так часто
искусство
без надобности

бесцельный
краешек воды
летней ночью
при прыжках
с колонн того
заброшенного
недостроенного моста
поросших мхом

касается моих волос
напрямую — моей жизни
лирическое отступление
перед падением в омут
незаконченных смыслов
и преждевременных решений

рентгеновским зрением
я бы раздел прежде всего
самого себя, свою душу
и только потом
рассвет на набережной
или закат где-то
на окраинах авторадио

так часто
искусство
без прямого
попадания
в сердце

открывает мне
дверь в бессознательное
где моё существо сгорает
от любопытства
и нехватки времени/места

шанти шанти шанти
я люблю тебя как страдание
которым преисполнены
наши пути в этих вселенных
шанти шанти шанти

неисследованные земли
всегда так манят — улыбка
твоя не сходит с рук
пока ты читала мои стихи
я кричал в подушку
третий раз
лишая сна отсветы деревьев
поодаль от моих окон
всего лишь представление
для Его слуг — пускай
наблюдают всё что хотели
мне не закрыть порочный круг
не в этой жизни, дорогой друг

всё во мне спешит к тебе
всё во мне спешит к тебе
всё во мне спешит к тебе

нераскрытое преступление
порождает во мне сотню
заблуждений — но ты просто
пробьёшь каждую стену
отправляясь в мою стужу
и только Господь знает
кто тебе действительно нужен
(но я не готов Ему верить
презрительно вглядываясь
в следы на чужих постелях)

всё во мне зовёт к тебе
всё во мне зовёт к тебе
всё во мне зовёт к тебе

возможно это стоит отметить
в карточке моих заслуг
возможно стоит заменить
мои тени на куда более
полезные вещи
пока мой дух не начал
расходиться по комнате
и никто не нашёл здесь
виноватых — я призрак
я выбран я изгнан
откровений не будет
я — изнанка твоего страха
сквозь которую пройдешь
не сознаваясь и я тоже
лишь промолчу

всё во мне к тебе стремится
всё во мне к тебе стремится
всё во мне к тебе стремится

и когда на горизонте
появляется это признание
ощущаю лишь сильную точку
ведь потом всегда ждёт
лишь слепое наказание
за то что ты был слишком слаб
за то что ты был слишком груб
перекрывая любой момент
своим избегающим словом
но что же такого
мне сделать
что же такого
сказать
чтобы не потерять
тех кого я так
сильно люблю?

всё во мне взывает к тебе
всё во мне взывает к тебе
всё во мне взывает к тебе

закрой мои глаза
прошу оставайся
быть оставленным
ужасное чувство, знаю
может быть, помогу
зашей мой рот
красной нитью
будь счастливой
будь сильной
каждый всегда будет
вознагражден по заслугам
своим — будь настоящей
и этот океан наконец-то
расступится когда ты
шагнешь по нему

всё во мне хочет к тебе
всё во мне хочет к тебе
всё во мне хочет к тебе.

привет. простите за мои исчезновения, у меня очень трудная жизненная ситуация и недавно я снова пытался покончить с собой. впредь я постараюсь это не упоминать, но со мной такое периодически происходит. мне жаль что кого-то это триггерит. простите, что я такой. мне не становится лучше... всё плохо. но стихи будут здесь все равно, просто хорошие новости вряд ли, а о плохих писать не буду.

люблю вас. на самом деле люблю. всех. если бы вы знали как для меня важен каждый человек который читает мои стихи...это да.. сложно объяснить.

привет Господь
привет отец мой
привет хожу всю жизнь
все ночи напролёт
с разбитым сердцем

прочь из души
моей — прочь из плоти
(но прокажённых
счастье не заботит)
прочь из этого
дикого места
останется лишь
то чему не нужен
никакой конец

хожу хожу хожу
всю жизнь хожу
с разбитым сердцем

противься свету
противься холоду
и голоду и штормам
не важно как далеко
не важно и как долго
до нас ты доберешься
целостным и честным

хожу брожу вокруг
твоих дорог уже давно
с разбитым сердцем

приставь к виску
двустволку — было б
толку от неё. здесь
не поможет ни пуля
ни ружьё — здесь только
заведётся мой мотор
и рвусь скорее в ночь
опять спускать затвор
опять нестись по улице
под утро чтобы вовсе
задыхался — уснул ещё
на сто часов и видит Бог
вообще не просыпался

