о

Ну, нет демократии в России, её не может быть, это государство не такое. Мы же сразу из рабовладельческого строя в социалистический перешли. Что там было, двадцать лет? Когда крепостное право отменили и когда случилась революция – это ж короткий срок, это очень короткий промежуток времени, что там может… Любое государство за этот короткий промежуток времени даже институты власти нормальные не может создать

Отходники

То, что Иоанн на Патмосе пишет, а не говорит, существенно, так как письмо вырвано из движения времени и отделено от субъекта, его породившего. Не случайно придание смысла истории Арендт связывала именно с письмом. Отношения письма и зрелища существенны и для «Хрусталева». Сценарий фильма — ипостась последнего, находящаяся в ином, словесном измерении. Уже в силу одного этого сценарий отмечен большей ясностью и внутренней логикой. Фильм делался на его основе, но сознательно опускал мотивировки и разъяснения. Сценарий гораздо понятнее фильма еще и потому, что он, как и всякая речь, особенно письменная, — линеен, разворачивает описание событий одно за другим. В фильме многие реплики накладываются друг на друга, линейная структура письма разрушается. Фильм вводит нас во время конца, которое уже не знает линейности, в то время как сценарный текст еще пишется «на Патмосе», издалека.

https://chapaev.media/articles/3649

Трансформаторная будка красная. Но, может быть, мы живем в сообществе дальтоников, где зеленое принято называть красным. И по факту будки зеленые, а, может быть, реального обозначения цвета еще не существует и красным мы называем цвет потому, что на нашем языке вообще названы только красный и белый цвета.

Знание постоянно искажается, при этом изменяются и познаваемые свойства предмета в зависимости от того как им оперируют и как называют. У рогатого чудища в функционале бодание присутствует куда в большей степени чем у коровы.

Иными словами, реальность есть, но она постоянно искажается, в том числе искажается нашим восприятием. У будки есть конкретные свойства, однако понятия будки, цвета, тока имеют конкретную коннотацию в ограниченном обществе. Когда мы говорим о том, что прямо взглядом не видимо и еще более подвергается спекуляции, то есть о феноменах социальных, это искажение всегда нужно иметь в виду.

Поэтому при изучении феномена теория играет не только объясняющий характер. Мы выстраиваем подход в рамке теоретического инструментария потому, что рамка теории это просто внешний агент, который немного дает поправку на искажения, которые мы допускаем просто уже в силу того, что исследуем предмет/феномен. Поэтому теоретическая рамка должна быть хороша и сделана знающими людьми: в таком случае мы сопоставляем свое искаженное видение с искажениями людей более опытных и знающих.

Далее мы изучаем кейсы.Каждый кейс это знание под искажением информанта/источников. Если нам надо рассмотреть нечто по публикациям, мы сопоставляем искажения, типологизируем их, например, идеологически, и потом можем сделать условный вывод о действительной сущности предмета.

Если мы ведем интервью, мы сталкиваемся с кучей новых искажений при описании того, что, согласно гипотезе, существует на самом деле. Опыт освоения десятков кейсов дает и картину самых массовых искажений. Мозг отбрасывает искажения и в итоге мы видим примерную картину исследуемого.

простите

Если радикализовать ракурс, увидим тяжёлые перспективы: как правило, будущее сначала пишется в книге, потом творится. Сегодня можно навскидку назвать до десяти книг о Построссии. Постановка проблемы поиска "национальной идеи" в стране, претендующей на статус империи, действующей в рамках имперской логики - сигнал к смерти. В перспективе переформатирования государства и общества задача патриота состоит в постановке центробежных процессов и вспышек новых "боевых идентичностей" на службу интересам России. Русские талантливы в государственных делах, а неумение оперировать концептом "боевых идентичностей" при его непреодолении убьет страну.

Сущность работы такого рода заключается в политической мобилизации социальной группы через актуализацию идентичности. Часто это методика работы с этносом, стремящимся стать нацией, но "боевая идентичность" может быть социальной, религиозной, и какой угодно еще: мобилизация "пролетариата" во время революции 1917 года - тоже итог работы по идентичности. В России традиционно важна идентичность социальная, а национальный вопрос играет второстепенную роль. Но условный противник при деконструкции государства опирается на работу с национальной, этнической либо региональной идентичностью. Важен такой упор при работе с государством имперского типа, неспособным решить проблему размытия идентичности "основного" имперского народа. Там, где перестают работать традиционные для такого государства социальные лифты, акцентуализация внимания на региональных идентичностях в период кризиса управления становится методом деконструкции государства. Яркий пример видим в бывшей Югославии, но там своеобразие ситуации состоит в том, что распад начался с актуализации сербского национализма, то есть процесса, обратного размытию идентичности. В России актуализация русского национализма представляется слабо возможной, в силу отсутствующего этнического самосознания у русских и традиционной для этого народа модели политического поведения, с центром в Москве: иная политическая самоорганизация не проявляет себя.

http://csef.ru/ru/oborona-i-bezopasnost/348/boevye-identichnosti-7345

Безусловно, эффективной может стать и политика принципа «Разделяй и властвуй». Но такого рода политика может иметь только временный характер. Дело в том, что все новые сообщества относится заведомо к «освободительному» мифологическому полю, субстанциональным интересом каждого сообщества является преодоление такого положения государства и общества, которое существует сейчас: и государство почти всеми участниками этого исторического тренда будет восприниматься как субстанциональный противник. Также субстанциональная выгода от сотрудничества между сообществам, и, даже радикального разных мировоззрений: это выгода осуществления выгодного всем сторонам стратегического прорыва. Который может быть обеспечен только крушением ряда возможностей государства по осуществлению власти в стране. Также, те сообщества, которые будут подвергаться давлению в противовес «сообществам-любимчикам», будут иметь стимул поиска поддержки за рубежом, и также будут радикализоваться: радикализация движений такого плана родит более высокую, чем ранее, грозу экстремизма в стране, а также станет мощным фактором , влияющим на построение новых идеологий и концепций, абсолютно непримиримых к самому факту существования российского государства, что в исторической перспективе не обещает ничего хорошего: некогда мощнейшее государство планеты не сумело полностью уничтожить украинский национализм, и новая поросль националистов, сделавших революцию, опиралась не столько на сохранившиеся к независимости организационные структуры, сколько на идеологические труд и память о мучениках украинского национального движения.

http://csef.ru/ru/oborona-i-bezopasnost/348/strategiya-myatezhevojny-vo-vnutrennej-politike-gosudarstva-7198

Любой из нас, кто ребенком в минус тридцать рано поутру в шубе, валенках и меховой шапке, которая застегивалась под подбородком и больно давила пуговицей, выходил в обжигающую холодом темноту, и шел в школу— тот поймет, что первым человеком в космосе не мог быть никто, кроме русского.

Россия— это и есть космос, бесконечный space, на просторах которого чувствуешь себя маленьким и невесомым. Никто, кроме нас, просто не мог подарить человечеству эту великую бесконечность. С праздником!