creative-студия _biuro. Сами они описывают себя как «The Golden Web of Hospitality and Entertainment».
Forwarded from еврейская библиотека
Современный интеллектуал - существо глубоко кастрированное. Он боится магии, потому что его за это уволят из Вышки, и он боится чистого марксизма, потому что от него пахнет немытыми рабочими и унылым пафосом левацких листовок.
Берем Бадью, кладем туда Луи Альтюссера, густо солим это цитатами из Книги Зогар и связываем скотчем. Получается голем. Голем не ходит, но если его пнуть, он издает звуки: «Сексуализация совпадения! Экспроприация экспроприаторов времени!» Кто-то в зале роняет смузи. Получается Кристиан Диор от философии, шьющий костюмы из старых советских газет и талмудических комментариев.
Радикальное удержание (пустого кармана) и главный трюк любого салонного мага - пообещать, что вот-вот, еще через две лекции, мы совершим переворот в структуре бытия и освободим время. Ты сидишь, ждешь, когда начнется штурм Зимнего дворца или хотя бы оргия, но тебе просто перелистывают слайд презентации. Великое Освобождение откладывается, потому что аппарат удержания еще не до конца экспроприирован. Это гениальный бизнес-план: бесконечный анонс Апокалипсиса по подписке
(c) Капитан Лебядкин-Фламель
Берем Бадью, кладем туда Луи Альтюссера, густо солим это цитатами из Книги Зогар и связываем скотчем. Получается голем. Голем не ходит, но если его пнуть, он издает звуки: «Сексуализация совпадения! Экспроприация экспроприаторов времени!» Кто-то в зале роняет смузи. Получается Кристиан Диор от философии, шьющий костюмы из старых советских газет и талмудических комментариев.
Радикальное удержание (пустого кармана) и главный трюк любого салонного мага - пообещать, что вот-вот, еще через две лекции, мы совершим переворот в структуре бытия и освободим время. Ты сидишь, ждешь, когда начнется штурм Зимнего дворца или хотя бы оргия, но тебе просто перелистывают слайд презентации. Великое Освобождение откладывается, потому что аппарат удержания еще не до конца экспроприирован. Это гениальный бизнес-план: бесконечный анонс Апокалипсиса по подписке
(c) Капитан Лебядкин-Фламель
О, принесите мне ещё айс-латте на миндальном и ту черничную тарталетку… Ха-ха, господи, я смотрю на твой обязательный плоский бейдж с именем, где написано Марена, и меня переносит в 1348 год. Мы же жили в одной полусгнившей деревне под Парижем в самый разгар Чёрного мора!
Помнишь того жирного белого гуся с наглым взглядом, который вечно шипел на телеги с трупами? Да, а ты тогда был абсолютно бесполезным, плешивым ослом. Ты не мог дотащить даже мешок репы до рынка, постоянно падал в канавы и умудрялся засыпать прямо во время молитвы деревенского старосты. Из-за твоей тупости нас чуть не сожгли как пособников дьявола, потому что ты орал дурным голосом каждый раз, когда звонили в колокола по умершим. В итоге местный мельник, которому ты до смерти надоел своими ленивыми вздохами, решил, что в тебя вселился бес. Он не придумал ничего лучше, чем скормить тебе мешок протухшей, почерневшей пшеницы, которую уже вовсю жрала спорынья.
Помнишь того жирного белого гуся с наглым взглядом, который вечно шипел на телеги с трупами? Да, а ты тогда был абсолютно бесполезным, плешивым ослом. Ты не мог дотащить даже мешок репы до рынка, постоянно падал в канавы и умудрялся засыпать прямо во время молитвы деревенского старосты. Из-за твоей тупости нас чуть не сожгли как пособников дьявола, потому что ты орал дурным голосом каждый раз, когда звонили в колокола по умершим. В итоге местный мельник, которому ты до смерти надоел своими ленивыми вздохами, решил, что в тебя вселился бес. Он не придумал ничего лучше, чем скормить тебе мешок протухшей, почерневшей пшеницы, которую уже вовсю жрала спорынья.
Ранние короткометражки братьев Квей (Brothers Quay) американские аниматоры-кукольники. Фильм «Улица крокодилов» (1986) и другое