Милкина песня
Выцвела рябина
Алым, ярким цветом,
Гроздья, как рубины,
Сорванные ветром.
Ветер бродит по степи,
Пляшет пыль постылая.
Слышно в его поступи:
"Где ты моя милая?
Где ты моя милая,
Осень ненаглядная?"
"На березки шила я,
Платьица нарядные.
Золотую рощицу
Обхожу я павою,
Где закат полощется,-
Зарево кровавое.
Меня скрыла в ивах мгла,
Кутает в обличье,
Там, где плачет иволга
О мечтах девичьих.
Нам бы вместе при луне,
Сесть обнявшись рядышком,
Но с тобой встречаться мне
Запретила матушка.
Говорит, ты ветреный,
Не стоишь на месте,
И наверно, ветер мой,
Мы не будем вместе...."
Ветер с веток листья рвет,
Сохнет над рябиной,
Оттого, что у него
Больше нет любимой.
#Вовка
Выцвела рябина
Алым, ярким цветом,
Гроздья, как рубины,
Сорванные ветром.
Ветер бродит по степи,
Пляшет пыль постылая.
Слышно в его поступи:
"Где ты моя милая?
Где ты моя милая,
Осень ненаглядная?"
"На березки шила я,
Платьица нарядные.
Золотую рощицу
Обхожу я павою,
Где закат полощется,-
Зарево кровавое.
Меня скрыла в ивах мгла,
Кутает в обличье,
Там, где плачет иволга
О мечтах девичьих.
Нам бы вместе при луне,
Сесть обнявшись рядышком,
Но с тобой встречаться мне
Запретила матушка.
Говорит, ты ветреный,
Не стоишь на месте,
И наверно, ветер мой,
Мы не будем вместе...."
Ветер с веток листья рвет,
Сохнет над рябиной,
Оттого, что у него
Больше нет любимой.
#Вовка
❤1
Огненные как факелы,
Кружатся в выси орлиной,
Ангелы, ангелы, ангелы,
В небе над Украиной.
Крыльями как рапирами,
Крестят все, что сгорело,
И души эвакуируют,
Прямо из-под обстрелов.
Мальчишек стриженных наголо,
И мужиков под полтинник,
Уносят на небо ангелы,
Сегодня на Украине.
А нам живым что осталось,
Что мы, живые можем?
Извлечь жало из жалости,
Будто клинок из ножен?
У дьяволов на паях,
Анафемы прокричать, и
Морщить лбы в лишаях
Каиновой печати?
К чертям посылая знать,
Жрущую падаль рядом.
В шлюпках место занять,
"Титаника", а не "Варяга"?
Сердце на месте топчется,
Бряцая как орденами.
К ангелам всем не хочется,
Хоть они и над нами.
Но снова души невинные,
Тают в небесной взвеси,
Ангелы над Украиной,
На Украине - бесы...
Июль 2014
#Вовка
Кружатся в выси орлиной,
Ангелы, ангелы, ангелы,
В небе над Украиной.
Крыльями как рапирами,
Крестят все, что сгорело,
И души эвакуируют,
Прямо из-под обстрелов.
Мальчишек стриженных наголо,
И мужиков под полтинник,
Уносят на небо ангелы,
Сегодня на Украине.
А нам живым что осталось,
Что мы, живые можем?
Извлечь жало из жалости,
Будто клинок из ножен?
У дьяволов на паях,
Анафемы прокричать, и
Морщить лбы в лишаях
Каиновой печати?
К чертям посылая знать,
Жрущую падаль рядом.
В шлюпках место занять,
"Титаника", а не "Варяга"?
Сердце на месте топчется,
Бряцая как орденами.
К ангелам всем не хочется,
Хоть они и над нами.
Но снова души невинные,
Тают в небесной взвеси,
Ангелы над Украиной,
На Украине - бесы...
