Привет, на связи Лена Тимохина ака Дочь Достоевского.

🔴Несу вам приятные новости!

В канале TrendWatching (https://t.me/TrendWatching24/23425) наткнулась на любопытное исследование. Копирайтеры и сторителлеры — новые миллионеры Кремниевой долины. Компании готовы платить им тысячи долларов.

Пока мы рассуждаем, когда профессия писателя умрет (я, кстати, в это не верю ни на секундочку!), крупнейшие компании уже успели УСТАТЬ ОТ БЕЗДУШНЫХ ТЕКСТОВ!

Коротко о ситуации на рынке:

• Anthropic расширил отдел коммуникаций до 80 человек — он предлагает им ~$200к+.
• OpenAI выложил вакансии с офферами по $200-400к для пиарщиков и спецов по коммуникациям.
• Netflix ищет PR-директора с зарплатой до $775 000 (при средней рыночной по США в $106к).

А главное, что уровень безработицы у айтишников сейчас выше, чем у копирайтеров, сторителлеров и пиарщиков. ИИ забирает рутинные задачи, но делает золотым веком мастеров слова.

Я всю жизнь зарабатываю текстами: 10+ лет работала журналистом, копирайтером, делала корпоративные журналы, статьи и колонки экспертов в СМИ, даже писала книги на заказ. Я 100% верю, что навык складывать буквы в слова — это востребованная компетенция, которая способна вас прокормить!

Мы в Опен-колл тоже делаем ставку на монетизацию навыков наших портфельных авторов: не только продвигаем книги и каналы наших портфельных авторов, но и создаем для них возможности заработать! Писатели вообще не должны работать бесплатно.

❗Нужна ли нам открытая встреча-вебинар про то, как еще вы можете заработать на крутых текстах, пока ждете книгу из типографии?

Стыдно делегировать продвижение

Присаживайтесь, #продвинутые, сегодня в рубрике Наташка Джариани

Очень часто это слышим! «Да я ведь сама маркетолог», или пиарщик, или сейлз, да и вообще — разве хорошая книга не должна сама продавать?

Это та же логика, которая
запрещает нам нанимать уборщицу или сходить на педикюр. Ну серьезно, мы что, прибраться дома не можем? Еще кто-то увидит, что у нас пыль. Да и ногти накрасить — тоже ведь не рокет сайенс, заодно кстати экономия.

Давайте поснимаем разные блоки!

🎈Делегируя продвижение, вы покупаете время. Да, вы можете сами тратить по 20 часов в неделю, чтобы пристраиваться в колабы или вести переговоры с подкастами. А можете приударить на основной работе ИЛИ инвестировать это время в новый текст. Или полежать, погулять, заправиться энергией. Пожить, короче!

🎈 Профессионализм. Любую тему надо копать — искать контакты, сравнивать условия, нарабатывать базу. Можно нырнуть в лит среду самостоятельно, но на то, чтоб плавать как рыба в воде, уйдет от года. А можно отдать тем, кто в этом варится, и использовать их опыт в свою пользу.

🎈Приоритеты. Давайте по чесноку — ваше продвижение всегда будет у вас на последнем месте. Сначала работа, писать новую книгу, если есть дети, то они вообще все свободное время отъедают… когда заниматься саморекламой? Но вы и ваша книга заслуживаете быть на первом месте. Нужен кто-то, кто будет носиться с вами как с писаной торбой и верещать, когда вы залетаете в подборки, записываете лекции или светитесь в СМИ.

И кто-то, кто все это для вас устроит.
Короче, всем Опен-колл!

