Показательный и красноречивый фрагмент из американского сериала. О стратегии "управляемого хаоса", искусственном взращенном в обществе нигилизме и извечном приеме "разделяй и властвуй".

«Кроличья нора» (Rabbit Hole, 2023) — сериал о корпоративном шпионе, который сам попадает в мясорубку чужих манипуляций. Иллюзии, подмены, фейковые новости, подставные реальности — всё это не «будущее», а уже здесь. Главный герой то ли агент, то ли пешка в большой игре, где правда важна меньше, чем умение внушать «правду» другим. Сериал в лоб показывает, как работает машина обмана XXI века: данные, инсценировки, «альтернативные факты». Вопрос один — если ты рухнул в кроличью нору, то вообще есть шанс выбраться наружу, или весь мир уже сплошная декорация?

📽🎛 Рубрика "Киношифр"

Паноптикон XXI: Постдемократия

#Киношифр
#ГримуарНуара

🚦🚘 Volkswagen вводит новый уровень абсурда: подписка… на мощность двигателя.

Электрокар ID.3 Pro идёт с 201 л.с., но за скромные €16,5 в месяц вам могут разблочить ещё 27. Как Netflix, только вместо сериала — лошадиные силы.

Компания честно предупреждает: попытаетесь взломать — ждите суда. И готовьтесь: «опция» скоро появится и на других моделях.

Вопрос риторический: что дальше? Подписка на подушки безопасности? На тормоза? Или, может быть, плата за право выехать со двора?

Рубрика "Чёрное зеркало"

Паноптикон XXI: Постдемократия

#ЧерноеЗеркало

Криминальная революция: от благородного разбойника Робин Гуда до братков 90-х

Сначала — предыстория.

Союз развалился. Люди остались один на один с катастрофой: нищета, гиперинфляция, бесправие, обвал старых моральных кодов. «Старой системы» больше нет — но её отрыжки живут и процветают: крупнейшие хищники не беднеют даже в самые чёрные месяцы, наоборот — уходят «в плюс».

При этом целая волна сильных молодых мужчин выброшена на обочину: забытые государством воспитанники спортшкол и ДЮСШ, вернувшиеся из Афгана, уволенные военные и силовики. Сил — много, правил — нет, коридор возможностей — открыт.

В этих условиях 90-е становятся криминальной революцией. Не цветной, не по Джину Шарпу, а тихий, хищный бунт «по понятиям». Бандиты не борются «за всеобщее счастье» — они бьются за себя и за свой круг, за тех, кто рядом. Но бьют по Системе.

Он нарушает закон, но живёт по своему, «правильному» закону. Как метко сказал Тони Монтана в голливудской нетленке "Лицо со шрамом":

«Я всегда говорю правду. Даже когда вру».

Повстанец в кожанке

Для «честного» бандита деньги — не конечная цель. Топливо — азарт, кураж и кайф от наебалова государства-паразита, обыгранного на его же поле.

И сил у него — «слишком много» (героиня Натальи Фатеевой про Фокса в «Место встречи…»).

Советская цензура показала Фокса как убийцу сторожа, верующего у трудового народа — иначе нельзя, — но сквозь фильтр всё равно просвечивает протестный характер: «ножичков у нас на всех хватит» (фраза, абсолютно невяжущаяся с уркой, грабящим за пару походов в кабак или за дозу наркоты); опять же заслуженный экс-фронтовик Левченко, незаслуженно униженный системой, в банде; и не случайный выбор восхищающейся Фоксом героини, как представительницы культурной богемы, пусть и не особо чествуемой пролетариатом в СССР.

Правда такая: достаётся и «системным», и случайным — лес рубят, щепки летят. И вот это, как ни парадоксально, роднит криминальную революцию с классической: революцию делает меньшинство пассионариев, которое не спрашивает разрешения у инертной массы. В определённой мере всегда действует правило: «кто не с нами — тот против нас».

Разница — в масштабе: у криминального протеста сообщества локальны (но вспышками покрыли всё постсоветское пространство), у классических революций — десятки и сотни тысяч. В обоих случаях сопротивление организовано: от ОПГ и «сходок» — до партийных ячеек. Именно это отличает революцию от обречённого стихийного бунта.