Июль 2014
#Вовка
❤2
Forwarded from Офицеры быстрого реагироVания
«Модные»
«Модные» приезжают из глубокого тыла. Приезжают редко. Приезжают ненадолго.
Выглядят всегда охуенно. Камуфляж, плитник, безухий шлем с наушниками, апгрейд оружия, обувь, рация и проводочки. Проводочков, к слову, много. От рации в ухо. Из уха к кнопке на груди. Отдельно проводочек из рюкзачка, через плечо, к «тактическому телефону». И еще одни – к телефону попроще. Проводочки на оружии, от фонариков к кнопкам и обратно. Много проводочков. Но подсумков и посумочков еще больше. Подсумки под магазины АК по всему телу. Подсумки под пистолетные магазины. Под гранаты. Под ИПП, жгуты, турникеты и аптечку. В оставшиеся на теле местах – сумочки под «тактический телефон», под телефон попроще, под сигареты и мааааленький такой подсумочек отдельно под зажигалку, чтоб по карманам не шарить. Карманов, кстати, тоже много.
И чтоб быть окончательно уверенными, что легко в окно, проход или пролом он не проскочит, «модный» цепляет на себя карабинчики. Средние - под перчатки. Маленькие – под изоленту, лейкопластырь и под пистолетный витой шнур. И большой карабин. На спину. Он, по утверждению «модных», нужен для «тактической эвакуации» раненого. Но мы уверены, что врут. Их за этот карабин краном достают из специальной тактической коробки. А на ночь - так же грузят обратно. Нас не наебешь. Мы таскали своих раненых. И четко знаем, что такое обилие сумочек и карабинчиков делает из человека адмиралтейский якорь. Поэтому большой карабин точно для крана.
Но самое интересное качество у «модных» другое. Они абсолютно не умеют ориентироваться в звуках артиллерийской стрельбы. Совсем не знают через сколько прилетит. Через 15 секунд или через 35. Взорвется в стороне или между ними (радуя нас возможностью разжиться модной снарягой). Поэтому с ними не очень удобно работать. Только изготовишься, а тут «бум» за околицей. Глядь, а нет у тебя старших сородичей рядом. Вон они, из ближайшей ямки глазенками детскими хлопают, в режиме «Мама, я кажется обкакался».
- Ладно, мужики, сидите там. Мы сами сделаем. Только далеко не убегайте. Тут укропы рядом, жалко если ваш шмот им достанется.
Но лишнего не будем наговаривать. Дальше ям они все же не убегали. И если арта молчит, то работу работают четко и быстро. Получше нашего. В тыл, правда, уезжают тоже быстро. Но это и понятно. Там, говорят, интернет есть и воды достаточно.
«Модные» приезжают из глубокого тыла. Приезжают редко. Приезжают ненадолго.
Выглядят всегда охуенно. Камуфляж, плитник, безухий шлем с наушниками, апгрейд оружия, обувь, рация и проводочки. Проводочков, к слову, много. От рации в ухо. Из уха к кнопке на груди. Отдельно проводочек из рюкзачка, через плечо, к «тактическому телефону». И еще одни – к телефону попроще. Проводочки на оружии, от фонариков к кнопкам и обратно. Много проводочков. Но подсумков и посумочков еще больше. Подсумки под магазины АК по всему телу. Подсумки под пистолетные магазины. Под гранаты. Под ИПП, жгуты, турникеты и аптечку. В оставшиеся на теле местах – сумочки под «тактический телефон», под телефон попроще, под сигареты и мааааленький такой подсумочек отдельно под зажигалку, чтоб по карманам не шарить. Карманов, кстати, тоже много.
И чтоб быть окончательно уверенными, что легко в окно, проход или пролом он не проскочит, «модный» цепляет на себя карабинчики. Средние - под перчатки. Маленькие – под изоленту, лейкопластырь и под пистолетный витой шнур. И большой карабин. На спину. Он, по утверждению «модных», нужен для «тактической эвакуации» раненого. Но мы уверены, что врут. Их за этот карабин краном достают из специальной тактической коробки. А на ночь - так же грузят обратно. Нас не наебешь. Мы таскали своих раненых. И четко знаем, что такое обилие сумочек и карабинчиков делает из человека адмиралтейский якорь. Поэтому большой карабин точно для крана.