Если захотелось, пишите Леночке @elena_timokhina — она возьмет вас на консультацию, а дальше —
чистая магия ✨

Поэтому 👆🏻 мы и взялись помогать авторам с продвижением. Как? Смотрите наши дайджесты:
🔴Новости-тайм
🔴Forbes, Комсомолка,  Teatr-to-go, Литрес.Журнал
🔴Цех, Эксперт.Петербург,
Москвич Mag
🔴ЛитресЖурнал, Цех, подкасты и лекции в литературной школе Band

Если вам нужна поддержка в продвижении себя и ваших книг, пишите Лене @elena_timokhina

С любовью к авторам и издателям, работаем в команде,
Ваш Опен-колл 🫶

🎙Открытый микрофон флеш-фикшна Дочери Достоевского

Я хожу на прогулки после полдника. Булочку лучше съесть еще в столовой, пока она мягкая и липкая, яблоко нужно закинуть в рюкзак, а кефир открыть и оставить у пристоловской клумбы – отогрев бока, санаторные кошки неохотно просыпаются и стягиваются к дверям на ленивую охоту. Улыбаюсь охраннику и стекаю на одну из боковых улочек — они скрипят калитками и пестрят посудой, чувствуют кровь приезжих.

Скорость прохождения отработана: достаточно быстро, чтобы не попасться, достаточно степенно, чтобы показать уважение к гостеприимству. Под стенами крепости гудит старенький аккордеон, рядом вьются босоногие бубны, сбиваются и хохочут. Аккордеон щурится и перебрасывает соломинку в другой уголок рта. Щелкаю камерой, бегу дальше. Чуть слышно трещат лягушки. Спустишься вниз, в промерзший закуток между скал, и оглохнешь от их треска.

Мне нравится, как впивается в шею лямка фотоаппарата, когда я прижимаюсь к стене крепости, нравится надежность булыжника, в который упираются ноги в истершихся кедах, нравится бесформенная точка, в которую превращается черная птица, когда я пытаюсь ее запечатлеть.

Птиц снимать сложно – они выбирают новую траекторию полета и прижимают к себе крылья, а потом перестают контрастировать с небом и кружатся перед черной горой. А ты крутишь колесико и сжимаешь ноги покрепче, чтобы не сорваться.
Я знаю, что моя камера никогда не поймает черной птицы — слишком далеко.
Я поднимаюсь сюда каждый день своего санаторного отдыха и пытаюсь поймать черную птицу.
Птица кричит.
Мои легкие распирает от морского грохота, стрекота цикад и шуршания пустотелых пустынных цветов. Мои легкие распирает от детских пляжных криков, далекой курортной музыки и собачьего лая. Мои легкие распирает от лягушачьего треска, ветреного свиста и мольбы уставшей неободранной шелковицы.
В моих легких нет места птичьему крику.
Я делаю вдох поглубже и давлюсь видом, который мне принадлежит. Это мое море и моя крепость на вершине горы. Моя трескучая низина и пересохшие стебли. Мое небо и туманный пик по ту сторону долины. Мои дачные домики с рыжими крышами, мои собаки и ржавая ложка, мой смуглый дед с аккордеоном, мой замшелый булыжник, мой июнь, мое лето, моя жизнь. Все, что попало на SD-карту фотоаппарата, мое.

“Вадь, привет!”

Здесь, в горах, у меня нет связи с большой землей.

“Я обещала сказать, когда решу прекратить общение.”

Здесь, в горах, так сладко лопается под пальцами белая шелковица.

“Мне кажется, пора. Я решилась.”

Здесь, в горах, я достаю свое столовское яблоко и скармливаю его муравьям.

“Мне кажется, наши пути разошлись. Думаю, ты чувствуешь, как тяжело мне бывает рядом с тобой. Этот год был настоящим подарком, и я надеюсь, что однажды мы сможем это обсудить. Мне бы не хотелось заканчивать вот так, мы с тобой всегда были сильны в разговорах. Но сейчас у меня нет сил на разговоры, а ты, я знаю, предпочитаешь заканчивать вот так: чтобы можно было осмыслить слова. Береги себя, родной.”

Здесь, в горах, меня ждет большая черная птица.

