​Амбиции мастеров: о новом альбоме Converge.

В 2001 году своим шедевральным альбомом «Jane Doe» бостонская группа Converge до небес задрала планку для всего металкора (допрыгнуть так никто и не смог) и символически открыла в тяжёлой музыке XXI век. Сами же «Коржи» при этом не стали почивать на лаврах, а продолжили череду безупречных релизов: мрачный «You Fail Me», боевитый «No Heroes», эклектичный и изобретательный «Axe to Fall», прямолинейный и эмоциональный «All We Love We Leave Behind». Последним полноценным альбомом был «The Dusk in Us» — просто крепкая и хитовая работа.

Чем дальше, тем больше в репертуаре группы появлялось медленных атмосферно-сладжевых вещей — в итоге это вылилось в совместный альбом с Чесли Вулф «Bloodmoon: I». Протяжный готичный метал этой работы звучал убедительно, но пришёлся по вкусу не всем слушателям. Число «I» в названии намекало на продолжение, и некоторые поклонники с ужасом ожидали, что новый релиз Converge будет продолжением заДУМчивых опытов с Вулф. Но опасения оказались напрасными: «Love is Not Enough» — это классические «Коржи» во всей красе.

Альбом длится полчаса и являет собой дискографию в группы в миниатюре. Первая его половина — зазубренные боевики-двухминутки: брутально-хаотичная геометрия, тщательно выверенная схема ссадин и порезов. Особняком стоит песня «Bad Faith» — потенциально это самое качовое, что мы услышим в 2025-м.

Небольшая передышка на дроуновую интерлюдию — и мы ступаем на топкие территории поздних сладжевых Converge: темп понижается, хронометраж песен растёт. На медленном огне альбом доходит до точки кипения в эпическом номере «Make Me Forget You», где гитара Курта Баллу высекает чуть ли не самые трагичные проигрыши в карьере группы, Джейкоб Бэннон орёт с библейской мощью в голосе, а каждая секунда — как целый мир. После такого остаётся только место для горького подведения итогов в песне «We Were Never the Same», где Бэннон, вслед за группой «Кровосток», констатирует: «Всё что есть у нас — это только потери».

В старом игровом журнале «Game EXE» в рецензии на «Ил-2 Штурмовик» была достойная цитирования фраза: «Невыносимее амбиций новичков может быть только усталость мастеров. И только одна вещь не даёт врожденному оптимизму погибнуть, цветам увянуть, а солнцу закатиться окончательно и навсегда. Амбиции мастеров». Новый альбом Converge идеально иллюстрирует эти слова.

Converge — Love is Not Enough (2026)

#0107_album #metalcore #mathcore #sludge_metal

Слушать

Текст: Дмитрий Ханчин

Через неделю встречаемся в Синдроме на лекции про брит-поп!

Брит-попу я обязан почти всем: Blur стали важнейшей частью моего музыкального образования, Suede – саундтреком к угарным годам юности, Pulp я полюбил недавно, но крепко, а Oasis… О них, об Elastica, The Verve, Маргарет Тэтчер, Тони Блэре, великой брит-поповой войне, музыке для драки с братом и всём-всём-всём будем говорить 26 февраля в Syndrome Bar.

Билеты можно купить здесь. Также можно по скидке приобрести абонемент сразу на четыре лекции: в ближайшие месяцы будем также говорить про пост-панк, саундтреки Резнора и музыкальные опыты Линча.

Всё еще не могу поверить — Николая Комягина больше нет.

Меня, наверное, можно назвать отчасти олдом — слушал Shortparis со времён их ранних релизов, где они ещё пели на английском и французском. Особенно изумлял кавер на любимых Swans, ещё и песню-то какую выбрали — “You Need Me”, первую у Свонз, где пела Джарбо.

Живьём же я застал их только раз, уже в прайме — 2019-й год, Ural Music Night, на открытой сцене, ближе к полуночи. Начали с опозданием, и немалым, но устроили такой рейв, что земля дрожала под ногами.

