​​Подписчик докладывает: в How to Sell Drugs Online (Fast) правды больше, чем мне показалось. Докидываю сериалу воображаемых очков.

Через The Witness очень удобно показывать, какие классные вещи можно делать в видеоиграх. Простите те, кому приходилось от меня о ней выслушивать — и не за что, потому что после моих рассказов вам больше не обязательно в The Witness играть.

Для большинства The Witness не будет выглядеть законченной игрой. Это остров-полигон, красивая свалка из мыслеупражнений и цитат из разных умных людей в аудиоформате. Не всем такое нравится, и вполне понятно почему.

Под мельницей, которую на острове видно почти отовсюду, есть кинотеатр. За решенные головоломки в нем показывают видео из ютуб-плейлиста геймдиректора Джонатана Блоу: речи духовных наставников, лекцию Фейнмана о фундаментальных законах физики, долгую сцену со свечой из "Ностальгии" Тарковского. Почерк Блоу в этом месте напоминает тех ребят, которые позавчера впервые прочли на Медиуме про практику осознанности и теперь спешат со всеми делиться своей новой мудростью, не успев ее толком осмыслить: "Грустно? Умер пёс? Аллергия на пух? А ты пробовал МЕДИТАЦИЮ?"

Но это ладно. Зато в The Witness роскошно выстроена прогрессия в чисто игровых механизмах. Обычно чтобы открыть путь куда-то, тебе нужно найти ключ или выполнить задание — короче, заставить сработать какой-то конкретный триггер внутри кода игры. В The Witness все эти триггеры перенесены из кода в голову. Ключей нет, все инструменты — на руках с самого начала. Ты постепенно изучаешь законы мира, заключенного в нескончаемых (как кажется) панелях с головоломками. Если знать, как решить финальную череду паззлов, можно чуть ли не с самого начала пойти и расколоть их все.

Так вот, хорошие новости: теперь вместо The Witness для похожих ощущений можно советовать другую игру.

В Outer Wilds есть солнечная система и маленький неловкий космонавт. У космонавта есть ракета и кое-какое оборудование — например, камера, которую можно забросить в щель и пофотографировать всё внутри, или радио, чтобы лучше слышать вещи. Гаджеты кошмарно аналоговые, как по ощущениям так и по образу действия, но новые применения им находятся буквально всю игру.

Радио поймало на соседней луне музыку — надо слетать посмотреть, кто играет. Увидел, как что-то взорвалось на небе — интересно, надо проверить. Находка в одном месте помогает решить загадку в другом. Ты летаешь об планеты к планете, гуляешь, офигеваешь от того, как все устроено, читаешь чужие записи, складываешь находки в бортжурнал и постепенно распутываешь клубок какой-то огромной тайны.

Умер? Придется начать сначала. Но это не имеет значения: все, что ты нажил, остается в уме, и можно сразу же вернуться туда, где остановился.

Вместо вдохновляющих цитат и жизненных советов, о которых никто не просил, Outer Wilds подкармливает любопытство собственным миром. Его законы по сути спойлерны, но есть, например, две планеты-спутницы, образующие песочные часы: одна непрерывно осыпается на другую, становясь все меньше и меньше. Песок кончается, а дальше происходит что-то, что докидывает к загадке Outer Wilds еще один слой.

В общем, игра — восторг. Только вот от цикла "очнулся - полетел - нашел - умер - очнулся" даже при такой постановке скоро начинает рвать крышу. Провести дольше получаса за раз в Outer Wilds у меня никак не выходит.

(К чести The Witness, она добивается другого эффекта, без которого Outer Wilds уже обходится: одержимости головоломкой, а вернее, ее визуальным образом. В какой-то момент паззлы с лабиринтами начинаешь видеть не только на специальных панелях, но вообще везде. Это довольно впечатляющее дерьмо.

Но и совершенно другая история)

Издатель Outer Wilds — Annapurna Interactive. Кто это?

Опять возвращаюсь к теме кураторства в играх. Издатели взяли на себя ту же роль, что и лейблы в музыке — они помогают ориентироваться в новинках, отбирая игры под свой профиль. Так у Devolver всегда можно рассчитывать на драйв и леворезьбовую эстетику, у tinyBuild — на идеальный материал под стримы и летсплеи, а у Annapurna — приятные, теплые, часто очень киношные игры. Сами они дежурно декламируют, что публикуют "личное, эмоциональное и оригинальное".

