«Вопросы, в первую очередь, касаются военного компонента соглашения — особенно статьи, запрещающей присутствие иностранных вооруженных сил и использование акватории против интересов прикаспийских государств. Именно это положение наиболее жестко блокирует возможность военного сотрудничества с внешними акторами, что воспринимается как защита интересов прежде всего России и в определенной степени Ирана. Такая модель обеспечивает сохранение статус-кво, при котором Москва сохраняет стратегическое военное доминирование, а Тегеран получает гарантии, что враждебные силы, включая НАТО и США, не смогут использовать Каспий как плацдарм. Это беспокоит некоторые страны, которые в ином случае могли бы задействовать поддержку внешних союзников», - пояснил эксперт.