
упадёт каждом не знающему
что есть высший закон
о том что высший закон
уже давно мёртв

и где теперь
Господь слияние
проведёт — русский
культурный код вырван
из шеи с кадыком и трахеей
мысленный эксперимент
представь себе невесомость
и в ней все мы — лишь кучка
атомов бьющихся друг об друга

дай понимания и сил
дай мне счастье тех кто мил
дай мне неудачи долгий сон
крест на спину свой нести
опираясь руками на окна
треснувшие стёкла — дитя
поспешного вывода, дитя
разобщённости и триггерных
вопросов. дай мне сигарету
дай похоронное платье
дай мне знать и дай забыть
дай лекарство и ту смесь
в которой её имя для меня
не звучит как второе пришествие

наводнение грядёт
грязный секрет — вины
больше нет. некого осуждать
за жизнь столь подлую
полную жестокости
за жизнь что хуже смерти
за смерть что дороже всего
вина в наших венах течёт
сквозь пальцы мертвые листья
ветер уносит прочь очищая
каждый Божий вздох

страны-мир-планету что ждёт
раскол — по реке наивности
лодка плывёт. в ней младенец
пистолет приставляет
к голове родного отца
усмехается — не зная себя
дитя видит будущее
дитя видит усердие
с которым солнце
восходит — и луна
перерезает столпы
облаков — дай ему
решение, дай ответ

мерцая искрясь годы
берут своё — грядёт метель
грядёт конец, вины нет
больше нет — но им
нести каждый крест
за тех кто глух
за тех кто слеп
грядёт конец

женщин взгляд мне дай
бесперебойный стук часов
босиком мы вдоль пойдём
мостовых и всех дорог — сквозь
каждую минуту ощущая
грядущие мгновения
пытаясь уловить
нынешний воздух
личную границу
на которой Антониус Блок
смреенно играет в шахматы
с ангелом пришедшим
столь рано столь поздно

дай мне Бога дай мне слов
и тут же забери Его от меня
дай покой и мокшу дай
дай мне веру в реальность
дай веру в рай оставляя
муки сильным оставляя
чувства слабым тех кто
непоколебим перед взором
бездны перед бездействием
вселенной обстреливаемой
со всех сторон на топливе
любви она улетает с поля боя

когда моя радость
дрожала напротив меня
казалось дрожит весь мир
собирая пожитки разбирая
примирительные открытки
после бомбардировок Хиросимы
нет надобности в криках
нет надобности в любимых
вины больше нет — ровно
так же нет надежды — объедки
её нежности ранят в самую
водную гладь проникая
мой разум вновь остывает
прежде чем замёрзнуть
в своей вере навеки

фреска — на ней человек
раздираемый противоречиями
разбирает церковь на части
отрицая любую напасть
и лёд под ним мучительно
тонок — Сталин был там
вместе с Берией усмиряя
непокорных и Мао показывал
средний палец растворяясь
на площади перед народом

фиаско — в нём вся жизнь
что впереди вновь позади
и каждая роза в шипах
режущих твой рассудок
поедающих его десертом
с золотого блюдца — удар
ещё один — тебе не увернуться
и страдание не прервать
не вернуться не познать
наслаждения — мокша
прощай и помни о том
о чём не знал я
пути о которых
не ведал ещё

дай мне
мигающий
сигнал тревоги
молчания плен

чтоб больше
помощи не ждать
не спрашивать
и не искать
не быть таким
безнадежным

перерождение
невозможно
понял это так
поздно — смейся
пока мы ещё можем
позволить себе
подобную роскошь

дай мне знать
если место есть
в твоей голове
для изгнанных
и неприкаянных

под чужим небосводом
тело моё осторожно
проплывает — впросак
растратив всю молодость

не измерить всю ту ночь
в которую я понял что
хочу быть с Господом
заодно в которую понял
что больше всего на свете
хочу быть с тобой — и свет
в тот же момент иссяк
знаменуя конец

и когда они кричат
что нечего страдать
вины не существует
страдание избираем
мы сами — пускай боль
и неизбежна — между
истинами перевал свой
создал — поставил палатку
махая платком на прощание

ощущая то отчаяние
(покайся/вины больше нет)
когда ожидаешь неизбежного
несуществующий вопрос
на несуществующий ответ.

