Накануне все СМИ облетела новость, что сын Захара Прилепина завершает контракт в зоне СВО.

Игнат — настоящий сын своего отца, воин, рэпер, великолепный собеседник.

Игнат действительно вернулся в мирную жизнь. Именно об этом он написал колонку специально для проекта «Крот: не вижу проблем».

Читайте по ссылке

А потом для полноты картины сразу же надо послушать дебютный альбом Тони Толмацкого 🙏

А ударение в слове "Долина" на какой слог?

Читаю ленту новостей.

В американской деревне Хамден полиция накрыла дом Элизабет и Гэри Сайдерс. 16 детей. Возраст — от полутора до восемнадцати лет. Антисанитария, три пары выживших близнецов, никто из них никогда не был в школе, некоторые вообще не умеют говорить.

А четыре года назад Элизабет на 24-й неделе родила сросшихся девочек. Они умерли сразу. И судя по тому, что следователи теперь ищут другие тела, этот конвейер работал давно.

Знаете, родные мать и отец отказались от меня сразу после того, как узнали, что я родился слепым. Они испугались темноты. Это было больно, мерзко, но хотя бы честно. Они просто ушли, дав мне шанс попасть к нормальным людям.

Родители этих шестнадцати детей поступили хуже. Они забрали темноту с собой. Заперли ее в доме вместе с детьми. Выгрызли им зубы о голые стены, чтобы те даже не могли попросить о помощи. А когда их сиамские дочки родились нежизнеспособными, они просто утилизировали этот факт внутри семьи и пошли делать следующего ребенка.

Но больше всего в этой новости меня цепляет родственник Ронни Флетчер. Цитирую его комментарий для прессы: «Если бы мы знали, что в том доме все так же, мы бы что-то сделали — даже если бы это было просто поехать туда и забрать детей самим или дать им деньги».

Ронни, серьезно? Ты сам говоришь в интервью, что за последние годы встречал там максимум двух-трех детей. Значит, ты видел остальных тринадцать? Видел, как они исчезают из поля зрения? Понимал, что твоя несовершеннолетняя двоюродная сестра, сбежавшая из дома беременной в свои пятнадцать, рожает каждый год, а потом эти дети превращаются в призраков? Но тебе было неудобно лезть в чужую семью. Удобнее было дать пару баксов на Рождество (если давал) и сделать вид, что всё нормально.

Я вырос в детдоме. Там бывало всякое, зато любой крик слышали воспитатели. В Хамдене кричать разучились.

Или их голоса тонули в запахе плесени и грязных подгузников, которые никому снаружи не воняли.

Элизабет сама забеременела через два месяца после свадьбы. Ей было 15, мужу — 18. Два напуганных подростка решили поиграть во взрослых. Система проморгала их самих задолго до того, как они начали мариновать в грязи своих младенцев.

Меня бросили одного. Их бросили шестнадцатью. Разница лишь в том, что мою темноту оплатило государство, а эту создали собственные родители при молчаливом одобрении соседей.

Под этим текстом нет кнопки «лайк». Здесь уместнее кнопка «взять лом и вынести соседскую дверь».
Крот: не вижу проблем

Сегодня вернулся на материк. Три дня на острове, в палатках, с костром пролетели, впрочем, как и всегда, незаметно.

На подворье я езжу уже 20 лет, а на острове мы всей нашей компанией уже третий год подряд. Мне было интересно наблюдать за теми, кто приехал впервые. Думал, что кое-кто сольётся, но, как ни странно, до конца были все.

В прошлом году были дожди, но не было ветра. В этот раз всё наоборот. Когда сильный ветер, ходить на катамаранах довольно сложно. Это был единственный, но важный минус всего мероприятия.

Хотя кому-кому, а мне грех жаловаться. В самый первый день вышли мы одними из первых в воды реки Меры, ненадолго зайдя в Волгу. Мера является одним из притоков нашей главной реки России.

С прошлого года руки не забыли, как держать руль, а вот чтобы немного стравить парус, нужно было поработать головой: забыл, шкоты нужно отпускать или, наоборот, натягивать.

А вот как уклоняться от гика — большой железной палки, которая при перебрасывании может прилететь тебе по маковке, — всё ещё помню.)

На второй день мало кто из наших выходил, только самые опытные, а вот вчера удалось пройтись по реке ночью. Абсолютно другие ощущения: звуки более звонкие, различаешь каждый плеск воды при повороте руля, пение любой птицы.

Самое интересное — ощущать скорость движущегося судна, опустив руку за борт. Ветер был что надо, так что двигались мы около 18 километров в час.

Понятно, что помимо катамаранов были и игры, и конкурсы, и общение с теми, кого не видел с прошлой поездки, и всё этому сопутствующее, но катамараны — отдельный кайф.

Прикол этого плавсредства в том, что им при большом желании может управлять даже ребёнок. Там несложно, нужна лишь определённая сноровка.

Как поставить парус, закрепить мачту, собрать воедино весь катамаран — честно говоря, не знаю, но вот с управлением рулём, шкотами — длинными верёвками, отвечающими за регулирование паруса, — разбираешься сразу.

Не знаю почему, но в этом сезоне на острове не купался. Наверное, просто было лень. Вода была тёплая, хоть и зелёная.

В таких походах вспоминаешь, что такое уже забытое для тебя слово «дисциплина». Если зовут на ужин, нужно идти сразу, даже бежать, потому что потом может тупо ничего не достаться.))) А вообще, жить в палатках, спасаться от комаров, готовить на костре — всё это у меня связано именно с летними месяцами.

Отдельное спасибо ребятам из организации «Мир человека», благодаря которым этот клочок земли уже третий год как обитаем.

Крот: не вижу проблем