хожу среди своих
хожу среди чужих
с разбитым сердцем

я вернусь сюда
в один из ненасытных
солнечных дней — вырыть
наши кости и освободить шеи
от петель — там где и ржавчина
растекается медь в твоих глазах
превращаясь в чистое золото

когда я был молод
не верил в то что есть что-то
за пределами этого города
отец говорил: там ничего
мать повторяла: лишь небо
закрывающее полигон травы
колючей проволокой обвитое
кровососущие монстры следят
за каждым движением твоим

я вернусь сюда
в месяц апрель — ох он из тех
кто жестокости не знает предела
выкопать струны твоей гитары
в суматохе забытые ключи
от наших домов которые
всегда казались нам скорее
ловушкой чем убежищем
на пристани святых пою тебе
засовывая руки под одежду

похоронив там все
свои зубы/всю смерть
что преследовала меня
все свои мечты/всю лесть
каждую ночь моё тело
превращалось в трубу
одной из фабрик на окраинах
я был слишком несмышленным
слишком спешил/не уследил
и что теперь? — засыпаю
с толстым котом на груди

выравнивающим пульс
наших сердец — на рассвете
сбежит как и все/сожрёт мой
мозг и не подавится. оставив
две чеканных монетки
на глазах покрытых мрамором
сожалений и неверных решений

но кто мог решить
во что верить тебе
во что верить мне

мы похоронили нашу дочь
с листьями полыни и мяты
в сырой радиоактивной земле
не оставив ей шанса взлететь
прежде чем смерть сделает
то что должна — поразительно
что ей куда предпочтительнее
просто наблюдать и смотреть

но кто мог придумать
истины наших тел
за нас самих? кто поверит
в то что ты никогда не знала
как правильно писать письма?
кто вкладывает эти кучи мусора
вместо наших конечностей
представляя их истиной?

мы добровольно легли
в этот гроб (мне обещай
по велению ветра (никогда
по наставлению (не сдаваться
детских раскрасок (ты выше
отворивших дверь (чем боль
в призрачный лес ( сложнее
там нет дверей (чем вера чужая
и не было снега (чем желание
лишь слова на земле (обещай
складывались в капли (обещай
гнетущего дождя (обещай
обещай обещай обещай обещай)

и когда поступил
новый приказ: прыгать
в одну из вырытых нами же ям
ты знаешь — мы не ослушались.

if i get there early
will it be the right time?
our heaven is just waiting
so put your hand into mine
if i get too surly
will you take that in stride?
our boat is just there waiting,
so put that little hand in mine

поглощая весь мир
прежде чем он сможет
поглотить тебя самого
ведь выбора не остаётся
когда над тобой зависает
лес самоубийц и колыбель
мрачного воскресенья играет
сквозь стенки колодца

не бойся ничего
во мне слоновая кость
сонный паралич/безразличие
иглы ходят врозь — не бойся
вся реальность над нами
разбросана то вдоль
то поперёк — фронтир
и тот давно преодолён
затух тот факел что горел
при переправах через рубикон

(я предпочел бы умереть
в полном одиночестве)

в желудках лошадей
ворвемся вместе
на кладбищенский парад
когда наши гробы взойдут
на пантеон — мы встанем
закричим им — прочь
прошу не бойся ничего

ты не орудие убийств
ты не играла на лире
когда распяли Христа

ты не орудие убийств
убедись взглянув
в дверной глазок
покрытый кровью
маленьких орхидей

(я предпочел бы умереть
ещё в младенчестве)

почти неслышный
человеку плач
из твоей груди
разносится
по улицам — потом
ты улыбаясь
скажешь снова
ну и что с того?

прошу тебя
не бойся ничего
взгляни — повсюду
пустота
снаружи
и внутри

теперь лишь нам
решать когда времени
остановить свой ход
ведь рядом с тобой
его течение прервано

я вырву из земли
любой предел контроля
смогу защитить от боли
вцепившейся в ступни твои
от нервных волн въевшихся
в волосы — не бойся ничего
дай созидать затмение луны
в твоей груди оставшееся

(я предпочел бы умереть
в отрочестве)

поглощая этот мир
прежде чем он решит
что сможет поглотить мой

домой возврата нет
попробуй притвориться
что всему чему не суждено
обязано случиться.

манматха.

кризис почти закончился. начинается эра светлого пашизма. в душе играет брюс спрингстин.

