Собака Санду покусала президента Австрии во время его визита в Молдову

Дави их, блд

Ну вот, теперь очевидно, куда ехать в отпуск следующим летом😜.

Со вкусом сухого розового. СВО-роман.

Глава 11. Частная жизнь Глава 10 тут.

К ним нередко приезжали дети: его девчонки, отпросившись у мамы на лето, проводили у них по несколько недель, Дёма всегда встречал их взволнованным: «Никуш, девочки приедут, поживут у нас, ты же не против?» и мчался на КПП, и привозил их довольных (они рвались к отцу, которого очень любили, и скучали, и нуждались в нём). Она, умеющая быть матерью всему к чему прикасалась (и даже пацанов, её бдивших, часто жалела, и видя их усталость, отпускала к жёнам и невестам, те сопротивлялись: «Кострома нас убьёт, если узнает, нет, мы с вами» — «Гуляйте, я сказала, счас ГШ-18 свой достану и по ногам», — улыбалась и отправляла их восвояси. «Я вечером всё расскажу вам, доложите, как положено», — и они подчинялись), дочек его приняла сразу, те немного ерепенились вначале, тётя какая-то забрала папу у их мамы, но она всё уже проходившая с третьим мужем (правда там были сыновья), встречала их с распростертыми, холила, кормила вкусностями, занималась больше, чем он, и они постепенно к ней привыкли.

В итоге нацеловавшишь с отцом, они радостно неслись к ней: «Тётя Ника», — верещала старшая, — «А можно я сегодня у вас в спальне переночую, мне так много нужно вам рассказать», — у девочки была новая любовь, папе она об этом боялась, маме было не до того, а Ника принимала её такой как есть, и слушала её часами, и советовала, и направляла. Та внимала. Они спали в обнимку и по заведенному порядку приходивший по утрам в жёнину спальню Кострома обнаруживал там и жену, и дочь, и изымал, аккуратно, первую к себе, чтобы всё было, как положено. Но случалось, что младшая забиралась к нему в постель, и он засыпал, обнимая её, и утром ничего не мог сделать, и бесился, и любил их всех, и думал: «Ну вот же это бабское царство и в моем доме, любимую не могу взять, нас оккупировали дочери».

Но девочкам они оба были неизменно рады, баловали их, Ника водила их по модным магазинам и покупала всё, что те хотели, и одевала их с иголочки, так что получившая их назад с ворохом одёжек бывшая Дёмина жена нередко ей выговаривала: «Вероник, ну зачем ты все это им напихала, они теперь красуются перед другими, мне неудобно». «Марин, успокойся, пожалуйста, всё как они хотели, я лелею их, у меня нет своей дочери, извини, я и невестку так же балую, такое». И та затихала.

Случившаяся в первое время конкуренция за отца быстро сошла на нет — Ника твёрдо и спокойно обеим объяснила: «Вы — папины дочки, он вас обожает больше всего на свете, но и я папина жена, он меня тоже обожает, с этим ничего не сделать, будем обожать друг друга», и пошедшие в его породу девочки усмирились и больше к этому не возвращались.

Они возили девчонок на море, в Мариуполь, и разложившись на пляже, следили за ними по очереди: она, прилёгшая позагорать, отправляла его к кромке моря: «Посмотри за ними, Дём, я немножко отдохну». Ему это быстро надоедало, он, сводивший всех с ума своими наколками по всей груди, возвращался к ней: «Никулечка, иди ты посмотри, на меня весь пляж пялится, не могу» и укладывался на лежак. Она хитро улыбалась, целовала его и шла к воде: девочки плескались, как хотели и вовлекали её в свои игры👇.

Со вкусом сухого розового. СВО-роман.

Глава 12. Едем дальше Глава 11 тут.

Всё это было, конечно, неплохо, город восстанавливался, многие уехавшие возвращались на родную землю, мало-помалу оживал и поднимался бизнес. Привыкшая к столичным условиям обслуживания Ника довольно быстро обнаружила, что не находит требуемого ей хоть одного качественного салона красоты и, недолго думая, получив разрешение и грОшей у мужа, таковой организовала: нашла хорошую локацию, со вкусом отделала внутренние интерьеры, обучила персонал и часть переманила с Ростова и даже Москвы, закупила новейшее и дорогущее оборудование. Дело пошло на ура, слухи и грамотная пиар-кампания быстро сделали заведению лестную репутацию и к ней, в «Лунную орхидею», потянулись все местные мажорки.