На российской музыкальной сцене Shortparis постоянно повышали ставки и давали всем остальным её участникам хорошего такого пинка. Показывали, как вообще можно: не просто отыграть концерт, а устроить перформанс; превратить рядовое интервью в манифест; выпустить не просто песню с клипом, а высказывание. Подвергать всё и вся сомнению, перепридумывать себя на каждом шагу.

От всего их творчества, всегда было ощущение, будто ведешь диалог с умным и очень требовательным человеком, причём требовательным как к окружающей реальности, так и к самому себе.

И диалог этот ещё далёк от завершения: в своё творчество они вбухали столько мыслительной работы, что разбираться в этом всём хватит ещё надолго. Светлая память.

Аркадий Романов – «Это было в России»

Недавно по странному стечению (истечению?) обстоятельств почти одновременно вышло сразу две книги, осмысляющие современную российскую музыку – «Когда мы поём, поднимается ветер» Александра Горбачёва (признан иноагентом) и «Это было в России» Аркадия Романова. Не успел пока добраться до первой, но уже прочитал вторую – с большим удовольствием.

Аркадий – журналист, блогер, лектор, автор подкаста «На репите», участник нескольких групп (в общем, прямо как я, только более успешный!). Его книга – хроника российской музыки 2010-х. От начала десятилетия, с англоязычным инди и падик-рэпом, через взлёт янграши и ноябрьский переворот – к бурной второй половине 10-х, когда расцвело всё, что только можно.

Кирпич на 500 страниц проглатывается на максимальной скорости: Аркадий пишет легко, лихо, свободно – просто не оторваться.

Книгу вряд ли можно считать объективным музыкальным учебником, да Аркадий и сам в прологе заявляет: «Всё, что вы здесь прочтёте, – моё личное мнение, оценка и интерпретация тех или иных событий». В итоге самые интересные главы – те, где как раз сильнее всего проявляется авторская позиция. Это внезапная и совершенно уморительная глава-дисс на Олю Маркес. Это неожиданно подробный разбор позднего творчества КиШа. И, конечно, это главы про рэп. Аркадий не чужд этому жанру – он баттлил с Сашей Скулом, присутствовал на том самом баттле с Янг Трэппой, сидел на студии у Хаски и так далее. В этих главах он пишет объёмные портреты, ведёт репортажи из гущи событий, выдаёт мощную аналитику.

Чуть менее подробно получилось про инди-сцену – например, группе «Спасибо» уделено пол-абзаца, а для меня, например, это самая любимая и вдохновляющая российская гитарная группа десятилетия. Но это уже вопрос личных пристрастий. В любом случае общая картинка выстраивается объёмной: тут и Муджус, и Стрыкало, и абстрактный рэп, и думер-вейв, и ПКФБ, и даже Константин Ступин – действительно пёстрое десятилетие.

По большому счёту, только одна фраза на этих 500 страницах резанула глаза и вызвала внутренний протест: «хипстерское безвременье 2009-2014 годов». Сквозь книгу проходит мысль о том, что начало декады было провальным и музыка зачастую звучала в никуда, а потом сформировалась новая индустрия, закрутились деньги и пошла жара.

В принципе, это справедливо и можно проследить на фоне моей любимой группы «Городок Чекистов»: парни собрались в 2009-м, гениально предвосхитили расцвет пост-панка, но сами не построили особой карьеры – пара альбомов, один тур и тихий распад. Возникшие позже PLOHO и «Буерак» добились куда большей известности, а появившиеся ещё позднее откровенно вторичные «Молчат Дома» и вовсе стали мировым феноменом. Подобных примеров найдётся ещё много, и всё же…

…и всё же я не согласен, что это было безвременье. Были альбомы, были песни, были концерты, были фестивали, были крутые привозы, была движуха, была жизнь, было время! Но, возможно, я так за это цепляюсь потому, что именно на обозначенный автором временной промежуток пришлась самая активная, самая тусовая фаза моей юности, и я хочу как-то за неё заступиться.