You sit and wonder just
who's gonna stop the rain
Who'll ease the sadness?
Who's gonna quiet your pain?
It's a long dark highway
and a thin white line
Connecting, baby,
your heart to mine
We're runnin' now, but,
darlin', we will stand in time
To face the ties that bind

я вас всех люблю пиздеццццц...

одинокая граница
такой она мне снится
гигантом что двигает
горные массивы — тихо
переминаясь с ноги на ногу
как младенец всё не может
разыскать равновесия
найти себе место

вокруг все стараются
смерть ему продать
под видом смирения
в безмолвии тьмы
попробуй взять/найти
того сопротивления
хранящегося в той
дольке апельсина
что другу отдаёшь
так просто — без причины

невозможная душа
взмывая над морем
взорвется опережая
распад — во мне оставшийся
наследственной болезнью
вместе с тоски поместьем
по которому прогуливаюсь
осторожно — пока не крикнет
кто-нибудь издалека: хватит

пока не взойдёт солнце
превращаясь в огромную
монетку по которой тучи
проезжают как поезда
которым снится что у них
в вагоне есть что-то очень
похожее на сердце — в цепях
и паровых генераторах

пока они
медленно
катятся
вдоль стен
моей спальни
сквозь тысячи
лунных кратеров

каждая часть
моего тела
настроена
против другой

каждый кусочек
моей души
себе выбирает
пару из ближних
приглашая её
на их последний
танец — пока все
струны моей эмпатии
наигрывают им
одну из мелодий
близкую по духу
к my favourite things
или скорее
sweet baby of mine

и ты пока шанс есть
спой мне одну из тех
августовских рапсодий
не нам суждено умирать
на одинокой границе

и не нам каждый день
снится черная вода
в которой прах земной
взывает к тишине
стараясь вырыть
своё тело из коралловых
зарослей — там и нет его
уже давно — поросль мира
только
что осталась
украдкой
присматривать
за своими
безумными
творцами
вне правил

нам остаётся немного
но оно определенно
стоит любого страдания
миллиард становлений
желающих слияния.

you can't go home again.

#переводы

друзья теплее
чем золото
когда старость
сменяет молодость
но сохранить их сложнее
чем ты мог предполагать
в последнее время
завожу незнакомцев
куда бы ни направлялся
часть из них люди
люди которых
я счастлив
был знать

мили горят
на приборной панели
темнота наступает
с огромным рвением
напрягаясь, продолжаю
снова давить на себя
и в одном из субстратов
глубоко внутри осознаешь
случилось что-то ужасное
признаюсь — я едва держусь

всё моё счастье прошло
всё моё счастье ушло
за грань того что знал я
всё моё счастье пропало

десять тысяч
полудней назад
счастье буквально
переполняло меня
жить одним днём,
иметь чёткую цель
я и ты, мы и они
все те люди в те времена
когда все наши трудности
лишь измеряли нас, помнишь?
знаю, что помнишь

это не пурпурные холмы
и не серебряные озёра
не межштатные магистрали
в тени снежных облаков
и не поездка на велосипеде
в портленде, орегон
под холодным дождём
где всё в порядке
и никто не спросит
но страх так силен
что задыхаешься вовсе
не продержаться дольше

ведь куда бы я ни шёл
куда бы ни шёл — знаю

всё моё счастье прошло
всё моё счастье ушло
за грань того что знал я
всё моё счастье пропало

Дэвид Берман (Purple Mountains) - All My Happiness Is Gone

перевод: паша автоменко-прайс

однажды я
думаю случайно
притворился временем
(моим злейшим врагом)
и не смог превратиться
обратно в себя самого
остановился когда
было слишком поздно

Б-же я устал притворяться
носить чужие лица
словно вельветовые брюки
и потрёпанный пиджак
в зелёную клетку цветов
где закипает старость
и кончается сон

кем мне стать теперь
когда дикий зверь даже
при моём виде убегает
оставляя разорванную
на куски мяса добычу
отвыкнуть не получится
всё будет таким непривычным

стал есть осеннюю листву
и снегом запивать своё горе
морским воздухом тушить
костры печальные и минутами
перебороть отчаяние пытался
вытирал уголки рта
стрелками часов
и томлением Твоим

стал невыносимо скучать
и ценить то чего не имею
пока в роли вечно страждущего
перетекаю по секундомерам
и младенцев касаюсь
как и голубого неба
собирая все облака
и лунные камни

