Ребята. Одна из лучших (да не побоюсь этого слова) представителей русского рока не предал себя. Я умудрился пропустить премьеру клипа со всем этим дерьмом вокруг, думаю и вы пропустили. За сим - представляю вам их относительно новую работу, работу за которую им никогда не будет стыдно...


https://youtu.be/_T2-h_J7UXw

Ну что Лулушка опять жжет)


https://youtu.be/tOofYfMmK98

Сегодня прям день радостный. Ещё одни старики решили нас порадовать...

https://youtu.be/q07dm6lPs2k

Ребята, я жил и учился в стране где шла война. У нас не было света и газа и воды. Свет и воду давали раз в сутки и это в лучшем случае.
Было много интересных лайфхаков. Как выживать зимой без света. Если вы хотите могу написать некую статью - мемуары, про лайфхаки о которых лично знаю и использовал.

2023 сказал нам держитесь дети.
22 вам покажется прогулкой на детской  планете.
По утрам глотая йода хлорид,
Ты с улыбкою вспомнишь, карантин, и ковид.
Влезая потом в родной ОЗК,
С любовью погладишь кормильца АК.
Посидев на дорожку, передёрнув затвор,
С опаской звериной выйдешь во двор.


Всех с наступающим!

Детишки, многие люди имеют лживые понятия про то, что такое анархизм, кем был Махно и какие последовал цели. По сему решил Вас чуток просвятить

Анархизм это романтизм.

1. Три волны
Просвещение предложило образ «естественного равенства» между людьми одинаково рациональными, в основном добродетельными и в общем-то теплохладными. На это представление о «естественном» — природном — равенстве, опирались все проекты эпохи, которые предлагали установить равенство социальное.
Но затем пришел романтизм, и всё испортил.
В представлениях романтиков, люди отнюдь не подобны, и уж тем более не подобны благодаря добродетельности или умеренности. Человек может родиться гением или калекой; способен стать святым или чудовищем. Романтизм ищет экстраординарное, а не среднее. Говорить о «естественном равенстве» людей стало труднее.
К этому добавились новые данные и новые теоретические программы в области физиологии. Появилась целая череда ярких идей — среди них и те, которые сегодня продолжают развиваться, и те, которые ушли в область маргинального, как френология и обновленная к концу XVIII века физиогномика. Они также делали акцент на различиях между людьми. Люди не равны, и это доказано наукой.
И наконец, недавние события — Великая Французская Революция — вызвала массовое подозрение к идеям равенства. По крайней мере форму их применения критиковали и противники и даже сторонники радикальных изменений.
Романтизм, физиология, травма коллективной памяти: конец естественного равенства.

2. Органицизм
Три удара — и способы думать о «человеке» изменились. Люди снова не равны от природы. Теперь дело за реакцией: как ответят герои-мыслители политической теории своего времени на изменившийся интеллектуальный ландшафт?
Мейнстримом становится органицизм: видение общества по аналогии с организмом, где каждый орган выполняет свою специфическую функцию, и все органы поставлены в иерархические отношения. Теперь кажется, что лишь так можно достигнуть социальной гармонии.
Его активно продвигают условные традиционалисты, который издавна использует идею «естественного неравенства», чтобы обосновать неравенство социальное. Либерализм находится в очередном кризисе. Сен-Симон и Фурье поддались искушению, и впускают органицизм в утопию. Часть сторонников эгалитаризма ожесточенно защищают механистическое представление о равенстве.
На этом фоне, возникает необычная реакция на тезисы органицизма, которая и станет позднее теорией классического анархизма.
Анархизм соединяет органицизм с эгалитаризмом.
3. Синтез
Итак, со всех сторон идут нападки на старое представление о равенстве, холодное и плоское, как стол прозектора. Не секрет, что прежний концепт «естественного равенства» включал два противоречивых аспекта. С одной стороны, это освободительная идея, которая требует разрушить «несправедливые неравенства» сословного общества. С другой, она открывает дорогу для скрупулезно проработанных систем дисциплинарной власти, о чем почти не распространяется Фуко. Это был эгалитаризм, вполне совместимый с мессианскими амбициями «революционной элиты» и постройкой паноптиконов.
Следовательно, атаковать эту концепцию можно с двух позиций: освободительной и репрессивной. Анархистами стали те сторонники перемен, кто сумел подорвать скучное равенство Просвещения в пользу еще более радикального эгалитаризма. Для этого потребовалось дать органицизму необычный и остроумный ответ.
Пока Сен-Симон и Фурье практически сдают без боя идею равенства, анархизм поднимает на знамена шокирующую формулу: равенство и разнообразие.
Теперь «естественные неравенства» человеческих качеств не противоречат идее равенства между людьми, а наоборот, дополняют и укрепляют ее.

