Иногда самые громкие слова так и остаются несказанными —
Всегда найдется женская рука...
Всегда найдется женская рука, чтобы она, прохладна и легка, жалея и немножечко любя, как брата, успокоила тебя. Всегда найдется женское плечо, чтобы в него дышал ты горячо, припав к нему беспутной головой, ему доверив сон мятежный свой. Всегда найдутся женские глаза, чтобы они, всю боль твою глуша, а если и не всю, то часть ее, увидели страдание твое. Но есть такая женская рука, которая особенно сладка, когда она измученного лба касается, как вечность и судьба. Но есть такое женское плечо, которое неведомо за что не на ночь, а навек тебе дано, и это понял ты давным-давно. Но есть такие женские глаза, которые глядят всегда грустя, и это до последних твоих дней глаза любви и совести твоей. А ты живешь себе же вопреки, и мало тебе только той руки, того плеча и тех печальных глаз... Ты предавал их в жизни столько раз! И вот оно – возмездье – настает. «Предатель!» – дождь тебя наотмашь бьет. «Предатель!» – ветки хлещут по лицу. «Предатель!» – эхо слышится в лесу. Ты мечешься, ты мучишься, грустишь. Ты сам себе все это не простишь. И только та прозрачная рука простит, хотя обида и тяжка, и только то усталое плечо простит сейчас, да и простит еще, и только те печальные глаза простят все то, чего прощать нельзя... 1961
-Е.Евтушенко
Всегда найдется женская рука...
Всегда найдется женская рука, чтобы она, прохладна и легка, жалея и немножечко любя, как брата, успокоила тебя. Всегда найдется женское плечо, чтобы в него дышал ты горячо, припав к нему беспутной головой, ему доверив сон мятежный свой. Всегда найдутся женские глаза, чтобы они, всю боль твою глуша, а если и не всю, то часть ее, увидели страдание твое. Но есть такая женская рука, которая особенно сладка, когда она измученного лба касается, как вечность и судьба. Но есть такое женское плечо, которое неведомо за что не на ночь, а навек тебе дано, и это понял ты давным-давно. Но есть такие женские глаза, которые глядят всегда грустя, и это до последних твоих дней глаза любви и совести твоей. А ты живешь себе же вопреки, и мало тебе только той руки, того плеча и тех печальных глаз... Ты предавал их в жизни столько раз! И вот оно – возмездье – настает. «Предатель!» – дождь тебя наотмашь бьет. «Предатель!» – ветки хлещут по лицу. «Предатель!» – эхо слышится в лесу. Ты мечешься, ты мучишься, грустишь. Ты сам себе все это не простишь. И только та прозрачная рука простит, хотя обида и тяжка, и только то усталое плечо простит сейчас, да и простит еще, и только те печальные глаза простят все то, чего прощать нельзя... 1961
-Е.Евтушенко
❤7❤🔥2💯1
Женщина — странный сосуд из фарфора и стали.
С виду — касание ветра оставит следы.
Плечи поникли, как будто бы крылья устали,
Взгляд — отражение тихой осенней воды.
Кажется: дунешь — рассыплется тонкой пыльцой,
Вспыхнет и стает, как утренний иней в ладонях...
Но за прозрачной, почти невесомой душой
Скрыта броня, что сильнее любых беззаконий.
Хрупкость её — не поломка и даже не слабость.
Это умение гнуться под шквальным дождём,
Чтоб, пережив и чужую жестокость, и грубость,
Снова цвести, согревая весь мир под крылом.
В тонких запястьях таится незримая сила —
Выдержать всё, но остаться при этом живой.
Слишком хрупка, чтобы быть равнодушно-унылой,
Слишком сильна, чтобы стать чьей-то бледной девичьей косой.
Действительно женщины мужчинам дарованы свыше!
В них удивительным образом уживаются трепетность первого снега и упрямство весеннего ростка, пробивающего асфальт.
Берегите эту хрупкость — в ней держится весь наш мир. 🤍
С виду — касание ветра оставит следы.
Плечи поникли, как будто бы крылья устали,
Взгляд — отражение тихой осенней воды.
Кажется: дунешь — рассыплется тонкой пыльцой,
Вспыхнет и стает, как утренний иней в ладонях...
Но за прозрачной, почти невесомой душой
Скрыта броня, что сильнее любых беззаконий.
Хрупкость её — не поломка и даже не слабость.
Это умение гнуться под шквальным дождём,
Чтоб, пережив и чужую жестокость, и грубость,
Снова цвести, согревая весь мир под крылом.
В тонких запястьях таится незримая сила —
Выдержать всё, но остаться при этом живой.
Слишком хрупка, чтобы быть равнодушно-унылой,
Слишком сильна, чтобы стать чьей-то бледной девичьей косой.