Но самое интересное качество у «модных» другое. Они абсолютно не умеют ориентироваться в звуках артиллерийской стрельбы. Совсем не знают через сколько прилетит. Через 15 секунд или через 35. Взорвется в стороне или между ними (радуя нас возможностью разжиться модной снарягой). Поэтому с ними не очень удобно работать. Только изготовишься, а тут «бум» за околицей. Глядь, а нет у тебя старших сородичей рядом. Вон они, из ближайшей ямки глазенками детскими хлопают, в режиме «Мама, я кажется обкакался».
- Ладно, мужики, сидите там. Мы сами сделаем. Только далеко не убегайте. Тут укропы рядом, жалко если ваш шмот им достанется.
Но лишнего не будем наговаривать. Дальше ям они все же не убегали. И если арта молчит, то работу работают четко и быстро. Получше нашего. В тыл, правда, уезжают тоже быстро. Но это и понятно. Там, говорят, интернет есть и воды достаточно.
👍2
Forwarded from Zаписки авантюриста
Цитаты великих людей:
- Парни, а что у вас со связью?
- Говно связь.
- Баофенги?
- Киевстар.
*рыдания*
Не опубликованные хроникивойны специальной военной операции, к которой Россия готовилась 8 лет.
- Парни, а что у вас со связью?
- Говно связь.
- Баофенги?
- Киевстар.
*рыдания*
Не опубликованные хроники
👍1👎1🤔1
Стрелок
Красным вином закат расплескав,
В лазури небесных вод,
Ступая в цветном орнаменте трав,
Ночь еле слышно идет.
Спящий берег над морем уснул,
Дышит прохладой роса.
Алый закат широко распахнул
Двери на небеса.
Их открывает странный старик,
Он спросит: "Видел ли брат -
Как тают багровые брызги зари,
Когда сползает в море закат?"
Мир жесток и безумен меня он отверг,
Все приходит к концу как бикфордов шнур,
Я видел ступени - они ведут вверх,
Туда, где тает заката пурпур.
Нас ведет дорогой ввысь,
То ли ангел, то ли бес,
Все равно поторопись,
Достучаться до небес.
2011.
#Вовка
Красным вином закат расплескав,
В лазури небесных вод,
Ступая в цветном орнаменте трав,
Ночь еле слышно идет.
Спящий берег над морем уснул,
Дышит прохладой роса.
Алый закат широко распахнул
Двери на небеса.
Их открывает странный старик,
Он спросит: "Видел ли брат -
Как тают багровые брызги зари,
Когда сползает в море закат?"
Мир жесток и безумен меня он отверг,
Все приходит к концу как бикфордов шнур,
Я видел ступени - они ведут вверх,
Туда, где тает заката пурпур.
Нас ведет дорогой ввысь,
То ли ангел, то ли бес,
Все равно поторопись,
Достучаться до небес.
2011.
#Вовка
❤2
Forwarded from Хрюн Моржов
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Мяу.Такси подъехало!
Пора на работу!
Пора на работу!
❤2
"Дюжина ножей в спину революции"
Фокус великого кино
Отдохнем от жизни.
Помечтаем. Хотите?
Садитесь, пожалуйста, в это мягкое кожаное кресло, в котором тонешь чуть не с головой. Я подброшу в камин угля, а вы закурите эту сигару. Недурной "Боливар", не правда ли? Я люблю, когда в полумраке кабинета, как тигровый глаз, светится огонек сигары. Ну, наполним еще раз наши рюмки темно-золотистым хересом -- на бутылочке-то пыли сколько наросло -- вековая пыль, благородная,-- а теперь слушайте...
