"Слово пацана" есть кумуляция российских символических парадигм.

Потому что "Слово пацана" — есть Логос Пацана.
И этот логос синхронизирует в себе три кита Евразийской философии.

Мать Пальто, ее опека и излишнее внимание, представляющееся тюрьмой для молодого русского мальчика — это проекция кибелического материализма. В этом трагедия русского мира, тянущаяся со времен тысячелетней Войны — эра безотцовщины, гнет матриархата.

Пацанская культура — это синтетический логос Аполлона — солярный дух отеческого патернализма, культура патриархальной иерархии и юношеского идеализма.

Но кто до сих пор пробовал элюировать из логоса Пацана след дионисийских мистерий?
Ведь поздний Дионис — Дионис эпохи гласности — порождает безумие. Так и в этот раз наше евразийское общество упивается экстатическим культом нового сериала, но одна из его половин рьяно указывает на его провал.

Как философ, в этом я вижу вакханалию извне — празднество коварного Диониса, мир объектно-ориентированных онтологий. Поэтому в реальности мы имеем одушевленную проекцию логоса Пацана — мир-экзистенцию, общество деконструкции das Man'a. И в этом смысле нам следовало бы назвать сериал так: "Логос Пацана. Dasein на асфальте".

Дугин. Подписаться