Гаврош, Жавер и Козырь «с третью»

Не случайно у Гюго именно Гаврош помогает восставшим разоблачить Жавера — законника Системы, которого в 90-е назвали бы «мусором».

К этой линии примыкает Козырь из «Статского советника»: формально жиган, «фартовый», но его эксы — пусть и «с третью» себе — бьют по буржуазному порядку и де-факто подпитывают революцию. Он не революционер «по уставу», он революционер по факту — и опять же живёт по своему «правильному» закону.

Паноптикон XXI: Постдемократия

Окончание 👇👇👇

Начало выше в ленте

Кино как барометр

Почему образы от Саши Белого до Тони Монтаны узнаваемы на любом континенте в любое десятилетие? Потому что это архетип личной свободы, риска, внутренней правды — зеркало скрытых желаний зрителя.

Иногда судьба сама переплетает имена и биографии. Украинский националист, неоднократно судимый в прошлом вовсе не за политическую деятельность Александр Музычко — он же «Сашко Билый» — носил то же прозвище, что и герой «Бригады». Не плагиат — рифма истории. Чечня, Майдан, жёсткий внутренний стержень — и закономерный финал: ликвидация государством, теми, кто не стоял на баррикадах, но сполна воспользовался плодами чужого протеста.

"Свобода, равенство, братство" — по 90-м

Классика учит: фундамент любой революции — свобода. И если капитализм оправдывает себя тем, что личное благосостояние через конкуренцию ведёт к общему благу, то почему, в конце концов, личная свобода не может претендовать на то же моральное право?

У братков свободы и братства было в избытке. А «равенство» выглядело несколько иначе: любой вожак — только первый среди равных, пока тянет круг. Перешёл черту — ответь за базар (вплоть до жизни). Здесь сообщество меньше партий, но личная ответственность неизмеримо выше: все знают друг друга в лицо, «дотянуться» до любого — реально.

Гоцман против Чекана

Посмотрите на пару из «Ликвидации». Гоцман — герой, но системщик; за ним аппарат, от которого он сам страдает и который оправдывает: «время такое». Чекан — голая личная отчаянность и свобода. Один живёт надеждой на «светлое завтра», другой действует принципом «сейчас или никогда». Но если цель любой революции — свобода, то кто ближе к её нерву?

Генеалогия вольницы

Модель «бандитской вольницы» не родилась в 90-е. Запорожская Сечь — убежище беглых от крепостничества, солдат удачи, отчаянных людей; периодически не брезговали наниматься «бить кого-то за кого-то». При этом порядки среди своих были крайне демократическими: должность лидера была выборной. Нассау XVIII века — пиратская «республика», буквально сражавшаяся за свою независимость. Дикий Запад США строился на сходной логике самоуправления вооружённых общин; потом это назвали «колыбелью демократии». Историческая линия прямая: самоорганизованные вольницы → локальная справедливость → рождение нового порядка.

«Крёстный отец» против государства

Отсюда главный парадокс: локально-региональные сообщества под условным Крёстным отцом часто оказывались устойчивее и справедливее для обычного человека, чем государство. Поборы меньше, чем налоги; бюрократии почти нет; правила простые и понятные. В отличие от государства, где правила меняют под себя «уважаемые люди».
И здесь к месту точка-гвоздь: наиболее опасные преступники редко носят маски — они носят галстуки.

Внутренняя война и «пожирание детей»

На «приземлённом» уровне революция шла и внутри криминального мира: новая улица против старой воровской «системы», державшей подпольный порядок десятилетиями. Где-то договаривались, где-то решали силой. И снова лес рубят — щепки летят.

И, как всякая революция ("робеспьеры" во Франции конца 18 века давили друг дружку почище бандитов, как и большевики позже), эта тоже пожирала своих: первыми падали самые принципиальные, а выживали не сильнейшие духом, а самые гибкие и беспринципные, которые впоследстви и влились органично во всю ту же ново-старую, нерушимую систему.