- well..so you don’t even believe in God?
- of course i do. life is so cruel, only a man can be responsible

si je pouvais, si dieu le veut

стал бы
детской песней я
или капелькой дождя
приветствием забавным
ребенку в невиннности
равным — стал бы я

если б мог
дал бы Бог

может шуткой
не самой смешной
прогулкой неспешной
счастливой женой
орлёнком кому грядёт
самый первый полёт
фантазии сок — стал бы я

если б мог
дал бы Бог

или вовсе стал тобой
тропинкою лесной
сиропом от кашля
качелями в центре двора
фейерверком когда сам
маленький кричал ему ура
телефонным справочником
травой что возрадуется
майским дням — я был бы
тут и там, если б только мог

переменчивой погодой
родительской заботой
чаем с молоком — совком
оранжевым в песочнице
снежком брошенным
осторожно в друга окно
теленком в поле зреющем
линзою что ставят в телескоп
стал бы я, если б только мог

уснуть и не проснуться
к любимым бы вернуться
остаться в келье одинокой
и счастье спрятать б мне
под её крышей — грозу
чтобы совсем не слышать
удушьем неумышленным
от радости и боли — для всех
кто обездолен, для всех кто
впереди идёт — никак ведь
не найдёт куда прильнуть
проснуться не уснуть

исчезнуть отовсюду
чтоб люди знали как
прелюдию и ноктюрн
пастуший рожок хрипящий
мелодий звук забавный
жизнь прервана незнанием
осязаема страданием, стал бы
я для них костром — если б мог

куда бы отправил нас
придуманный нами Бог
если бы только мог

окликнуть в тишине
тех кого нет давно — глаза
прикрыть на киносеансе
ночью, глубоко в себя уйти
молитву прошептать
и с сигаретным дымом
снизойти до чужих высот

не стать мне никаким
не стать другим
не стать твоим

остаться на задворках
памяти — жизнь что
прервана незнанием
была бы с нами навсегда
если бы она только могла
не уходя на вселенское дно

стать бы
песней детской мне
там всегда все просто
всегда все об одном

ступаю за порог
прислушиваясь
где реки моей исток.

между молотом
и наковальней
на перекрёстке
борчанинова и попова
обитают небольшие
вечеринки по случаю
чьего-то дня рождения

я на одной из таких
ни с кем не знаком
забыв как заводить
знакомых — близорукая
скромность украшает
корону на моей голове

волочусь между
спальнями друзей
неидеальными
партнёрами
и нереальными
ожиданиями

видел свет
в окне на ленина
пока пил кофе
и докуривал
третий косяк
на балконе

поэму на стене
из нескольких слов:
«мне хотелось
бы быть тобой
чтобы понять
что творится
со мной по ночам»

и бродяги улов
улыбку на его лице
четыре сэндвича
с тунцом — в мусорке
около кофейни лайт

глобус выброшенный
под дверь этой квартиры
где каждая страна помечена
крестиком и только россия
осталась нетронутой — утру
до смерти осталось пару часов

бутылка пива
сопровождает
меня по комнатам
и все ангелы спустились
к нам — как неоновые огни
перелистывающие страницы
ищущие с кем бы забиться
за право быть рядом с тобой

тоска уничтожает
любую затею — мы тут
как в смертидее ждём
вкусный завтрак и тигра
отчаянно боимся — ангелы
как ожерелье из угольков
костра на котором сожгли
жанну д'арк на шее твоей
повисают и в танец хотят
поскорее пуститься — нечего
скрывать и нечего стыдиться