4. Три опорных узла классического анархизма: Прудон, Бакунин, Кропоткин.
В каком-то смысле, анархизм принял органицистское видение мира. Классическая анархистская теория вбирает и переписывает под собственные задачи все три вызова «естественному равенству»: 1) новые естественно-научные данные, 2) травму ВФР и 3) дикое разнообразие романтизма.
Еще Прудон пытается примирить различие и равенство в работе «Что такое собственность?»: «Естественное неравенство — условие равенства богатства!.. Какой парадокс!..». Можно догадаться, что общество у Прудона представляется чем-то органическим: подвижным, связным, не разделимым на атомарные элементы.
Кропоткин находит способ утвердить эгалитаризм в эволюционной теории Дарвина. Одно это дает новому эгалитаризму мощный теоретический рычаг. Биология теперь работает на равенство, а не против него.
Бакунин атакует авторитарные тенденции в Интернационале, в очередной раз утверждая традицию подозрения к авторитарным аспектам Революции. Революционный проект уже критиковали и «утописты» и «консерваторы». Но в этот раз, все немного иначе. Критика отталкивается от позиций большего эгалитаризма.
У каждого из них почти всегда можно найти блоки теории, выполненные ради других двух задач. Бакунин высказывается о физиологии, Прудон — об авторитарной общности (communauté)...
Обычным становится, казалось бы, парадоксальное утверждение: большее разнообразие — большее равенство! Направление мысли поражает, но не удивляет. Классики анархизма пришли в этот мир через пару поколений после Шелли и Кольриджа. Прудон был одногодкой Эдгара По. Что Прудон, что Бакунин приводят почти мильтоновские образы Падшего Ангела — вполне типичный романтический мотив. С анархистскими теоретиками, эгалитаризм отказался от холодного равенства Просвещения и принял романтическое видение общества, как буйства красок и форм.
Но как это возможно? Чтобы примирить равенство и разнообразие, использовалась анархистская концепция образования.

5. Собранный ими конструктор
Классический анархизм выполнил поставленные перед ним теоретические задачи блестяще. Это остроумные решения и напряженная работа, которые позволили эгалитаризму выжить в XIX веке.
Подключая биологизм к эгалитарной идее, классики анархизма сделали наглядной возможность присоединять и другие области инновационного и точного знания. Слишком часто требуются особые усилия, чтобы преодолеть инерцию мысли и позволить себе создавать новые сочетания из элементов конструкций.
Ставка была сделана верно: эволюционная теория выиграла, френология проиграла. Подозрение к авторитарному утопизму еще усилилось после Русской революции и прочих событий. Кризис механистических взглядов на общество только углубился со временем.
Загадочное равенство разнообразия так никогда и не разовьется в полноценную теорию. Формула «равенство + разнообразие» внезапно станет востребована в новом веке и в новом ландшафте идей — со стороны «либерального» проекта — и будет им переприсвоена.
Но это уже совсем другая история.

Уже несколько лет меня спрашивают:
- Слышь дед, а почему телеграмм не безопасен и дыряв.
Так вот детишки, открою Вам секрет, телега сотрудничала с ФСБ ещё за долго до известных событий, которые были связаны с гос нарко контролем, не то, с РПЦ, да блин - во ркн. Причина? Пруфы?
Детишки, вы серьезно думаете, что мессенджер, который не связан со спецслужбами и который не возможно взломать и мифические "ключи" от шифрования требуются, настолько легко взламывается, что с самого начала существования этого менеджера были и есть коммерческие предложения по взлому аккаунта телеграмм?
Примерно такие же наивные речи я слышал со стороны ребятишек по отношению к ВК (пока Дуров был у руля), что типа ВК не передаёт данные и так далее.
То что я, вы или третий человек, настолько мелкая сошка, что мы нахер никому не упали, не не так..... То что вы настолько мелкие сошки, которые нахер никому не упали (не то что я) и ваш аккаунт максимум потребуется вашей мамке или жене, а из секретного трафика, максимум что, ваше гей порно в подростковом возрасте, это ничего не значит.
Так что, дети, пользуйтесь хоть ватсапом. Все срать на вас)))

