Как человек, выстроивший личность на любви к мультсериалу «Эй, Арнольд», я просто не мог пройти мимо группы Footballhead. Их новый альбом «Weight Of The Truth» звучит так, будто по СТС окончился блок никелодеоновских мультиков, ты переключил на МТВ, а там Линкин Парк, Лимп Бизкит, Папа Роач, постгранж, молл эмо и всё-всё-всё.

От риффов и гитарного тона до оформления обложки, «Weight Of The Truth» – это концентрированные нулевые. Стиль, звук и дух эпохи переданы просто идеально, при этом без кринжа, со вкусом, а главное – со всей искренностью. Хочется вернуться на 20 лет назад, прийти домой из школы, включить этот диск на музыкальном центре на полную громкость и катать в какую-нибудь НФСку, или просто валяться на полу. А потом пойти обедать под «Эй, Арнольд». Кстати, очень нужно, чтобы в России появилась группа Репоголовый!

Слушать альбом на стриминагх

​Виндмиллские пельмени: Кэмерон Пиктон из black midi выступил альбом отменного прогрессив-фолка.

My New Band Believe — так называется сольный проект Пиктона. Название явилось Кэмерону после ночи, проведённой в Китае в бреду из-за пищевого отравления — всему виной был испорченный пельмень. Гастролировал музыкант в составе black midi — там он был несколько в тени фронтмена Джорди Грипа, хотя поклонникам запомнился его проникновенный вокал, например, в песне «bmbmbm». Теперь black midi больше нет, и настало время выйти из тени.

На дебютном альбоме My New Band Believe звучит прог-фолк. В принципе, это не новость для Виндмилл-сцены: те же Black Country, New Road на своём прошлогоднем альбоме «Forever Howlong» двинулись примерно в ту же сторону. У Пиктона получилось даже более барочно: затейливые гитарные переборы, переливы струнных, раскатистое фортепиано, вкрапления духовых. Если black midi высекали искры электричества и, при всей замороченности своей музыки, могли раскачать и большую фестивальную толпу, то Кэмерон переносит представление на камерную сцену — и творит там свои камерные (кэмерные) чудеса.

Над записью трудилась целая армия — 22 инструменталиста, включая целую секцию виолончелей и 50-струнный оркестр. Среди приглашённых участников — музыканты из групп caroline, Jockstrap и тех же BC,NR. Впрочем, от такого количества гостей музыка не рассыпается — за ней стоит авторская воля и видение. Альбом ощутимо делится на две стороны, на каждой — по три кратких песни и эпопее на восемь минут. Первая из них, отсылающая к Конраду «Heart of Darkness», проходит путь от британского фолка к южному соулу, чтобы в конце провалиться в зловещий, расшатанный атональный инструментал. Ещё один эпос — «Actress»; в соответствии с названием, это самая театральная вещь альбома.

На таком фоне не теряются и коротыши. Не проходите мимо «Pearls» — она печально красива и напоминает о King Crimson в их редких акустических проявлениях. Но главный хайлайт — «Love Story». Это не кавер на Тейлор Свифт (впрочем, black midi однажды удачно её перепели), а самостоятельная вещь, трогательная баллада, начинающаяся со слов «Ты — любовь моей жизни» и продолжающаяся вопросом «Что ты будешь на ужин — картошку или рис?». Если классические прог-альбомы часто грешили пафосом, то современные представители жанра умеют его сбивать.

Конечно же, напрашиваются сравнения с Джорди Грипом и его дебютным альбомом «The New Sound», и пока трудно сказать, в чью пользу. На стороне Грипа — фонтан экспрессии, экзотика, ярость, выкрученная на максимум. С другой стороны, его пластинка со своим изрядным хронометражем к концу несколько утомляет, в то время как Пиктон выдерживает тайминг идеально: 36 минут пролетают в мгновение ока. Собственно, одна из песен так и называется — «In the Blink of an Eye». Вот такие пироги. В смысле, пельмени.

My New Band Believe — My New Band Believe (2026)

#0107_album #progressive_folk #chamber_folk #avant_folk

Слушать

Текст: Дмитрий Ханчин

Выбрать любимую манчестерскую группу – задача со звёздочкой. Buzzcocks или Magazine? Joy Division или The Fall? New Order или The Smiths? The Stone Roses или Happy Mondays? Oasis или The Verve? 808 State или Химические братья? Или вот – Maruja или Mandy, Indiana? Всех люблю, но сердце ставит на извечного андердога – Вини Райли.

Вини Райли – это The Durutti Column, а The Durutti Column – это Вини Райли. Саму группу, её название, философию и эстетику выдумал Тони Уилсон, но гитарная игра Вини стала её душой, да и, в общем-то, её основным содержанием. Он приходил на студию с готовым видением и записывался с первого дубля. Его необыкновенными мелодиями можно любоваться как морозными узорами на стекле.

По сути, Вини всю жизнь сочинял гитарные пьесы. Предпочитал чистый, чуть смазанный хорусом и ревером звук. Иногда его гитару поддерживали живые барабаны, шелест драм-машины или студийные эффекты Мартина Хэннета. Иногда в музыке возникали сэмплы из старых соул-певцов или слабый призрачный голос самого Вини.

Почти не было баса, что нонсенс для пост-панка. Но его отсутствие придавало музыке лёгкость и простор. Вот, например, одна из моих любимых композиций Messidor – звучит так, будто ты находишься посреди огромного заснеженного поля. Многие сочинения Вини вызывают визуальные ассоциации – его музыка вообще очень изобразительна, похожа на импрессионистские зарисовки или художественную фотографию.