Ещё один момент. Как человек, болеющий сердцем за екатеринбургскую сцену, я, конечно, искал на страницах книги земляков. И вот кого я встретил: Катя Павлова, Оля Маркес, Даниэль Шейк, Монеточка (признана иноагентом), Флэш. Совсем чуть-чуть «Курары» и «Сансары». И, конечно, «Городок Чекистов». Возможно, кого-то пропустил (upd: пропустил Ситникова!), но в целом – негусто. И это, пожалуй, справедливо: десятилетие и правда вышло для Екатеринбурга не слишком богатым на какие-то значимые имена и релизы. Настоящая уральская инди-революция, как запоздалый цветок, распускается только сейчас, посреди, так сказать, тёмных двадцатых. Она заслуживает отдельной книги, но её должен написать, конечно, другой автор (может быть, я?)

А заказать книгу «Это было в России» можно здесь.

Никогда не забуду момент, когда впервые осознано послушал Radiohead: было ранее зимнее утро, я ел овсянку и почему-то решил включить под это дело нарезанный кем-то диск, который дала мне послушать малознакомая, в сущности, одношкольница. Там, среди прочего, был альбом Hail to the Thief. С первых же звуков «2+2=5» меня как будто подключили к розетке. А ко второму треку я понял, что всё, пропал.

HTTT в дискографии группы считается альбомом второго плана, но я рад, что моё первое знакомство было именно с ним. Во-первых, это было ровно то, что нужно человеку в 16 лет. А во-вторых, он сразу объяснил мне, что Radiohead бывают максимально разными. После него я с удовольствием воспринимал что гитарный The Bends, что электронный Kid A, и никакого противоречия для меня не существовало.

Обычно Radiohead свои альбомы пишут в муках, в ветхих викторианских особняках, без отопления и канализации, в окружении бегающих крыс, в бесконечных конфликтах и с ощущением, что назавтра распадутся. HTTT же они записали за пару недель в Лос-Анджелесе, в перерывах между вечеринками, катанием по городу на скутерах и поеданием суши.

Откуда мне известны эти волнующие подробности? Из хорошей книги «Музыка побега» Мака Рэндалла. Её и ещё две книги об истории группы мы с Алексеем McLydy намерены разыграть среди наших подписчиков! Подробности – в следующем посте.

🙀🙈🙀🙈🙀🙈🙀🙈🙀🙈🙀🙈🙀🙈🙀🙈🙀🙈🙀🙈
❄️☁️❄️☁️❄️ЭТО РОЗЫГРЫШ НА McLydy FM❄️☁️❄️☁️❄️

Продолжаем опустошать полки и делать подарки дорогим подписчикам. В этот раз на кону коллекция книг о группе Radiohead. Мои рецензии можно почитать здесь, здесь и здесь (о серии). Книг 3, но все они достанутся одному счастливчику!

Для участия вы должны:
– быть подписанным на McLydy FM;
– быть подписанным на Нормальный инди-рок;
– жмякнуть кнопку ниже.

Доставка в любую точку России.
Победителя определит бот. Итоги 9 марта. Всем желаю удачи!

❄️☁️❄️☁️❄️ЭТО РОЗЫГРЫШ НА McLydy FM❄️☁️❄️☁️❄️
🙀🙈🙀🙈🙀🙈🙀🙈🙀🙈🙀🙈🙀🙈🙀🙈🙀🙈🙀🙈

Первые претенденты на титул "самый нормальный инди-рок-2026":

​Любимчики Гриана Чаттена с аккордеоном наперевес и душою нараспашку: The Cardinals и их дебютный альбом.