Текст: Валентин-Демьян Воронин
Гениальный коллаж: Ксения Снег
Прислать историю

🎙Открытый микрофон флеш-фикшна Дочери Достоевского

ДЕРЕВНЯ

Я помню деревню лет с семи. Уже тогда жилых дворов почти не оставалось. Бабушка заводила меня в редкие тёплые хаты как в музей. Под скрип половиц и журчащие голоса я ела толстые блины и парное молоко. Да-да, парное молоко из-под Зорьки непременно едят. Жирный напиток когда-то был полноценным блюдом в смоленской деревне, а теперь его выставляли первым угощением для дорогих гостей. Хозяйка несла всё, что было. Но главное – парное молоко. Давно живущая в городе, бабушка отличалась от местных и внешне, и по говору. Но даже ребёнку, мне было понятно, как близки ей эти места и эти люди. Люди, которых осталось так мало. Деревня тихо доживала свой век, устало храня судьбы жителей.

Но раз в год всё менялось. На Радоницу кладбищенская опушка оживала: приходили местные, приезжали уехавшие. Могилы наряжались в белые скатерти и превращались в поминальные столы. Блины с мёдом, кутья, колбасная нарезка, пирожки и обязательно конфеты – с ними ходили к соседним холмикам, угощали знакомых и клали к памятнику. Кладбище наполнялось
гулом. Люди узнавали друг друга, знакомили с внуками и сокрушались, если кто-то, оказывается, помер. С интересом рассматривали имя на свежем кресте:

– А, это ж Петька, у которого жена хромала.

Не дыша, я слушала разговоры, герои которых когда-то жили, любили, страдали. Мне нравилось каждый год приезжать на кладбище, которое удивительным образом вдыхало жизнь, заставляло биться сердце умирающей деревни.

Наших могилок было три: мать, отец и брат бабушки. Последняя без креста – первенец прожил всего несколько дней. После у Матрёны Филипповны и Андрея Гавриловича родились ещё пятеро. Четыре девочки и мальчик. Их руки уж давно покрылись кружевом морщин, а всё клали конфетку брату, на маленький безликий холмик у родительских памятников. Его тоже застилали белой скатертью. Он – старший.

Сама того не зная, бабушка Галя оставила этот холмик в моей памяти. Без слов сказала: важен каждый, даже если прожил всего три дня.

Текст: Клавдия Лесная
Гениальный коллаж: Ксения Снег
Прислать историю

🎙Открытый микрофон флеш-фикшна Дочери Достоевского

Я рано поняла, что у меня нет дома.
Мы переезжали часто.
Сначала один город, потом другой.
Квартиры были разными: с длинными коридорами, уходящими в темноту, с низкими потолками, из-за которых казалось, что воздух давит на тебя сверху, с окнами во двор, где слышны голоса соседей и звон посуды.
Были “распашонки”, угловые квартиры, квартиры на первом этаже с решётками, под самой крышей с косыми потолками, всех не упомнишь.
В них стояли чужие шкафы и одинаково пахло прошлой жизнью — пылью, моющим средством и чем-то несказанным, что остаётся после людей.
Старые диваны, с продавленными подушками, сервант с парадными чашками, холодильники с магнитами из чужих городов, фотографии незнакомых людей, коробки с пахучими лекарствами, забытые комнатные растения, обувницы с парами не по сезону — всё это говорило о жизни кого-то другого, но не о моей.

Родители говорили: «Мы здесь ненадолго».
Эта фраза делала любое место временным ещё до того, как оно успевало стать настоящим.

Я не вешала постеры на стены, не запоминала дорогу до школы — всё равно скоро менять, не заводила друзей во дворе, никогда не называла свою комнату “своей”, только “этой”, не здоровалась с одинаковыми продавщицами в магазинах и не лепила на окна криво вырезанные снежинки под Новый год.
Я никогда не плакала при переезде — плачут потом.

Мои вещи лежали в коробках, подписанных карандашом: «книги», «зима», «разное».
Я знала, что дом — это то, что не складывают обратно в коробку, а у меня почти всё было готово к отъезду. Отъездам.

В детстве я завидовала тем, кто мог сказать: «У меня дома».
У них было это короткое, уверенное слово — дома, будто якорь. Они знали, где скрипит паркетная доска, где прячут ключ, какой шум издаёт холодильник ночью, с какой стороны выключатель в гостинной, сколько шагов нужно сделать ночью в тёмном коридоре, чтобы дойти до туалета. Я же знала только, как быстро привыкать.