нам самим лишь бы
выпить лишний стакан
проспать бы вообще
весь следующий день
разглядывая как парень
ради спора режет себя
и кровь стекается вниз
по его подбородку — его сестра
кричит и извивается на полу
пытаясь ухватить ртом
ещё одну капельку

я видел свет
в воскресную
ночь — и рискуя
здоровьем искал
способ наполнить
себя — преломив
каждый фрагмент
этих световых картин

порой совсем
забывая про
вечную тревогу
и замкнутость
и нервный тик

искал тот самый
неповторимый миг
о котором писал что-то
пабло неруда ещё когда
был слишком юным

забывая о том что нам
стоит сражаться
за каждую минуту
проведённую вместе

смысл борьбы
перевешивает
любой вопрос
и любой ответ

я видел свет
как он нежно
просачивался
в души других

тех спящих
незнакомцев
и двух кошек
бродящих где-то
на площади перед
драмтеатром — в руках
дворника и бродяги

и изрядно пьяной
именинницы — свет
проникал в них
линиями точными
как стрелы амура
зачатием непорочным
сбивал их с толку

но каждый раз
он избегал меня
вместе с призраками
на опустевших дорогах
трамвайных путях — брожу
в чьем-то халате с тем парнем
что резал себя час тому назад
стараясь быть непредвзятым

в затылок дышит
равнодушно — мой страх
остаться ненужным и стать
больше проблемой — чем
чьим-то преданным другом
периодом полураспада

в этом городе где у каждого
есть какой-то план на любой
случай жизни — но когда она
приходит за ним — в пустоте
поникшая голова отчаянием
скулит и молитва звучит
такая благостная что может
разнести в щепки твой дом

и нет правдивее слова того
чем наручники сомкнутые
на самых губах — кипящий
металл и платье в сверчках
вино и гвоздика клубничная
мята пряности — ещё одно
бегство от реальности.

пляска смерти
пляска жизни
я служу своему дому
я служу родной отчизне
сколько надо буду здесь
вы родным подайте весть
их люблю их не забуду

кусок хлеба возьму
с блюда — откушу
за их здоровье
кровь врагов
моё подспорье

кто воюет почему
всё никак я не пойму
и ружье возьму всё ж в руки
чтоб не помереть здесь мне
со скуки — там стреляют
как и здесь — нашей любви
тихая военная песнь

где пропало
там нашлось
где забылось
вспомнилось
из слёз своих
мы строим смирно
окопы да подступи

чтобы жить
над небом
мирным

чтобы падать
на колени
когда к нам
придёт Христос

чтобы нас
с собой унёс
в царство скорби
в царство грёз

дорогая, на моих глазах
не распадайся на части
на товарные вагоны
брошенные впопыхах
ты больше чем прах

чем соль земли
чьи-то образы
нелепые сны
первые шаги
обещания дрожь
последние стихи
незнакомая речь

дорогая, на моих руках
не попадайся на уловку
разума — что таится
теплится в каждом из нас
проходив испытания
куда более жестокие
сотни раз — ты отказывалась
останавливаться, шла впереди

ты куда больше
чем мнимый мрак
оседший снегом
на твоих зрачках
чей-то взгляд и страх
разрозненные танцы
кабельное телевидение
мстительные духи
истребители что летят
над исчезнувшей страной

не дай погаснуть свету своему
всё без причины живущее
не живёт значит вовсе — боль
и та без причин здесь не бродит
мимо твоей ветхой хижины
последнее желание за тобой
не рыдай на руках моих, дорогая
ты сильнее любых причин
и значимее последствий

ты куда больше чем
погоня Христа за своим
сомнением в пустыне
над небом окаянным
рассеянными облаками
указывающими путь
в никуда — куда больше
чем мяуканье жалобной
кошки в прихожей или
молодожёнов ложе
свитое из игл и сена

попробуй выбраться из плена
дорогая, на моих глазах, прошу
не распадайся на куски светочи
интерференция твоих чувств
и намерений — надолго будет
отпечатана на мне — стой смело
и смотри что готовят нам
будущее, все грядущие дни