* * *
Однажды в кинематографе я видел удивительную картину:
Море. Берег. Высокая этакая отвесная скала, саженей в десять. Вдруг у скалы закипела вода, вынырнула человеческая голова, и вот человек, как гигантский, оттолкнувшийся от земли мяч, взлетел на десять саженей кверху, стал на площадку скалы -- совершенно сухой и сотворил крестное знамение так: сначала пальцы его коснулись левого плеча, потом правого, потом груди и, наконец, лба.
Он быстро оделся и пошел прочь от моря, задом наперед, пятясь, как рак. Взмахнул рукой, и окурок папиросы, валявшийся на дороге, подскочил и влез ему в пальцы. Человек стал курить, втягивая в себя дым, рождающийся в воздухе. По мере курения, папироса делалась все больше и больше и, наконец, стала совсем свежей, только что закуренной. Человек приложил к ней спичку, вскочившую ему в руку с земли, вынул коробку спичек, чиркнул загоревшуюся спичку о коробку, отчего спичка погасла, вложил спичку в коробку; папиросу, торчащую во рту, сунул обратно в портсигар, нагнулся -- а плевок с земли вскочил ему прямо в рот. И пошел он дальше также задом наперед, пятясь, как рак. Дома сел перед пустой тарелкой и стаканом, вылил изо рта в стакан несколько глотков красного вина и принялся вилкой таскать изо рта куски цыпленка, кладя их обратно на тарелку, где они под ножом срастались в одно целое. Когда цыпленок вышел целиком из его горла, подошел лакей и, взяв тарелку, понес этого цыпленка на кухню -- жарить... Повар положил его на сковородку, потом снял сырого, утыкал перьями, поводил ножом по его горлу, отчего цыпленок ожил и потом весело побежал по двору.
* * *
Не правда ли, вам понятно, в чем тут дело: это обыкновенная фильма, изображающая обыкновенные человеческие поступки, но пущенные в обратную сторону.
Ах, если бы наша жизнь была похожа на послушную кинематографическую ленту!..
Повернул ручку назад -- и пошло-поехало...
Передо мной -- бумага, покрытая ровными строками этого фельетона. Вдруг -- перо пошло в обратную сторону -- будто соскабливая написанное, и когда передо мной -- чистая бумага, я беру шляпу, палку и, пятясь, выхожу на улицу...
Шуршит лента, разматываясь в обратную сторону.
Вот сентябрь позапрошлого года. Я сажусь в вагон, поезд дает задний ход и мчится в Петербург.
В Петербурге чудеса: с Майдана Невского уходят, забирая свои товары -- селедочницы, огуречницы, яблочницы и невоюющие солдаты, торгующие папиросами... Большевистские декреты, как шелуха, облетают со стен, и снова стены домов чисты и нарядны. Вот во весь опор примчался на автомобиле задним ходом Александр Федорович Турчинов Керенский. Вернулся?!
Крути, Митька, живей!
Въехал он в Зимний дворец, а там, глядишь, все новое и новое мелькание ленты: Ленин и Троцкий с компанией вышли, пятясь, из особняка Кшесинской, поехали задом наперед на вокзал, сели в распломбированный вагон, тут же его запломбировали и -- укатила вся компания задним ходом в Германию.
А вот совсем приятное зрелище: Керенский задом наперед вылетает из Зимнего дворца -- давно пора,-- вскакивает на стол и напыщенно говорит рабочим: "Товарищи! Если я вас покину -- вы можете убить меня своими руками! До самой смерти я с вами".
Соврал, каналья. Как иногда полезно пустить ленту в обратную сторону!
Быстро промелькнула февральская революция. Забавно видеть, как пулеметные пули вылетали из тел лежащих людей, как влетали они обратно в дуло пулеметов неизвестніх снайперов, как вскакивали мертвые и бежали задом наперед, размахивая руками.
Крути, Митька, крути!