Райли был одним из немногих, с кем Иэн Кёртис мог действительно поговорить по душам о своих недугах, физических и ментальных – они были своего рода собратьями по несчастью. Вини всю жизнь страдал от депрессии, нервной анорексии и ПТСР (юность он провёл в среде манчестерских уличных банд), несколько раз пытался свести счёты с жизнью.

В последние годы Вини живёт затворником, после нескольких инсультов почти утратил способность играть на гитаре. Не сказать, чтобы его наследие пользовалось большой популярностью, хотя коллеги признают его талант: Джон Фрушанте как-то назвал Райли лучшим гитаристом в мире, а Брайан Ино называл LC своим самым любимым альбомом. В прошлом году название The Durutti Column было на слуху благодаря тому, что у Blood Orange вышел трек с сэмплом гитарной игры Райли – абсолютно роскошный. Ещё музыку группы можно услышать в сериале «Медведь» и в фильме «Пассажиры ночи».

Послушайте LC – Ино прав, это и правда лучший альбом Колонны Дурутти (остальные, впрочем, не хуже), почитайте у Коли Грунина о том, как Иен Кёртис клеил пластинки, а если располагаете временем, то не проходите мимо этого невероятного материала от Radio Einfall – в общем-то, всё, что я знаю о Дурутти, я узнал оттуда, это фантастическая работа, один из моих любимых текстов о музыке.

Ну и, конечно, приходите сегодня на лекцию о манчестерской музыке – про Дурутти, в числе прочего, тоже поговорим.

забыл добавить The Fall — будут вне рейтингов

Все так рады возвращению Boards of Canada! И я, конечно, тоже очень рад. В последний раз мы виделись с группой 13 лет назад — тогда выходил Tomorrow’s Harvest. Его, в свою очередь, ждали 9 лет. Из большой IDM-тройки канадские доски оказались самыми неторопливыми: Autechre просто заваливают слушателя материалом, Афекс давно не проявлял себя в альбомном формате, однако в целом материалом балует.

Почему Boards of Canada могут позволить себе молчать 13 лет, но любая весточка от них вызывает настолько бурную реакцию?

Мне кажется, гениальность, по крайней мере в искусстве, заключается в умении сделать свой сугубо личный опыт понятным каждому. Майкл и Маркус перерабатывали в музыку воспоминания и ощущения из детства, а конкретно — увиденные по телевизору фильмы о природе и образовательные мультики National Film Board of Canada. Вдохновлялись не столько содержанием, сколько зернистой картинкой и саундтреком — ранней примитивной электроникой.

Рискну предположить, что большинство слушателей BoC не видели конкретно этих фильмов. Однако музыканты попали в точку: их дебютник Music Has a Right to Children вызывает смутные и волнующие воспоминания у каждого, кто некогда попадал под мистический гипноз вечернего телеэфира, когда за экранной рябью чудится нечто потустороннее.

Впрочем, вспоминалось и другое — пустые школьные кабинеты, парк в будни, разглядывание старых фотографий, странное ощущение остановившегося времени, которое возникает в просторной гостиной в пасмурный дождливый день. В общем, какие-то бессобытийные моменты, которые, бывает, задерживаются в памяти покрепче каких-то драматических жизненных перипетий.

До BoC электронная музыка стремилась быть футуристичной, открывать новые, неслыханные раньше звуки. Были ли доски первыми электронщиками, решившими обернуться назад? Одними из первых — наверняка. Пока Autechre устремлялись куда-то в сверкающее будущее, BoC состаривали свои биты, любили шум плёнки, предпочитали плывущий, нестабильный тон синтезаторов, делали пыльный звук, напитанный ностальгией. Может, они ещё тогда почувствовали, что будущее — не то место, где стоило бы оказаться?

Второй альбом Geogaddi получился более тёмным и тревожным — блаженный полусон у мерцающего телеэкрана сменился ночным кошмаром. Третий, The Campfire Headphase, напротив, вышел у группы самым расслабленным — можно послушать на пляже. На Tomorrow’s Harvest наивные семидесятнические синтезаторные переливы уступили место напряжённым восьмидесятническим арпеджио — местами альбом звучит как саундтрек к “Очень странным делам”. Настроение сменилось на тревожное, настороженное — будто Майкл и Маркус и вправду заглянули в будущее, и увиденное им не понравилось. Как тут не вспомнить, что последний трек с альбома называется Semena Mertvykh.

Возможно, именно BoC проложили дорогу хонтологам всех мастей, от звуковых библиотекарей с лейбла Ghost Box до всяких деятелей вейпорвейва, при этом остались как-то сами по себе — потому что всегда мерещились как-то по особому.

В перерывах между написанием текстов про нормальный инди-рок я также иногда занимаюсь и более привычной журналистской работой — вот, например, на ИМИ вышел мой большой материал про профессию бэкстейдж-менеджера.

Пообщался с людьми, у которых был опыт работы на бэкстейдже — от фестиваля Боль до Enter Shikari и Льва Лещенко, от московских мероприятий до уральских. Мне кажется, получилось интересно. Внутри вы найдёте:

— истории про необычный райдер (Shortparis просили поставить в гримёрке икону, группа Daughters — фотографию морского чудовища)
— форс-мажоры (забег с чемоданами, заплыв на лодках, история про то, как GSPD и Dead Blonde потеряли барсетку с паспортами на фудкорте в Гринвиче)
— как войти в профессию
— какие бывают гонорары
— без каких качеств не обойтись
— как не выгореть и сохранить личные границы