Что вклеить в пост (подходит все, ну русло разное).
Anonymous Poll
35%
L'artisan Parfumeur - Cote d'Amour
52%
Lush - Death and Decay
13%
Abdul Samad Al Qurashi - Makkah Blend (Perfume Oil)
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Текст и фото чуть позже.
The Ocean at the End of the Lane
Ты видел сны - мерила безрассудства -
Спокойства колыбель из всех мерил.
С реальностью нашел кривые сходства,
Что дежа-вю невольно наградил.
Но капелька морская - как искусство
Невольно раной выросла в груди.
Лишь - отражение в бесконечном русле
Бесследно растворится, стоит лишь уйти...
Ты видел сны - мерила безрассудства -
Спокойства колыбель из всех мерил.
С реальностью нашел кривые сходства,
Что дежа-вю невольно наградил.
Но капелька морская - как искусство
Невольно раной выросла в груди.
Лишь - отражение в бесконечном русле
Бесследно растворится, стоит лишь уйти...
А "много" - это сколько? А "долго" - а насколько? А если все воспоминания - лишь только наши, а их трактовки другими - уже нам не принадлежат? То что же всё это - все-таки "только наше"? Или нашего, как и нас самих, попросту не существует? Нет никаких нас, есть лишь единая круговерть мыслей, информации, впечатлений и выводов, как вам будет угодно. Нет просто ничего и есть всё единовременно. Всё. Такое огромное слово. Только представьте, жизнь - длинною в вечность, даже если не совсем навсегда, то настолько, сколько мы бы могли бы прожить за сотни человеческих жизней, мерила, которым - словно пыль, что падает за несколько секунд стремительно на пол? Много ли это?
Многих из нас заботит, что останется "после себя", окончание собственного бытия - как акт собственного индивидуального эгоизма. Но немногие мыслят тем, что чтобы мы ни делали, чтобы мы ни думали, чтобы мы даже ни чувствовали, вшивается в то, что нам попросту непостижимо и на йоту, в вечность. В некий хребет, нет, в бесконечный и бездонный океан, безгранные пучины, которого где-то за пределами нашего понимания. Где-то там, за горизонтом событий, нам не объяснимому.
Как сын без имени, вспоминающий себя не в первый раз слишком юным, что уже не способен вспомнить все досконально, но пытающийся обрести вновь суть повествования собственного быьтия, помнит только все самое важное. Деревья, что росли в конце мая, нарциссы, что цвели позже срока, жесткие колосья, бороздившие поле Хэмпстоков, которые так нужно было вовремя преодолеть, а главное - никогда не отпускать руку друга. Никогда ее не отпускайте - ее, держите до крови от ногтей, впивающихся в ладони, держите настоящих друзей до последнего вздоха. Сердечные друзья должны быть у всех, особенно те, которые встанут под пули, но не предадут.
Многих из нас заботит, что останется "после себя", окончание собственного бытия - как акт собственного индивидуального эгоизма. Но немногие мыслят тем, что чтобы мы ни делали, чтобы мы ни думали, чтобы мы даже ни чувствовали, вшивается в то, что нам попросту непостижимо и на йоту, в вечность. В некий хребет, нет, в бесконечный и бездонный океан, безгранные пучины, которого где-то за пределами нашего понимания. Где-то там, за горизонтом событий, нам не объяснимому.
Как сын без имени, вспоминающий себя не в первый раз слишком юным, что уже не способен вспомнить все досконально, но пытающийся обрести вновь суть повествования собственного быьтия, помнит только все самое важное. Деревья, что росли в конце мая, нарциссы, что цвели позже срока, жесткие колосья, бороздившие поле Хэмпстоков, которые так нужно было вовремя преодолеть, а главное - никогда не отпускать руку друга. Никогда ее не отпускайте - ее, держите до крови от ногтей, впивающихся в ладони, держите настоящих друзей до последнего вздоха. Сердечные друзья должны быть у всех, особенно те, которые встанут под пули, но не предадут.
Но я не об этом. И об этом в том числе.
Это не странно, нет, если тебе кажется, что все твои переживания, эмоции, чувства, не в силах заполнить пространство больше, чем огромный Океан. Есть океан безбрежный, бездонный, глубокий насколько, на дне которого ты на сможешь найти новую, нет, иную жизнь, как Летти. Просто ты уже будешь иным, но соединившись с вечным нескончаемым океаном, ты наконец-то успокоишься и станешь лучше себя сущего. Того, кем ты был когда-то однажды.
Сложно? Конечно же, нет. Все настолько жизненное, что всё понятно сквозь каплю чистейшей родниковой воды. Но одновременно жизнь калечит в нас самое лучшее - восприятие этой жизни глазами ребёнка, а каждый из нас, почти каждый, наверное, таковым остаётся до своего последнего мига. Нет взрослых, есть лишь те, кто нарастил толстую шкуру, перестал мечтать и те, кто забыл как оно - это. Но внутри, так или иначе, мы останемся ими - детьми, самыми правильными явлениями в человеческой системе координат.
На все вышесказанное меня вдохновило лучшее, по моему мнению, произведение Нила Геймана, одного из моих самых любимых современников, и, как мне кажется, его самое личное литературное творение - "Океан в конце дороги". Обладая печатным изданием я оставил его "на потом", как многое, чтобы оно, так скажем, дозрело. Чувствую себя бочкой для выдержки вина. То, что нужно.