я обещаю Тебе что мы
будем вместе — только
смогу переродиться
в тополиный пух
или в литиевую батарейку
(Б-же мы обязаны справиться)
смогу закричать как
подснежник кричит
отвечая весне на её
песни и пляски
в городах красной ночи

осилить дороги мои
превозмочь боль
невесомости поцелуй
струящийся звездопад
каждого кому был бы рад
молитву за каждое утро
отнести как дар
в Твои руки нежные
любовь что правит всем

и когда Ты захочешь
вернуться домой то прошу
забери с собой мое осознание
происходящего манящее
наслаждение горечью
наваждение в ночь
отправляющее колокола
Нагасаки сквозь простор
монологов выпущенных
ядовитыми стрелами
в чужие сердца

оставь мне только
пыль того света
для одинокого танца
в ненасытной пустоте
каждого из субстратов
вычитающих мою жизнь
из всех уравнений.

привет, дорогие друзья! в последние времена у меня всё тяжко. много тревоги и неуверенности и непонимания, не могу рационально смотреть на себя/своё творчество/свою личность. поэтому очень хочу у вас спросить, читаете ли вы последние стихи и нравятся они вам или нет... голосование анонимное, не переживайте. большое спасибо вам если ответили!!

люблю вас, ребята.

было куда легче
жить в тишине когда Б-г
(мне так казалось)
был на твоей стороне
когда мог превращать
тоску в стаю ворон
ворующих хлеб
у старой голубки

пока за окном
междугородней
маршрутки — сотни лиц
что были близки когда-то
и ночь воображая себя
беспризорником
свой приют для тебя закрывает

призрак отца мелькает
между пыльными створками
(мы больше не вместе сын
уж постарайся понять)
дурная весть — но я стараюсь
радоваться тому что есть

пустоши — но из тех
что совсем не стремятся
стать пустотой
не остаться ничем
не остаться собой

пустоши что совсем
не хотят быть среди
засухи среди стужи
среди тех с кем им лучше
среди тех кто им нужен

пустоши — из тех что
аккуратно сияют нам
(или скорее напротив
отражают чужое сияние)
тех что наконец-то оставили
попытки стать лучше

пустоши что перестали
надеяться или верить
из тех что уже нельзя
просто взять и измерить
в привычной нам форме
маршируют за дхармой
у них ни отца ни матери

только нынешний воздух
отсутствие внешнего
прегрешение чествует
чувствуют страх между
кого в край пустоты
считай сама судьба вела
и тех кого не сберегла.

зима тревоги нашей впереди
те дни прошли их не вернуть
нам говорили — все утра мира
настигают за завтраком
где-то на окраинах тюмени
из перерытых равнин
личностного роста
кротовые норы
твоей души
подсвечиваются
пламенем синей
ароматической
свечки горящей
здесь дольше
чем сама вечность
мне бы просто
навсегда тебя
сжать и пару
твоих маленьких
рук — закрывая
каждый гештальт

пресекая попытки
погрузиться в мир
один из тех что полон
шоколадными фигурками
ангелов — что каждый раз
забывают помолиться за нас
и карамельных распятий
похожих на пастилки
от кашля — знаешь ты
действительно прекрасна
в этом платье из обрывков
пропагандистских газет
и журналов местного крематория

а когда спросишь
верю ли — скажу верю
пальцы за спиной скрещивая
давая все те обещания
любой ценой избегая
присутствия духа святого
среди цепей твою шею
пережимающих изнутри
среди зимы тревоги нашей
дорогая всё только впереди

«...и Он сказал мне посмотри в десницу истины что распласталась по твоему миру словно ироничный смешок на задних сидениях кинотеатра, но я увидел лишь четырёх псов дикой тишины и четырёх псов дикой доброты грызущих кость вселенной и к их хвостам были прикреплены золотые конверты и я спросил Его — что в этих письмах?...»