Температура ниже абсолютного нуля: почему физики могут её достичь и что это значит

Ну что, детишки, сегодня мы поговорим о настоящей магии! Не о той, что в Гарри Поттере, а о той, что творится в лабораториях. А точнее, о температуре. Все мы знаем, что бывает жарко и холодно, а самый-самый холод — это абсолютный ноль, где-то там, на −273,15 °C. Холоднее некуда, как нам всегда рассказывали. Ну, или почти. Потому что однажды, в 2013 году, учёные из Германии решили, что правила — это для слабаков, и сделали температуру... отрицательной по Кельвину!
"Что за бред?" — скажете вы. "Как можно быть холоднее, чем самый холод?" Вот тут-то и начинается самое интересное.

Температура — это вам не просто термометр, а целая вечеринка с пасьянсом и куртизанками!

Представьте себе, что температура — это не просто шкала, а показатель того, насколько хаотично и весело частицы в веществе. Чем горячее — тем они скачут, танцуют и бегают. Чем холоднее — тем они медленнее и организованнее. При абсолютном нуле они должны замереть, как по команде "Стоп-игра!".
Но у физиков есть своё, более заумное, но и более точное определение. Для них температура — это как быстро система приходит в состояние равновесия, когда к ней добавляют энергию. И тут на сцену выходит энтропия — нудная тётенька-бухгалтер, которая следит за тем, насколько всё в системе беспорядочно. Чем больше энергии, тем больше хаоса, и тем выше температура. Всё логично, правда?

Инверсия населённости: когда все хипстеры перебрались наверх

Обычно в любой системе — будь то газ в шарике или атомы в твёрдом теле — большинство частиц тусуются на нижних энергетических уровнях. Там уютно и спокойно. На верхних уровнях — пустовато, там только самые "энергичные" или, скажем так, "продвинутые" частицы. Так вот, положительная температура — это когда у нас много "нижних" и мало "верхних".
Но что, если взять и устроить революцию? Что, если каким-то чудом заставить большинство частиц перебраться на самый верхний энергетический уровень, оставив нижний почти пустым? Физики называют это состояние инверсией населённости. И вот это-то и есть отрицательная температура по Кельвину! Это состояние настолько необычное, что по своей сути оно горячее, чем любая система с положительной температурой!

Почему отрицательная температура — это очень-очень горячо?
Звучит как шутка, но это правда. Если вы принесёте "холодный" объект с отрицательной температурой к обычному "горячему", наш "холодильник" будет отдавать тепло, а не принимать! Потому что у него — гигантский избыток энергии, а частицы так и норовят спуститься вниз, на "правильные" уровни.
Для эксперимента немецкие учёные использовали очень хитрую штуку — квантовый газ из атомов калия-39. Сначала они охладили его почти до абсолютного нуля, а потом, поиграв с лазерами и магнитами, заставили атомы... начать притягиваться друг к другу. Да-да, те, которые обычно отталкиваются. Это создало состояние с невероятно высокой энергией, которое и стало той самой "отрицательной температурой".

Итог: никаких холодильников, только квантовые штучки
Так что, детишки, не ждите, что в магазине появятся холодильники, которые будут охлаждать еду ниже абсолютного нуля. Отрицательная температура — это не про обычное тепло и холод. Это про очень сложные, высокоэнергетические и нестабильные системы. Именно такие явления лежат в основе лазеров, квантовых компьютеров и других крутых технологий.
Поэтому, в следующий раз, когда вам кто-то скажет, что холоднее абсолютного нуля быть не может, вы сможете с умным видом ответить: "Как сказать! В квантовой физике всё возможно!"