Каждый новый дом начинался одинаково: я выбирала подоконник. Садилась на него с ногами, смотрела в окно и пыталась понять, надолго ли этот вид. Двор с качелями, аптека за углом, мусорные баки — всё могло стать важным, если дать себе время. Но времени всегда было ровно столько, чтобы не привязываться.

Я думаал, что дом — это место, которое тебя помнит.
А меня, казалось, никто не успевал запомнить.

Прошло много лет, прежде чем я поняла странную вещь: я помню все эти дома. Не планировки — ощущения. Свет на кухне ранним утром. Шорох лифта. Окно, которое не закрывалось до конца. Чужую тюль, через которую мир выглядел чуть мягче. Эти места не стали моими, но и не исчезли.

Иногда мне снится сон: я захожу в квартиру, где никогда не жила долго, и точно знаю, где включается свет.
Во сне я дома.

Сейчас у меня есть адрес. Есть квартира, где мебель выбрана мной, а не осталась от прежних жильцов. Есть ключи, которые никто не просит вернуть. Формально — всё, что принято называть домом.

Но я до сих пор не знаю, что с этим делать.

Я ловлю себя на том, что не ставлю вещи на край полки, будто кто-то скоро попросит освободить место. Не сверлю стены без нужды. Не покупаю слишком тяжёлые предметы — их неудобно перевозить. В этом доме я живу аккуратно, как в гостинице, где задержалась дольше обычного.

Иногда меня спрашивают, откуда я родом. Я называю город — первый, который приходит в голову. Потом могу назвать другой. Или третий. Ни один не звучит окончательно. Ни один не откликается.

Я всё ещё думаю, что дом — это место, которое тебя держит.
А меня, кажется, никто так и не удержал.

И, может быть, дело не в домах.

Возможно, я просто научилась уходить раньше, чем меня успеют назвать своей.

Текст: Дарья Быбкина
Гениальный коллаж: Ксения Снег
Прислать историю

🎙Открытый микрофон флеш-фикшна Дочери Достоевского

Он ее ударил со спины, когда она наклонилась рассмотреть кувшинку — чем-то узким, тяжелым, наверное, веслом. Она попыталась устоять — лодка под ногами закачалась, как ковбойский аттракцион, она видела свои руки — как хватаются за борт, как капает на костяшки красное. Выкрикнула его имя. От нового удара заложило уши, сквозь волосы хлынуло мокрое на лоб, залило глаза — но она все равно видела, как шатается бешено борт, как бликует лезвиями вода, как быстро движется вода к лицу.
Под водой — все поплыло красным, ее волосы медленно опадали вокруг, свет затухал, зеленел, становился блеклым, как сквозь замерзшее окно. Она оттолкнулась руками и ногами — наверх, наверх — платье сдавило плечи, ноги вязли в подоле, в груди занемело от удушья — и все-таки выплывала, видела ясно деревья вокруг озера, и оплетающие берег толстые корни, и сиреневое поле на склоне вдалеке, и крики птиц в воздухе.
Стоило вынырнуть и вдохнуть — громко, с вскриком, всхлипом, хлестнуть руками по воде — он ударил ее снова. Лица его она не увидела — мокрые волосы залепили глаза — но больше ударить было некому.
Она встретила его на работе, он заходил к ней за кофе каждое утро, улыбался, сразу запомнил имя на бэйджике — Катя, а она запомнила его — Миша, а потом стала рисовать мишку на его стаканчике. Он пил каппучино, дарил пионы и не любил в презике.
Бабушка водила ее в церковь, и теперь, стараясь отплыть от лодки, Катя начала молиться — не по-церковному, своими словами. Катина мама ждала ее на даче завтра утром, ее домик совсем рядом, километра три, и теперь Катя думала — изо всех сил — о маме, ее лице и руках, ее маленькой даче, диванчике напротив телевизора, о помидорах в теплице. Вода смыкалась над ее головой на годы, размыкалась — на доли секунд. Легкие горели, в голове — бурление, шум и боль. Болело все, озеро сглатывало ее и выплевывало, чтобы сразу заглотить.
Наступала ночь, когда Катя добралась до берега. Миша, видимо, потерял ее из виду, а может, кто спугнул — кажется, из-за деревьев доносились голоса и смех, но Катя так обессилела, что не могла кричать. Она ухватилась за широкий корень, обняла, как любовника, и отключилась, а когда проснулась, вокруг стояла шумная лесная ночь.
Короткий сон принес ей силы, она влезла на крутой берег, ступила босиком на траву. В лесу громко кричали птицы, что-то шуршало и кряхтело в темноте, стрекотали сверчки, с озера голосила выпь — а Катю переполняла радость. Она выбралась. Даже мыслей о Мише у нее не было, она выжила — и он больше не стоил ее мыслей. Она искала дорогу в темноте — сквозь колючки и крапиву, наступая на острые камни и сухие ветки. Ее телефон остался в сумочке в лодке, она шла в полной темноте, пока не вышла луна — оказалось, она на знакомой дороге в мамин поселок.
Она пришла на рассвете. Мама будет в ужасе: голова у Кати, должно быть, разбита, руки и ноги все в ссадинах, платье мокрое и рваное — но Катя сразу скажет, что это не важно, что все в порядке. Она перегнулась через низенький заборчик, открыла защелку, потом и калитку. Мощеная дорожка к дому заросла мягкой, дачной травой, на клумбе покачивались в сумерках цветы лилейника. Пахло яблоками и влажной землей.
Когда мама открыла на стук, Катя хотела рвануть к ней, обнять, засмеяться от радости и страха — но тут словно толща воды сомнулась над ней снова. И схватило, и поволокло ее прочь, перекрутило позвоночник, вывернуло руки — прочь прочь прочь прочь — в страшную тьму. Крик выпи разлетался над озером, цвели кувшинки.
Катя была мертва. Ее тело с пробитой головой мерно покачивалось на поверхности воды.

