Константин Симонов, 1942 год

Опять мы отходим, товарищ,
Опять проиграли мы бой,
Кровавое солнце позора
Заходит у нас за спиной.

Мы мертвым глаза не закрыли,
Придется нам вдовам сказать,
Что мы не успели, забыли
Последнюю почесть отдать.

Не в честных солдатских могилах —
Лежат они прямо в пыли.
Но, мертвых отдав поруганью,
Зато мы — живыми пришли!

Не правда ль, мы так и расскажем
Их вдовам и их матерям:
Мы бросили их на дороге,
Зарыть было некогда нам.

Ты, кажется, слушать не можешь?
Ты руку занес надо мной…
За слов моих страшную горечь
Прости мне, товарищ родной,

Прости мне мои оскорбленья,
Я с горя тебе их сказал,
Я знаю, ты рядом со мною
Сто раз свою грудь подставлял.

Я знаю, ты пуль не боялся,
И жизнь, что дала тебе мать,
Берег ты с мужскою надеждой
Ее подороже продать.

Ты, верно, в сорочке родился,
Что все еще жив до сих пор,
И смерть тебе меньшею мукой
Казалась, чем этот позор.

Ты можешь ответить, что мертвых
Завидуешь сам ты судьбе,
Что мертвые сраму не имут,—
Нет, имут, скажу я тебе.

Нет, имут. Глухими ночами,
Когда мы отходим назад,
Восставши из праха, за нами
Покойники наши следят.

Солдаты далеких походов,
Умершие грудью вперед,
Со срамом и яростью слышат
Полночные скрипы подвод.

И, вынести срама не в силах,
Мне чудится в страшной ночи
Встают мертвецы всей России,
Поют мертвецам трубачи.

Беззвучно играют их трубы,
Незримы от ног их следы,
Словами беззвучной команды
Их ротные строят в ряды.

Они не хотят оставаться
В забытых могилах своих,
Чтоб вражеских пушек колеса
К востоку ползли через них.

В бело-зеленых мундирах,
Павшие при Петре,
Мертвые преображенцы
Строятся молча в каре.

Плачут седые капралы,
Протяжно играет рожок,
Впервые с Полтавского боя
Уходят они на восток.

Из-под твердынь Измаила,
Не знавший досель ретирад,
Понуро уходит последний
Суворовский мертвый солдат.

Гремят барабаны в Карпатах,
И трубы над Бугом поют,
Сибирские мертвые роты
У стен Перемышля встают.

И на истлевших постромках
Вспять через Неман и Прут
Артиллерийские кони
Разбитые пушки везут.

Ты слышишь, товарищ, ты слышишь,
Как мертвые следом идут,
Ты слышишь: не только потомки,
Нас предки за это клянут.

Клянемся ж с тобою, товарищ,
Что больше ни шагу назад!
Чтоб больше не шли вслед за нами
Безмолвные тени солдат.

Чтоб там, где мы стали сегодня,—
Пригорки да мелкий лесок,
Куриный ручей в пол-аршина,
Прибрежный отлогий песок,—
Чтоб этот досель неизвестный
Кусок нас родившей земли
Стал местом последним, докуда
Последние немцы дошли.

Пусть то безыменное поле,
Где нынче пришлось нам стоять,
Вдруг станет той самой твердыней,
Которую немцам не взять.

Ведь только в Можайском уезде
Слыхали названье села,
Которое позже Россия
Бородином назвала.

Переведите на английский

Ну що хутір, подобається недільна Чика бамбоні?

Харьковской области дали свет?

Мы стали похожи на Китай в тайваньском кейсе с визитом Пелоси. Много грозных предупреждений и весь пар в свисток.
…
Украина восстановила энергоснабжение после вчерашних бомбежек. Ни одной ключевой подстанции 750 на 500 не уничтожено. ЛЭП 500 и выше не уничтожены. А это транзиты. Поэтому, просто электроэнергию перебросили с запада на восток.
…
Мы типа предупредили. А им наплевать, НАТОвские солдаты и НАТОвская техника на нашей границе.

Это стихотворение неизвестного автора из "Юности" 50-х годов. У него была еврейская фамилия. Сам журнал сжег в печке, мой беженец с другими раритетами, холодной и голодной зимой 14-15, а в оцифровке этого номера я не нашел. Я, конечно, живая антология военной поэзии, только старая и глючная. Возможно, я в чем-то переврал оригинальный текст.

"...Ополченцы! Последнее войско
У страны на этой войне.
И без ропота и недовольства
Их приносят в жертву стране.
Рассуждая трезво и здраво,
Их преклонные годы не в счет,
Если Родина их, их держава
Обращаясь к ним, помощи ждет.
И глядят на поля отрешенно,
Как могила окоп их отрыт.
Провожая их старые жены,
Все боятся заплакать навзрыд.
Обстоятельно, несуетливо,
Навсегда, собирается рать.
Это люди такого призыва -
После них больше некого брать.
Стратегическое пространство -
Холм, шоссе, да эти луга.
Наивысшее право гражданства,
Это просто стрелять во врага.
Наивысшее.... Право гражданства....
Навсегда и во веки веков,
Ополченцы будут держаться,
До подхода линейных полков..."

И хотелось бы напомнить Литвака:
"...Снова кажется - все пропало,
Снова нам мастерят гробок.
Снова Родина-мать попала
Под жестокий чужой сапог.

Но молитесь, остатки верных,
Будьте мужественны, как встарь.
Необъятной вселенской скверной
Не объят еще наш алтарь!

И за братской нашей обедней
Мы врагу нанесем урон.
В этой церкви, простой и бедной,
Тайный наш партизанский схрон.

