Трансформаторная будка красная. Но, может быть, мы живем в сообществе дальтоников, где зеленое принято называть красным. И по факту будки зеленые, а, может быть, реального обозначения цвета еще не существует и красным мы называем цвет потому, что на нашем языке вообще названы только красный и белый цвета.
Знание постоянно искажается, при этом изменяются и познаваемые свойства предмета в зависимости от того как им оперируют и как называют. У рогатого чудища в функционале бодание присутствует куда в большей степени чем у коровы.
Иными словами, реальность есть, но она постоянно искажается, в том числе искажается нашим восприятием. У будки есть конкретные свойства, однако понятия будки, цвета, тока имеют конкретную коннотацию в ограниченном обществе. Когда мы говорим о том, что прямо взглядом не видимо и еще более подвергается спекуляции, то есть о феноменах социальных, это искажение всегда нужно иметь в виду.
Поэтому при изучении феномена теория играет не только объясняющий характер. Мы выстраиваем подход в рамке теоретического инструментария потому, что рамка теории это просто внешний агент, который немного дает поправку на искажения, которые мы допускаем просто уже в силу того, что исследуем предмет/феномен. Поэтому теоретическая рамка должна быть хороша и сделана знающими людьми: в таком случае мы сопоставляем свое искаженное видение с искажениями людей более опытных и знающих.
Далее мы изучаем кейсы.Каждый кейс это знание под искажением информанта/источников. Если нам надо рассмотреть нечто по публикациям, мы сопоставляем искажения, типологизируем их, например, идеологически, и потом можем сделать условный вывод о действительной сущности предмета.
Если мы ведем интервью, мы сталкиваемся с кучей новых искажений при описании того, что, согласно гипотезе, существует на самом деле. Опыт освоения десятков кейсов дает и картину самых массовых искажений. Мозг отбрасывает искажения и в итоге мы видим примерную картину исследуемого.
Знание постоянно искажается, при этом изменяются и познаваемые свойства предмета в зависимости от того как им оперируют и как называют. У рогатого чудища в функционале бодание присутствует куда в большей степени чем у коровы.
Иными словами, реальность есть, но она постоянно искажается, в том числе искажается нашим восприятием. У будки есть конкретные свойства, однако понятия будки, цвета, тока имеют конкретную коннотацию в ограниченном обществе. Когда мы говорим о том, что прямо взглядом не видимо и еще более подвергается спекуляции, то есть о феноменах социальных, это искажение всегда нужно иметь в виду.
Поэтому при изучении феномена теория играет не только объясняющий характер. Мы выстраиваем подход в рамке теоретического инструментария потому, что рамка теории это просто внешний агент, который немного дает поправку на искажения, которые мы допускаем просто уже в силу того, что исследуем предмет/феномен. Поэтому теоретическая рамка должна быть хороша и сделана знающими людьми: в таком случае мы сопоставляем свое искаженное видение с искажениями людей более опытных и знающих.
Далее мы изучаем кейсы.Каждый кейс это знание под искажением информанта/источников. Если нам надо рассмотреть нечто по публикациям, мы сопоставляем искажения, типологизируем их, например, идеологически, и потом можем сделать условный вывод о действительной сущности предмета.
Если мы ведем интервью, мы сталкиваемся с кучей новых искажений при описании того, что, согласно гипотезе, существует на самом деле. Опыт освоения десятков кейсов дает и картину самых массовых искажений. Мозг отбрасывает искажения и в итоге мы видим примерную картину исследуемого.
Forwarded from Алексей Траньков
Вообще понимаю что чувствовали люди когда был карибский кризис
Если радикализовать ракурс, увидим тяжёлые перспективы: как правило, будущее сначала пишется в книге, потом творится. Сегодня можно навскидку назвать до десяти книг о Построссии. Постановка проблемы поиска "национальной идеи" в стране, претендующей на статус империи, действующей в рамках имперской логики - сигнал к смерти. В перспективе переформатирования государства и общества задача патриота состоит в постановке центробежных процессов и вспышек новых "боевых идентичностей" на службу интересам России. Русские талантливы в государственных делах, а неумение оперировать концептом "боевых идентичностей" при его непреодолении убьет страну.
