На вопрос “какая операторская работа понравилась в последнее время” ответить почти всегда непросто. В тех фильмах, которые реально цепляют, операторская работа зачастую кажется очень простой (на поверхностном уровне восприятия) - не всегда могу объяснить “что там такого”, почему “вау, оператор реально крут, как он это сделал!?”.
В числе таких была “Новая волна”. Это фильм Ричарда Линклейтера - реалистичная фантазия о съемках “На последнем дыхании” - легендарного дебюта Годара.
Черно-белая стилизация эстетики 60х. Так искусно сделанная, что дыхание (хорошо, не последнее) захватывает.
Про режиссера Линклейтера знают все (а если вдруг нет, ооооочень рекомендую его смотреть, люблю почти все фильмы, особенно “Отрочество”). У оператора Давида Шамбийе видела два фильма (культового Брюно Дюмона), но они мне не нравятся по всем параметрам, не будем… Но прикольно в очередной раз осознавать “неровности” творческого пути. Не все в этом мире Дариус Хонджи, ха...

Работа над историческим материалом всегда предполагает выбор:
-Стилизация под эпоху. Когда визуальный язык фильма имитирует или воспроизводит эстетику самого периода: оптику, зерно, формат, характер света.
-Современный взгляд на эпоху. Камера остаётся “камерой сегодняшнего дня”, которая смотрит на исторический материал. Визуальный язык не притворяется, что он из того времени.
«Nouvelle Vague» - один из наиболее радикальных примеров первого пути: почти вся система принятия решений такова, что фильм словно снят в 1959-м.

Про Годара - (условно) понятно. Рауль Кутар не был типичным оператором с академической школой. Он освоил операторское дело во время военной службы, работал фотожурналистом и идеально подходил для годаровского замысла: импровизация и спонтанность. Конечно, он обладал уникальной способностью создать стилистически цельное изображение в таких разрозненных условиях (хотя, всё же не уверена, что Годар жестко задумывался о стилистической цельности, по крайней мере в начале…). Это было первое сотрудничество кинематографистов, впоследствии они сняли вместе ещё очень много всего.
Считаю, что в фильме он показан слишком уж упрощенно - как будто вообще не задумывался ни о чем, просто готов брать в руки камеру и снимать что угодно… Уверена, его творческий вклад был куда мощнее, чем просто делать то, что говорит Годар.

Рауль Кутар снимал на ручной Cameflex. И самое интересное - на фотоплёнку вместо кино. Годар хотел снимать практически без света (и ручной камерой). Чтобы работать в таких уровнях освещённости, Кутар придумал использовать Ilford HPS плёнку (которой не существовало в кино-формате). Они брали 18-метровые катушки HPS для 35мм фотоаппаратов, и склеивали их в 120-метровые рулоны. Помимо возни со склейкой катушек, минусом были катастрофически короткие дубли. Но это про ночные сцены, конечно; для дневных использовали Gevaert 36 - бельгийская ортохроматическая плёнка, стандартная для дневной натуры того времени.

Линклейтер поставил задачу снять "обратную точку к Годаро-Куратовским кадрам".
С ощущением, что фильм принадлежит той эпохе, в которую был снят «На последнем дыхании».
Для оператора это значит имитировать текстуры, зернистость, освещение, формат и другие эстетические аспекты, а также использовать съемочные приемы, применявшихся в то время.
Решения Шамбийе визуально рифмуется с подходом Кутара: та же философия минимализма, тот же ручной характер движения.

К счастью, создание «На последнем дыхании» хорошо задокументировано.

"Мы нашли много заметок от супервайзера по сценарию, так что смогли выяснить, в какое время снимались сцены, каким объективом, изменился ли текст и многое другое".

Среди прочего были обнаружены чек на платье Джин Сиберг, сценарий с пометками, принадлежавший Годарду, и, смету расходов на пленку Ilford HP5 и аренду камеры.

"Снимая в 1,37:1, мы планировали повторить мизансценический подход и некоторые сцены начинать схожим образом, например, делая панорамирование от улицы к двери или уделяя внимание тому, как актеры входят в кадр. Мы не хотели использовать стедикам, говорит Шамбийе, хотя Ричард - большой его поклонник в других своих фильмах". Шамбийе даже поснимал в инвалидном кресле, как и на съемках “На последнем дыхании”.

В основном снимали на Sony Venice 2, используя два сета объективов: Kowa FF и Cooke S2/S3.
"В зависимости от сцены и освещения я переключался с одного на другой. Оба набора очень старые. Мне было приятно экспериментировать с аберрациями, чтобы максимально приблизиться к этому ощущению".
В процессе, Шамбийе также снимал на пленку (Ilford HP5 и Kodak 5222, камера ARRI 2C). Снимали небольшой рулон пленки каждый день, чтобы сохранить стиль и иметь ориентир для поста. В пенке нравились свечение, зернистость, текстура серого, но также нравилось то, что мы могли делать с цифровым негативом, меняя цвета, чтобы изменить контраст черно-белого изображения.