Санкт-Петербург, 2010 год.

8 лет назад и была моя первая попытка отчислиться из первого университета, которую впоследствии я и повторил ровно год спустя, но уже с меньшим желанием — все-таки уже шел 5й курс.
Я плохо учился с появлением первых же лучей осознания, что эта специальность явно не для меня.
В принципе когда ты поступаешь в ВУЗ еще в 16 лет, то практически невозможно знать наверняка что это такое — «по-настоящему твое». Многие как бы между делом пробрасывают эту фразу, но мало кто думает об истинной глубине её абстрактности.
Преподавательскому составу же судя по всему доплачивали за то, чтобы они использовали каменное лицо и монотонный голос на своих занятих. Учиться сложно, но зачем усложнять?
Нет, это вовсе не камень в огород университета, это мое субъективное мнение, которое достаточно просто отразить в виде краткого постулата: «если это неинтересно тебе, то почему будет интересно остальным?»
И это не абстракции в виде исключительно моего, я уверен, мало кого интересующего мнения — это данность: учеба была неинтересна и банально скучна, а самому университету было в принципе и наплевать.
Но давайте попробуем разобраться откуда же взялся этот круглогодичный штиль в море знаний?

Методология и поколения
Лучше всего об этом рассказал американский философ Мортимер Адлер: «умения слушать и говорить так, чтобы это было интересно — неотъемлемый навык, который необходимо развивать и улучшать».
Вот мы и приходим к концепции диалога «глухого и немого», которая включая огромную скорость увядания актуальности знаний, и является тем самым фундаментом айсберга, верхушку которого мы чаще всего и клеймим «образованием», необходимость которого с каждым годом подвергается все большей обструкции. И уже не просто тех, кто не поступил в ВУЗ, а и профессиональных самоучек, примеры которых являются, пожалуй, лучшим аргументом в этой потенциально бесконечной дискуссии.

Bug fixes
И вот спустя 7 лет я стою у входа в новое здание ВУЗ’а, фасадная часть которого украшена слоганом «IT’s MOre than university».
Сложно пересказать все то тепло и заботу, которую ко мне проявили люди, в руках которых сейчас находится моя альма-матер, но за несколько часов общения с ними, я распознал тот самый огонь в глазах и страсть, которые с тем же градусом кипят в нашей нативной команде. Тот самый дух безумных первооткрывателей. Ведь почувствовав его однажды, не спутаешь ни с чем.
И я испытал гордость. Гордость от каждой тройки в своем аттестате; о своем отчислении с военной кафедры на последнем курсе; и даже за свою фатальную ссору с преподавателем философии, который меня навечно изгнал с занятий. Гордость за то, что теперь этот ВУЗ в руках и умах людей, для которых «концепции Адлера» — не фраза на вымирающем эсперанто, а забота о своих выпускниках лежит не просто за пределами кабинетов, но и за пределами РФ.
Это радость за разжигание огня знаний, которого в трясинах Петербурга так не хватало молодым умам. И мне.
Спасибо всем, кому не все равно. Включая какой-то стартап о нативной рекламе.

Всем холизма.

http://news.ifmo.ru/ru/startups_and_business/startup/news/7328/

Много лет назад я был в Бирме. Мы с друзьями работали на местное правительство. Оно пыталось купить преданность вождей разных племён при помощи драгоценных камней. Но к северу от Рангуна из леса на караван напал какой-то бандит. И мы отправились искать камни. За полгода поисков мы не нашли никого, кто бы торговал ими. Однажды я увидел в руках у ребёнка рубин размером с мандарин. Этот бандит просто выбрасывал камни. Он получал от этого удовольствие. Просто есть типы, которые действуют вне всякой логики. Их не подкупить, не запугать, не договориться и не прийти к компромиссу. Эти люди мечтают видеть мир в огне.
Темный рыцарь (2008г.)