Как завещал Владимир Ленин, важнейшим из искусств для нас является ирландский пост-панк. Ни года без ярких релизов: 2024-й забрали себе «Фонтаны» со своим «Romance», 2025-й поделили между собой The Murder Capital и SPRINTS, в 2026-м же на сцену выходят новые герои.

Cardinals из Корка. Они успели пошуметь на фестивалях и нарваться на комплименты — например, фронтмен «Фонтанов» Гриан Чаттен назвал их своей любимой ирландской группой. Два года назад «Кардиналы» пообещали выпустить «классический» дебютный альбом — смелое, если не сказать наглое заявление для молодой группы. «Masquerade» — тот случай, когда «пацан сказал — пацан сделал». Это яркая, бойкая, мгновенно цепляющая внимание и не отпускающая до конца пластинка; это заявление о намерениях: «мы пришли, и вы будете с нами считаться!»

Не сказать, чтобы «Кардиналы» предлагали нечто кардинально новое: звучит на альбоме по большей части шумноватый инди-рок. Исполненный с рвением, но сочинённый с умом и работающий на контрастах: вот идёт размашистая и драматичная «Over At Last», а прямо за ней — фолк-панковый угар «Anhedonia».

Почти с ходу группа расчехляет своё секретное оружие — аккордеон, который нисколько не теряется на фоне гитарного грохота и придаёт музыке местного колорита. Иные песни тут играют обертонами шугейза и готик-рока, однако частенько музыканты прибегают к весёлым ритмам келтик-панка, и где-то рядом пролетает беззубый призрак великого Шейна МакГоуэна из The Pogues.

Группа вообще всячески подчёркивает свою локального идентичность — например, в постхардкорной «The Burning of Cork» обращается к мрачным страницам в истории родного города — сожжению Корка британскими войсками в 1920 году. Впрочем, для понимания этого альбома не обязательно штудировать учебники по истории Ирландии: поют «Кардиналы» об универсальных вещах, и историческая подоплёка тут выступает метафорой душевных терзаний.

Находится на альбоме место и романтике. Если у «Фонтанов» было хмурое признание «I Love You», то у «Кардиналов» на этом месте — куда более игривая «I Like You». «Don’t change your hair for me, if you still care for me» — сколько нежности в этих простых строках. Ещё один хайлайт — «Barbed Wire» — гимн беспутной юности: текст у песни таков, что была бы она на русском языке, музыкантам пришлось бы её к первому марта хорошенько зацензурить.

Альбом вышел чертовски вовремя: на исходе зимы эта музыка несёт нам вольные ветра с южного побережья Ирландии. И, вопреки заснеженной обложке, так звучит весна.

Cardinals — Masquerade (2026)

#0107_album #indie_rock #post_punk

Слушать

Текст: Дмитрий Ханчин

Пока составлял предыдущий опрос, злодейским образом забыл добавить величайший альбом Pulp — Different Class. Будем считать, что он вне голосования, абсолютный победитель!

Ничто, абсолютно ничто: вышел новый альбом Nothing — и он хорош.

Доминик Палермо... Подходящее имя для героя какого-нибудь бандитского фильма Гая Ричи, не правда ли? Биография лидера Nothing могла бы вдохновить и режиссёра посерьёзнее: вырос в одном из самых опасных районов Филадельфии, пел в хардкор-группе, угодил в 20 лет в тюрьму, читал за решёткой Достоевского, после выхода на свободу жил в полуразрушенном доме и писал мрачные песни, которые потом вошли в первый альбом группы. И это только начало: дальше были драки, недуги, долгое лечение в больницах. В общем, материал не для Гая Ричи, а, скорее уж, для Валерии Гай Германики.

Nothing во многом предсказали тренд на тяжёлый шугейз и проложили дорожку для групп в диапазоне от Greet Death до своих же земляков They are Gutting a Body of Water. Предыдущий сольник группы «The Great Dismal» придавливал своей мощью к земле, а последовавший за ним совместный альбом с грайндкорщиками Full of Hell местами звучал будто из глубин ада. Казалось, дальше от Nothing можно было ожидать ещё большего утяжеления, однако «A Short History of Decay» делает ставку на другие вещи — например, на сонграйтинг.

