Вокруг простиралось поле, заваленное какими-то странными то ли камнями, то ли пожжеными деревьями. Она пригляделась, и отпрянула: одно из деревьев или камней шевелилось и стонало. Это что еще такое? Настя попятилась назад, и зацепилась за что-то мягкое… торопливо глянув под ноги, она едва не закричала, закрыв рот рукой: это было тело. Тело человека, обоженное, странно вывороченное, руки торчали изломанно и жутко… Медленно, медленно, Настя повела глазами по черной грязи дальше. И по пальцам, по спине, по беззащитным бедрам, по животу ее поползли холодные, скользкие черви. Куда глаз хватало, поле был усеяно вовсе не деревьями. Это были трупы. Скорченные, обгорелые, изогнутые, как ненужные, выброшенные на помойку куклы… Свалка больших мертвых кукол. «Господи, я сплю, я же сплю, боже?» — взмолилась Настя, но не могла ощутить себя во сне. Слишком холодно было ногам. Слишком невозможный запах гари, болота, влажной земли, и ржавого железа…

Она уже знала этот запах.