Текст: Дарья Селукова
Гениальный коллаж: Ксения Снег
Прислать историю

〰позвольте, вы уже описали что-то, необходимое для профессии нескольких человек...

Максим Мамлыга выдал базу про продвижение! Особенно остро откликнулась вот эта фраза про процессы продвижения книг.

Так и есть: продвижение это работа маркетолога, PR-щика, стратега!

Как раз поэтому нас здесь и несколько. С каждым портфельным автором у нас работает команда из пяти человек! 🪆

Если вы устали тянуть все на себе, пишите @elena_timokhina, мы вам поможем!

〰 Почему не надо ждать, когда выйдет книга

Привет, #продвинутые, с вами писательница Наталия Джариани, и у меня ноль написанных книг.

Часто слышим:

хочу к вам, но мне сначала надо написать книгу/издать книгу/продать тираж/выиграть премию/стать Нобелевским лауреатом по литературе.

Мы в целом, за — продвигать нобелевских лауреатов одно удовольствие. Но есть проблема — мы с вами успеем состариться в ожидании, когда уже будет можно вас пиарить.

Строить личный бренд можно в любой момент и с любым количеством заслуг. Потому что он основан на вас, вашем опыте и вашей ценностной опоре, а эти сокровища всегда при вас. Вы можете начать закреплять за собой области экспертизы, а потом приземлить на них книгу, когда она будет написана. Получится, что вы сначала найдете читателей, а потом предложите им, что почитать.
Так тоже можно!
Более того, даже нужно. Ваша платформа — серьезный аргумент для издательств, если вы хотите печататься. Потому что каждое издательство рассчитывает, что автор и его подписчики станут серьезной опорой в продаже тиража (вот тут об этом пишет Саша Лазарев, гендиректор «Полыни»). С момента выхода книги у вас есть 3-6 месяцев, пока она считается «новинкой». Если вы в это же время начнете раскачивать свои соцсети, то когда будете готовы, вас уже потеснят следующие релизы.

Мы и себе свои советы советуем. У Лены Тимохиной первая художественная книга выходит в этом году. У Нади Тихомировой тоже. Я дописываю роман-взросление — а пока подалась на опен-колл Смысловой и на премию Левитова.
Мы основали Опен-колл в том числе потому, что не хотели ждать, когда уже судьба случится с нами сама. А решили брать и делать.