Подумав, она открыла еще примерно такой же в другом районе города, а ещё чуть позже — целый современный частный медцентр с полным спектром услуг, вплоть до госпитализации, и имплантированным в него же салоном эстетической медицины с упором уже на омоложение. Со временем и отцы республики и города, и их, разумеется, всех видов дамы, стали считать за норму «столоваться», а точнее говоря лечить свои болячки исключительно у неё: качество обслуживания было безупречным, персонал вышколен и знал своё дело, аппаратура была «с иголочки» и всем гарантировалась полная конфиденциальность. На устройство на работу к ней буквально стояла очередь: платила Ника хорошо, вовремя, ТК полностью соблюдался — врачи и медсёстры у нее трудились с удовольствием и полной самоотдачей.

Случалось, что «матери города» не могли поделить нужное им одновременно время на ту или иную процедуру, и звонили ей: «Никулечка Игоревна, ну прикажи своим, мне очень надо, ну подождет час эта…» и далее текст шёл в зависимости от уровня доброжелательности или наоборот конфликтности отношений между дамами. Дёма всё это, как и её депутатство, дававшее ему немалые бонусы (она кое-что делала по просьбам «их системы», ничего такого, всё в рамках, но без её участия так быстро такого результата он бы не получил), в целом поддерживал — это автоматически вводило их в республиканскую элиту, хоть и с теневым привкусом, а он был амбициозен и ему это льстило. Но нередко и предупреждал, чтоб поменьше «светила своим счастьем», мол люди завистливы и мало ли что. На его общак со своих доходов она тоже башляла ему сколько было обговорено, остальное он оставлял ей «на булавки» — бизнес шел в гору у обоих, недостатка ни в чем они не испытывали.

Но как все было бы скучно, если б «все счастливые семьи были бы счастливы одинаково», так и Ника, однажды, выступая на сессии республиканского парламента, словила от коллеги-депутата (видимо для чьей жены она не нашла удобного для неё времени на RF-лифтинг), мол, ну что вы нам тут, Вероника Игоревна, втираете за эту поправку к бюджету, все же мы знаем чья вы супруга и кому это на самом деле нужно👇.

Со вкусом сухого розового. СВО-роман.

Глава 13. Катастрофа Глава 12 тут.

И здесь она оказалась права. Всё случилось за один проклятый вечер и ещё накануне ничего не предвещало. Уже много лет как по собственному решению не употреблявший спиртного Дементий (много трагических историй навидался из-за алкоголя, и не любил ни себя, ни других людей в подпитии) вернулся как-то в лёгком подшофе, и вроде даже в неплохом настроении, и что-то азартно ей рассказывал (по ходу срастался у него там какой-то давно ожидаемый и желанный проект), и она спокойно и внимательно слушала его, пока не решила, воспользовавшись его добрым настроем, попросить за его пацанов — те косячили, огребали от него знатно и уже не в первый раз падали ей в ноги, она отнекивалась как могла: «Парни, я не лезу в дела Костромы, давайте сами». Но последний случай был особенно вопиющ, такого Дёма не прощал, и архаровцы его всерьёз опасаясь за свою безопасность и жизнь, понаприсылали к ней на поклон жён с детьми, и Ника, скрепя сердце, и три раза переплюнув, обещала попробовать заступиться.

С первых же её слов на эту тему, он начал видимо мрачнеть, и она было решила уже съехать с вопроса как-то аккуратно, но было поздно — муж потребовал договаривать всё до конца. Несмотря на все её дипломатические таланты, он быстро отдуплил о чём идет речь, о глубине случившейся жопы ещё не знал и был сильно шокирован — он видел всю картинку происходящего в отличие от неё и мгновенно понял, что дело его на его глазах рассыпается как карточный домик от дуновения ветра — всё, что он простраивал столько времени летит в тартарары из-за раздолбайства его подручных и возможно даже хуже.

Нежданный удар был такой силы надрыва, что он подсполз со стула, задыхаясь и чуть ли не биясь в падучей, она ринулась к нему, но он рукой отстранил её и поднялся сам. Посидел с минуту, безумно вращая глазами, шатаясь, подошел к шкафчику, где стояло спиртное, открыл первую попавшуюся бутылку, с джином, кажется, и разом влил в себя её половину. Повернулся, мониторя пространство, обнаружил её, в прыжок оказался возле, больно схватил за руку, выволок из-за стола и потащил в её спальню, злобно выдыхая: «Защищать, значит, ты их вздумала. Счас я тебе покажу, за кого ты вступаешься, тварь!».👇

Со вкусом сухого розового. СВО-роман.

Глава 14. Похмелье Глава 13 тут.