Первая же песня встречает слушателя акустической гитарой и текстом, в котором Палермо вспоминает несчастливое детство с жестоким отцом. Голос звучит непривычно разборчиво: Доминик не прячет голос за стеной гитар и не так сильно размывает его ревером, как раньше — ему важнее прямо поговорить о том, что наболело. Например, об эссенциальном треморе — наследственном неврологическом расстройстве, настигшем музыканта в последние годы.

Впрочем, всё это не значит, что Палермо ударился в фолк и забросил перегруз. Второй — и крутейший на альбоме — трек «Cannibal World» являет собой забористый замес из шугейза и джангла. Кажется, что-то подобное пытался провернуть Кевин Шилдс на альбоме «m b v», но у Nothing вышло на несколько порядков мощнее. Заглавная песня и «Toothless Coal» тоже двигаются на ломаных битах: если есть блэкгейз, то почему бы не быть и брейкгейзу?

Временами альбом начинает буксовать на понурых слоукорных песнях, однако свои сильные моменты есть и среди них — например, мрачно-изысканная «Purple Strings», где арфу перебирает великая Мэри Латтимор. А предфинальная «Nerve Scales» удивительным образом напоминает Radiohead одновременно периодов «The Bends» и «In Rainbows».

Может быть, этому релизу и недостаёт сокрушительной мощи того же «The Great Dismal», но это точно самый разнообразный и песенный альбом Nothing.

Nothing — A Short History Of Decay (2026)

#0107_album #shoegaze #indie_rock #slowcore

Слушать

Текст: Дмитрий Ханчин

Самый радиохедовский альбом 2026-го пока записали Ulrika Spacek. Группа британская, не вполне новая — играют с 2014-го, EXPO — их четвёртый альбом.

Песни для него Рис Эдвардс сочинял в ожидании рождения дочери и в размышлениях о том, что её ждёт. Судя по материалу, поводов для оптимизма особо нет: звучит на альбоме довольно жёсткий конструктивистский пост-панк, временами по-артроковому ломаный, временами залетающий на прямые краут-рельсы, временами растекающийся психоделией.

Термин пост-рок тоже подходит, но в своём первоначальном понимании: как и Tortoise 30 лет назад, Ulrika Spacek тут вовсю занимаются автометарефлексией, то есть сэмплируют сами себя.

Коллеги указывают на сходство с великой канадской группой Women — и правда, это тоже довольно ненормальный инди-рок. Тембр вокала и болезненная красота мелодий же напоминают о, собственно, Radiohead.

И к слову о них: напоминаю о нашем розыгрыше книг про Радиохед, успевайте поучаствовать!

Слушать Ulrika Spacek — EXPO на стримингах

В последнее время подзавис на The Cure. Ну а что, зима выдалась долгая и тягостная, спасаемся проверенными средствами. А поскольку дизинтегрейшны, головы на дверях и 17 секунд веры в порнографию уже давно знакомы наизусть, на этот раз подробнее остановился на тёмном и нечасто навещаемом периоде 1996-2008.

Wild Mood Swings (1996), который обычно считается чуть ли не худшим в дискографии, и о котором я вообще забыл, очень порадовал. Думаю, единственный грех этого альбома в том, что он шёл после трёх подряд грандиозных шедевров, и такую конкуренцию выдержать просто невозможно. На деле это, скорее, Kiss Me, Kiss Me, Kiss Me, часть вторая. Ну, то есть, эклектичный набор всяких всячин, шкатулка с драгоценностями. “Want” — абсолютная классика дизинтегрейшновского уровня, “Mint Car” — хороший джэнгл, а самый яркий номер — трагичная “This is a Lie”, правда она мне куда больше полюбилась в камерной версии со сборника Join the Dots — полюбопытствуйте.

