Трансформация идей неизбежна: время – это тот мастер, который перестраивает их, часто прибавляя им мудрости, а иногда унося суть. Города для меня – это пространства застывших идей. Многие из этих идей зародились в глубокой древности, пережили крах своих создателей и исчезновение целых цивилизаций. Однако сами идеи не умерли – они продолжают существовать, преображаясь с течением веков, обретая новые. Мои прогулки по городу всегда как лоскутки – вот тут находится маленькая Месопотамия, а тут оживает Древний Египет и т.д. И я не говорю здесь о крупных архитектурных формах, а о деталях, о малоприметных объектах, которые стали незаметны и обыденны. Мне уже давно хочется рассказать о парных фигурах львов. Есть несколько зданий в нашем городе, перед которыми они находятся. Эти статуи родились в Месопотамии. С самого начала они выступали царскими или божественными животными. С одной стороны, они репрезентировали буйные силы природы, которые укрощает царь (и тем самым объясняется его позиция в обществе), с другой стороны, они выступали защитниками и атрибутами богов. Например, в месопотамском городе Мари (находится на территории нынешней Сирии) при царе Зимри-Лиме был построен храм бога Дагона, вход в который украшали протомы львов. Они наблюдали за посетителями храма, чтобы те не пришли со злом. Сохранились голова льва, плечи и передние лапы фигуры, изображенной в полулежащем положении. Пасть льва оскалена, что говорит о готовности льва напасть при несоответствующем поведении. Многие порталы храмов в Ассирии были защищены скульптурами львов Иштар. Впоследствии эта формула – два льва по сторонам переходит в Ветхий Завет. Львы защищали трон Соломона. «И сделал царь большой престол из слоновой кости и обложил его чистым золотом; к престолу было шесть ступеней; верх сзади у престола был круглый, и были с обеих сторон у места сиденья локотники, и два льва стояли у локотников; и еще двенадцать львов стояли там на шести ступенях по обе стороны» (Толкования на 3 Цар. 10:16). В Средние века парные статуи львов (в качестве вариации при них могла быть статуя Соломона) начинают украшать порталы церкви, перед которыми проходили светские и церковные судебные процессы. Соломон был образцом судьи, а львы демонстрировали силу и неизбежность наказания. Французский монах Пьер Берсюир писал в своем Repertorium Morale: «Судию олицетворяют два льва, которые помещаются на многих лестничных пролетах и стоят по сторонам от входа в здания. Они как будто мешают проходу, и потому их изваяния ставят везде, где сидят судьи, дабы наказывать алчных людей». В качестве примера можно привести ныне разрушенную церковь св. Николая в Вердене, перед ней стояли две колонны, на вершине каждой сидел лев. Вплоть до XVIII века судья аббатства выносил судебные решения между этими колоннами и завершал их словами «aetum inter duo leones». А потом пришли Медичи. Пара львов (по древнеримским образцам) была заказана Фердинандом I Медичи, великим герцогом Тосканским, для виллы Медичи в 1576 году, чтобы служить величественным украшением для садовой лестницы Лоджии Леони. Ну и пошло-поехало. В иконографии львы подобного типа стали называться львами Медичи. Благодаря репутации Медичи парные статуи львов превратились в символы политической власти и экономического богатства. В течение XVIII и XIX веков было изготовлено множество копий скульптур львов Медичи. И теперь их все ставят перед входом, чтобы продемонстрировать собственные амбиции.

Фотографии коллекции Жана Дюбюффе (это он на черно-белой фотографии).