Вылетел из царского дворца Янукович Распутин и покатил к себе в Тюмень3. Лента-то ведь обратная.
Фокус великого кино
Отдохнем от жизни.
Помечтаем. Хотите?
Садитесь, пожалуйста, в это мягкое кожаное кресло, в котором тонешь чуть не с головой. Я подброшу в камин угля, а вы закурите эту сигару. Недурной "Боливар", не правда ли? Я люблю, когда в полумраке кабинета, как тигровый глаз, светится огонек сигары. Ну, наполним еще раз наши рюмки темно-золотистым хересом -- на бутылочке-то пыли сколько наросло -- вековая пыль, благородная,-- а теперь слушайте...
* * *
Однажды в кинематографе я видел удивительную картину:
Море. Берег. Высокая этакая отвесная скала, саженей в десять. Вдруг у скалы закипела вода, вынырнула человеческая голова, и вот человек, как гигантский, оттолкнувшийся от земли мяч, взлетел на десять саженей кверху, стал на площадку скалы -- совершенно сухой и сотворил крестное знамение так: сначала пальцы его коснулись левого плеча, потом правого, потом груди и, наконец, лба.
Он быстро оделся и пошел прочь от моря, задом наперед, пятясь, как рак. Взмахнул рукой, и окурок папиросы, валявшийся на дороге, подскочил и влез ему в пальцы. Человек стал курить, втягивая в себя дым, рождающийся в воздухе. По мере курения, папироса делалась все больше и больше и, наконец, стала совсем свежей, только что закуренной. Человек приложил к ней спичку, вскочившую ему в руку с земли, вынул коробку спичек, чиркнул загоревшуюся спичку о коробку, отчего спичка погасла, вложил спичку в коробку; папиросу, торчащую во рту, сунул обратно в портсигар, нагнулся -- а плевок с земли вскочил ему прямо в рот. И пошел он дальше также задом наперед, пятясь, как рак. Дома сел перед пустой тарелкой и стаканом, вылил изо рта в стакан несколько глотков красного вина и принялся вилкой таскать изо рта куски цыпленка, кладя их обратно на тарелку, где они под ножом срастались в одно целое. Когда цыпленок вышел целиком из его горла, подошел лакей и, взяв тарелку, понес этого цыпленка на кухню -- жарить... Повар положил его на сковородку, потом снял сырого, утыкал перьями, поводил ножом по его горлу, отчего цыпленок ожил и потом весело побежал по двору.
* * *
Не правда ли, вам понятно, в чем тут дело: это обыкновенная фильма, изображающая обыкновенные человеческие поступки, но пущенные в обратную сторону.
Ах, если бы наша жизнь была похожа на послушную кинематографическую ленту!..
Повернул ручку назад -- и пошло-поехало...
Передо мной -- бумага, покрытая ровными строками этого фельетона. Вдруг -- перо пошло в обратную сторону -- будто соскабливая написанное, и когда передо мной -- чистая бумага, я беру шляпу, палку и, пятясь, выхожу на улицу...
Шуршит лента, разматываясь в обратную сторону.
Вот сентябрь позапрошлого года. Я сажусь в вагон, поезд дает задний ход и мчится в Петербург.
В Петербурге чудеса: с Майдана Невского уходят, забирая свои товары -- селедочницы, огуречницы, яблочницы и невоюющие солдаты, торгующие папиросами... Большевистские декреты, как шелуха, облетают со стен, и снова стены домов чисты и нарядны. Вот во весь опор примчался на автомобиле задним ходом Александр Федорович Турчинов Керенский. Вернулся?!
Крути, Митька, живей!
Въехал он в Зимний дворец, а там, глядишь, все новое и новое мелькание ленты: Ленин и Троцкий с компанией вышли, пятясь, из особняка Кшесинской, поехали задом наперед на вокзал, сели в распломбированный вагон, тут же его запломбировали и -- укатила вся компания задним ходом в Германию.