Bloodflowers (2000) как был, так и остаётся наименее любимым альбомом у группы (не пишу “нелюбимым”!). Его любит Смит, к нему хорошо относятся поклонники, он считается третьей частью “готической трилогии”, начатой Pornography и продолженной Disintegration, но по-моему, вровень с ними его ставить нельзя (я бы его теперь заменил на Songs of a Lost World). Причём сами песни тут хорошие, но как-то все на одной ноте, а аранжировки вроде бы навороченные, но на самом деле нудноватые и очень dated. А местами альбом вообще звучит как будто с “Нашего радио” — ну вот послушайте вступление к “Maybe Someday”!

The Cure (2004) как любил, так и люблю — ужасно крутой альбом, от которого отрёкся сам Смит, и который не любит часть поклонников. Возможно, дело в участии Росса Робинсона, главного продюсера ню-метала, он заставил немолодых уже мужчин писаться всем вместе разом в студии без наложений, за что Гэллап нарёк его идиотом. Я в упор не слышу на альбоме никакой мазафаки — это просто кьюры в рок-режиме, а рок — это круто, не забываем. Десятиминутка “The Promise” — одна из самых мощных, шокирующих, катарсических, убийственных вещей за всю историю группы — она должна быть в числе непререкаемой кьюровской классики, таково моё желание!

4.13 Dream (2008) — это Kiss Me, Kiss Me, Kiss Me, часть третья. Разнообразный, местами попсово-игривый, местами привычно мрачный, да и просто нормальный альбом The Cure. Моя жена очень любит отсюда открывашку «Underneath the Stars», и я с ней в этом солидарен.

А вообще, любимый альбом The Cure — наверное, A Head on the Door, чистое поп-совершенство (разве что заменить бы проходную “A Screw” на шикарный бисайд “The Exploding Boy”).

А любимая — дурманящая, нездешняя, гибельная “If Only Tonight We Could Sleep”. Как заметил коллега Capybara Tapes, слова к ней Смит будто откопал в закромах мёртвых персидских поэтов: “Если бы только мы могли уснуть этой ночью на ложе из цветов, если бы только мы могли попасть под действие бессмертных чар, если бы только сегодня мы могли бы соскользнуть в глубокую черную воду и дышать, тогда пришел бы ангел с глазами, горящими, точно звезды, и мы утонули бы в его бархатных руках, и дождь плакал бы, пока наши лица исчезают”.

А у вас?

​Наши смертельные краши: о новом альбоме deathcrash.

deathcrash относятся к виндмилл-сцене, однако, в отличие от пёстрых и эклектичных собратьев вроде Black Country, New Road или caroline, предпочитают монохромную звуковую гамму и стилистическое единство. Играют они слоукор по заветам Codeine, временами срываясь на крещендо в духе Mogwai (которые, к слову, тоже на ранних альбомах слоукора не гнушались).

Впрочем, с годами «смертокраши» меняются: если их дебютный альбом «Return» шёл больше часа и был беспросветно мрачен, то третья пластинка охотно укладывается в 40 минут и более разнообразна по настроениям. Меньше вступлений, отступлений и наступлений, зато больше, собственно, песен — чётко обозначенных куплетов, хуков, гимновых припевов. «Это как если бы Coldplay любили Duster», — пишут люди на Rate Your Music, и, при всей дикости аналогии, в этом есть смысл: слоукоровый инструментарий тут поставлен на службу трогательным песням о рутинных вещах.

Впрочем, не всё так уж благостно. Гитары так и норовят сорваться с нежных твинкл-переливов на тяжёлый перегруз — как, например, в эпичной «The Thing You Did», моментальной слоукор-классике. В мощной «NYC» (увы, не кавере на Interpol) вокалист Тьернан Бэнкс выдаёт строчки в духе группы «Городок чекистов»: «Мне 30 лет, карьеры нет, меня это парит, и группа не помогает» (перевод вольный). Ну а эмоциональный пик альбома — «Stay Forever», лирический герой которой мечется от любви до ненависти, чтобы в конце остановиться на втором пункте. Это уже моментальная классика эмо — хоть сейчас в репертуар каких-нибудь Mineral.

