Ну там не совсем единоверцы, это была не единая Церковь, а масса автономных общин , в каждой из которых могли быть свои особенности догматики и вероучения. Ставить катаров и патаренов в один слот можно только извне типологизируя, но сама ваша мысль ведёт к мысли о таком манихейском поясе Европы в средневековье . На востоке причем этот пояс стал исламским в Боснии и Родопах. Соответственно сама динамика религиозных процессов времён поздних крестовых походов (против патаренов и гуситов, да) оказывается заслуживающей пристального внимания

Есть ирония истории в том, что приверженцы Церкви Боснии Котормановичи взяли себе на герб лилии - как у Капетингов, истребивших их единоверцев в Окситании.

Возрождаем рубрику "просто картинки"

9 июня 1977, Вильфлинген
Этот ректор — знающий человек, он отправился в путь, чтобы порасспросить о размере прорези скамеечек для снятия сапог и о глубине суповых мисок, "дабы по первым легко определять величину ног, а по последним — величину желудка".
Остановившись в одном трактире, он дает хозяину добрый совет установить на прялку дочери нечто вроде измерителя пути — сегодня мы назвали бы это счетчиком пробега в километрах, — чтобы отсчитывать обороты.
"Так-де он, вернувшись домой, запросто узнавал бы, много ли его дочь напряла или она лейтянчила".
На что дочь дает ему резонный ответ: "Простофиля, да отец увидит это уже по пряже".
Метко ухвачен тип; он постоянно выделяется такими экстравагантностями. В наше время его часто встречаешь; он больше не носит косу и оцифровывает все, что попадается ему под руку. Его планы ошеломляют своим логическим безумием; все разом становится измеримым, более дорогим и усложненным. И при этом разрушается родина.

Срочные новости. ФБР раскрыла английского агента, отравившего Флойда и подготовившего кадры под недавние беспорядки. К новости прикладываются кадры оперативной съемки. Как видно, сотрудники ФБР потеряли как минимум несколько зубов в процессе задержания; и как можно понять из контекста, англичанин не боится осуществления угроз, которые высказывает руководитель оперативной группы ФБР.

Сегодня мы перейдем к новой истории в нашем разговоре о мятежевойне. Войско Донское сдает позицию югославским войнам, в которых мы изучим как кампании мятежевойны три периода: это начало войны в Хорватии, начало войны в Боснии и историю с Боснийской Автономной областью под руководством Фикрета Абдича.

Но прежде чем перейти к собственно историям, видится важным сделать вводный текст-примечание по отношению к полю в целом.

Прежде всего, народы, породившие субъекты противоборства, довольно быстро и эффективно мобилизовались. Однако еще в конце восьмидесятых перспектива войны казалась немыслимой. Быстрая перестройка умов и организаций случилась благодаря внезапно сыгравшей дилемме узника, в рамках которой оказался представитель каждой из сторон, принявших участие в в конфликте: поддержка на выборах "своих", но не националистических партий срабатывала в случае, если бы остальные народы голосовали за своих "мирных". Сама историческая память привела людей к голосованию за этноцентричные, ведущие к войне партии.

У каждой из стороны (мы рассматриваем пару хорватских субъектов, пару боснийских, три сербских) были свои пути политической мобилизации, которые отличались друг от друга. Хорваты имели довольно сильную диаспору, которая помимо выживания сумела сохранить и националистическую идеологию. Также они имели организацию "Матица хрватска", которая была олицетворением первых двух ступеней становления нации по Хроху, то есть занималась сохранением и актуализацией хорватского культурного наследия и национального самосознания. Эта организация собственно осуществила политическую мобилизацию хорват в "Хорватскую весну", после 1971 года она действовала нелегально либо полулегально, но стала основанием ряда националистических организаций.

Босняки не имели ни схожим образом сформированного властного нарратива, ни идеологии, ни мощной диаспоры. Контуры идеологической конструкции их партии СДА менялись вместе с ситуацией в Югославии: так, "Патриотическая лига", часть партии, бралась защищать мусульман по всей Югославии. Курс на самостоятельность БиГ был принят уже в разгар хорватской войны, и Патриотическая Лига стала основанием уже чисто боснийских вооруженных сил.