А вот совсем приятное зрелище: Керенский задом наперед вылетает из Зимнего дворца -- давно пора,-- вскакивает на стол и напыщенно говорит рабочим: "Товарищи! Если я вас покину -- вы можете убить меня своими руками! До самой смерти я с вами".
Соврал, каналья. Как иногда полезно пустить ленту в обратную сторону!
Быстро промелькнула февральская революция. Забавно видеть, как пулеметные пули вылетали из тел лежащих людей, как влетали они обратно в дуло пулеметов неизвестніх снайперов, как вскакивали мертвые и бежали задом наперед, размахивая руками.
Крути, Митька, крути!
Вылетел из царского дворца Янукович Распутин и покатил к себе в Тюмень3. Лента-то ведь обратная.
Жизнь все дешевле и дешевле... На рынках масса хлеба, мяса и всякого съестного дрязгу.
Быстро мелькают поочередно четвертая дума, третья, вторая, первая....
А что это за ликующая толпа, что за тысячи шапок, летящих кверху, что это за счастливые лица, по которым текут слезы умиления?!
Почему незнакомые люди целуются, черт возьми!
Ах, это Помаранчева Революція Манифест 17 октября, данный Николаем II свободной России...
Да ведь это, кажется, был самый счастливый момент во всей нашей жизни!
Митька! замри!! Останови, черт, ленту, не крути дальше! Руки поломаю!..
Пусть замрет. Пусть застынет.
-- Газетчик! Сколько за газету? Пятачок?
-- Извозчик! Полтинник: на Конюшенную, к "Медведю". Пошел живей, гривенник прибавлю. Здравствуйте! Дайте обед, рюмку коньяку и бутылку шампанского. Ну, как не выпить на радостях...
С Манифестом вас! Сколько с меня за все? Четырнадцать с полтиной? А почему это у вас шампанское десять целковых за бутылку, когда в "Вене" -- восемь? Разве можно так бессовестно грабить публику?
Митька, не крути дальше! Замри. Хотя бы потому остановись, что мы себя видим на пятнадцать лет моложе, почти юношами. Ах, сколько было надежд, и как мы любили, и как нас любили. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Отчего же вы не пьете ваш херес! Камин погас, и я не вижу в серой мгле -- почему так странно трясутся ваши плечи: смеетесь вы или плачете?
Быстро мелькают поочередно четвертая дума, третья, вторая, первая....
А что это за ликующая толпа, что за тысячи шапок, летящих кверху, что это за счастливые лица, по которым текут слезы умиления?!
Почему незнакомые люди целуются, черт возьми!
Ах, это Помаранчева Революція Манифест 17 октября, данный Николаем II свободной России...
Да ведь это, кажется, был самый счастливый момент во всей нашей жизни!
Митька! замри!! Останови, черт, ленту, не крути дальше! Руки поломаю!..
Пусть замрет. Пусть застынет.
-- Газетчик! Сколько за газету? Пятачок?
-- Извозчик! Полтинник: на Конюшенную, к "Медведю". Пошел живей, гривенник прибавлю. Здравствуйте! Дайте обед, рюмку коньяку и бутылку шампанского. Ну, как не выпить на радостях...
С Манифестом вас! Сколько с меня за все? Четырнадцать с полтиной? А почему это у вас шампанское десять целковых за бутылку, когда в "Вене" -- восемь? Разве можно так бессовестно грабить публику?
Митька, не крути дальше! Замри. Хотя бы потому остановись, что мы себя видим на пятнадцать лет моложе, почти юношами. Ах, сколько было надежд, и как мы любили, и как нас любили. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Отчего же вы не пьете ваш херес! Камин погас, и я не вижу в серой мгле -- почему так странно трясутся ваши плечи: смеетесь вы или плачете?