— Присаживайтесь, мистер Белфорт. — один из трех агентов, находящихся вместе со мной в этой маленькой комнате для допросов, жестом показывает на свободный стул.
— Меня зовут агент Стивенсон. Это — агент Шмидт и агент Келли. — он представляет двух мужчин, явно заказывающих свои костюмы у одного портного.
— Вы знаете почему вы здесь, мистер Белфорт? — спрашивает один из «клонов», садясь напротив меня.
— Мне казалось, мы для этого здесь и собрались.
— Вам предъявлены обвинения в мошенничестве и отмывании денег, — Стивенсон открывает толстую папку, проводит пальцем в поисках нужной строчки. — $110 миллионов, если быть точным.
— Господа…вы когда-нибудь держали подобную сумму в руках? Для многих людей деньги все еще являются большой абстракцией. Вот скажите мне, мистер… — моя память на имена особенно плоха по субботним утрам.
— Келли. Чарльз Келли. — отвечает явно волнующийся агент, стоящий недалеко от двери.
— Вот и ответь мне Чарльз: сколько ты зарабатываешь в год?
— Около 140 тысяч. — робко отвечает агент Келли.
— Господа, а вы? — сам не ожидая от себя подобной храбрости спрашиваю я у агентов старше не только по званию, но и возрасту.
— Не твое собачье дело, ублюдок! — огрызается Шмидт.
— Мистер Белфорт, давайте говорить по существу. Мы все же не к вам на собеседование пришли. — добавляет Стивенсон.
— Господа, очевидным образом эта папка на столе недостаточно толстая, чтобы надеть на меня наручники, а это значит, что вы меня пригласили исключительно для беседы. Я прекрасно осведомлен, что вы уже собрали показания от моей жены и даже этого придурка Сореля. — я ловлю эту волну разговора, и откидываюсь в этом, пожалуй, самом неудобном стуле в мире. — Но только даже их вам не хватает, чтобы упечь меня за решетку. Далее, исходя из информации, любезно предоставленной Чарльзом, я могу сделать вывод, что на троих вы зарабатываете около 500, в лучшем случае $600 тысяч в год. Вот у меня и вопрос: как, люди, которым потребуется почти 200 лет, чтобы заработать эту сумму; чтобы хотя бы понять масштабы якобы содеянного мною, могут задавать мне вопросы, смысл которых им не подвластен? Господа, сначала был вопрос. А если вы не понимаете его смысла, то что же вам может дать ответ?

Видя как побелели костяшки на кулаках Шмидта, я уже практически слышу звук моей сломанной от собственной наглости челюсти.
— Мистер Белфорт, у нас есть доказательства в виде показаний тысяч обманутых вами людей и…
И меня накрывает. Я вижу их поганую работу, которую они сами не могут терпеть; я вижу их одинокие посиделки в задрипанном баре в районе Дьявольской Кухни; я вижу то как эти люди прикрывают собственную наготу из бессилия и недовольства своей жизни самым страшным и опасным одеянием. Правосудием. И моралью. Так называемой моралью.
— …также вы уже должно быть знаете, что ваш учитель и один из крупнейших брокеров Уолл Стрит — мистер Хана уже получил весьма серьезный срок, а также дал согласие на сотрудничество с нами. Мистер Белфорт, мы предлагаем вам также начать с нами сотрудничать. Пока ситуация…

— Не вышла из под контроля, да? Господа, она и так вне вашего контроля. Те законы, которые вы так исправно исповедуете, словно заповеди в богом забытой церковной книги — господа, никто из вас их не писал! Почему же вы так слепо, и прошу прощения, на веру воспринимаете все то, чем вы занимаетесь? Вы зарабатываете копейки, работая в десятки раз больше, чем я. Но разве в бедности есть правосудие? Более того, в ней нет никакого достоинства. Я был бедным человеком, был и богатым. И знаете что? Я выбираю быть богатым каждый раз. Ведь с деньгами вы становитесь лучше. Вы можете щедро жертвовать деньги обездоленным или голодным. Вы даже можете спасти от вымирания гребаную пятнистую сову! Деньги, господа — именно в них вы сможете найти правосудие.