Сербы в контексте тех событий оказались единственным субъектом не закрывшим вопрос о социалистическом идейном наследии. "Национализм" Милошевича был симулякром, выросшим из внутрипартийных интриг. Сербы оказались руководимы не партией идейных, как Изетбегович и не теми, кто свою идеологию выкохал за сорок лет эмиграции, а привычным нам до боли сплавом номенклатуры и госбезопасности, мобилизовавшим шовинистическую риторику. "Национализм" Милошевича это пример идеологического симулякра, о котором мы когда-нибудь тоже поговорим.

Таким образом, при внешней схожести основания мобилизации и способы организации новых властных субъектов у сторон конфликта тут были разными.

Еще одна общеполевая характеристика, которая заставляет менять понимание югославских войн как кампаний мятежевойны - это по сути готовые оргструктуры для ополчения под названием "Территориальная оборона". При этом создание органов Теробороны прошло буквально вровень с последними большими публикациями Месснера, обтачивающими идею мятежевойны.

Соединение дееспособного идейного кадра и местных структур территориальной обороны породило довольно боеспособные соединения, причем относится это прежде всего к боснякам и хорватам - потому что их молодые армии были испытаны на боеспособность довольно мощной Югославской армией.

Наконец, если говорить о социальном происхождении субъектов противоборства, то на начальном этапе войны довольно хорошо были представлены вчерашние бандиты, в том числе крышуемые югославской госбезопасностью. Кое-кто прожил всю войну, хотя, например, полевые командиры боснийских хорват были зачищены уже в 1992 году примерно так же, как в 2015-16 были зачищены полевые командиры ЛДНР. Здесь можно сразу отметить общую черту мятежевойны: первичные организованные боевые структуры строятся под авторитетом личностей. но когда приходит время армии как института, собравшие полевые бридгады командиры должны уйти.

Не удалось пока докопаться до остальных, но у сербов национализм часто был выражен в сельской местности. Это хорошо объяснимо ,если мы говорим о Боснии, где исторически сербы были селянами, а мусульмане - горожанами. Это же объясняет специфический характер боевых действий, который Мэри Калдор называет "войной не по Клаузевицу": боевые действия имеют ограниченные цели, а главные действия в такой новой войне идут после разграничения территорий: проходят этнические чистки, еда ли не по взаимной договоренности. Естественно, что вместе с домами забираются и земельные угодья. Поэтому мы вполне можем зять гипотезой тезис. согласно которому на уроне сельской территориальной обороны реальное целеполагание субъектов состояло в этнической зачистке "своих" населенных пунктов с переделом собственности, из-за чего активные боевые действия велись спорадически.

Полезный мануал с утра

Все те же ВС США выходят из Камбоджи, июнь 1970 г. Максимально милитаристское фото, стиль которого вы узнаете во всех локальных войнах второй половины 20 века. Усталые пехотинцы бредут рядом с техникой, а на заднем фоне "воздушная кавалерия".
Война это не только ад, но и чертовски тяжелая работа.
Операции США в Камодже интересны тем, что была захвачена куча вооружений, только боеприпасов 1800 тонн, а действия правительства и Никсона вызвали самые бурные протесты у себя дома, приведшие даже к гибели студентов от рук Национальной гвардии. Однако, часть населения такой шаг Никсона поддерживала. Тем не менее, президент пообещал к концу июня вывести войска - и он их вывел.
Относительно "легкая прогулка" привела к неверным выводам со стороны США и в следующем году вторжение в Лаос таким легким не оказалось. Но это уже другая история.

Видать ленина читали бунтари

​​🔻Лет пять тому назад читал документальную книгу называется она "Крах США. Вторая Гражданская 2020 год”. Автор — ветеран американской🇺🇸 армии Томас Читтам, а написана она в далеком 1997 году.

🔻Автор прогнозировал, что к 2020 году накал расового противостояния в США станет таким сильным, что страна расколется на белую, черную и латинскую части.