Действительно женщины мужчинам дарованы свыше!
В них удивительным образом уживаются трепетность первого снега и упрямство весеннего ростка, пробивающего асфальт.
Берегите эту хрупкость — в ней держится весь наш мир. 🤍
🔥14❤🔥2💘1
Есть чувства, которые невозможно посадить в клетку. Они пахнут ветром больших городов, обжигают холодом первого снега и обрушиваются как весенняя оттепель.
Этот диалог — о свободе, которая не мешает принадлежать друг другу. О том, как даже самый колючий лёд неизбежно сдаётся теплу.
— Птица ты!
— Твоя?
— Нет! Вольная!
— Как города?
— Да! В них ветра.
Пепел.
Яд.
— А как же я?
— Ты — Любовь.
— Твоя?
— Вольная!
Как первый снег, босиком по весне.
— Так значит, лететь?
— Нет!
Обратно —
Ко мне!
Таешь на сырых губах.
Сегодня — лёд.
Завтра — вода.
— Вода?!
— Так значит —
Пей меня!
-Неизвестный автор
Этот диалог — о свободе, которая не мешает принадлежать друг другу. О том, как даже самый колючий лёд неизбежно сдаётся теплу.
— Птица ты!
— Твоя?
— Нет! Вольная!
— Как города?
— Да! В них ветра.
Пепел.
Яд.
— А как же я?
— Ты — Любовь.
— Твоя?
— Вольная!
Как первый снег, босиком по весне.
— Так значит, лететь?
— Нет!
Обратно —
Ко мне!
Таешь на сырых губах.
Сегодня — лёд.
Завтра — вода.
— Вода?!
— Так значит —
Пей меня!
-Неизвестный автор
🔥7✍1
• Едва дойдя до пузырей земли,
• О которых я не могу говорить без волнения,
• Я заметил, что она тоже волнуется
• И внимательно смотрит в окно.
• Оказалось, что большой пестрый кот
• С трудом лепится по краю крыши,
• Подстерегая целующихся голубей.
• Я рассердился больше всего на то,
• Что целовались не мы, а голуби
Александр Блок
• О которых я не могу говорить без волнения,
• Я заметил, что она тоже волнуется
• И внимательно смотрит в окно.
• Оказалось, что большой пестрый кот
• С трудом лепится по краю крыши,
• Подстерегая целующихся голубей.
• Я рассердился больше всего на то,
• Что целовались не мы, а голуби
Александр Блок
❤4🔥4✍1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
В мире, где мы привыкли выстраивать стены и носить удобные маски, порой случается тихое чудо. Ты смотришь на совершенно незнакомую девушку — в случайном вагоне метро, за соседним столиком у окна или просто в потоке прохожих — и внутри внезапно стихает весь фоновый шум.
Вы не знаете даже имен друг друга. Между вами нет общей истории, воспоминаний или сказанных слов. Но в ее спокойном взгляде, в мягкости движений, в какой-то неуловимой, утонченной естественности считывается то, что невозможно сыграть.
И в эту секунду приходит странное, щемящее чувство: ты вернулся домой.Дом — это ведь не стены и не адрес. Это состояние, когда тебе больше не нужно защищаться, доказывать свою значимость или бояться показаться уязвимым. Это ощущение абсолютной безопасности и узнавания на уровне души — словно вы когда-то уже существовали в одном ритме, просто затерялись во времени.
Самое удивительное в таких моментах — их хрупкость. Человек может пройти мимо и раствориться в толпе, но внутри навсегда останется светлый след.
Вы не знаете даже имен друг друга. Между вами нет общей истории, воспоминаний или сказанных слов. Но в ее спокойном взгляде, в мягкости движений, в какой-то неуловимой, утонченной естественности считывается то, что невозможно сыграть.
И в эту секунду приходит странное, щемящее чувство: ты вернулся домой.Дом — это ведь не стены и не адрес. Это состояние, когда тебе больше не нужно защищаться, доказывать свою значимость или бояться показаться уязвимым. Это ощущение абсолютной безопасности и узнавания на уровне души — словно вы когда-то уже существовали в одном ритме, просто затерялись во времени.
Самое удивительное в таких моментах — их хрупкость. Человек может пройти мимо и раствориться в толпе, но внутри навсегда останется светлый след.
❤🔥6🔥5❤3👏1
Моей душе много лет,
Старше тела вдвое, втрое…
Она не
признает покоя,
До возраста ей дела нет.
-Нина.
Старше тела вдвое, втрое…
Она не
признает покоя,
До возраста ей дела нет.
-Нина.
❤4🕊2💘1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Боготворите и Благодарите
Женщин
Девушек
Да и самых
маленьких дочерей
Ведь это огромный вклад когда с малых лет ты заверяешь ее что она эталон красоты!