Но это не единственное, чем Annapurna выделяется. Ее представители не дают интервью, не выступают на конференциях (во всех статьях об Annapurna рассказывают подписанные разработчики). Разве что твиттер ведут — местами очаровательно едкий.

Те же tinyBuild кошмарно публичные и шумные — все знают, кто у них работает, как они работают и как попасть к ним на издание. А как попасть к Annapurna? Скорее всего, просто написать на имэйл с официального сайта. Но похоже, что чаще Annapurna сама кого-то находит и вербует к себе.

Откуда эта разница? Почти все небольшие издательства начались из игр и выросли в их пределах — такие boys next door, свои ребята. Annapurna же пришла извне, из киностудии, которая выпустила несчетное число облизанных критиками фильмов, собрала черте сколько наград, и годами теряла деньги на производстве. Сейчас, пишут, начинает отпускать: расходы оптимизировали, скоро выпустят нового Бонда вместе с MGM.

В 2016 хозяйка студии Меган Эллисон (везде добавляют, что она еще и дочь основателя Oracle) перехантила важных людей из Sony и запустила с ними игровое издательство. Эллисон слывет солнышком и идеалисткой, которая топит за креатив и креаторов. Пока что это вылилось в то, что любую игру Annapurna я могу посоветовать кому угодно, практически не думая. Будь то What Remains of Edith Finch (которую я до сих пор считаю лучшим проявлением "симулятора ходьбы"), нарративные пятнашки Gorogoa и вот теперь Outer Wilds.

Кроме них Annapurna подобрала:

- Kentucky Route Zero (дай бог теперь доделают пятый эпизод)

- Сэма Барлоу, автора единственной хорошей игры с живыми актерами вместо геймплея (я про Her Story). В Telling Lies делает то же самое, но больше — удобно дружить с киностудией

- Simogo. Нежно обожаю их Year Walk — обязательно поиграйте, если понравились стремные шведы с рунами в Midsommar. Что такое Sayonara Wild Hearts я вообще-то до сих пор не очень понял, но жду и надеюсь

- авторов Hyper Light Drifter. Они делают еще одну игру, название которой похоже на Pretty Boy Swag — Solar Ash Kingdom

В общем, у Annapurna сейчас почти все классные разработчики из новой волны молодых и независимых. И на них же видна крутая тенденция, смотрите:

- Автор Donut County Бен Эспозито был дизайнером локаций для The Unfinished Swan

- в Wattam замешаны по меньше мере два человека из разных концов индустрии: продюсер Journey (нашумевшая красота от вдохновенных выпускников арт-вуза, луч-ше-е) и дизайнер Katamari Damacy (радужно-космическая Япония)

- 12 Minutes — ту игру про временную петлю с конференции Microsoft на E3 — в одиночку делает художник The Witness

- любимую западным интернетом Florence (я не проникся) сделала студия, отделившаяся от команды Monument Valley

- про The Pathless от студии артдира, снова, Journey, я и не говорю (хотя вот сказал)

Волшебно: новые имена выходят не из большой индустрии, а из других инди. Растут, почкуются и взаимоопыляются.

У нас под боком вырос целый космос, а мы и не заметили. Все сидим и переживаем.

Услышал о роспуске разработчиков Hand of Fate и все-таки решил сыграть во вторую часть.

Восхищаюсь тем, как она себя подает. Это игра в игре, где твой главный собеседник и единственный озвученный персонаж (роскошно озвученный!) — классический dungeon master из настольных ролевок, который на самом деле всемогущий маг. Он перемешивает карты пассами рук, дает метакомментарии всем твоим решениям и каждому твоего брошенному кубику. Это чистый восторг.

Особенно люблю экран загрузки — на нем такой портал-бездна, в который летят разные карты (карты экипировки, карты врагов, карты ресурсов) чтобы материализоваться в реальные предметы на реальном поле. Никто еще так круто не визуализировал, что происходит в голове когда играешь в настолку.

А сколько всего вокруг этой идеи можно было разыграть! Представьте, если бы на этом экране загрузки в бездну летели бы аргументы для диалогов. Или слоги из клинописной азбуки для расшифровки каких-нибудь древних письмен. Может, ингредиенты для настоек или припасы для выживающих на полярной станции.