ты куда больше чем
все эти слова — чем свет
который погас в моём доме
прежде чем я смог сказать
всё о чем думал долгие годы

ты куда больше чем
жизнь в своей ипостаси
укрась наши дни — где
сила твоя позволит того
солнце и то пришло сюда снова
справлялось о тебе, сказал ему
она не в духе/не в форме
но скоро вернётся, сочтёмся
тебе подождать — как знать...
отчаялось оно и вышло
на свою смену — я соберу
тебя заново — если придётся

но не уходи так смиренно
когда отростки тьмы зовут
греми благодатью своей
ещё одна песня ни для кого
снится родным твоим
оставайся верной
тем кто любим
не распадайся.

манматха,
идущий осилит
ищущий обрящет
ваш ученик и друг — паша а-п.

раньше ты говорила
что мне всё воздалось
если ты о том что я
опоздал — то это правда
но я вижу по их взглядам
брошенным врозь
что несколько крупных
ошибок со мною стряслось
говорила что я прекрасен, что ж

стреляй без страха
хватку не теряй
и я использовал
шанс что мне дали
сердце сделал твердым
как сталь — может так
твоя жизнь стала лучше
но это не убило меня едва

не сдавайся — дорогая
я сдался ещё сто миль
тому назад — слышу
полярной звезды голос:
парень, ты так потерялся
не в моих силах уже
вернуть тебя домой

ты правда думала
что нас многое ждёт?
не отвечай на этот вопрос
и так сойдёт — половина
сказанного мною была
шуткой — но я забыл
какая из них точно
была настоящей

я не знал насколько
грустным мне предстоит
стать — и как сильно меня
начнут затем обвинять
но не я шёл по этому пути
никто не выбирает болезнь

говорю — всё в порядке
посмотри мне в глаза
но ты же знаешь, дорогая
почти половина сказанного
человеком — чистая ложь

даю последний шанс
ради всего святого
просто забудь меня
говорила — выберешься
из западни, осталось немного
но почему-то я понимал
что останусь ждать там.

Magnolia Electric Co. (Джейсон Молина) - North Star

перевод: паша автоменко-прайс

#переводы

мертвым лучше знать
когда мир наш покидать
когда здешнее-последующее
совпадают лишь на миг
когда не нужно больше
гнаться за первым местом
и лидировать везде — мертвые
точно знают что они делают
покидая этот мир

и как бы нам ни хотелось
нажать на кнопку перемотки
или отмотать вперёд погоню
за тем что нам суждено найти
когда умирание закончится
и страдания утихнут, смотри
все страдания оставлены нам
теми кого мы оставляем позади
все страдания доставлены
нами теми от кого ушли мы

ночи что не случатся
время что не проведем
время что не проведем
мы с тобою вдвоём
мы с тобою вдвоём

призраки лишь старые дома
что снятся людям среди ночи
милая, не переживай, мертвые
будут в порядке — говорю точно
проверь все доказательства
и я гарантирую что ты
поймаешь истины нить
мертвые знают что делают
оставляя этот мир другим

ночи что не случатся
время что не проведем
ночи что не состоятся
никогда, ночи которым
уже не начаться и им
нет никакого конца
нет, они не начнутся
они не начнутся никак

этот мир лишь хостел
и мы лишь гости внутри
смерть — чёрный верблюд
пригибающийся ниже
чтобы нас прокатить
и когда мы погибнем
и страдания утихнут, смотри
все страдания оставлены нам
теми кого мы оставляем позади
все страдания доставлены
нами теми от кого ушли мы

в ночи что не случатся
время что не проведём
время что не проведём
мы с тобою вдвоём
ночи что не начнутся
и не достигнут конца
ночи что не состоятся
и мы никак не можем
дать им хотя бы фальстарт.