🔻Читтам прогнозировал, что белые пойдут на штурм черных анклавов в крупных городах Севера. Черное ополчение вытеснит белых с Юга, а тем временем латиносы проведут реконкисту и займут земли, которые США когда-то отобрало у Мексики.

🔻Поразительное попадание в дату начала противостояния, но автор ошибся. Читамм писал, что первый признак расовой войны — баррикады на улицах, которые поделят страну на своих и чужих. Вот только баррикад мы не видим.

🔻Восставшие не отгораживают себя, а наоборот идут в наступление. Читамм написал книгу в 1997 году, а тогда мозги его соотечественников еще не были так изничтожены🧟‍♂️ суперменами, черными пятницами, гендерной политикой.

🔻Читтам переоценил и белых, и черных. Первые не сопротивляются, а вторые под шумок грабят магазины и независимости не объявляют. Хотя, может все впереди. С датой начала войны он же все-таки угадал.

США🇺🇸 после окончания Второй Гражданской войны 2020 года. По прогнозу автора.

Чисто Острог @vostroge

Рассмотрим самое начало югославских войн: отделение Хорватии как кампанию мятежевойны. В категории "свой народ" видится важным рассмотреть особенности хорватского национального строительства. Это позволит понять основные детерминанты становления нового политического субъекта при крахе социалистической федерации.
Хорватский национализм выступал проявлением и развитием иллиризма Людевита Гая, которое развил в югославизм католический епископ Иосиф Штросмайер (при этом он не был ясно выраженным человеком Вены. Приведем цитату из его беседы с русским послом в Белграде в 1868 году: «от Австрии и от Венгрии нам нечего ожидать <...> долго боролись мы собственными средствами, но средства наши истощились, скудные мои достатки давно уже не в состоянии пополнить ту бездну нищеты, которая с каждым днем открывается перед нами. Давно взоры наши с любовью и надеждой обращались к России, единственной и бескорыстной защитнице христианства и славянства; но она от нас так далека, так мало нас знала до сих пор, что мы даже не пытались взывать к ея братским чувствам» В. Л. Шарова Йосип Юрай Штросмайер и проекты объединения народов монархии Габсбургов: от иллиризма к югославизму). Иллиризм же был важной составной частью австрославизма: Австро-Венгрия стремилась обеспечить себе контроль над славянскими Балканами по уходе оттуда турок, для чего выстраивала идеологию, позволявшую обеспечить идеале лояльность южных славян империи.
В известной степени "национализация" иллиризма была вызвана взрывным ростом национализма в освобождённой Сербии, чуть позже - Болгарии. Там выстраивались буржуазные нации, и полноценно конкурировать с национальными устремлениями могла только готовность Австрии дать южным славянам не меньший объем представительства, чем тот, что был дан венграм после революции 1848 года.
На этом, самом раннем этапе хорватского нациестроительства, важно зафиксировать, что хорваты в потенциале, в замысле были субстанцией югославянского государства, нацией, которая в силу своей принадлежности европейскому миру могла брать на себя миссию становления новых югославянских общностей.
Во время Первой Мировой хорваты в целом лояльны Австро-Венгрии и попадают в плен куда реже, чем, например, чехи. Также и в Югославянском легионе русской армии хорват было меньшинство: если мы сохраняем советскую инерцию смотреть на народ как на ясно выраженного субъекта, можно сказать, что хорваты были верны условному пакту с Австро-Венгрией, который бы открывал перед ними путь новых господ западных Балкан.
Однако Австро-Венгрия не очень хорошо себя чувствовала во время войны, и проект "югославянства" обрёл новых лоббистов - Антанту, которые не могли ставить в проведении идеи на хорват примерно по тем же основаниям, по каким они не могли давать донскому казачеству полноценной помощи в 1918 году. Конференция на Корфу 1917 году определила контуры будущего государства: в нем должна править сербская династия, а проявленное названием господство трех народов не имело под собой территориального или финансового выражения: жупании первой Югославии не были субъектами федерации, и не были национальными регионами.
В роли народа - проводника югославизма оказались сербы. Наиболее прозорливые умы этого народа относились к навязанной миссии со скепсисом: они должны были как-то руководить рыхлой страной с очень разношёрстным населением, вместо того, чтобы крепить свой сербский суверенитет. При этом, если хорваты в этот период могли рассматриваться как драйвер развития от Австрии, то у сербов было иное реноме, обеспеченное резней в Косово после его занятия и нападением на Болгарию почти сразу после победы в Первой Балканской войне (кстати, особенности сербского господства в Косово довольно живописно описывает Троцкий, бывший в первую войну корреспондентом «Киевской мысли» на Балканах). Процитируем:

«- Как и остальные мои политические друзья, я - против войны, - говорил мне в Белграде один сербский социалист. - Но война - факт. И в отличие от многих моих друзей я не могу игнорировать того, что война эта оставит и некоторые очень ценные результаты в народном сознании. Главное значение в моих глазах имеет братание болгарских и сербских армий. Ведь, это не армии, а народы. Главной язвой Балканского полуострова я считаю сербско-болгарскую вражду. После этой общей войны, которая морально спаяет народы-армии, никакая политика, построенная на разжигании ненависти двух соседних и столь родственных народов, не сможет иметь успеха. Хотят ли того правящие или нет, но это братание на поле брани станет краеугольным камнем балканской федерации, не династической и дипломатической, а народной.
- Вы оперируете слишком невесомыми психологическими величинами, - возражали ему другие. - Мы не знаем, как развернутся даже ближайшие события. Мы не знаем, долго ли протянется это братание. Где гарантии того, что в случае побед - как и в случае поражений - эти две родственные армии не будут враждебно противопоставлены друг другу?». Л. Троцкий, «Вокруг войны».
В Королевстве СХС хорватское национальное движение условно распалось на два направления. Первое виде крестьянской партии Радича вело легальную работу, стремясь полноценно участвовать в жизни страны и по возможности аффирмовать национальные права хорват, а второе в виде усташеского движения, которое развивалось в эмиграции. Оба направления отметились кровью: внутреннее мученической, кровью Степана Радича, убитого сербскими радикалами в 1928 году, а внешнее убийством короля Александра в Марселе в 1934 году, которое произвели усташи в сотрудничестве с македонскими четниками.
Однако при всех трениях возможности найти компромисс проявлялись, и в 1939 году заключается пакт Цветкович-Мачек, который провозглашал хорватскую бановину – автономное территориальноеустройство. Этот опыт мог иметь развитие, если бы Югославия осталась верным участником Оси. Это была бы страна в когорте со Словакией Тисо и Венгрией Хорти -но несколько крупнее их обоих. Однако этому было не случиться.
После распада Югославии в Хорватии возобладал усташеский национализм. Случившееся в годы войны тяжело объяснить чем-то, кроме морока. но характерно, что епископ Степинац, молчаливо перенёсший геноцид сербов и их массовое окатоличивание в период НГХ, не был осуждён Римом.
В титовское время хорваты частично осуществили то, ради чего «создавались»: они играли видную роль в новой федерации.
И здесь важно увидеть роль социалистического подхода к национальному строительству в дальнейшей судьбе народа. Тито аффирмовал нации и уже в1946 году провозгласил федерацию, с границами национальных республик, национальными парламентами и руководителями. Оформление наций советском формате подавалось как прогрессивная практика, национальные институты выступали этакими космодромами для "народов", и этом плане стоит отметить, что едкий прогон Надточего в сторону советской этнографии, рассуждавшей всерьёз об этносе как о субъекте, не особенно основателен: так или иначе, в этнонациональном ключе социалисты и в СССР, и Югославии были демиургами, создававшими новые миры. Да, "этнос" не сыграл, а институты сыграли - но заявка была фундаментальная.