Но летят в итоге мечи, топоры и гоблины. Допустим, ладно — ладно, что из всех развлечений, которые можно абстрактно показать карточками, выбрали именно сражения.

Странно, что вылился этот выбор в дешевый клаустрофобный Arkham Asylum, который совершенно не клеится с остальной игрой. Бои сделаны плохо. Они слишком простые, но при этом не всегда слушаются кнопок. Они рвут темп игры, которая в остальное время никуда не спешит. И они практически не меняются со временем.

Я расстроен: все классно, а схватки как были тоской в первой игре, так и остались, несмотря на все улучшения. Правильные улучшения— но кажется, будто для неправильной игры, в которой летаргическое текстовое приключение пересекается с дерганым боем.

Не буду делать выводов вроде "Авторов Hand of Fate убило не отсутствие субсидий от австралийского правительства (некоторые люди с Reddit и правда так думают), а стремление прилаживать к изначально кривому концепту". Мысль в этот раз другая, как всегда всеобобщающая.

Вот мысль: играм нужны редакторы.

Во всех близких играм медиумах есть люди, которые работают при авторах своего рода "проверятелями на буллшит". Не формально (нет такой должности), но по факту: чтобы достичь готовности, продукт обязан пройти через этих людей под их ответственность. В отличие от продюсеров и C-левелов, которые обычно уходят в исследования или административку, эти люди — профессиональные креаторы, которые если захотят, могут сообразить что-то с нуля. В идеале, конечно. Примеры:

В литературе и публицистике есть, собственно, редакторы. Они корректируют курс, помогают не терять мысль, следят, чтобы все читалось и клеилось.

В кино — монтажеры. Много где читал, что успех фильма наполовину (или больше?) определяется монтажером. Фрэнсиса Форда Копполу бесил театральный монтаж "Апокалипсиса сегодня" — но ему пришлось поддаться монтажу, потому что без него фильм не вышел бы на экраны.

В музыке (вернее, звукозаписывающей индустрии) в роли редактора саунд-продюсер, который сводит треки, рубит их и готовит к контексту, в котором они будут звучать. Часто продюсер становится чуть ли не соавтором.

Обратно к играм. Бывает, из-за фундаментальных решений порядка "Мне очень хотелось сделать в игре бои как в Бэтмене" в игру попадают механики, которые не работают. Именно от них может защищать редактор-слэш-проверятель-на-буллшит — нежно брать идеолога игры и говорить ему:

"Это сюда не вписывается, это херня, давай придумаем что-то другое".

В случае с Hand of Fate такой человек сказал бы "Ребят, если мы хотим делать бой, то надо либо делать его опциональным, либо не делать вообще и потратить силы на другие вещи, либо делать другую игру. Потому что наших ресурсов не хватит на уровень игр про Бэтмена и клевую карточную вселенную одновременно. Тёма Козлов заколебется в такое играть".

И вот такого человека обычно как будто бы нет: за стойкость общей концепции несет ответственность один продюсер, за концепцию отдельных частей — все сразу (и никто). В итоге выходят игры с изначально кривой постановкой вопроса. А потом к ним выходят сиквелы. А потом студии закрываются, и остается смотреть классные концепт-видео и вздыхать.

(Вот обещал не делать никаких генеральных выводов, а все равно сделал. Все потому, что авторам телеграм-каналов тоже нужны редакторы)

Вернулся из отпуска и настолько опешил от Eliza, что накопилось на лонгрид.

Про Дэвида Кейджа часто писали, что в его играх перебор с поэтикой и слишком мало понимания темы — из-за этого все вроде бы красиво, но «в жизни люди не такие!» В Eliza наоборот: видно, что автор свое повидал (или хотя бы почитал — в блогах стартаперов из Сан-Франциско есть всё), но доложил об итогах с абсолютно каменным лицом. Получился справочник миллениал-футуризма. Работа дотошная, но непонятно зачем.

К тому же странно видеть игру от Zachtronics совсем без механик после огого каких прошлых проектов и Майка Бителла, который показал идеальный диалоговый интерактив за три копейки в в Subsurface Circular. Кажется, лучше действительно пересмотреть Silicon Valley.