Я видел много девушек ну вообще далеко не красавиц
Вот в Испании допустим,На побережьях
Вообще ну честно сказать не симпа…
но как они себя преподносят это завораживает!
А у нас столько красавиц и с такой низкой самооценкой
Грусть тоска да и только.
Побольше любите своих девочек.
Женщин
Девушек
Да и самых
маленьких дочерей
Ведь это огромный вклад когда с малых лет ты заверяешь ее что она эталон красоты!
Я видел много девушек ну вообще далеко не красавиц
Вот в Испании допустим,На побережьях
Вообще ну честно сказать не симпа…
но как они себя преподносят это завораживает!
А у нас столько красавиц и с такой низкой самооценкой
Грусть тоска да и только.
Побольше любите своих девочек.
💯6🤝3🕊1
Звенья твоей цепи жизни уже давно выкованы
Если тебе страшно ты можешь спрятаться
Но дней твоей жизни от этого не прибавится
Раз уж количество дней сочтено и финал один на всех, нет смысла тратить отведенное время на панику.Смысл в том, чтобы принять свою судьбу с мужеством, жить достойно и не бояться встретить то, что должно произойти
Так же это о первом новом шаге в жизни.
Если тебе страшно ты можешь спрятаться
Но дней твоей жизни от этого не прибавится
Раз уж количество дней сочтено и финал один на всех, нет смысла тратить отведенное время на панику.Смысл в том, чтобы принять свою судьбу с мужеством, жить достойно и не бояться встретить то, что должно произойти
Так же это о первом новом шаге в жизни.
💯2🏆1
Мироносицы у гроба
Спит Сион и дремлет злоба,
Спит во гробе Царь царей,
За печатью камень гроба,
Всюду стража у дверей.
Ночь немая сад объемлет,
Стража грозная стоит:
Чуткий слух её не дремлет,
Зорко вдаль она глядит.
Ночь прошла. На гроб Мессии
С ароматами в руках,
Шли печальные Марии;
Безпокойство в их чертах,
И тревога их печалит:
Кто могучею рукой
Тяжкий камень им отва́лит
От пещеры гробовой.
И глядят, дивятся обе;
Камень сдвинут, гроб открыт;
И, как мёртвая, при гробе
Стража грозная лежит.
А во гробе, полном света,
Кто-то чудный, неземной,
В ризы белые одетый,
Сел на камень гробовой,
Ярче молнии блистанье,
Блеск небесного лица!
В страхе вестницы восстанья,
И трепещут их сердца!
«Что вы, робкие, в смятеньи?» —
Им сказал пришлец святой,
«С вестью мира и спасенья
Возвращайтеся домой.
Я ниспослан Небесами,
Весть я чудную принёс:
Нет Живого с мертвецами;
Гроб уж пуст; Воскрес Христос!»
И спешат оттуда жёны,
И с восторгом их уста
Проповедуют Сиону
Воскресение Христа.
-неизвестный автор
Спит Сион и дремлет злоба,
Спит во гробе Царь царей,
За печатью камень гроба,
Всюду стража у дверей.
Ночь немая сад объемлет,
Стража грозная стоит:
Чуткий слух её не дремлет,
Зорко вдаль она глядит.
Ночь прошла. На гроб Мессии
С ароматами в руках,
Шли печальные Марии;
Безпокойство в их чертах,
И тревога их печалит:
Кто могучею рукой
Тяжкий камень им отва́лит
От пещеры гробовой.
И глядят, дивятся обе;
Камень сдвинут, гроб открыт;
И, как мёртвая, при гробе
Стража грозная лежит.
А во гробе, полном света,
Кто-то чудный, неземной,
В ризы белые одетый,
Сел на камень гробовой,
Ярче молнии блистанье,
Блеск небесного лица!
В страхе вестницы восстанья,
И трепещут их сердца!
«Что вы, робкие, в смятеньи?» —
Им сказал пришлец святой,
«С вестью мира и спасенья
Возвращайтеся домой.
Я ниспослан Небесами,
Весть я чудную принёс:
Нет Живого с мертвецами;
Гроб уж пуст; Воскрес Христос!»
И спешат оттуда жёны,
И с восторгом их уста
Проповедуют Сиону
Воскресение Христа.
-неизвестный автор
❤6🔥1
В час вечерний, в час заката
Каравеллою крылатой
Проплывает Петроград…
И горит на рдяном диске
Ангел твой на обелиске,
Словно солнца младший брат.
А у нас на утлой лодке
Только синие решётки
Перекрещенных штыков.
Где лобзавший руку дамам
Низко кланяется хамам —
Видно, жребий наш таков.
Я не трушу, я спокоен,
Я — поэт, моряк и воин,
Не поддамся палачу.