И вы не ждите, когда станете знаменитыми, чтобы становиться знаменитыми. Присвойте себе свою судьбу уже сейчас — с Опен-коллом или без Опен-колла.

Но лучше все же с нами!
😅

🤎 Делимся крутой новинкой для всех пишущих людей

Если вы хотите прокачать свои тексты, вам срочно нужна книга Кати!⤵️

Какой-то такой сегодня день: показываем вам #ТекстыБезСтрахаИУпрека ☺ Сказал бы мне кто, что у меня однажды будет книшшшка, похожая на лухари-переиздание какого-то из романов моего любимого Сэра Пратчетта, не поверила бы!

Пара слов о содержании:
🌟как и в "Причеши меня", будет блок сюжетно-смысловой и блог стилистический, с примерами и приложениями;
🌟поговорим про много всего от классических структур, экспериментальных композиций и хронотопа до фокализации, уровней стиля и порога входа
🌟ну и конечно, соберем себе солидный список на почитать: примеры будут и мушкетерские, и карамазовские, и сороконависеличные, и из моих книг, и какие только не!
🌟многогранник персонажных противоположностей, химическая триада для любви и дружбы, принцип 6Д в создании хронотопа и другие авторские схемки прилагаются.

над книгой работали:
🌸команда рукредов: Надя и Кира
🌹ответственный редактор Аня Журавлева
🌺обложку делала Вера Голосова

Команда мечты!

Предзаказ туть.

Привет, #продвинутые!

У аппарата Лена Тимохина, ака Дочь Достоевского. Вышла в эфир поговорить о самом частом вопросе-возражении по нашей работе — стратегии продвижения! А точнее о том, почему мы не можем сразу делать коллабы и публикации, пристраивать в спикеры и, в целом, включать в крутые движухи из наших дайджестов.

Что вообще за зверь такой
с т р а т е г и я?

Это программный документ, в котором мы пишем:

1.Позиционирование (амбассадор флеш-фикшн или королева стекла, второй Пелевин или первый в мире блог-музей — все это концепты, придуманные с учетом ваших индивидуальных особенностей)

2. Вашу фишку
(что делает вас отличным от массы других писателей или экспертов?)

3. Целевую аудиторию
Не абстрактных любителей ромфэнтези (вы вот сами как их представляете, этих любителей? Уверены, что я представляю также?), а конкретно: мальчики/девочки, сколько лет, где живут, чем увлекаются, сколько зарабатывают и т.д.

4. Прописываем путь каждой из ЦА
(да, их может быть несколько) до вас. Где они вас увидели первый раз, куда потом за вами пришли?

5. Площадку, где вы с ними общаетесь
(ваш блог и сценарии, о чем вы там пишете, КРОМЕ рекламы книги, внутреннего мира персонажей и пр.)

6. Собираем матрицу продуктов
(может, вы делаете настолки или рабочие тетради, или читаете лекции, или даете консультации). ВСЕ ДОЛЖНО ВСТРАИВАТЬСЯ В ЕДИНУЮ МАТРИЦУ-СИСТЕМУ И РАБОТАТЬ НА ВАС

〰Ну и бонус: мы прямо прописываем конкретные названия СМИ и ТГ-каналов и даем четкие темы, которые им предложить.

Можно ли сделать подобный документ “с наскока?”

Вряд ли, потому что а) это долгая работа и б) если мы хотим сделать ее эффективной, то есть индивидуальной, то сначала надо выгрузить информацию из вас (у нас перед стратегией задается домашка сродни психотерапии).

Как делается стратегия?

Ваши индивидуальные особенности + изучение ваших книг и продуктов + наша экспертиза и насмотренность + взгляд опытного журналиста + маркетинг-микс.

Когда можно работать без стратегии?

Когда вы придете и принесете ответы на все вопросы выше САМИ. Сами выделите фишку, сами укажете аудиторию, сами выберете площадки и придумаете темы. Придете и скажете: все готово, вы сделайте только техническую работу: напишите в СМИ и организуйте процесс.

