Лирическая героиня Ахматовой в стихотворении "Все мы бражники здесь, блудницы..." 1913 года пророчит танцующей ад:

"О, как сердце мое тоскует!
Не смертного ль часа жду?
А та, что сейчас танцует,
Непременно будет в аду".

В посте группы же Ахматова предлагает возлюбленному потанцевать с ней, ведь "ад пуст. Все бесы здесь" (У. Шекспир).

Синтез стихотворения "Незнакомка" 1906 года:

"Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино".

И стихотворения "В ресторане" 1910 года:

"Никогда не забуду (он был, или не был,
Этот вечер): пожаром зари
Сожжено и раздвинуто бледное небо,
И на желтой заре — фонари".

В 1903 году А. Блок женился на Любови Менделеевой - дочери знаменитого химика Дмитрия Ивановича Менделеева. Именно её образ воплотился в цикле стихотворений о Прекрасной Даме.

Стихотворение 1909 года:

Дано мне тело – что мне делать с ним,
Таким единым и таким моим?

За радость тихую дышать и жить
Кого, скажите, мне благодарить?

Я и садовник, я же и цветок,
В темнице мира я не одинок.

На стекла вечности уже легло
Мое дыхание, мое тепло.

Запечатлеется на нем узор,
Неузнаваемый с недавних пор.

Пускай мгновения стекает муть –
Узора милого не зачеркнуть.

В стихотворении лирический герой говорит нам о вечности живой души - в сообщении же он переносит на "стекло вечности" имя возлюбленной, признавая тем самым истинность и необратимость своего чувства.

Одно из коротких четверостиший В. Хлебникова:
Когда умирают кони – дышат,
Когда умирают травы – сохнут,
Когда умирают солнца – они гаснут,
Когда умирают люди – поют песни.
Так, послание к девушке, на первый взгляд означающее победу над любовным чувством, на самом деле несёт в себе другой смысл. Без любви девушки герой, безусловно, погибнет: когда умирают люди, они могут только петь.

Действительно, Любовь Дмитриевна, жена А. Блока, после его смерти написала мемуары, названные «И быль, и небылицы о Блоке и о себе». А. Ахматова высказалась о сочинении так: «Чтобы остаться Прекрасной Дамой, от нее требовалось только одно: промолчать!»

"Шум времени" - прозаическая книга О. Мандельштама, состоящая из четырнадцати коротких эссе — воспоминаний о детстве и отрочестве будущего поэта.

Отрывок из стихотворения «Необычайное приключение, бывшее с Владимиром Маяковским летом на даче» (1920):
В сто сорок солнц закат пылал,
в июль катилось лето,
была жара,
жара плыла —
на даче было это

Шутка построена на созвучии популярной настольной игры «Имаджинариум» и литературного направления «имажинизм», к которому относился С. Есенин.
«О принципах нового искусства говорилось лаконично и неопределенно. «Образ, и только образ. Образ – ступнями от аналогий, параллелизмов – сравнения, противоположения, эпитеты сжатые и раскрытые... Образ – это броня строки. Если кому-нибудь не лень – создайте философию имажинизма, объясните с какой угодно глубиной факт нашего появления. Мы горды тем, что мы его оруженосцы, что нами, как плакатами, говорит он с вами» (из книги И.Н. Сухих «Русская литература для всех»).

Строчки взяты из стихотворения О. Мандельштама 1931 года:

Мы с тобой на кухне посидим,
Сладко пахнет белый керосин;

Острый нож да хлеба каравай…
Хочешь, примус туго накачай,

А не то веревок собери
Завязать корзину до зари,

Чтобы нам уехать на вокзал,
Где бы нас никто не отыскал.

Лирический герой призывает свою возлюбленную уехать на вокзал – убежать, укрыться. Он говорит об этом не метафорично, а совершенно открыто. Подобный приём современники Мандельштама называли «прямой речью». Одни считали эту поэтическую простоту «хуже воровства», другие же – жизненной мудростью.

Н. С. Гумилев и А. А. Ахматова просуществовали в браке не долго - одной из причин разрыва было поэтическое соперничество двух авторов. "Ахматова вспоминала одну из семейных ссор, которая завершилась мстительно-гордой репликой Гумилева: "А все равно я пишу стихи лучше тебя!" (из книги И. Н. Сухих "Русская литература для всех").

Владимир Маяковский встретился со своей будущей музой и возлюбленной, Лилей Брик, в 1915 году - на тот момент она уже была женой Осипа Брика, русского писателя и критика. Спустя несколько дней после их знакомства В. Маяковский вернулся к Брикам для того, чтобы уговорить их принять его "насовсем", объясняя этот поступок сильнейшей любовью к Лиле Юрьевне. Та дала своё согласие, а супруг был вынужден смириться с идеей "тройственности" союза. Начался один из самых громких романов ушедшего столетия...

