— Но это правда! — она срывается, и в этом вскрике больше усталости, чем злости. — Меня боятся, ненавидят — и поделом. Кто вообще способен полюбить такое… — она запинается, — такое страшное создание? С таким даром?
Черты лица детектива неожиданно смягчаются.
— О. Эти суждения, сеньорина, — он качает головой, — стоит отбросить. Опасно так говорить. Ведь может найтись кто-то…
Его взгляд невольно скользит ниже — тёмная помада почти стёрлась, дыхание сбивчивое, горячее. Большой палец осторожно касается контура нижней губы, медленно проводя по нему — нежно, почти невесомо.
— …кто дерзнёт попробовать, — заканчивает он, не вполне осознавая, как склоняется к ней всё ближе. А Кассандра не отстраняется.