где смерть припадает
в тени деревьев бледная
к сочащимся нектаром губам
где голод сочиняет мантры
разрывая нити повествований
где чума заражает почву
дисморфии припадками
где корона упадет к ногам
под звуки шагов человека
что направляется к нам

каждая клетка ощутит
что тело теперь лишь тюрьма
каждая метка сойдёт за стигмату
оставленную волхвам
и ветер подрывающий деревья
вместе с моим доверием
заглушается под звуки шагов
человека идущего к нам

голоса вымаливают прощения
в королевстве где нет короля
да здравствует королева
ядовитых ивовых ветвей
и смирительных рубах
да здравствует солнце
проклинающее своих детей
и дети проклинающие
своих матерей — встань
когда начнется подобие суда
под звуки шагов человека
направляющегося сюда

пустая кружка пронеслась
по всем площадям
и две монеты из неё
влетели в мои глаза
рождаясь ли умирая ли
судьбой решено нести кресты
те что давно мне отданы
Г-сподь забудет все мои слова
тот человек шагает
приближаясь к нам

кто богат — тот беден стал
кто беден — тот теперь богат
стучит в предсмертном хрипе
ритме танго каждый променад
пробиваясь к толпе слепящей
поющей сквозь терновник
гимн миру гимн любви
прекращая овладевать
желая быть а не иметь
воистину сражающийся
против острия лишь
ранит вечно сам себя
под стук шагов человека
что среди нас остаётся
забывая закрывать глаза
когда смотрит на солнце

и ослеплённый
Он смирился
с вечной болью
что сам принёс сюда

«...и та истина представляла собой лишь набор, казалось бы, на первый взгляд не имеющих друг к другу отношения обрывков фраз, мест, фотографий и чужих признаний, но лишь тогда я понял как глубоко ошибался в силе Его созидания, в красоте Его непримиримого чувства справедливости. Он вырвал дерево и приказал мне стать одним из деревьев, Он пустил с небес ливень и приказал мне стать секретным озером в череде таких же озёр. Теперь я сам лишь отражение воли Его, я поставил на него всю свою жизнь и мне не о чем жалеть — растекаясь вместе со смехом по задним сидениям кинотеатра...»

алексею каменеву.

...говорит: есть только два пути и ни один из них не подразумевает под собой какого-либо сопротивления. Сопротивление — бесполезная затея когда твоим врагом является что-то даже более беспощадное чем само время и ему сопутствующие. Сопротивление рождает лишь больше абсурда в мире переполненным абсурдом, но справедливости ради что как не абсурд всего на свете облегчает нас, страждущих?...

...Отец всегда спорил с моей матерью, очевидно не просто так...когда в детстве среди аромата пирожков, фарша, дешёвого мыла и бальзама для вставной челюсти, в гостях у своей прабабушки мне довелось узнать о динозаврах и о том как именно вымерли динозавры...Господь свидетель, я не представлял нашу с ним дальнейшую совместную жизнь. Отец говорил что и распяли Христа тоже в своём роде из-за абсурда/ради шутки. Что ж, сейчас я могу судить что эта шутка в своём роде бесконечна и напротив что лишь то что абсурдно имеет некие очертания вечности и (парадоксально) осмысленности.

В одном из своих кислотных трипов по молодости я словно взбирался на своего отца, как взбирался на могучих колоссов или на спины тем динозаврам. Мой страх растворился когда один из них прорычал мне:

- Чего ползёшь, малявка? Задавлю же.

- А правда что тебя создал Бог?

- Поди разберись теперь кто кого создал, Он нас или мы Его! Слезай отсюда!

- Ещё один вопрос. Ты знаешь что вы все скоро умрёте? Ну, насовсем умрёте...как вид.

- А кто не умрет тот разве живой?

Не могу вспомнить что я ответил тому по-своему мудрому существу, но основная мысль горит во мне все эти годы...

...не будет забыта та душа, думаю что душа не умирает. Колесо Сансары — вот вам и вся вечность. Каждая душа распространяющая любовь должна оставаться в памяти, в коллективном бессознательном, отпечататься там. Любовь и Доброта сильнее смерти, так они нам говорили — есть два пути. Если мы хотим сопротивляться, то сопротивляться стоит невыносимому холоду, тотальному непониманию между людьми.

Средства есть у каждого. Как и причины сражаться. Времени всё меньше, но в следующий когда мы будем рядом — я скажу Тебе всю правду. Поцелую тебя, укушу уголок твоих губ и острая тоска (надеюсь) не вонзится в наши уязвимые сердца. Безжалостная, буйная, пустая — как и вся жизнь по большей части. Эта тоска и горечь всегда здесь, она привкус каждого счастья — страх что всё закончится. Она лишь ждёт подходящего момента.

Но в конце концов в момент поцелуя — звёзды застывшие и вросшие в твои глаза прожигают этот туман, Манматха.

Может в этом мире ничего мне и не принадлежит кроме моей нескончаемой любви к этому миру и людям его населяющим, пускай. Я привык радоваться всему и это — пожалуй лучшая моя награда.