Входная дверь открывается и в нее влетает Джим.
— Мистер Белфорт, вы не обязаны отвечать на их вопросы. У них на вас ничего нет! — Джим переводит дыхание, стараясь отдышаться.
— Как раз вовремя, Джимми. А то я уже стал думать, что эта беседа меня убьет раньше, чем сегодняшнее похмелье.
Я встаю со стула и подхожу к своему адвокату.
— Джордан, я прошу прощения, на 32й сейчас ужасные пробки.
— Ничего страшного, я никуда не тороплюсь. Господа агенты, всего доброго. Если захотите найти работу получше — уверен, мой номер телефона вы найдете в той же папке.


Вечером того же дня. В одном из бруклинских домов.

На его рабочем столе среди кучи неоплаченных счетов можно разглядеть семейное фото: он, двое детей и жена. На этих снимках семья Стивенсонов еще улыбается.
Стивенсон тянет руку к уже пустой пачке сигарет на своем столе. Он сминает её и выбрасывает в уже полную окурков урну.
Ему на глаза попадается толстая папка с инициалами «Дж. Белфорт». Агент открывает папку и находит номер телефона. Его рука тянется к телефону, стоящему на столе.

❤️ — позвонить Белфорту
☠️ — не трогать телефон

— Что это еще за хрень?!
— Какая хрень?
— Эта, эта!
— Реклама, наверное.
— Реклама чего?!
— Чего-то абстрактного.
Три билборда на границе Эббинга, Миссури (2017)


— Скидки в Леруа Мерлен. Возьмите флаер, — обратился ко мне человек, облаченный в доспех из билборда. Увидев отсутствие реакции на его контекстуальное вторжение, он повторил свою мантру девушке, шедшей позади и также пересекающей Таганскую площадь, одарившей его взглядом, полного «признания и благодарности». Ведь это так уместно.
Удивительно точные настройки геотаргетинга, учитывая, что ближайший одноименный строительный гипермаркет находится в 5 км.
Вот и погрузившись в размышления на тему очередной продуктовой фичи, включая план о том как весь мир избавить от назойливой рекламы и погрузить в натив, внезапно разрывает внутренний нарратив очередной рекламный рыцарь, словно ученик Слизерина по специальности «Маркетинг и реклама», но только вновь оставшийся на второй год... читает заклинание «скидка 15% на фанеру и товары для огорода», возвращающее тебя, словно обычного магла, не в очередь на кассу с кучей непонятно зачем, но фанерой, а в суровую реальность аллоцирования рекламных бюджетов.

Невольно вспоминаешь, как 2 года назад мы у себя в агентстве хотели снять POV-ролик о человеке, который не видит рекламу — о герое со встроенным AdBlock’ом, включая наружную рекламу: от билборда и флаера, вплоть до фирменного свуша на кроссовках. Тогда нам это казалось забавным способом привлечь внимание к зачаткам нашего нативного стартапа, а сейчас в ожидаемой последовательности «получаем флаер —> едем 5 км до магазина —> покупаем фанеру —> улыбаемся и машем» это скорее похоже на условный рефлекс. Рефлекс как способность не видеть и не замечать. Словно перемены на президентском посту в РФ.

А сегодня, живя во времена информационного потопа, в процессе которого каждый из нас так стремится построить свой контекстуальный ковчег из соц.сетей, любимых сериалов и subscriptions на любимых блогеров… 300 метров спустя ты замечаешь тот же флаер, но в более «нативном» масштабе 60:1. С робким указателем «5 км». До досок для вашего ковчега.

Что с этим делать и как вообще жить без AdBlock'а в глазах — я поделился своим мнением вместе с ребятами из Яндекс и Мегафона.

Всем холизма.

