Почему я вообще про это завёл речь? Потому, что в очередном разговоре мне друг указал на странную роль в красно-белом споре: «белые» стабильно идентифицируют меня как «красного» (ну или как «новиопа», тоже бывает), а красные – как «белого» и даже «националиста».

Простых маркеров тут два: отношение к СССР (именно сталинскому), и отношение к романовской империи (именно поздней, александровско-николаевской предреволюционной).

В историческом споре у меня позиция достаточно прочная и многократно оформленная и описанная: для меня по большому счёту есть реальность государства, некоторым образом независимо от «надетого» на него сверху политического режима, будь то империя или союз республик. Задачи всё равно стоят похожие, и инструменты тоже плюс-минус одинаковые; и для меня значим и положительный, и отрицательный опыт и тех и других. Поэтому я отказываюсь от качественных оценок из серии «при ком было хорошо, а при ком плохо», и разбираю ошибки и неудачи госуправленцев каждого из поколений в тех конкретно-исторических обстоятельствах, в которых оно оказывалось. В этом смысле для меня и то и то наследство, и ни от того, ни от другого я не собираюсь отказываться.

Наконец, у меня есть формула от моего отца, который, напомню, всю жизнь голосовал за «демократов» – Гайдара, Немцова и т.д. Он говорил так: меня не устраивал в СССР именно уровень свободы – невозможность читать что хочется и говорить что думаешь. А если говорить об экономике, то лично у меня к ней вопросов не было: я всегда был за Госплан, госсобственность на средства производства и централизованное управление. Никакой «свой бизнес» я никогда не хотел, меня устраивало, что есть работа, зарплата и профсоюз. И, более того, мне нравилось в СССР, что у нас не было сверхбогатых и не было совсем уж бедных. Меня, говорил он, вполне устроили бы «Советы без коммунистов».

Я, понятное дело, не он, и у меня к советской экономической модели куда больше вопросов, причём на другом уровне проработки «матбазы». Но я понимаю, что он имел в виду. Мне даже кажется, что СССР попал в интересную ловушку: тот тип человека, который воспитывался в советской школе, это был человек внутренне свободный и категорически не желающий терпеть советскую же систему принуждения, особенно в части единственно верной точки зрения. Можно даже, заостряя, сказать, что коммунизм в конечном счёте уничтожила именно советская школа – то, чему там учили, радикально расходилось с тем, в чём приходилось жить уже взрослыми.

Недавно накоротке поспорили с коллегой – мы с ним на этих выборах работаем на разные партии. Я говорил о том, что пришло время, когда люди снова будут больше голосовать за коммунистов. А он говорил, что, если и так, то люди глупые, потому что голосовать за коммунистов, и тем более работать на них – западло. Потому что там собрались неудачники, которых не взяли в основную партию. И если в основной среди кандидатов еще встречаются приличные люди, то у коммунистов их просто нет. Такие же, как в партии власти, только менее умные, успешные и эффективные.

Повторю аргумент, который привел тогда ему. Для меня люди вообще не субъектны изначально, субъектны идеи. Понятно же: что мы воспитали за последние 35 лет – то и размазано по социуму ровным слоем, от низа до самого верха. Люди везде более-менее одинаковы, потому что у них одно и то же в голове. Как забрать себе побольше всего приятного и нужного, сделать большую часть благ и ништяков мира своими, и при этом избежать всего плохого. Не разориться и не сесть, если уж совсем по-простому. А на других плевать – пусть карабкаются сами. И да, и среди коммунистов сегодня днем с огнем не сыщешь коммуниста – люди пришли туда за теми же ништяками, что и другие в партию власти. А какие-то там идеи – это лишь способ отобрать у мира и присвоить побольше благ.

И поэтому голосовать за людей, делать их мотивом выбора собственной позиции я решительно отказываюсь. Что с того, что Прилепин, например, на редкость неприятный человек. Это же не повод не признавать, что он часто отстаивает абсолютно правильные вещи, и самому отказаться думать и чувствовать также.

Так вот, по поводу текста Чадаева постом выше. Конечно, коммунизм не уничтожен и не потерпел крах. Идеи коммунизма – это огромный пласт передовой человеческой мысли. Никто их не победил и не развеял – они с нами навсегда. Просто пока отложены до лучших времен. Да, люди нынешние их недостойны – они качнулись от светлого к темному, как это уже бессчетно раз бывало в истории. Синусоида пошла на спад и, видимо, даже еще не дошла до нижней точки, после которой неминуемо снова начнется подъем. Еще не наелись этим всем – стяжательством, агрессивным эгоизмом, хатаскрайничеством. Но период пресыщения и разочарования непременно настанет. Уже настает – это ясно видно по общественным настроениям.