Собственно народы, друг наделённые национальными институтами, именно в них видели основные формы своей национальной жизни. Такое положение дел сочеталось с давящим однопартийным авторитаризмом внутри социалистической системы - даже в мягкой Югославии этот авторитаризм был силен. В силу сочетания этого авторитаризма и понимания национальных институтов как основных средств жизни нации любое устремление к демократизации в социалистических государствах шло по руслу национального освобождения (Hannes Grandits Dynamics of Socialist Nation-Building: The Short Lived Programme of Promoting a Yugoslav National Identity and Some Comparative Perspectives). Кстати, именно поэтому русским в СССР демократизация в СССР ничем особенным не светила: своих национальных институтов у них не было. Единственное – сегодняшний день это действительно праздник ослабления бремени кормления более заслуженных и оформленных наций. Но вернёмся к хорватам.
До 1971 года в Хорватии активно действовала "Матица Хрватска» - организация, сосредоточенная на воспроизводстве и развитии хорватской национальной культуры и самобытности. Если мы вспомним классическую конструкцию М. Хроха, в которой фундамент нации закладывается группой интеллигентов, собирающих культурные артефакты и воссоздающих-создающих язык можно сказать, что Матица Хрватска была этаким корневым институтом хорватского самосознания. Эта организация сыграла ключевую роль в событиях хорватской весны 1971 года, когда хорватские националисты пытались добиться большей самостоятельности республики. Волнения были подавлены, Матица была запрещена. При этом СССР, который три года как освободил Чехословакию, предложил свою дружескую помощь в успокоении хорват.
Именно хорватская весна обусловила конфедерализацию СФРЮ по конституции 1974 года (так что даже единого министерства обороны не оставалось), и введение территориальной обороны на тот случай, если ОВД решит все-таки дружески подсобить в построении социализма.
Совокупность этих детерминант породила то, что породила.
Мы говорили выше, что быстрая национальная мобилизация ключевых субъектов будущих войн определялась дилеммой узника. Однако если сербы обоснованно опасались повторения событий времен "энгехазии", то у хорват быстрая мобилизация объясняется именно перечисленными выше детерминантами.
Вывод складывается такой.
Будучи народом по замыслу прогрессивным и способным к установлению связей с другими, аффирмованные по советской модели, хорваты могли проявить стремление к демократизации только через актуализацию национального вопроса. А актуализация национального вопроса в оппонировании слабеющей социалистической, партийной власти почти автоматически вела к обращению к самой хорошо артикулированной версии антисоциалистического хорватского национализма: усташеской. В этом плане также характерно, что интеллектуалы, вышедшие на политическую арену в конце 80-х, к 93 году уступали место ясно выраженным националистическим популистам и военным.
Таким образом, специфика социалистических властных институтов и социальных обусловила идеальное вхождение хорват в мятежевойну дееспособным субъектом (про тероборону поговорим чуть позже)

Желаем, чтобы ваш этап мчался по выходным продуктивно и весело: https://youtu.be/szskCQjlq7w

А, слушайте, забыла вам рассказать. У каждого журналиста (если он, конечно, функционирует в наше непростое время) должен быть текст, в котором упоминается Навальный. Теперь такой есть у меня! И нет, это не восхваление единого и безальтернативного лидера бла-бла, там моя любимая адвокатская тема, но всё-таки.
Вообще, по совести, я куда больше горжусь в тексте своим «гражданином N», который изначально был «господином», но те, как известно, «все в Париже», поэтому редактор разумно привёл текст в соответствие с реальностью.
Вкратце про историю. В России есть практика, что даже если до приговора, который предусматривает реальное лишение свободы, человек был под подпиской или домашним арестом — почти со стопроцентной вероятностью его отправят в СИЗО после оглашения. При этом, если он был под стражей — там и останется пока приговор не вступит в законную силу. Времени может пройти дофига — в случае, который в статье, между оглашением и решением по апелляции, например, больше года. И, хотя большинство доводов, которыми изначально мотивируют «стражу» после приговора отпадают — повлиять на ход расследования и давить на свидетелей уже нельзя, но единственный про «может скрыться» — остаётся и суд прислушивается к нему.
В общем, адвокату удалось добиться, чтобы после вынесения приговора, его подзащитного выпустили под домашний арест из СИЗО, а потом это решение устояло в кассации. И, как мне объяснили, это круто, потому что может начать формироваться новая практика.

Ленин скрипты на двести лет вперёд прописал. Потом будут продотряды и гашотряды,красные фрайкоры, негритянская чк и китайские (русские) наемники