Прошлая неделя для меня выдалась очень сложной.
Дочка заболела,мы с мужем по очереди работали и ухаживали за ней.

И в этой всей кутерьме мне одна из пациенток говорит

Виктория Владимировна,мы честно выбирали из двух клиник. И вы нам ответили на все вопросы, поэтому пришли к вам

Вот это то к чему я стремлюсь - отвечать на вопросы.
Все свои мысли в блоге и на приеме я строю так, что если бы я сидела по другую сторону стола,то поняла бы я?

Получается,что получается
У нас,конечно, предстоит большой и сложный путь. Но пока мы хотя бы нашли причину низкого овариального резерва и сделали это очень во время.

А еще сегодня день детей.
Пусть все малыши будет счастливы и здоровы.
И в каждой семье,в которой ждут, поскорее они появятся.
А я помогу 🤍

Я еще не делилась с вами последней крупной новостью.
СПКЯ официально получил новое название. Теперь это полиэндокринный метаболический овариальный синдром, или ПМОС.
И честно, это тот случай, когда смена названия не просто «переименовали ради переименования». Старое название слишком долго создавало ощущение, что вся проблема в яичниках и каких-то кистах.
Отсюда классика: увидели много фолликулов на УЗИ и сразу поставили СПКЯ. Или наоборот, если яичники выглядят не так страшно, значит ничего нет.
Но СПКЯ никогда не был только про яичники. Это состояние, где вместе работают гормональные, метаболические и репродуктивные нарушения. Нерегулярный цикл, отсутствие овуляции, акне, рост волос по мужскому типу, выпадение волос, инсулинорезистентность, сложности с весом, бесплодие.

На самом деле, вот слово кисты всегда всех смущало. Они не всегда обязательны для диагноза. Поэтому подход - посмотрели УЗИ и всё решили, давно устарел.
Новое название как раз пытается вернуть фокус туда, где он должен быть - не только на яичники, а на весь организм.
Потому что женщине с ПМОС/СПКЯ часто нужна не одна таблетка для цикла, а нормальная диагностика, оценка овуляции, андрогенов, метаболических рисков, инсулинорезистентности и репродуктивного плана.

ПМОС встречается примерно у каждой восьмой женщины, это больше 170 млн женщин в мире. И если смена названия поможет врачам и пациенткам перестать воспринимать это как просто проблему с яичниками, я только за. Потому что правильное понимание диагноза часто меняет и лечение, и прогноз.

Новое название было представлено в публикации The Lancet и поддержано международной инициативой, в том числе Endocrine Society.