Сущность работы такого рода заключается в политической мобилизации социальной группы через актуализацию идентичности. Часто это методика работы с этносом, стремящимся стать нацией, но "боевая идентичность" может быть социальной, религиозной, и какой угодно еще: мобилизация "пролетариата" во время революции 1917 года - тоже итог работы по идентичности. В России традиционно важна идентичность социальная, а национальный вопрос играет второстепенную роль. Но условный противник при деконструкции государства опирается на работу с национальной, этнической либо региональной идентичностью. Важен такой упор при работе с государством имперского типа, неспособным решить проблему размытия идентичности "основного" имперского народа. Там, где перестают работать традиционные для такого государства социальные лифты, акцентуализация внимания на региональных идентичностях в период кризиса управления становится методом деконструкции государства. Яркий пример видим в бывшей Югославии, но там своеобразие ситуации состоит в том, что распад начался с актуализации сербского национализма, то есть процесса, обратного размытию идентичности. В России актуализация русского национализма представляется слабо возможной, в силу отсутствующего этнического самосознания у русских и традиционной для этого народа модели политического поведения, с центром в Москве: иная политическая самоорганизация не проявляет себя.
http://csef.ru/ru/oborona-i-bezopasnost/348/boevye-identichnosti-7345
Сущность работы такого рода заключается в политической мобилизации социальной группы через актуализацию идентичности. Часто это методика работы с этносом, стремящимся стать нацией, но "боевая идентичность" может быть социальной, религиозной, и какой угодно еще: мобилизация "пролетариата" во время революции 1917 года - тоже итог работы по идентичности. В России традиционно важна идентичность социальная, а национальный вопрос играет второстепенную роль. Но условный противник при деконструкции государства опирается на работу с национальной, этнической либо региональной идентичностью. Важен такой упор при работе с государством имперского типа, неспособным решить проблему размытия идентичности "основного" имперского народа. Там, где перестают работать традиционные для такого государства социальные лифты, акцентуализация внимания на региональных идентичностях в период кризиса управления становится методом деконструкции государства. Яркий пример видим в бывшей Югославии, но там своеобразие ситуации состоит в том, что распад начался с актуализации сербского национализма, то есть процесса, обратного размытию идентичности. В России актуализация русского национализма представляется слабо возможной, в силу отсутствующего этнического самосознания у русских и традиционной для этого народа модели политического поведения, с центром в Москве: иная политическая самоорганизация не проявляет себя.
http://csef.ru/ru/oborona-i-bezopasnost/348/boevye-identichnosti-7345
Безусловно, эффективной может стать и политика принципа «Разделяй и властвуй». Но такого рода политика может иметь только временный характер. Дело в том, что все новые сообщества относится заведомо к «освободительному» мифологическому полю, субстанциональным интересом каждого сообщества является преодоление такого положения государства и общества, которое существует сейчас: и государство почти всеми участниками этого исторического тренда будет восприниматься как субстанциональный противник. Также субстанциональная выгода от сотрудничества между сообществам, и, даже радикального разных мировоззрений: это выгода осуществления выгодного всем сторонам стратегического прорыва. Который может быть обеспечен только крушением ряда возможностей государства по осуществлению власти в стране. Также, те сообщества, которые будут подвергаться давлению в противовес «сообществам-любимчикам», будут иметь стимул поиска поддержки за рубежом, и также будут радикализоваться: радикализация движений такого плана родит более высокую, чем ранее, грозу экстремизма в стране, а также станет мощным фактором , влияющим на построение новых идеологий и концепций, абсолютно непримиримых к самому факту существования российского государства, что в исторической перспективе не обещает ничего хорошего: некогда мощнейшее государство планеты не сумело полностью уничтожить украинский национализм, и новая поросль националистов, сделавших революцию, опиралась не столько на сохранившиеся к независимости организационные структуры, сколько на идеологические труд и память о мучениках украинского национального движения.
http://csef.ru/ru/oborona-i-bezopasnost/348/strategiya-myatezhevojny-vo-vnutrennej-politike-gosudarstva-7198
http://csef.ru/ru/oborona-i-bezopasnost/348/strategiya-myatezhevojny-vo-vnutrennej-politike-gosudarstva-7198
csef.ru
Стратегия мятежевойны во внутренней политике государства
Опираясь на инструмент мятежевойны, мы обречены изучать не только и не столько информационно коммуникативную войну, которая в итоге упирается все же в вопрос коммуникаций самих по себе, а войну идеологическую и войну дискурсивную. Важна не только связь ме
Forwarded from Fantastic Plastic Machine
Любой из нас, кто ребенком в минус тридцать рано поутру в шубе, валенках и меховой шапке, которая застегивалась под подбородком и больно давила пуговицей, выходил в обжигающую холодом темноту, и шел в школу— тот поймет, что первым человеком в космосе не мог быть никто, кроме русского.
Россия— это и есть космос, бесконечный space, на просторах которого чувствуешь себя маленьким и невесомым. Никто, кроме нас, просто не мог подарить человечеству эту великую бесконечность. С праздником!
Россия— это и есть космос, бесконечный space, на просторах которого чувствуешь себя маленьким и невесомым. Никто, кроме нас, просто не мог подарить человечеству эту великую бесконечность. С праздником!
Forwarded from 1..
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Церковный рэкет или Бог велел делиться