Показания давали Ёжик и Вжик💪

Ёжик рассказала, что служила вместе с Эрнестом и Гудвином. Командир их полка сменился в феврале 2024 года после взятия Авдеевки, им стал Пузик с позывным "Злой". От него поступил прямой запрет получать гуманитарную помощь от кого-либо, кроме «КатиВали». «Мы перестали полностью снабжаться кем бы то ни было другим. И стали писать заявки нашему командованию, что вот у нас на позиции осталось столько-то „птиц“. Мы дошли вот до этого. У меня есть голосовое сообщение от моего командира, который говорит, что в случае потери любой из „птиц“ военнослужащий должен положить 145 000 ₽ в кассу. И добавила другую цитату из голосового сообщения от командира — получение гуманитарки откуда-то со стороны грозило отправкой в штурм.

...Дронов, полученных не от «КатиВали», к маю 2024 года в подразделении уже не оставалось. «Потому что "Злой" всё вывез из пункта постоянной дислокации подразделения Эрнеста на трех КАМАЗах. Есть видео, как грузились эти три КАМАЗа, какие люди участвовали в вывозе оборудования», — оно было предоставлено в военно-следственный отдел во время министерской проверки.

«Мы военнослужащие, мы ведем боевые действия. Если нам поставить танки с запломбированным дулом, они не будут эффективно работать. Это „Мавики“ с запломбированным дулом. О какой эффективности мы можем говорить. <…> Зачем командиру полка запрещать где-то у кого-то еще получать гуманитарку? Все подразделения живут, кормясь там, где только могут. Зачем нам было сначала запрещать у кого-то получать гуманитарку, а потом привозить нам неисправное оборудование, за которое с нас же брать деньги? Я сейчас не говорю о Кате Корниенко, Валентине Корниенко. Я говорю о победе. С точки зрения победы — это предательство, вредительство и работа на противника».

После допросов «в связи с угрозой жизни» Ёжик была вынуждена уехать из Донецка в Москву, где обратилась с заявлениями в Министерство обороны, Следственный комитет и прокуратуру.

Вжик тоже рассказала о распоряжении Злого не брать гуманитарку «со стороны» и о том, что выданный ей дрон при первом же использовании показал ошибку: «Как только я включила „птицу“, сразу же появились ошибки. Куча вообще загорелась ошибок, но самая главная ошибка — это компас. И подвес с самой камерой работал со щелчком. То есть ты поворачиваешь, а он щелкает. А этого быть не может [у нового дрона]».

Она также отметила, что «Мавики» хоть и были в заводских коробках, но на этих коробках не было пленки — такой, как на любой новой технике. С нее за потерю дрона из этой партии командование потребовало 380 тысяч — «птица» была с тепловизором.

Адвокаты истцов спрашивали обоих свидетелей о том, знакомы ли они лично с Корниенко и с чего они взяли, что дроны были именно от них. Девушки отвечали, что об этом они лично слышали от Злого, а с Корниенко ни разу не виделись и не имели никаких контактов.