И последнее — о тенях

Наконец, не стоит и преувеличивать стихийность. Как и всякая крупная историческая перестройка, криминальная революция на постсоветском пространстве (и чуть раньше — в Восточной Европе) была не только вспышкой снизу. Её спровоцировали и затем использовали в интересах те, кто предпочитает действовать из тени.
Но это уже тема отдельного разговора...

👊 Рубрика "Дух времени"

Паноптикон XXI: Постдемократия

#ДухВремени

Золотая лихорадка, святые знамения или фальстарт?

«С отступлением реки Евфрат Апокалипсис не наступит, пока воды не спадут и на его дне не появится гора золота. Пусть никто не берёт это золото. Ибо тот, кто будет сражаться за сокровище, погибнет: девяносто девять из ста…»

Именно этим пророчеством сегодня активно размахивают в соцсетях мусульманская аудитория. Видео из Сирии и Ирака расходятся по лентам с подписью: «Гора золота показалась, конец близок».

Но давай разберёмся без истерики.

👉 Пока в Иране полностью высыхает озеро Урмия, а Нетаньяху зловеще шантажирует соседей угрозами «библейского возмездия», Сирия и Ирак накрыты самой страшной за 36 лет засухой. Евфрат действительно мелеет и отступает.

👉 В Ракке (Сирия) местные репортеры сняли десятки людей, которые роются в обнажённом русле. В палатках у воды сидят «добытчики», уверяя, что находят золото. Геологи же на камеру предупредили: блестящий песок и камни вполне могут оказаться обычным пиритом — «золотом дураков». Ни одного официального анализа с доказательством золота до сих пор не опубликовано.

👉 Фактчекеры тоже фиксируют: большинство роликов в сети — старые или смонтированные. А заявления о «иностранцах, стекающихся к реке» остаются слухами: подтверждений им нет.

Итог: Апокалипсис ждут преждевременно. Фальстарт.
Да, река отступает. Да, климат рушится. Но гора золота пока существует только в мемах и пересказах хадисов.

🌊🌪🔥 Рубрика "Климатический Апокалипсис"

Паноптикон XXI: Постдемократия

#КлиматическийАпокалипсис
#НовыйВавилон
#ТроянскийНарод

🐸 Шрекинг: когда Фиона ищет заботу, а получает тролля

Западная культура подбрасывает всё новые диагнозы обществу — теперь это «шрекинг». Об этом пишет NYP.

Казалось бы, сказка о зелёном огре и его принцессе должна была быть милой метафорой: любовь побеждает внешность. Но в реальности всё оборачивается циничным трендом — люди сознательно занижают планку, выбирая «менее привлекательных», надеясь, что те окажутся благодарными и заботливыми.

Итог? Разочарование. Даже «Шрек», которому снижают стандарты, легко превращается в абьюзера или банального грубияна.

Красота или уродство — не гарант доброты. И вместо Фионы у многих выходит встреча с троллем.

Симптом очевиден: общество, доведённое до невроза бесконечной гонкой стандартов и маркетинговых «образов идеального тела», мечется в другую крайность — идеализируя «некрасивых» как спасение. Но и там ждёт пустота.

Паноптикон фиксирует: ещё один «инновационный тренд» из мира знакомств — это всего лишь отражение того, что любовь и близость стали экспериментальным полем, где даже «урод» превращается в товарную категорию.

И тут важен нюанс: «шрекинг», «бодипозитив» и прочие новоязы — это не про отношения и не про свободу выбора. Это часть посткапиталистической дрессировки, где даже интимность и красота растворяются в уравниловке и псевдо-толерантности. На Западе давно нет классического капитализма — осталась лишь его пустая потребительская оболочка, внутри которой бал правят левацкие повестки. Их задача проста: стереть саму идею личного выбора, вкуса и красоты, превратив любовь в очередную управляемую «норму».

📌 В итоге Фиона остаётся одна, а Шрек идёт в Tinder.