И, наверное, именно Death and Decay от всей моей души любимых Lush, как никакой другой аромат, - будет лучшим парфюмерным повествованием для этой истории.
Он о воде, хотя и не о ней. Скорее о том, что она может таить в своих пучинах. И речь не о водорослях, не о плавучей в живности, аромат - о содержании нас самих, и, все же, о воде, да. Словно белые лилии, уже увядающие ландыши, и тебя самого погребает под своими огромными водами жидкая, но густая суть. Death and Decay невозможно, да и не нужно, препарировать, чтобы пытаться награмоздить личное. Он, как и положено настоящему произведению искусства, остаётся самим собой, прекрасным. А вы уже сами придумывайте историю. Моя такова.
Это не странно, нет, если тебе кажется, что все твои переживания, эмоции, чувства, не в силах заполнить пространство больше, чем огромный Океан. Есть океан безбрежный, бездонный, глубокий насколько, на дне которого ты на сможешь найти новую, нет, иную жизнь, как Летти. Просто ты уже будешь иным, но соединившись с вечным нескончаемым океаном, ты наконец-то успокоишься и станешь лучше себя сущего. Того, кем ты был когда-то однажды.
Сложно? Конечно же, нет. Все настолько жизненное, что всё понятно сквозь каплю чистейшей родниковой воды. Но одновременно жизнь калечит в нас самое лучшее - восприятие этой жизни глазами ребёнка, а каждый из нас, почти каждый, наверное, таковым остаётся до своего последнего мига. Нет взрослых, есть лишь те, кто нарастил толстую шкуру, перестал мечтать и те, кто забыл как оно - это. Но внутри, так или иначе, мы останемся ими - детьми, самыми правильными явлениями в человеческой системе координат.
На все вышесказанное меня вдохновило лучшее, по моему мнению, произведение Нила Геймана, одного из моих самых любимых современников, и, как мне кажется, его самое личное литературное творение - "Океан в конце дороги". Обладая печатным изданием я оставил его "на потом", как многое, чтобы оно, так скажем, дозрело. Чувствую себя бочкой для выдержки вина. То, что нужно.
И, наверное, именно Death and Decay от всей моей души любимых Lush, как никакой другой аромат, - будет лучшим парфюмерным повествованием для этой истории.
Он о воде, хотя и не о ней. Скорее о том, что она может таить в своих пучинах. И речь не о водорослях, не о плавучей в живности, аромат - о содержании нас самих, и, все же, о воде, да. Словно белые лилии, уже увядающие ландыши, и тебя самого погребает под своими огромными водами жидкая, но густая суть. Death and Decay невозможно, да и не нужно, препарировать, чтобы пытаться награмоздить личное. Он, как и положено настоящему произведению искусства, остаётся самим собой, прекрасным. А вы уже сами придумывайте историю. Моя такова.
Siren
Theatre of Tragedy
В заключении, дописывая на берегу своего пруда, я задумался о том, что всегда считал свои водоемы больше, чем они кажутся другим. Плавая на спине, все звуки вокруг куда-то попадают и забывается, что через несколько минут можно доплыть до противоположного берега, но вода кажется бесконечной. Но, опять же, это - уже другая история.
P. S. Настроение: "Океан в конце дороги" Н. Геймана, что очевидно; Death and Decay by Lush, очевидно вдвойне; "Aegis" by Theatre of Tragedy 1998, lp ("Siren"), переиздание; разумеется, мой пруд, что в пяти минутах от моего дома.
P. S. Настроение: "Океан в конце дороги" Н. Геймана, что очевидно; Death and Decay by Lush, очевидно вдвойне; "Aegis" by Theatre of Tragedy 1998, lp ("Siren"), переиздание; разумеется, мой пруд, что в пяти минутах от моего дома.
Forwarded from Black Falls 🕶
Снова безудержно хвастаюсь! Кирилл прислал мне еще два своих творения: горькую как наша жизнь сыру землю Nuktos и невероятную, влажную лесную фиалку Philomena.
Флаконы у Кирилла становятся всё прекраснее, а упаковка - всё более стильной!
#uranum_somniat_saturnia
Флаконы у Кирилла становятся всё прекраснее, а упаковка - всё более стильной!
#uranum_somniat_saturnia
Спустя столько лет заброшки тянут к себе. Особенно такие.
https://youtu.be/40KsjQ_0eLU?si=F_cjY1E86weAj7um
https://youtu.be/40KsjQ_0eLU?si=F_cjY1E86weAj7um
YouTube
Если ты попадал сюда, двери закрывались навсегда: жуткие истории и находки заброшенной психбольницы
В Ясно легко найти своего психолога. Скидка 20% по промокоду FOLLOW на первую сессию при регистрации:
https://yasno.live/?utm_source=youtube&utm_medium=follow
erid: 2SDnjebVior
Даже заброшенная, эта психиатрическая лечебница выглядела жутко и представляла…
https://yasno.live/?utm_source=youtube&utm_medium=follow
erid: 2SDnjebVior
Даже заброшенная, эта психиатрическая лечебница выглядела жутко и представляла…
Или лучший афродизиак для Кирилла.
Счастье 💜💔🖤 осталась примерно половина, но более сложная в добывании, но я никогда не искал лёгких путей и не спешил.
Счастье 💜💔🖤 осталась примерно половина, но более сложная в добывании, но я никогда не искал лёгких путей и не спешил.