II. 24
IV. 9
IV. 10
IV. 12
IV. 11
Что же есть хорошего для человека в этой жизни: лишь то, что он ел, пил и ублажал душу плодами своих трудов, и это я видел, и это – от Б-га.IV. 9
Лучше, когда есть двое, чем один: у них есть награда в их труде;IV. 10
Ибо если упадут, один поможет подняться другому, а если одиночка упадёт – нет второго, чтобы поднять его; IV. 12
И если атакуют одного, встанут на защиту двоё, а нить тройною – (ещё) тяжелей порвать;IV. 11
Да и если лягут вдвоём, тепло им, а одному – как согреться?🕊3
Forwarded from аронзо одобря
Линии
Беседа с поэтом и художницей Варварой Недеогло об идентичности, языке, стихах и вере
В 2022 году стихи Варвары Недеогло казались удивительным голосом трагической эпохи. А в 2023 году в издательстве асебия вышла и дебютная книга "Русские девочки кончают свободной землёй" с предисловием Александра Бренера. Как взаимодействуют друг с другом…
🕊1
Forwarded from кое-что
Язык так-то это вообще фашизм (по Р. Барту чисто). Каждое означаемое заведомо скомпрометированно означающим. Каждая семантическая единица не имеет ничего общего с предметом, для наименования которого она якобы существует.
А с абстрактными понятиями вообще мрак! Вы вот скажите мне, пожалуйста, что такое «жуткое»? Праиндоевропейское выражение страха смерти? Ну и сколь актуально это смысловое содержание ('Sinngehalt', если хотите) на данный момент времени? Хуйня это всё. Вот бы снова звуками и жестами изъясняться, выцарапывать фигуры зверушек на стенах родной пещеры и бросать камни в огонь для обогрева своего обиталища. Хотя постойте-ка...
Написала этот текст, если что, с отвращением.
А с абстрактными понятиями вообще мрак! Вы вот скажите мне, пожалуйста, что такое «жуткое»? Праиндоевропейское выражение страха смерти? Ну и сколь актуально это смысловое содержание ('Sinngehalt', если хотите) на данный момент времени? Хуйня это всё. Вот бы снова звуками и жестами изъясняться, выцарапывать фигуры зверушек на стенах родной пещеры и бросать камни в огонь для обогрева своего обиталища. Хотя постойте-ка...
Telegram
БОГЕМА ПИТЕРСКАЯ
Бля некоторые слова до того навязли на зубах, что их и использовать уже как-то стыдно. Постправда, метамодерн, междисциплинарное искусство, переосмысление. Но заменить особо нечем, и вот пишешь какой-нибудь текст прям с отвращением изначально
⚡2
Forwarded from Территория простых чисел
Буковски. Что сказать, этот старик стал моим добрым другом на неделю, пока читал его книгу «Фактотум». Читать таланливого человека и отъявленного алкоголика в одном лице (и — лично по моему мнению — прлщика) было интересно и рутинно-монотонно одновременно.
Название происходит от латинского fac totum (делай все). Так обозначают доверенное лицо, выполняющее разные поручения. Название является ключом к книге. Глава за главой Буковски рассказывает про разные низкоуровневые работы, на которых он вкалывал: уборщик, упаковщик, фасовщик, грузчик и еще с десяток профессий подобного рода.
Его часто увольняют, или он сам уходит. Между работами Буковски пишет рассказы и отправляет их в журналы. Мечтает стать писателем, жить этим и зарабатывать на этом (дак это ж я). Временами у него совсем нет денег. Один раз он даже попробовал украсть продукты из овощного магазина, но его спалили: пришлось возвращать.
Пьет он, ну как сказать, не то что много, а чертовски много. Я пытался поставить себя на его место — прикинуть, что со мной было бы, если б я так пил. Наверное, меня уже в живых бы не было.
Часто он попадает в разные переделки из-за своего поведения в нетрезвом виде. То тут, то там у него возникают проблемы с законом.
Его отношения с женщинами — отдельная история. Их было много и многие отношения мимолетны, как и его работы.
Лично мне просто интересно было читать талантливого алкоголика, у которого помимо выпивки есть все-таки еще кое-что — талант писателя и большой багаж историй. Однажды, суд приговорил его полгода посещать собрания «Анонимных алкоголиков». Кажется, из этого ничего не вышло.
Старик все-таки, несмотря на тяжесть его судьбы, умел жить и находить что-то интересное в жизни. По крайней мере, я так увидел его героя и альтер-эго Генри Чинаски.