Читайте также:

В Дании красоту обозвали агрессией, а уродство стало нормой

Тренды США: от небритых подмышек до обгрызённых ногтей

👨‍🎤🧟‍♂Рубрика "Мифы WOKE"

Паноптикон XXI: Постдемократия

#вокизм
#Бодипозитив
#ДухВремени

🎧 Tricky — Search and Survive

Перевод лирики с английского:

Ищи и выживай,
Просто чтобы остаться в живых.
Это единственное правило:
Ищи и выживай.

Шаги в темноте,
Ты знаешь — охота началась.
Каждый вдох — как последний,
Каждое движение — риск.

Мы прячемся в подвалах,
Мы дышим сквозь трещины.
Улицы похожи на шахты,
И каждый свет — обман.

Ищи и выживай,
Только так можно держаться.
Ни друзей, ни спасителей,
Лишь ночь без рассвета.

Tricky всегда звучит так, будто его голос доносится из щели между бетонными плитами. Search and Survive — это не просто песня. Это манифест урбан-выживания: никаких героизмов, никаких иллюзий — лишь голая установка «остаться в живых любой ценой». Атмосфера напоминает хронику жизни на грани, в подземке, где надежда не обязательна.

Всё в треке построено на ощущении охоты: шаги в темноте, улицы-ловушки, воздух, которым дышат «сквозь трещины». Это не метафора — это хроника жизни в мире, где каждый свет фонаря может оказаться ловушкой, а рассвет — необязателен.

Постоянная рубрика "Резонанс подземки"

Паноптикон XXI: Постдемократия

#РезонансПодземки

Министр обороны Израиля Исраэль Кац пригрозил Йемену «чумой», которая убьет йеменских «первенцев» по аналогии с библейскими египетскими казнями, если страна продолжит наносить удары по Израилю.

🕎 Рубрика "Хуцпа Богоизгнанных"

Паноптикон XXI: Постдемократия

#ХуцпаБогоизгнанных
#АппетитыЧерношляпников

Война как стартап. Украина — пилотный проект долговой империи

В июле 2025-го в Риме собрались европейские министры, банкиры и лоббисты. На публике они говорят о «помощи Украине» и «инвестициях в её будущее». За закрытыми дверями обсуждают создание фонда восстановления, куда активно привлекают частных инвесторов.

На самом деле это не благотворительность, а гигантская военная бизнес-модель. Украину превращают в полигон, где война и «восстановление» — это две стороны одной кассы. Сегодня — кредиты на оружие, завтра — приватизация под вывеской «реконструкции».

Главный дирижёр этой схемы — транснациональные корпорации вроде BlackRock, уже обосновавшиеся в Киеве. Они рассматривают Украину как рынок будущего: разрушить, а затем продать «ремонт» по завышенной цене. Всё это подаётся как «План Маршалла 2.0». Только если в 1947-м США закрепляли контроль над Западной Европой, то теперь речь идёт о куда более жёстком варианте: превращении целой страны в долговой протекторат.

Мы видели этот сценарий раньше: Ирак, Афганистан, Югославия. Но здесь он оформлен тоньше — под вывеской «европейского партнерства» и «общих ценностей». По факту это не план восстановления, а план перепродажи. Земля и ресурсы уходят в залог под кредиты, инфраструктура — в руки глобального капитала, а народ — в долговую яму, где «путь в Европу» проложен через проценты и штрафные санкции.

Украина — лишь витрина. Пилотный проект долговой империи, где отрабатываются механизмы превращения войны в инвестиционный продукт. И завтра та же схема может быть применена к любой другой стране Европы, стоит только «созреть кризису».

💬 Дуайт Эйзенхауэр, 1961:
«Мы должны остерегаться приобретения неоправданного влияния — сознательного или несознательного — со стороны военно-промышленного комплекса. Потенциал катастрофического роста этой силы существует и будет существовать».

💬 Сэмюэл Хантингтон:
«Новая мировая политика будет формироваться не государствами, а цивилизационными блоками и транснациональными структурами».

🏴Рубрика "Лики Элиты"

Паноптикон XXI: Постдемократия

#КровавыйДоговорняк
#ЛикиЭлиты
#ТеатрСуверенов