Первые маркетологи, увидевшие как по электронному морю почты приближается что-то темно-зеленое и непонятное вообразили, что это спам. Но когда первые строчки письма были прочитаны, а презентация открыта, они словно рыбаки, нашедшие выброшенный предмет на сушу, очистили его от опутывающих водорослей, от щупалец медуз и рыбьей чешуи, которые он на себе нес, вот тогда они и поняли, что это стартап.
Они, словно дети этих рыбаков, играли целый день с прототипом. Нагружая его и тестируя новый, ранее недоступный даже в собственных мечтах потенциал, пока этот стартап не увидел кто-то из продактов.

Он отнес его в ближайшую переговорку, заметив, что по содержанию и сути он тяжелее, чем любой другой стартап, и подумал, что, быть может, волны рынка носили его слишком долго и его value proposition пропитался смыслом. Когда же они открыли питч-дек, то увидели, что в нем нет сравнительных оборотов в стиле «убер для туристов», «тиндер для охранников» или «лучшая программатик-платформа», тогда они и подумали, что это нечто большее, чем очередной набор беспорядочных букв с приставкой «стартап».
Каждый из продактов почувствовал запах карибского моря, теплый песок под ногами и бесконечное солнце — все признаки потенциальной премии.
Достаточно было первых слайдов, чтобы увидеть: он не местный. На их рынке, словно прибрежной рыбачьей деревеньки, было от силы два десятка сколоченных из досок лачуг, около каждой дворик — голые камни, на которых не росло ни цветка, — и рассыпаны эти домишки в свойственной всем местным стартапам манере: максимально тесно и на маленьком участке, словно игнорируя бескрайние поля вокруг.

Но в этот вечер в море не вышел никто. Пока продакты выясняли возможности прототипа, аккаунты основных клиентов, словно послушные жены рыбаков, взяли на себя заботу об этом «утопленнике». Пучками дрока они стерли тину, достали из его волос остатки водорослей и скребками, которыми они очищают рыбу от чешуи, очистил его от ракушек. Делая это, они заметили, что водоросли на нем из дальних океанов, а его одежда разорвана в клочья, словно он плыл через лабиринты кораллов. Это был стартап не из ФРИИ.
Но только когда очистили его совсем, они поняли, какой он был, и от этого у них перехватило дыхание — его создали русские ребята, которые были просто никому не нужны.
Они заметили также, что свою смерть он переносит с гордым достоинством — на лице его не было выражения одиночества, свойственного утонувшим в их море, но не было в нем и отталкивающего выражения муки, написанного на лицах тех, кто утонул в реке.
Он был самый перспективный, самый красивый, самой лучшей оценки и самый нативный стартап, какого они видели за свою жизнь, и даже теперь, уже мертвый для их рынка, когда они впервые на него смотрели, он не укладывался в их воображении.

Они думали: власть, которой бы он обладал, была бы так велика, что, позови он любого рекламодателя, тот словно рыба прыгнул бы к нему из моря, и в работу он вкладывал бы столько старания, что из безводных камней двориков их рекламных бюджетов забили бы родники и он сумел бы засеять цветами прибрежные крутые скалы. Втайне аккаунты сравнивали его со своими продактами и маркетологами и думали, что тем за всю жизнь не сделать того, что он смог бы сделать за одну ночь, и остановились на том, что в душе отреклись от своих продактов как от самых ничтожных и жалких существ на свете. Так они блуждали по лабиринтам своей фантазии.