На DTF интервью с разработчиками "Мора".

«И вот сидим мы без денег, делим с Иваном одну гречку на двоих и шутим про то, что надо пойти отбирать у голубей хлеб, а в душе грустно-грустно. У многих дети, семьи, аренда квартир, а денег нет. Делились деньгами на маршрутку до дома и сигаретами с теми, кто не смог сегодня наскрести на пачку. Я очень тяжело переживала этот период, ощущала его как свою собственную вину и злилась на свою беспомощность»

Я новый "Мор" очень полюбил, но продался он плохо, а делался долго. Теперь Николай Дыбовский собирается, цитирую, "корректировать свою картину мира", а команду сокращает, чтобы накопить денег на выполнение обязательств по Кикстартеру.

Грустно. Беда-то даже не в том, что "не игры, а мучильни" отличает плохой рыночный потенциал — ерунда это все. Просто эволюция технологий и игрового языка продолжает быть на шаг впереди визионеров. В этом году ты придумал, как тебе сломать какие-то устои ("Мор", мне кажется, уверенно бросает вызов типично "геймерскому" перфекционизму: не каждый квест должен быть выполнен, не каждый персонаж — спасен), а в следующем сменяются технические средства, и слом приходится планировать заново. В этих словах Дыбовского вся суть:

«Я вначале считал, что прототипирование геймплея и сценария вообще не нужно, потому что игра 2005 года, по сути, и является готовым прототипом: мне тогда казалось, что игра почти не изменится. Это был крайне наивный и опрометчивый подход. В итоге самые драгоценные первые два года мы потратили на неспешное изготовление «прочного фундамента», чрезмерно сложной и новаторской геймплейно-нарративной основы, на графический контент, который даже не был протестирован»

То есть, перефразирую, "Мор" сначала два года придумывали, а потом начали делать и поняли, что ничего из этого не получается.

Игры как медиум меняются слишком быстро — и это вообще-то классно, если ты в них играешь. Но если делаешь, причем делаешь что-то рискованное — с каждым потерянным месяцем будет все сложнее и сложнее. Выжить помогает или отказ от ориентировки на рынок или бесконечные деньги и мем-маркетинг, как у Кодзимы. Ну или умение планировать и ориентироваться в трендах, на что, увы, игровых джармушей, фонтриеров и виндингов-рефнов пока не хватает.

Прошел Telling Lies, написал о ней много букв, в конце зачем-то (по приколу, I guess) примотал ко всему этому режиссера Хржановского.

"...эта киноигра — эксперимент с формой, не с содержанием. Если оценивать фабулу Telling Lies стандартными критериями (новизна? целостность? что там еще?), она проиграет кому угодно. Тут важно не «что» рассказывают, а «как»: сначала обнаруживаешь середину фильма, потом пролог или, может быть, концовку — и так пока в голове не сложится целое кино. У каждого немного свое. Киномонтажное «Лего». Строй себе и строй"

(Тем временем, думаю ребрендить канал, слишком уж он застоялся «Мясом». Ожидайте перестановок)

(Но не слишком скоро, я еще ничего не придумал)

​​Пока качается Control, читаю Game.EXE за март 2002. Тема номера: итоги 2001 года.

Когда я впервые столкнулся с этим журналом, мне было девять и я только смотрел картинки. Но на каком-то уровне оно в меня, похоже, все-таки проникло.

Страшный лит-трип, чудовищная духота, так нельзя. И как же такого сейчас не хватает!

Обожаю.

​​Верстка! Ублюдская верстка, в которой сразу три заметки начинаются на одной странице и, конечно же, ни одна не влезает на полосу целиком. Все три приходится дочитывать, перелистывая страницу туда-обратно ровно столько раз, сколько заметок на странице.

​​В личной номинации Андрей Ом-Подшибякин рекомендует играть в Halo под вутанговскую композицию Iron Flag на повторе. Я не стал проверять на фактику кусок про "первый в истории человечества FPS, где можно бить прикладом", а возможно стоило бы.

Это, кстати, одна из двух заметок о консолях на весь номер. В то время .EXE писал только о Компьютерных играх, а консольные уходили в загон одностраничной колонки под названием "Тоже игры".