В целом же это самый хитовый, открытый и уверенный альбом deathcrash — будто они вышли из тёмного скрипучего подвала на свет, и хоть солнце не дарит улыбки, надо как-то жить эту жизнь.

deathcrash — Somersaults (2026)

#0107_album #slowcore #post_rock #emo

Слушать

Текст: Дмитрий Ханчин

Дело было так. У меня зазвонил телефон. Я взял трубку. На том конце провода был Александр Кушнир. Он сказал: «Дима, сколько зим!». С этим не поспоришь — зим и правда много, когда уже лето.

Далее легендарный журналист, продюсер, автор великой книги «100 магнитоальбомов советского рока» и других, спросил, могу ли я рассказать читателям этого канала о событии, которое состоится 17 марта. Я сказал, что да, конечно же, могу.

Вот такая история. А вот что за событие:

17 марта в аукционном доме «Литфонд» пройдёт аукцион (так и тянет написать через «Ы») артефактов русского рока. Приурочен он к двум круглым датам — 45-летию ленинградского рок-клуба (7 марта) и 40-летию свердловского рок-клуба (15 марта). Впрочем, этими двумя географическими точками коллекция не ограничивается: тут представлен и московский рок-андеграунд, и сибирский панк.

Что там можно будет увидеть? Самые ранние, совсем неизвестные тексты Майка с авторскими правками, магнитоальбомы «Аквариума» и «Зоопарка», фотографии Башлачева, Мамонова и Шевчука, артефакты «Гроба».

Что до свердловской сцены, то тут прямо раздолье. В частности, множество артефактов из ранних наутилусовских времён, когда они ещё писали свои первые альбомы вроде «Разлуки». Концертные снимки «Агаты Кристи», фото с молодой Настей Полевой на защите диплома Бутусова, совсем редкие кадры с группой «Урфин Джюс», ещё до образования рок-клуба записавшей, может быть, лучший советский арт-роковый альбом — монументальный «15». А также — фотографии легендарного фотографа Ильдара Зиганшина с подпольных концертов Цоя и Майка в Свердловске в 1983-м, рукописное поздравление от Кормильцева и многое другое.

Вообще, свердловская музыкальная сцена была очень интересной: «Сонанс» играли краутрок, «Трек» каким-то образом совмещали хард-рок с нью-вейвом и вообще всячески нагнетали апокалиптические настроения, а «Ассоциация» вообще исполняли прыгучий мэдчестер. И это не говоря уж о группах «Водопад имени Вахтанга Кикабидзе», «Вафельный стаканчик» и «Красный хач». В ближайшем будущем я ещё посвящу тут ряд постов самому нормальному свердловскому инди-року.

А подробнее об аукционе можно прочитать здесь.

Лебединое мясо: подкаст про Swans

В новой серии подкаста “Послушай это недолго” обсуждаем титаническую дискографию Swans: от нойз-рока, через дарк-фолк — к пост-року и пост-всему.

В этом эпизоде:
— Частушки про Swans;
— Приключения юного Майкла Джиры;
— Тайна пропавшей гитаристки;
— Почему Burning World не любит Майкл Джира;
— Почему Burning World на самом деле крутой;
— Золотые голоса из свансовского казанка;
— Лучший альбом для качалки;
— Зайчики на обложках;
— Любит ли Майкл Джира кислород;
— И откуда же начинать слушать?

Ведущие подкаста — Катя с канала непостоянное радио и Дима с канала Нормальный инди-рок

Слушать выпуск: Spotify / Яндекс / Apple / Youtube / другие площадки

#послушайэтонедолго