Отрывок в голосовом сообщении взят из романа Ф. Достоевского "Игрок". Для того, чтобы сдать рукопись этого романа в срок, Достоевский был вынужден искать стенографистку. Ей стала молодая Анна Сниткина. Роман был просто "надиктован" писателем за 26 дней в период основной работы над "Преступлением и наказанием". "Зимой следующего года (1867) Анна стала женой Достоевского. Очень немногим русским писателям так везло со спутницами жизни. Несмотря на свою молодость, Анна Григорьевна стала руководителем всей семейной
жизни. Воспитывая детей (из четырех родившихся в живых осталось двое), она взяла на себя переписку и издание произведений мужа, успокаивала его после страшных карточных проигрышей, оберегала от назойливых посетителей. Дневник и мемуары А. Г. Достоевской
– один из самых важных источников биографии писателя. Письма жене неизменно заканчиваются подписью: "Твой весь Ф. Достоевский" или даже: "Твой вечный и неизменный Ф. Достоевский" (из книги И. Н. Сухих "Русская литература для всех")

Для каждого поэта М. Цветаева находила собственное определение: Блок – "нежный призрак", "рыцарь без укоризны"; Ахматова – "муза плача"; Маяковский – "архангел-тяжелоступ", "певец площадных чудес".

Сообщение иронично обыгрывает природу символизма как направления. Любой образ в стихотворениях представителей символизма обязательно должен нести в себе какой-то дополнительный смысл. Так, молчание любимой девушки по традиции этого направления должно непременно значить нечто большее, чем сам факт тишины. Замечательно высказался об этом явлении О. Мандельштам в своей статье "О природе слова" (1922): "Они [символисты] запечатали все слова, все образы, предназначив их исключительно для литургического употребления. Получилось крайне неудобно – ни пройти, ни встать, ни сесть. На столе нельзя обедать, потому что это не просто стол. Нельзя зажечь огня, потому что это может значить такое, что сам потом не рад будешь. Человек больше не хозяин у себя дома. Ему приходится жить не то в церкви, не то в священной роще друидов…"

Пожалуй, самая известная "творческая" история связана со вторым томом "Мёртвых душ". Н. В. Гоголь сжёг рукопись совершенно осознанно. По преданию планировалось написать три тома, сюжетно напоминающих структуру "Божественной комедии" Данте: ад (собственно дошедшая до нас книга "Мертвых душ" со всей полнотой раскрытия существующих на тот момент проблем в России), чистилище (незавершенный, а после сгоревший второй том) и, наконец, рай (задуман как описание возродившейся России). Проблема Н. Гоголя состояла в принципиальной невозможности "выдумать" лучшую Россию: слишком велик был разрыв между тем, что существовало в действительности и что могло бы быть. Сожжение второго тома "Мертвых душ" - своеобразное признание гения в творческой неудаче. В выдуманном сообщении для возлюбленной (строчки заимствованы из популярной песни "Ты горишь как огонь" (Slava Marlow) Н. Гоголь признается в невозможности понять и "додумать" любимую девушку.

"Самый ужасный вопрос в Москве – квартирный" (В. А. Булгаковой, 24 марта 1922 г.). Этот вопрос потом отразится во многих сатирических эпизодах "Мастера и Маргариты", причем он, как правило, оборачивается вечной проблемой человеческой природы, борьбы добра и зла в человеческой душе, зависимости его от бытовых и социальных норм (из книги И. Н. Сухих "Русская литература для всех").

Аллюзия на стихотворение А. Ахматовой 1911 года:
Так беспомощно грудь холодела,
Но шаги мои были легки.
Я на правую руку надела
Перчатку с левой руки.

Показалось, что много ступеней,
А я знала – их только три!
Между кленов шопот осенний
Попросил: «Со мною умри!

Я обманут моей унылой,
Переменчивой, злой судьбой».
Я ответила: «Милый, милый!
И я тоже. Умру с тобой…»

Это песня последней встречи.
Я взглянула на темный дом.
Только в спальне горели свечи
Равнодушно-желтым огнем.

Фразеологизм "Аннушка уже разлила масло" пришёл к нам из романа М. Булгакова "Мастер и Маргарита". Он обозначает неизбежность предначертанного, веру в собственную судьбу.

Отсылка на эпиграмму А. Пушкина:
За ужином объелся я,
Да Яков запер дверь оплошно,
Так было мне, мои друзья,
И кюхельбекерно и тошно.
Лицейский друг, чья фамилия и стала источником создания такого оскорбительного неологизма, Вильгельм Кюхельбекер, тут же вызвал поэта на дуэль. К счастью, всё закончилось благополучно: Кюхля выстрелил в сторону, а Пушкин бросил пистолет. Друзья помирились.
В выдуманном сообщении А. Пушкин использует "кюхельбекерно" как синоним к слову "печально", "невыносимо". Очевидно, что без возлюбленной поэт страдает. Хоть и немного в ироничном ключе.

Отрывок из поэмы "Мороз, красный нос" Н. Некрасова: В игре ее конный не словит,
В беде — не сробеет, — спасет;
Коня на скаку остановит,
В горящую избу войдет!
Н. Некрасова называют "самым крестьянским" поэтом России. Строчки посвящены силе и стойкости русских женщин, способных преодолеть, казалось бы, невозможное, вынести все невзгоды тяжелой крестьянской жизни.