Продакты решили, что все эти слезы и вздохи не стоят их внимания. Уставшие от ночных и мучительных тестов, теперь они хотели только одного: прежде чем их остановит яростное солнце этого безветренного дня, раз и навсегда избавиться от этого стартапа. Из своих стандартных для ответа фраз, словно фок-мачт и кусков парусины, они соорудили носилки. Чтобы течения не вынесли его, как это не раз бывало с другими стартапами, снова на их берег, они решили привязать к его ногам ржавый якорь какого-то судна, поставив в копию кого-то из верховного менеджмента — тогда утопленник легко опустится на самое дно, в самые глубины, туда где даже рыбы умирают от одиночества.
Но чем больше спешили продакты, тем больше причин затянуть время находили аккаунты. Они носились как перепуганные куры, зная что именно натива и хотят их клиенты, хватали отчеты с kpi, сверяя с прошлогодним планом, попутно надевая на руку утопленнику, словно в подтверждение собственных догадок, браслет верного курса. Другие же просто хотели чем-то помочь, и старались изо всех сил, лишь мешая продактам, в души к которым закрались подозрения, к чему это, столько побрякушек для какого-то стартапа, ведь все равно он мертв, а его тело сжуют акулы рынка, но аккаунты продолжали рыться в своих закромах, словно надеясь, что это воскресит стартап. Между тем из их вздохов становилось ясно то, чего не объясняли бы даже их слезы, и наконец терпение мужчин лопнуло, с какой стати столько возни из-за стартапа, выкинутого морем, неизвестного утопленника, груды даже не до конца понятного ими прототипа. И одна из девушек-аккаунтов, уязвленная таким безразличием и ханжеством продактов сняла платок с лица мертвеца, и тогда дыхание перехватило и у продактов.

Да, это был стартап по нативной рекламе. Не надо было повторять еще раз, чтобы все это поняли. Другого такого на свете быть не может, и вот он лежит перед ними с лицом, которое стоило бы увидеть: ему стыдно, он не виноват, что он такой нативный, не виноват, что такой большой и красивый, и, знай он, что все так произойдет, то нашел бы другое, более приличное агентство, где утонуть, к берегам которого прибило бы его тело.
В том, какой он, было столько правды и смысла, что даже самых подозрительных из продактов, тех, кому опостылели трудные ночи моря, ибо их страшила мысль о том, что аккаунтам наскучит мечтать о них и их решениях, и они начнут мечтать о стартапах, пронизал трепет от искренности.

И вот теперь, уже споря о чести кому из них нести его на плечах к обрыву, работники агентства впервые поняли, как безрадостны их совещания, бессмысленны их kpi, узки их мечты рядом с великолепием и красотой утопленника. Они сбросили его с обрыва, так и не привязав якоря, чтобы он мог вернуться когда захочет, и затаили дыхание на тот вырванный из столетий миг, который предшествовал падению тела в бездну. Им даже не нужно было теперь смотреть друг на друга, чтобы понять: они уже не все тут и никогда все не будут.
Но они знали также, что отныне все будет по-другому: выкрасят фасады своих домов в веселые цвета и костьми лягут, а добьются, чтобы из безводных камней рекламных бюджетов забили родники, и посеют цветы на крутых склонах прибрежных скал, и на рассветах грядущих лет новые клиенты, словно пассажиры огромных судов будут просыпаться, задыхаясь от аромата садов в море, полном натива, и капитан спустится в своей парадной форме, показывая на мыс, горой из роз поднявшийся на горизонте восточного побережья, скажет на всех языках:
— Смотрите, там, где ветер теперь так кроток, что укладывается спать под кроватями; там, где солнце светит так ярко, что подсолнечники не знают, в какую сторону повернуться; там, именно там находится офис NativeOS.

«Порою в рекламе больше науки, чем рекламы. Многие люди не понимают этого».
Рик и Морти (2013)

Я настолько согласен с Риком, что даже взял на себя смелость видоизменить его цитату. Именно с этой цитаты и началось одно из моих выступлений в Нью-Йорке.
Именно эта фраза является наиболее характерной для описания того, что мы делаем: скрещиваем науку вместе с медиа.

Не можешь захватить рынок? Создай свой собственный.
И именно в этом и заключается стратегия голубого океана, ярким примером которой является «Cirque du Soleil», совместивший в себе цирковое веселье и развлечение плюс интеллектуальную глубину и сокровища театрального артистизма, тем самым сформулировав по-новому саму проблему. То есть сама инновация ценности как таковой связана с переопределением проблемы, на которой сконцентрировано внимание рынка, нежели с поиском решений существующих проблем. Вот и осознав, а главное применив (ведь осознание ≠ применение) эту аксиому цирк привлек аудиторию, ранее цирком не интересующуюся.