Очухавшийся утром Дёма так плохо, отрывочно и смутно помнил вчерашний вечер, что по привычке ломанулся к жене, и обнаружил никогда ранее не закрывавшуюся на замок дверь запертой, которую одним ударом вышиб, невозможно разозлясь на неё.

Ника лежала на боку обнажённой, лицом к окну, без движения, не подавая признаков жизни, на прилично окровавленной кровати. Вся её спина, начиная с шеи и заканчивая ягодицами и ниже, по ногам, была в укусах и защипах, синяки на её теле сзади были повсюду. Сказать, что он ах@ел — это ничего не сказать. Присел на край кровати. Аккуратно тронул за руку:

—Никуша, а что вчера было? Что это с тобой?

— А это ты вчера был, Дёма, это всё твоих рук дело, — безжизненно отозвалась она и убрала свою руку из его, — А сейчас уходи. Я никого не хочу видеть, тем более тебя… И она беззвучно зарыдала.

Потрясенный и убитый наповал, он вышел от неё, наспех собрался и поехал было на работу, но с полдороги словно очнулся и вернулся — она лежала всё в той же позе, только крови вроде немного прибавилось. Быстро мозганув, Кострома вызвал терапевта и гинеколога из её клиники, велев нестись пулей и никому ничего не говорить.

Те диагностировали множественные травмы внутренних органов, гематомы по всему телу, большую кровопотерю и в два голоса настаивали на немедленной госпитализации, лучше в республиканскую, на худой конец к ним. «Ей нужны капельницы, комплексная терапия и круглосуточное наблюдение. Она очень слаба, неужели вы не видите, Дементий Владимирович! Время очень дорого, решайте», — внушали ему эскулапы, да он и сам понимал, что дело дрянь. Ника впала в забытьё и ни на что происходящее вообще не реагировала. В итоге он разрешил забрать её в её же клинику, в вип-палату её провозили с черного хода, чтоб поменьше глаз, у дверей он поставил охрану: пускали только врачей, медперсонал и его.

Физическое её состояние высокопрофессиональные доктора стабилизировали довольно быстро, уже через несколько дней почти все физиологические параметры приблизились к норме, чего нельзя было сказать о её психике — почти всё время она была в полузабытьи, изредка и ненадолго приходя в себя, но никого не узнавала. Вызванный из Ростова доктор психологических наук дал неутешительный прогноз и прописал терапию, но это плохо помогало. Ника словно бы потеряла волю к жизни.

Побросавший все дела Дёма почти круглосуточно был возле её больничной постели, отключив и свои и её телефоны, не шёл ни с кем на контакт, переживая эту свою личную трагедию в одиночестве. Дней через десять свои телефоны он всё же включил и там обнаружился шквал неотвеченных от руководства республики, её коллег, её московских подруг и соратников, от донецких приятельниц, от её родни, да кого там только не было — Вероника никогда и ни при каких настолько не пропадала, и всегда была на связи, так что даже не сильно посвящённые люди начали за неё беспокоиться.

Пару-тройку дней ему удавалось как-то выкручиваться, не объясняя при этом ничего, в Народный совет отволокли левый больничный, но под конец второй недели из столицы примчалась лучшая подруга, которая просила поговорить с ней, если как он утверждает, с женой всё ок и просто лёгкое недомогание: Дементий её никуда не пустил, припугнув еще за длинный язык если что, но так ничего и не сказал толком. Ещё через пару дней его мобильный начали обрывать местные — шороху в Донецке подруга всё же изрядно навела, дойдя и до администрации: «Мол, вы чего вообще сидите-то? Депутат у вас пропала, ни слуху, ни духу…», ну и всё такое. В Москве она ещё донакрутила кого надо и атаки на Дёму усилились. Он вертелся как уж на сковородке. Ника всё пребывала в бессознанке, показывать её в таком виде было нельзя👇.

Со вкусом сухого розового. СВО-роман.

Глава 15. Расплата Глава 14 тут.

Через пятнадцать минут клинику полностью оцепил донецкий ОМОН, всех Дёминых пацанов положили лицом в пол, посетителей вежливо выпроводили, а ещё через несколько минут в Никину палату уверенным шагом в сопровождении главного и лечащего врачей, а также двух полностью экипированных омоновцев с автоматами наперевес, вошёл первый замглавы ДНР.

Дёма не встал их приветствовать, только молча кивнул головой, по выражению лица главного поняв, что тот уже в курсе всего: дневной иночной почти хозяева республики встретились в не лучшее для них обоих время, не в лучшем месте.