Идеи коммунизма обязательно прорастут, будут снова владеть умами, определять ход истории, судьбы народов и всего человечества. Будет ли их выразителем трансформировавшаяся КПРФ или её в нынешнем виде добьют бездари и неудачники – не важно. К идеям грязь людей не пристает. Сколько боролись с ересью христианства, убивали святых, плодили мучеников. А идеям этим уже 2 тысячи лет, и они до сих пор вполне себе владеют умами. Или буддизм, который и вовсе на 500 лет старше.


Люди несовершенны – совершенно учение. Если оно настоящее, если в основе его лежит стремление к идеальному – Богу, Просветлению или царству свободы и справедливости на Земле – годы и эпохи только оттачивают и гранят его, превращая алмаз в совершенный бриллиант.

И поэтому на другой вопрос Чадаева: «Чьих будешь, мил человек?» важно найти для себя правильный ответ. Задать правильную рамку. Быть коммунистом, на мой взгляд, правильно. Быть буддистом – правильно. Можно и обоими сразу – ничего ничему не противоречит.

Можно, конечно, и в «партию Путина» или «партию Зюганова». Если хочешь чего-то добиться здесь и сейчас. Но ограничения такой позиции мыслящему человеку нужно бы осознавать.

Я бы кстати рекомендовал коллегам-политологам обратить внимание на сегодняшний крестный ход в честь обретения мощей Святого благоверного князя Дмитрия Донского. И в контексте выборов 18-20 сентября, и в контексте дальнейшего хода/прекращения СВО. Там ответы на многие вопросы.

❗️Украина рассматривает идею легализации порно-индустрии для пополнения военного бюджета — The Wall Street Journal

ЦИК аннулировал регистрацию кандидата в Госдуму от КПРФ Николая Бондаренко.

Законодательство не позволяет быть избранным депутатом ГД гражданину, подвергнутому административному наказанию по статье 20.3 КоАП РФ.

Еще несколько процентов к результату КПРФ 20 сентября.

Может, таким и был замысел?

Я живу в России

Когда я переехал в Москву, первые два года внутренне считал, что нахожусь в командировке. На вахте.

Мой дом — в Красноярске, а в столице я просто работаю. Так сложились обстоятельства.

Я продолжал так думать даже через год после того, как мы взяли ипотеку и я стал собственником московского жилья.

Потом Москва постепенно стала домом.

Не через подавляющие все человеческое Кремль, ВДНХ и столичный статус. А через домашний уют, двор, в котором почти круглосуточно слышны детские голоса, кружки и секции детей, прогулки по паркам, любимые места и десятки точек на карте, где постоянно происходили деловые и дружеские встречи.

Моё покорение Москвы вообще началось с того, что с первого дня я стал по ней ездить.

Теперь передвигаюсь по столице на всём: личном автомобиле, каршеринге, метро, автобусах, МЦД, трамваях. Карта Москвы прогрузилась в голову настолько, что, когда я оказываюсь за рулём в Красноярске, родной город кажется мне почти игрушечным, а местный стиль вождения — сонным и часто нерациональным.

При этом Красноярск никуда из моей жизни не исчез.

Там живут мои родители, бабушки, родственники. Но изменилась и сама география близких мне людей. Когда мне исполнилось 33 года, на день рождения в Красноярске пришло больше двадцати родственников и друзей с семьями. Теперь многие из них разъехались: Москва, Петербург, Абакан, Псков, другие города и страны.

Постепенно расширялась и моя собственная география.

Когда мы жили в Красноярске, много путешествовали по Сибири: объехали почти все крупные города от Байкала до Омска, однажды даже отправились на машине в Ташкент и Самарканд через весь Казахстан.

После переезда в Москву начали осваивать центральную Россию: Золотое кольцо, Северо-Запад до Петрозаводска, соседнюю Белоруссию до Бреста и Гродно.

Сейчас на моей личной карте — 35 регионов России. Только в этом году я побывал в пятнадцати: где-то впервые, куда-то возвращался снова. Где-то был туристом, где-то работал, но практически везде пытался понять место — его историю, культуру, людей, идентичность.

А сейчас я вернулся в Москву после большого путешествия, которое продолжалось больше трёх месяцев.

И такие возвращения каждый раз заставляют немного заново собирать самого себя.

У Арнольда ван Геннепа путешествие — классическая лиминальная стадия инициации: ты уже вышел из прежнего состояния, но ещё не вошёл в новое. Это пространство перемен, в котором трансформируется твоя идентичность.