Вот и Рик, в свойственной лишь ему одному манере, бросающий фразу в контексте сериала «Mad men» — это и есть наш голубой океан. Только нативный.
Заменив театр и цирк на науку и медиа, мы получаем наш собственный нативный океан, называя себя #RealNativeMen.
И сейчас, когда все финансовые вопросы улажены, команда безумцев окончательно собрана, а продукт в фазе активной разработки — наступает время проверить наш океан на глубину. Ну а чтобы не пришлось скроллить вверх или вновь перечитывать статьи про нас (просто мы уверены, что так делаем не только мы одни), по ссылке ниже наша обновленная презентация, как первая ласточка нашей новой и улучшенной версии сайта. Нам нечего скрывать. Особенно такую красоту.
Всем холизма!

https://nativeos.ru/

Воу!
Тем временем количество установок нашего, как нам казалось, местечкового, но крайне нативного стикерпака перевалило за 350 установок!
Сложноконверсионное и непонятно зачем, но все-таки событие.
Холистическое спасибо и хорошей пятницы!

— Как собрать отряд самоубийц?
— Почему любой KPI — это абстрактно?
— Как стать вампиром из-за разницы в 8 часов?
— Холизм как лучший workflow;
— А также 5 причин почему тебе не нужны инвестиции…

Ответы на эти и многие другие нативные вопросы будут даны в процессе моего панельного доклада в стилистике Blade Runner, да еще и в самом сердце Москвы — куда меня пригласили выступить на митапе «Почему умирают стартапы?»

Поэтому если 18 апреля вы будете в столице РФ, то существует высокая вероятность узнать побольше про натив не только через текст постов в этом канале, но и увидеть меня живьем, просто познакомиться, а также узнать «почему же Райан Гослинг это 100% натив?», а медиарынок РФ — это военный полигон.
Регистрируйтесь по этой ссылке, а если у вас нет проекта, то просто поставьте хэштег #nativeos.

Также, учитывая плотный календарь апреля на мой затянувшийся период российской экспансии (я все еще занят процессом сбора документов для грин-карты), у меня запланировано еще 5 выступлений в Москве. Начиная от встречи с Правительством РФ (мы пока не знаем: хорошо это или плохо) о новой программе цифровой экономики, заканчивая нативным евангелизмом в медиа на тему грядущей нативной AI-революции.

Внимание, вопрос!
Интересно ли вам получать информацию о наших редких, но крайне нативных выступлениях в России и/или анонсы о наших вебинарах?

❤️ — «Нативно, супер!»
☠️ — «это не натив»

Раз уж результаты поста выше столь однозначны, то делюсь первым вебинаром, который начнется сегодня в 19:00.
Особенно интересно будет послушать не столько меня как Marvin Liao — управляющего партнера 500 Startups, который из инвестиционного сердца Сан-Франциско расскажет об одном из самых известных акселераторов мира, как туда попасть, но и в целом закроет часть про Silicon Valley и с чем её едят.
Я же в качестве обратной стороны медали расскажу про Нью-Йорк, необходимые скиллы и первые шаги, особенно если вы AdTech-стартап.

Также завтра будет еще один вебинар, где я расскажу об акселерации, США и нативе.
Stay tuned. Be native.

https://events.webinar.ru/398897/1076121

Меня часто спрашивают стартаперы:
— Почему ты считаешь, что мы тебя о чем то спрашиваем?

Поэтому именно сегодня в 20:00 (MSK) с ребятами из Dumb Startup мы решили записать вебинар на тему «Как попасть в американский акселератор?»
Попробуем разобрать на нашем нативном примере алгоритм действий, а в конце примерно 2х-часовой лекции, даже заново собрать рецепт попадания в США через акселератор.
Обсудим все от сбора команды на примере нашей уже девятки (но все еще омерзительной), кастомизации продукта и попадании в топ-10 стартапов вплоть до ответа на вопрос «как влияет курс биткоина на покупку оцелота?»

Stay tuned. Be native.
Vsem kholizma!

http://dumbstartup.co/see/26