Пусть клеймит клеймом позорным —
Знаю, сгустком крови чёрным
За свободу я плачу.
Но за стих и за отвагу,
За сонеты и за шпагу —
Знаю — город гордый мой
В час вечерний, в час заката
Каравеллою крылатой
Отвезёт меня домой.
Приписывается Гумилёву в таком виде: «На стене камеры Кронштадтской крепости, где последнюю ночь перед расстрелом провёл Гумилёв, были обнаружены нацарапанные стихи.» Также приписывается Сергею Колбасьеву: Возможно это стихотворение Сергея Адамовича Колбасьева, написанное приблизительно в 1937 году. Интересная версия. Сергей Адамович замёрз в лагере на лесоповале прибл. в 1938.А в 1970-м году Никита Алексеевич Струве, главный редактор журнала «Вестник русского христианского движения», опубликовал это стихотворение под названием «Последнее стихотворение Гумилева». Он был абсолютно убежден, что оно принадлежит именно ему, тюремное стихотворение. «Мы ничего не знаем о происхождении (…) „тюремного“ стихотворения Н. Гумилева, — пишет Никита Струве. — Оно сейчас довольно широко ходит в списках в среде литературоведов, но как, из какого архива попало им в руки, нам неизвестно. Однако общее впечатление и стилистический анализ говорят в пользу подлинности этих предсмертных стихов Гумилева. В худшем случае мы имеем дело с первоклассным подражанием, написанным большим знатоком гумилевской поэзии, усвоившим не только ее внешние приемы, но и дух».“Гораздо более вероятно, что поэт действительно начертал на стене общей камеры № 7 в ДПЗ на Шпалерной слова: «Господи, прости мои прегрешения, иду в последний путь. Н. Гумилёв».“
Каравеллою крылатой
Проплывает Петроград…
И горит на рдяном диске
Ангел твой на обелиске,
Словно солнца младший брат.
А у нас на утлой лодке
Только синие решётки
Перекрещенных штыков.
Где лобзавший руку дамам
Низко кланяется хамам —
Видно, жребий наш таков.
Я не трушу, я спокоен,
Я — поэт, моряк и воин,
Не поддамся палачу.
Пусть клеймит клеймом позорным —
Знаю, сгустком крови чёрным
За свободу я плачу.
Но за стих и за отвагу,
За сонеты и за шпагу —
Знаю — город гордый мой
В час вечерний, в час заката
Каравеллою крылатой
Отвезёт меня домой.
Приписывается Гумилёву в таком виде: «На стене камеры Кронштадтской крепости, где последнюю ночь перед расстрелом провёл Гумилёв, были обнаружены нацарапанные стихи.» Также приписывается Сергею Колбасьеву: Возможно это стихотворение Сергея Адамовича Колбасьева, написанное приблизительно в 1937 году. Интересная версия. Сергей Адамович замёрз в лагере на лесоповале прибл. в 1938.А в 1970-м году Никита Алексеевич Струве, главный редактор журнала «Вестник русского христианского движения», опубликовал это стихотворение под названием «Последнее стихотворение Гумилева». Он был абсолютно убежден, что оно принадлежит именно ему, тюремное стихотворение. «Мы ничего не знаем о происхождении (…) „тюремного“ стихотворения Н. Гумилева, — пишет Никита Струве. — Оно сейчас довольно широко ходит в списках в среде литературоведов, но как, из какого архива попало им в руки, нам неизвестно. Однако общее впечатление и стилистический анализ говорят в пользу подлинности этих предсмертных стихов Гумилева. В худшем случае мы имеем дело с первоклассным подражанием, написанным большим знатоком гумилевской поэзии, усвоившим не только ее внешние приемы, но и дух».“Гораздо более вероятно, что поэт действительно начертал на стене общей камеры № 7 в ДПЗ на Шпалерной слова: «Господи, прости мои прегрешения, иду в последний путь. Н. Гумилёв».“
❤2⚡1🔥1🙏1
«Хочу — не хочу»
Утром глазки открывает —
Сразу хмурится, вздыхает:
«Кашу есть не буду я!
И не кукла я, и не змея!
Шарф колючий, шапка жмёт,
Солнце слишком ярко бьёт!»
Вечером опять каприз:
«Спать не лягу! Встань и брысь!»
Но зевнула вдруг украдкой —
И уснула сладко-сладко.
-Неизвестный автор
Утром глазки открывает —
Сразу хмурится, вздыхает:
«Кашу есть не буду я!
И не кукла я, и не змея!
Шарф колючий, шапка жмёт,
Солнце слишком ярко бьёт!»
Вечером опять каприз:
«Спать не лягу! Встань и брысь!»
Но зевнула вдруг украдкой —
И уснула сладко-сладко.
-Неизвестный автор
❤3👏1🤩1