Purple Mountains (Дэвид Берман) - Nights That Won't Happen

перевод: паша автоменко-прайс

ни больше, ни меньше
это очевидно предсмертная записка Дэвида Бермана оставленная им почти в конце единственного альбома совсем не случайно. он буквально говорит о том что хочет погибнуть и идёт к этому осознанно, совершив суицид через пару недель после этого. царствие небесное, дорогой друг.

💜 🗻 .

Мы без облика, без формы, без мироощущений - кладём свои головы на колени этому миру в надежде на то, что он сможет защитить нас от самих себя. Наконец, уничтожить это скудное желание  - спасать или быть спасённым, не знаю, что и хуже. Метаясь по незнакомым дворам, где каждое дерево оборачивается на тебя и каждый порыв ветра обращается против тебя, где легион песка и дорожной пыли отправляет за тобой своих гончих - остаётся лишь найти то необъяснимое смирение, в котором познаётся жизнь, но зачастую жизнь чужая. Ведь как человек может познать свою жизнь? Как легко мы познаём другого и с каким трудом узнаем всё новые вещи о себе...и дело тут не в сартровских самообманах, хотя это тоже имеет место быть. Дело прежде всего именно в нашей человечности.

Каждый день солнце встаёт и светит нам без причины - оно не просит ничего взамен: так говорят многие буддисты. Вынужден (не) согласиться. Человеческая душа не станет солнечным лучиком, а солнце не станет человеческим телом. Разный свет источают они собой и совсем разный свет преломляют катафотами своих чувств. Благодарность и любящая доброта - то, чему я учусь.

Каждое мгновение становится удивительно чистым и искренним, если мне удаётся уловить его своими руками. Между птичьих криков и детских слёз на одной из горок сидят молодые пары, любуясь друг другом. На их лицах загадочные и странные выражения, напоминающие улыбку, но ты никогда не узнаешь, что они чувствуют в момент понимания и принятия самих себя, что ощущают те женщины на скамейке, сгорбившиеся над уличной кошкой, или же что вообще чувствует та трава, по которой я иду босиком, осторожно сняв свои ботинки.

Синтез времени и пространства позволяет нам быть здесь и сейчас, но и их мыслей нам знать не дано. Ты хочешь прижаться к ним своими внутренностями, чем-то большим, чем твоё тело - прижаться к ним своими мыслями.

Может, время и вовсе хотело бы остановиться именно здесь, когда я держу тебя за руку и сам начинаю поневоле улыбаться и по-детски дурачиться, раскачиваясь вместе с ветром и дождём. Может, само пространство хотело бы сохранить нас в этом состоянии покоя и более никогда не двигаться.

(Замереть - не то же самое, что и умереть, но эти слова так похожи. Мне всегда это казалось таким странным: как все слова пересекаются друг с другом, то ли случайно, то ли намеренно.)

Давай останемся здесь ненадолго. Мне хочется потеряться в чужих мыслях. Ведь если я больше не смогу испытывать счастье из-за этой вечной тревоги, преследующей меня на каждом моём шагу и всегда обитающей где-то неподалеку, за углом моего мироздания - то, может, я смогу очутиться в чувстве чужого счастья и найти своё там, делая счастливыми других? Почему мы просто не можем быть благодарными друг другу за то, что мы всё ещё существуем, пусть и не знаем, почему именно мы вынуждены существовать?

доброе утро, дорогие друзья!!! хорошего вам всем дня, вот о чём нынче говорят в стране тех кто так и не лёг спать. я вас очень люблю, но это вы уже знаете, так?

любите себя...прежде всего любите себя. не знаю имею ли я право говорить об этом раз сам до сих пор не научился, но тем не менее.

любящая доброта вокруг нас.
и это куда больше чем просто очередное банальное выражение. повсюду происходит что-то и правда хорошее. так или иначе, проживите этот день хоть немного счастливыми!!! прошу вас, это важно и вообще будет круто.

надеемся. верим в вас.
ниже новый стих! обнимаю.

🖤🦭