однажды поделилась с мамой о том, как мне приятно, когда гладят по спине. теперь этот нежный ритуал сопровождает наши объятия постоянно.
матча на вкус и запах напомнил траву.
жизнь без социальных сетей насыщеннее, ярче.
наблюдали не мы одни,
у березы тоже есть глаза.
мальчик, глядя на воду,
произнес: я кайфую!
грызть лед — любимая привычка. она передалась мне от мамы, которая грызла его во времена беременности.
черепашки милые.
вода гипнотизирует. она мой проводник в другие измерения.
жизнь без социальных сетей насыщеннее, ярче.
наблюдали не мы одни,
у березы тоже есть глаза.
мальчик, глядя на воду,
произнес: я кайфую!
грызть лед — любимая привычка. она передалась мне от мамы, которая грызла его во времена беременности.
черепашки милые.
вода гипнотизирует. она мой проводник в другие измерения.
новый мир, окутанный дымчато-серой водой и бескрайними равнинами.
я помню, как волосы мои развевались на ветру, а глаза впитывали здешние просторы. воспоминания о любимом запахе свежести — аромате свободы — до сих пор живы в памяти. я слышу звуки воды, ощущаю нежный шелест травы и хруст камней под ногами. вновь возвращаюсь во времена, когда каждая клетка перерождалась, а природа сливалась с моим существом.
я помню, как волосы мои развевались на ветру, а глаза впитывали здешние просторы. воспоминания о любимом запахе свежести — аромате свободы — до сих пор живы в памяти. я слышу звуки воды, ощущаю нежный шелест травы и хруст камней под ногами. вновь возвращаюсь во времена, когда каждая клетка перерождалась, а природа сливалась с моим существом.
Forwarded from ㅤ ㅤ
я очень люблю ее аромат, он уникальный, как она сама. наверное, это нежное облако, которое окутывает ее. когда я чувствую его - становится так спокойно. ее аромат стал частью нашей дружбы! я убеждена, что запах человека говорит о нем очень многое
16 мая. луна светила золотым отливом. это был мамин день рождения. мы были в пути, в нашей уютной капсуле, ограждённой от всего мира, с треком ее молодости scorpions — Wind Of Change. мы смотрели на луну и были счастливы. этот момент казался одновременно вечным и мимолётным, как сама жизнь — странное сочетание радости и грусти.