Аллилуйя, огонь по гадам!
Аллилуйя! Сердца чисты.
Где-то там, на холме покатом,
Уже ставят для нас кресты.

И когда я погибну лично,
Твердь небесную пронизав,
Мне повесят на грудь табличку,
Что я русский был партизан..."

Решил на старости лет посмотреть шо там пишет Пелевин, который Витёк. Охренел.

Летом 14, когда люди действительно голодали, никто так и не сломал НИ ОДНОГО закрытого магазина. И ни разу, даже самый распоследний пьяница не залез в брошенные незапертые дома или погреба. Даже с голодухи.

Последствия обстрела колледжа в Перевальске. Обстрел велся утром в районе 7-30.

Источник: https://t.me/LIC_LPR

Студенты, выжившие после удара HIMARS по колледжу в ЛНР, рассказали РИА Новости, как спасались

⚡️⚡️⚡️Русская Община вступается за раненых добровольцев

Изначально мы не хотели придавать огласке нашу работу. Боялись навредить спецоперации и снизить боевой дух. Но сегодня уже вышли в прессе истории от раненых бойцов, которые приняли участие в СВО в качестве контрактников системы БАРС.

❗️❗️❗️Мы собрали почти два десятка историй людей, которые побывали в ВЧ (номер не указываем – там все всё знают), сформированной в Ростове-на-Дону, были ранены и теперь оказались выброшены на улицу.

Вместе с МОО "Союз Десантников" мы просим всех распространить открытое обращение к Главному военному прокурору и Министерству обороны:

«К нам поступают многочисленные обращения воинов-контрактников, получивших ранения в зоне СВО в 2022 году. В основном это военнослужащие, добровольно заключившие контракты с подразделениями БАРС и Редут.
Основные жалобы военнослужащих заключаются в том, что:
1. Военнослужащим-контрактникам не выдают на руки их экземпляр контракта или его копию, мотивируя это тем, что получить свой экземпляр можно после завершения контракта в военкомате по месту жительства. Тем самым нарушаются права военнослужащих, которые не имеют полной информации об условиях контракта и вынуждены верить на слово рекрутерам.
2. Военнослужащим-контрактникам, получившим ранения в зоне СВО, не выплачивают все причитающиеся им выплаты, установленные контрактом, страховые выплаты и выплаты, дополнительно определенные Президентом России. Это нарушение носит массовый характер, что подтверждается личными рассказами военнослужащих и фотокопиями документов, которые имеются в редакции.
3. В военных госпиталях отказываются фиксировать ранения военнослужащих-контрактников, выдавать справки формы 100, часто снижают вред от ранения, переводя его в разряд хронических возрастных болезней либо заменяя степень тяжести. Так, например, фиксируют ушибы вместо переломов или остеохондроз вместо контузии. Контузии стали самым не фиксируемым ранением – справки о контузиях отказываются выдавать практически всем военнослужащим.
4. Стали массовыми случаи выписки из госпиталей не долеченных раненых без документов и денежных средств для убытия к месту проживания! Люди вынуждены ночевать на остановках общественного транспорта, вокзалах, у случайных знакомых, побираться и просить денег для поездки к месту жительства и дальнейшего лечения.
5. При выдаче на руки военнослужащим-контрактникам военного билета, в нем обычно отсутствуют какие-либо отметки о прохождении службы в зоне СВО. С учетом отсутствия на руках своего экземпляра контракта военнослужащие-контрактники не имеют возможности восстановить документы, так как военкоматы по месту жительства попросту не знают куда направлять запросы – нет номеров частей и иных данных. Таким образом военнослужащие-контрактники оказываются пораженными во всех правах.
6. Военнослужащим-контрактникам, получившим ранения в зоне СВО, и прибывшим по месту жительства, отказывают в дальнейшем лечении в военных госпиталях по месту жительства, ссылаясь на то, что они не являются военнослужащими.

Учитывая все вышеизложенное, убедительно просим Вас разобраться в данной ситуации, а именно:
- восстановить в правах всех участников боевых действий, проходивших службу по контракту в зоне СВО в 2022 году, восстановив все необходимые для этого документы;
- обеспечить полноценное лечение всех военнослужащих-контрактников, получивших ранения в зоне СВО, провести полное медицинское освидетельствование каждого на предмет установления, фиксирования всех ранений и степени их тяжести;
- обеспечить в полном объеме все выплаты военнослужащим-контрактникам, обещанные им при заключении контрактов, страховые выплаты по ранениям и выплаты, установленные специальным Указом Президента России;
- обеспечить выплаты семьям погибших воинов-контрактников, которые полагались погибшему контрактом с учетом страховых выплат;
- установить виновных лиц, допустивших грубейшие нарушения прав воинов-контрактников, добровольно прибывших в зону СВО, и привлечь их к установленной законом ответственности».

Максимальный репост.

@obsina_ru

Если кто не понял, кого расстреляли в перевальской бурсе - поясню. Общежитие в бурсе предполагается, лишь в том случае, если ребенок поступивший в училище/колледж - сирота, живет без опекунов, выпускник интерната. Это кусочек советской системы, сохранившийся до сих пор. Убитая девочка - сирота, раненые подростки, скорее всего тоже, максимум имеют родственников без опекунов или родителей лишенных родительских прав. Украина как государство, украинцы как народ, убивают наших сирот, предварительно убив их родителей.

Ее звали Виктория Ворошилова, русская девочка, 04 года рождения, сирота, вся жизнь в нищете, восемь лет вокруг война - полжизни в выстрелах и взрывах, без соцсетей, тиктоков и других слов из молодежного сленга. Стипендия 1100 рублей. Ее убила ракета стоимостью 150 тысяч долларов. Таких ракет было 6.

И про нее не напишут книг и не снимут крутых кино.