Нику Груздев нашел похудевшей и очень измождённой, как будто боровшейся изо всех сил с чем-то и не бывшей в состоянии это перебороть. Он искренне ей симпатизировал и как женщине, и как профессионалу, считал, что она сделала неправильный выбор, выйдя за Кострому и, случалось, за частным обедом выговаривал ей это. Она только улыбалась ему в ответ: «Артём Сергеевич, всё хорошо, не волнуйтесь за меня».

Всё это за минуту пролетело перед его внутренним взором, потом он взял стул, и сел с другой стороны Никиной постели, так что они с Дёмой оказались лицом к лицу.

— Ты по нарам так затосковал, Кострома? Давно не чалился? Так я тебе это вмиг организую, — начал было шокированный услышанным и увиденным замглавы ДНР и тяжело вздохнул, — Как ты мог с ней так? У меня в голове не укладывается…

— Не пугайте, я пуганный, — уверенно отозвался Дёма, — Надо будет — отсижу. Ей от этого лучше не станет. И вообще, это наше семейное дело…

Груздева эти слова разъярили, у него даже мелькнула мысль о расправе над Никиным обидчиком прямо здесь и сейчас, но он сдержался, понимая, что это ни к чему и ему не по чину. И он просто обложил собеседника таким отборным русским матом на таких громкостях, что весь этот сыр бор разбудил до того пребывавшую в астрале Нику.

Очнувшись, она не сразу поняла, где находится и что происходит, но начавший было также на повышенных отвечать замглавы Дёма оборвался на полуслове, взял её за руку и приложился к ней губами:

— Никушенька, Солнце моё, как ты?

— Не знаю, я как-то себя почти не чувствую, Дёма. А где я? И почему здесь столько людей… ой, здравствуйте, Артём Сергеевич, — довольно слабым голосом проговорила Вероника и мягко отобрала у мужа свою руку. Тот нахмурился и всё это не осталось незамеченным. Замглавы взял другую её руку в свою:

— Вероника Игоревна, как вы себя чувствуете? Мы все очень переживаем за вас. Я знаю, что случилось, очень вам сочувствую и уверяю вас, что виновные (тут он жёстко оскалился на Дёму) будут наказаны по всей строгости…

— Я искренне благодарна вам за участие, но мне лучше и это наше семейное дело, — с трудом сказала пациентка, спокойно забрав свою руку и у него. В Дёминых глазах сверкнули победные искорки.

— Может быть вас лучше перевести в республиканскую или вообще в Москву отправить, вы там, возможно, быстрее поправитесь? Борт и сопровождение я вам организую.

Дёму снова перекосило.

— Не нужно. Мне действительно лучше. Я думаю, скоро встану на ноги, и мы всё наверстаем в делах, Артём.
«Артём?»,— резануло Костроме, — «Он просто Артём?», — но додумать эту мысль он не успел, замглавы уже продолжал.

— Хорошо, как решишь, Ник («Ник, бл@ть, Ник!?»). Но мужа твоего я забираю, за содеянное он понесет полную ответственность, я уверен, в его отсутствие ты поправишься быстрее… («Что-что, бл@ть? А ты к ней значит тут наведываться с цветочками будешь?»).

— Очень прошу тебя этого не делать, — медленно выговорила Ника, — Тем самым ты лишишь меня главной опоры («Ну что, съел? Мы сами разберемся»).

— Но он должен быть наказан…

— Он сам себя уже наказал…

— Хорошо. Как ты хочешь. Поправляйся, — и, обернувшись к докторам, — Если что-то нужно ей, сообщайте сразу, всё найдем и сделаем, — И не прощаясь резко поднялся со стула и вышел со всеми сопровождающими из палаты👇.

✊🇷🇺 ВС РФ продвинулись на южном фланге Авдеевки

На южном фланге в районе промзоны ВС РФ совершили дерзкий рейд и установили контроль над 5 зданиями, атака проведена быстро, грамотно и бесшумно, противник до самого завершения атаки не успел опомниться и понять, что происходит, — сообщает НгП Разведка

Значительную часть сил из этого района хохол ранее отвел под давлением непрекращающихся ударов, оставшиеся силы и наблюдательные посты были вскрыты и изучены нашими средствами разведки, к началу атаки вражеские дозорные были нейтрализованы - хохол вспышку уверенно проморгал.

Наша штурмовая пехота катком прошлась по зданиям, в кратчайшие сроки заняв позиции и устранив сопутствующие помехи.

Враг не успел запросить ни подкрепления, ни огня.

Тигры в промке проявляют недюжинный креатив и дерзость в штурмовых действиях, красивая работа.

Да прибудет с вами удача, воины!