А путь героя Джозефа Кэмпбелла заканчивается возвращением домой. Только после большого путешествия и герой, и дом уже другие.

И в этот раз после возвращения я вдруг очень ясно понял одну вещь.

Я живу в России.

Не в Москве вместо Красноярска. И не в Красноярске, временно находясь в Москве.

Мой дом просто стал гораздо больше.

Прифронтовой Белгород. Вайбовый Петербург. Провинциальная Калуга. Милые Чебоксары. Неудобный, зато с наукой и технологиями Новосибирск, в котором я в этом году был уже три раза. Такая азиатская Тува. Такой европейский Выборг. Древнерусская Ладога. Превозмогающий любые условия Норильск. Улан-Удэ, до которого лететь шесть часов. Магический Абакан, с которым у меня связано так много. Исторически Великий Новгород. Энергетический вампир Иркутск — бывший купеческий мегаполис. Переживающий не лучшие времена родной Красноярск. И «зажравшаяся» Москва, частью которой я незаметно для самого себя стал.

Все эти города совершенно разные. С некоторыми у меня сложные отношения. Некоторые люблю. Некоторые раздражают. В одни хочется возвращаться постоянно, в других достаточно побывать время от времени.

Но почти везде я чувствую странное ощущение узнавания.

Не «я приехал куда-то», а «я приехал в другую часть своего».

Наверное, это и есть главное изменение, которое произошло со мной за последние годы.

Когда-то мой дом помещался внутри Красноярска.

Потом у меня появилось два дома – Красноярск и Москва.

А сейчас география дома перестала совпадать с границами города.

И поэтому фраза, которая раньше была для меня просто указанием места жительства, теперь означает совсем другое:

Я живу в России.

Мой адрес - не дом и не улица. Помню, как объяснял одному эмигранту, лет 30 с гаком назад укатившему от нас в знойные края, что такое для меня Родина. Это когда я из Красноярска 4 дня еду на поезде на Восток - на армейскую службу. Выхожу - а там по-прежнему всё узнаваемое и близкое. Люди, природа, культура, язык. Меня понимают, я там свой. А потом 3,5 суток на Запад - в Москву, в институт. И там по-прежнему всё оно моё - родное. Ну у кого еще, скажите мне, есть еще такая страна?

Подумал тут: а ведь настоящий, не скомороший, образ политтехнолога в русском кино воплощен, и воплощен блестяще. Сталкер в исполнении Кайдановского – никто иной, как политтехнолог. Он проводник для кандидатов-политиков в Комнату желаний – кресло депутата или губернатора. Там исполняются мечты, но только самые заветные. Хотел осчастливить человечество – а вместо этого разбогател неимоверно, и в итоге сел или повесился.

Зона – это электоральные предпочтения. Или шире – общественные настроения. Чтобы путешествовать по этой опасной территории, нужно кидать гайки с привязанными лоскутами бинта, иначе засосет или жахнет – и кирдык. И даже неустроенная личная жизнь Сталкера – несчастная жена, не вполне обычный ребенок, все это вполне в духе профессии.

Одно отличие: кандидаты в советское время были бессеребренники-идеалисты, а потому по ходу фильма слились с выборов. Не вошли в заветную комнату. Сейчас бы ломились наперегонки и такого бы там нажелали…

Заманчиво. Но боюсь, столько пельменей я не съем.

Поздняя осень. Грачи улетели,
Лес обнажился, поля опустели,
Только не сжата полоска одна...
Грустную думу наводит она.

Кажется, шепчут колосья друг другу:
"Скучно нам слушать осеннюю вьюгу,
Скучно склоняться до самой земли,
Тучные зерна купая в пыли!

Нас, что ни ночь, разоряют станицы
Всякой пролетной прожорливой птицы,
Заяц нас топчет, и буря нас бьет...
Где же наш пахарь? чего еще ждет?

Или мы хуже других уродились?
Или не дружно цвели-колосились?
Нет! мы не хуже других — и давно
В нас налилось и созрело зерно.

Не для того же пахал он и сеял,
Чтобы нас ветер осенний развеял?.."
Ветер несет им печальный ответ:
—Вашему пахарю моченьки нет...

(Николай Некрасов)

Мы продолжаем рассказывать вам о том, какая будет погода в городах, где у Царьграда есть свои корпункты

#погода_от_Царьграда

Тоже про выборы ведь 👆

Но родина этой революции старательно забывает новаторство и благо, в своё время подаренное миру.