Если бы у всех писателей был бы маркетинговый бэкграунд, у нас бы все само продавалось, и вопросов бы не возникало! Но, к сожалению, нельзя быть экспертом сразу во всех отраслях.

Мы редко приходим в кабинет к хирургу с готовым диагнозом: рубите правую руку, палец давно болит, чат сказал — это 100% решит проблему. И консультация врача нас не то что не смущает, а, наоборот, мы хотим эту консультацию и хотим стратегию, а вдруг у врача найдется какая-то волшебная таблетка и пилить руку не надо будет? Вдруг можно просто кремом помазать?!

Если у меня бэкграунд, и я сам принесу ответы, возьмете без стратегии?

Нет. Ваш результат и наша репутация важнее возможности заработать здесь и сейчас. Может ли хирург, которого вы попросили оттяпать руку, потом нести ответственность за результат работы по вашим инструкциям?

Ну вот так и мы: мы работаем только с теми инструментами и подходами, что сами протестировали и в которых уверены.

Поэтому путь такой: изучение вашей ситуации и задач — стратегия — ее реализация — оценка и корректировка. Да, это отсекает часть клиентов, которые хотят без лишних прелюдий, но зато сохраняет наш покой в душе и позволяет гарантировать авторам: мы делаем только то, во что сами верим!
~
Что думаете?
Считаете ли стратегию пустой тратой денег? 〰

Открытый вебинар от команды Опен-колл ⚡️

Ася Фуллер, писатель, редактор «Евромага», автор «Коммерсанта» и десятка других изданий, сценарист «Детского радио» расскажет,

КАК ЗАРАБОТАТЬ НА КРУТЫХ ТЕКСТАХ, ПОКА ЖДЁШЬ КНИГУ ИЗ ТИПОГРАФИИ!

Поговорим о том
— стоит ли писателю работать журналистом или сценаристом и не убивает ли это вдохновение
— сколько платят райтерам
— где искать вакансии
— какие навыки нужны автору коммерческих текстов

📌Платформа: zoom

📍Дата и время: 5 марта, четверг, 19:00 МСК

📌Регистрируйтесь через бот Опен-колл:
https://t.me/opencallwelcome_bot

До встречи в эфире,
Ваш Опен-колл⭐️

⚡️ Москва ⚡️

В праздничные выходные
приходите поддержать нашу Сашу
на презентации её романа
"В точке кипения" ⬇️

Одержимость, объятия, ужасы и городские легенды 🖤

В эфире #литературные_возможности недели от Кати Янсон, журналиста, писателя и переводчика, автора канала "Акула с пером"

Последний вагон: сегодня ещё можно успеть отправить рассказ в сборник «Обнимаю» —  авто/фикшн истории о сложных жизненных этапах (развод, болезнь, эмиграция и пр.). Отправлять на почту afonina.work@gmail.com или в ЛС @afoninayana

На конкурс «Экология души»
до 1 марта !сегодня! включительно можно отправить прозу и поэзию в категориях 14-35 и 35+ лет.

Рассказы и экспериментальные тексты на английском для летнего номера подбирает
The Oxford Review of Books 🇬🇧
До 13 марта.

Тексты — опять же на английском — на тему желаний и одержимости принимают в зин Feels до 15 марта. Авторам принятых работ обещают гонорар 25$.

Заранее ищет новогодние романтические истории издательство «Проф-Пресс».
До 19 марта.

🖤Мистику и ужасы можно отправить в «Самую страшную книгу» рассказов. До 8 марта.

Истории с гофмановской атмосферой городских легенд ждут на конкурс рассказа «Чудодеи и злодеи» от портала Год литературы. До 24 марта.

Издательство Перископ-Волга принимает тексты для сборника о явлениях науки, культуры и общественной жизни в первой четверти XXI века. До 25 марта.

Опен-колл флеш-фикшна «Нулевые в России» в зин Секретики.
До 27 марта.

Ищите остальные дайджесты по хэштегу #литературные_возможности
и пусть они реализуются 🪶
Ваш Опен-колл