Forwarded from Mash
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Если вы до сих пор гордитесь, что можете полностью собрать кубик Рубика, — сорян, у нас есть сын маминой подруги. Его зовут Анхель Альварадо. И он полностью собрал три кубика Рубика за четыре с половиной минуты. Пока жонглировал ими. Нюанс: ему всего 19 лет.
👍2
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Настоящая форма земли, совсем не шар - Геоид. Живите теперь с этим.
😁2
Нас ожидают осадки
Жизнь - Марианская впадина,
Где тонем мы метр за метром
Мальчики стали дядями,
Бессмысленно и незаметно.
Стали тихими зори и
Тут на закате седом.
Живем мы, как инфузории
С кодексом Бусидо.
Забыты давно наши женщины,
И первая, и вторая...
И в сорок мы беззастенчиво
Все снизойдем до рая.
Не раз все предано, продано,
Драконом стал в сказке витязь.
Жрите - десерты поданы,
Жрите - десерты поданы...
Только не подавитесь.
Нам как невесте на выданье,
Приданого урвать,
И всем, безусловно, выгодно
Нас самих продавать.
Господи, триедин же ты,
Но разве так продают?
Мы продав не единожды,
Расчетливее Иуд.
Век коротая калекой,
В холе дышим смиренненько,
В сравнении с ипотекой,
Хули нам тридцать серебренников?
А жизнь блятское действо,
Как матч Ботвинника с Талем
В своем босоногом детстве,
Мы об этом мечтали?
Пики или же черви для
Для нашей последней взятки
Зовите нам виночерпия,
Время пришло виночерпия....
Нас ожидают осадки...
2012 г.
#Вовка
Жизнь - Марианская впадина,
Где тонем мы метр за метром
Мальчики стали дядями,
Бессмысленно и незаметно.
Стали тихими зори и
Тут на закате седом.
Живем мы, как инфузории
С кодексом Бусидо.
Забыты давно наши женщины,
И первая, и вторая...
И в сорок мы беззастенчиво
Все снизойдем до рая.
Не раз все предано, продано,
Драконом стал в сказке витязь.
Жрите - десерты поданы,
Жрите - десерты поданы...
Только не подавитесь.
Нам как невесте на выданье,
Приданого урвать,
И всем, безусловно, выгодно
Нас самих продавать.
Господи, триедин же ты,
Но разве так продают?
Мы продав не единожды,
Расчетливее Иуд.
Век коротая калекой,
В холе дышим смиренненько,
В сравнении с ипотекой,
Хули нам тридцать серебренников?
А жизнь блятское действо,
Как матч Ботвинника с Талем
В своем босоногом детстве,
Мы об этом мечтали?
Пики или же черви для
Для нашей последней взятки
Зовите нам виночерпия,
Время пришло виночерпия....
Нас ожидают осадки...
2012 г.
#Вовка
❤1
Гул на подмостках затих,
Слова безопасны как секс,
В них каждый Рим - это Стикс,
А каждый мир - это текст.
Шорох сознания спиц,
Из радости и из тоски
Для перелетных птиц,
Теплые вяжет носки.
Успеть наложить еще шов,
За совесть, не за еду -
Поле я перешел,
Или еще иду?
Осенние дождики льют,
А крышей дыряв, мой скит.
Мои тексты не издают -
Их переписывают, от руки.
Мой остров Библиотек,
Тайвань он, или Таймыр?
Там каждый мир - это текст,
Но не каждый текст - это мир.
#Вовка
Слова безопасны как секс,
В них каждый Рим - это Стикс,
А каждый мир - это текст.
Шорох сознания спиц,
Из радости и из тоски
Для перелетных птиц,
Теплые вяжет носки.
Успеть наложить еще шов,
За совесть, не за еду -
Поле я перешел,
Или еще иду?
Осенние дождики льют,
А крышей дыряв, мой скит.
Мои тексты не издают -
Их переписывают, от руки.
Мой остров Библиотек,
Тайвань он, или Таймыр?
Там каждый мир - это текст,
Но не каждый текст - это мир.
#Вовка
👍1