Маску надев,
Встав у огня,
Духи на ветвях сидят.
Ты стоишь
И стою я
Колеса горящего пламя,
Лижет нас по сердцам
В пьяном танца угаре
Пляшем ты и я.
И крича священного песни
Духи смеются с ветвей.
И в колесе, горящего пламени
Сгорают сердца
Тебя и меня.

На камни упав
Обессилев и слаб
Ты лежишь
Взор подняв к небесам
Алая кровь, с губ сочится твоя
Ты умерла.

Вот стоишь
Смотришь на тело
Оголённая грудь,
Кровью омытые камни
Ты стоишь.
Как и прежде живая.
Но старая часть умерла.
Взор устремляется в дали.
Начинаешь ты свой поход.
И как прежде живая
К солнцу тянется взор.

Омытый кровью щит
Рвали волки мясо с кровью
Сгорали мертвые в кострах
И пировали вместе Боги.

Блотование на Оке

Хохочущий старик стоит пред тобой.
Что хочешь услышать ты от него?
Мудрость или праду судьбы?
Он не расскажет тебе.
Самому должно узнать,
Что значит быть прибитым к земле
Подставить шею под меч
И громко смеясь, с головую бежа.
А на утро, где-то в полях
Обнаружить себя.

Старик смеясь расскажет тебе,
Как бились сердца и творилась судьба
Как песни слагались, как наступала весна.
Услышишь ли ты этот мотив,
Споешь ли ты вису, хотябы одну?

Смотрю со дна на мир и небо
В объятиях бездны сижу.
Утопи меня вода, утопи.

Смотрю со дна на мир и небо.
Русалка тело мое обними.
Неси вода, неси.

На дне тихо и мирно,
Солнце не пробивает сюда.
Тихий омут мой, сплю я смирно

Болото - что бездна
Теперь это мой дом.

Мёртвый, утопший смотрю я со дна
Русалки обнимают меня.
И солнце с небес не достигает сюда.
Я житель болота, болотные твари теперь мне семья.

Жертва

Вотану жертва, на закланье пришедший.
Склонивший тело и шею подставив.
Смотрящий в бездну, очами двумя
И видящий всепоглощающее око.

Лучшая жертва - удар не крича,
Не издавая ни звука.
Кровь по камню ручьями, как и головы с плечь
Лучшая, Вотану, жертва это петь, рубить и молчать.

"В пещере горного короля"

ἀκέφαλος

С отрубленной головою в прятки будем играть.
Я убегать, ты догонять.
С безглавцем песни петь,
На лунное небо глядеть.

Голова-голова,
Куда ты меня завела?
Топор повис над шеей
В руках палача, над мокрой траншеей.

Глаза бездной зияют, я вижу конец.
Безглавец руку протянет, и надет венец.
Голова с ветки будет смотреть и кричать.
Дурака-дурака погубила лишь голова.

Символизм.

Как же мы все любим символизм, символы. И соврёт тот, кто их не любит. Мы их любим от нашего чувства идентичности, разделения на свой/чужой. И конечно - это чувство сопричастности к явлению великого.

Возможно ли отказаться от символизма?

Возможно всё, зависит от нас самих. Так вот.
Как написано было выше символизм позволяет нам быть сопричастным и разделять на своих и чужих. Зафиксировали.

Теперь перескочим на мысль об познании и Одинизме. Вотан да и сакральное имеет столько эмонаций и гримов, что познать их всех необходимо расширять своё сознание по горизонтали и по вертикали. Зафиксировали.

Получаем то, что символизм ограничивает нас в познании божественного. Навешивая на себя маркер язычника, или иной социальный маркер мы неосознано отсекаем если не половину, то четверть бытия. Тем самым загоняя себя в ловушку, и находясь в одном и том же социуме мы не видим иного. Из этого следует, что символизм и естественные социальные/человеческие черты нас загоняют в клетку познания. Это не плохо и не хорошо, просто естественно. Чтобы расширять сознание к познанию нужно принести себя в жертву самому себе.

Пришло время опубликовать этот шедевр творчества из сети

Шепот мысли,
Излившись в словах.
Песни пропев,
Сунне во славу.

* * *

В безудержном время течении.
Свершило солнце свой поворот.
И триумфольным маршем на прерии,
Духи пройдут через твой взор.

В диком угаре экстаза,
Рвёшься из кожи вон ты.
И с окраваленными глазами,
Смотришь на Одина, ты.

* * *

Услышь меня звенящее эхо.
Увидь меня тоскливая тьма.
Встречай меня отец небо.
Укрой в ладонях солнца светилы.

Крик воронья, предвестника бури
Молота Тора грома раскаты
Излей свои слезы о гибели сына
Дряхля Норна, прошлого пряха.

Будут ждать рассвет и закаты
Будет битва и буду победы
Но пронзённый копьём однажды.
Поднимут тело его ветры.

Защитник.

Дожди и град, разрушают дома.
Шагом подспудным идет великан.
Громом разносится, шаг как удар.
Рёвы разносались по этим полям.

Вмолись миряне, услышал их зов.
Запрежённый козлами, явил себя Тор.
Рыжебородый защитник детей,
Мьёльниром в битве, спас он людей

Всем доброго утра, господа. Продолжаю отвечать на ваши вопросы. И сегодня в пространстве замер достаточно сложный и неоднозначный вопрос от Haukuns.
Имеет ли смысл язычество выносить в массы?

Достаточно по ницшеански звучит следующий вопрос от от Haukuns: Разделяете ли вы идею об уходе Богов? И вот моя позиция.

***

Воспеваю славу Богам
В жертву прирося уражай
Пир будет во славу Богам и предкам.
Песни петь, солнца круг уходящий.