​​А вот про сценарий Gothic. В этой игре, напомню, вы попадаете в фэнтезийную тюрьму, стремительно пробиваетесь к верхушке иерархии, а потом на вас падает башня.

На всякий случай, никаких баронов с печеным яблоком в игре нет. EXE вообще отличались умением говорить об играх не как есть, а как-то по касательной. Главное: ощущение передают? Вполне. Тут любые претензии к фактике отпадают, у автора своя волна.

Камень в лесу можно объяснить по-разному: по ньютоновской физике (покоится, воздействуют такие-то силы), по термодинамике (у меня по ней четверка), по Декарту (а есть ли вообще камень?). При этом камень останется камнем — так и игра останется игрой. Зачем детализировать, зачем танцевать об архитектуре, когда можно просто заразиться вот этим вот и поиграть?

Про Control, SCP-крипипасты и особый творческий путь Remedy, который можно суммировать такими словами:

«Видеоигра — это не кино, не литература, не музыка и не театр. Видеоигра — это всё одновременно!»

И да, я снова выступаю в жанре «Ругаю игру, которая мне понравилась».

Вспомнил статью Eurogamer об архитектурном брутализме в играх. Как раз в этом стиле построен (построен ли?) Старейший дом из Control.

Авторы первых бруталистских сооружений из игр вряд ли очень угорали по Ле Корбюзье или там Марселю Брейеру — там все возникло больше из-за технических ограничений. Что для архитектора достижение, с позиции 3D-моделлера — базовая форма, даже текстурировать не обязательно. Я страшно утрирую, но суть вы поняли.

В статье это называют architecture-by-accident, "архитектурой-по-случайности". По некоторым играм в итоге впору ходить как по музеям.

А вот пример брутализма, которого нет в статье.

Omikron: The Nomad Soul — первая игра Quantic Dream (Heavy Rain, Detroit, ну вы знаете), киберпанк с рубежа веков (по ней хорошо видно, что "Темный город" и заодно "Пятый элемент" были совсем недавно) с восхитительно некомфортным бетонным городом.

Посмотрите открывающую сцену под дэвидбоуиевскую New Angels of Promise, чтобы проникнуться. Это восторг. До сих пор.

Раз уж заговорили — у Дэвида Боуи в Omikron две роли.

Первый Боуи — полубожественный киберреволюционер Боз, который объясняет тебе (лично тебе, игроку) что игра была ловушкой. Твоя душа оказалась в лапах короля демонов в тот момент, когда ты ее запустил, и единственный способ спастись — уничтожить его.

Второй Боуи — лидер вымышленной группы The Dreamers. Боуи и его давнишний партнер Ривз Гэбрелс написали для Omikron восемь песен, все они попали в альбом Hours. Конечно, в игре есть сцены с выступлениями группы. Смотреть их сейчас — какой-то особый сорт эстетического наслаждения-через-страдание. И костюмы. Особенно костюмы.

31 октября Omikron исполнится 20 лет. Пройти ее я так и не потрудился, так что, видимо, сижу без души since 2005.

Почему Mirror's Edge иногда выглядит лучше, чем ее же продолжение, вышедшее семь лет спустя? Вот хорошее видеоэссе об этом.

Если коротко, то дело в крутой работе с ограничениями: авторы фокусируют внимание на том, что получается у них очень хорошо, а остальное прячут. Растительность покрашена в белый, чтобы не отсвечивать, живые люди в кадр попадают редко и ненадолго (ведь главная героиня очень спешит!), зато на архитектуре художники оторвались. Они полюбили бетон, впустили в себя бетон, сами стали бетоном — и потому, видимо, в Mirror's Edge до сих пор лучший бетон в видеоиграх.

(...если не считать Control — ее бетону даже на Афише статью посвятили. Важно ли это? Конечно же нет!)

Случайные факты из твиттера на сегодня:
- Поп-певица Билли Айлиш назвала песню ilomilo в честь игры с Xbox Live Arcade
- Ту игру делали люди, которые затем основали студию Simogo
- На днях Simogo выпустила величайшую игру о поп-музыке на ближайшие пару недель

Хочу много сказать о Sayonara Wild Hearts, но сперва все же выдохну. А пока вот домашнее задание: слушайте эту композицию и представляйте, будто она шевелится.