Интересно было посмотреть и с точки зрения «почему вообще человек пьет? как он становится алкоголиком?». Для меня указания на причины алкоголизма в книге нашлись. Это и детство, отношения с родителями, и беспросветная нищета, в которой он долгое время находился. В общем, замкнутый круг тяжести жизни, где самым быстрым способом спастись от гнета стал алкоголь. Не оправдываю такого подхода к жизни, но и не осуждаю. Чинаски вот именно так научился справляться.
Если интересно, как мыслит алкоголик, рекомендую. Да и так, на досуге полистать — тоже кайф.
Название происходит от латинского fac totum (делай все). Так обозначают доверенное лицо, выполняющее разные поручения. Название является ключом к книге. Глава за главой Буковски рассказывает про разные низкоуровневые работы, на которых он вкалывал: уборщик, упаковщик, фасовщик, грузчик и еще с десяток профессий подобного рода.
Его часто увольняют, или он сам уходит. Между работами Буковски пишет рассказы и отправляет их в журналы. Мечтает стать писателем, жить этим и зарабатывать на этом (дак это ж я). Временами у него совсем нет денег. Один раз он даже попробовал украсть продукты из овощного магазина, но его спалили: пришлось возвращать.
Пьет он, ну как сказать, не то что много, а чертовски много. Я пытался поставить себя на его место — прикинуть, что со мной было бы, если б я так пил. Наверное, меня уже в живых бы не было.
Часто он попадает в разные переделки из-за своего поведения в нетрезвом виде. То тут, то там у него возникают проблемы с законом.
Его отношения с женщинами — отдельная история. Их было много и многие отношения мимолетны, как и его работы.
Лично мне просто интересно было читать талантливого алкоголика, у которого помимо выпивки есть все-таки еще кое-что — талант писателя и большой багаж историй. Однажды, суд приговорил его полгода посещать собрания «Анонимных алкоголиков». Кажется, из этого ничего не вышло.
Старик все-таки, несмотря на тяжесть его судьбы, умел жить и находить что-то интересное в жизни. По крайней мере, я так увидел его героя и альтер-эго Генри Чинаски.
Интересно было посмотреть и с точки зрения «почему вообще человек пьет? как он становится алкоголиком?». Для меня указания на причины алкоголизма в книге нашлись. Это и детство, отношения с родителями, и беспросветная нищета, в которой он долгое время находился. В общем, замкнутый круг тяжести жизни, где самым быстрым способом спастись от гнета стал алкоголь. Не оправдываю такого подхода к жизни, но и не осуждаю. Чинаски вот именно так научился справляться.
Если интересно, как мыслит алкоголик, рекомендую. Да и так, на досуге полистать — тоже кайф.
🕊2
Forwarded from Мирко Влади
Я не хотел писать этот пост или что-то подобное. Но сегодня, на фоне массового разговора про запрет телеграм... И если дальше ничего не говорить, то итог может быть странным.
Сегодня часто говорят про числовые измерения длительности СВО. Но это все риторика. Ошибка современной общественной дискуссии в том, что обсуждают чебурашку, конкретные события и, излишне часто, длину, и ширину линии соприкосновения.
Да, сам по себе текущий момент - тоже фон. Главный вопрос - гораздо глубже и шире. И он выходит за пределы вопроса безопасности.
Руководствуясь логикой безопасности просто жить. Но в таком случае пугает все вокруг - микробы, погода, другие люди, случайной падающий кирпич, нововведения. Зато в такой логике все предельно просто - простой КПД, простая логика, простая суть.
В структурах, где я раньше работал было сложно объяснить руководству, что, например, хорошему сотруднику надо платить, и платить много, что он не природный стахановец. Что человек — это человек, что он не обязан проходить тот же путь сегодня как создать компании в 90-ые или 80-ые. И много похожего.
Логика упрощения, попытка судить об обществе не «от человека», а по другим критериям создает параллельную реальность. Эти иллюзии задают целую рамку восприятия мира. От такой придуманной реальности когда-то распался СССР. Например, экономика СССР представляла собой в реальности совсем не то, что описывали в работах именитые марксистские экономисты. В ней практически отсутствовал механизм финансов - инвестиций, вкладов и т.д.
Не зная, что на самом деле они реформируют, деятели 80-90-ых запустили неостановимый процесс распада.
Главный вопрос, который сейчас на самом деле важен – образ будущего России. А на этом месте у нас в публичной риторике пустота. Важно не то, когда заблокируют Телеграм, а к каким долгосрочным результатам это приведет. Что будет с публичной сферой? С интеллектуальной, с досуговой, с воспитательной? Как разрушатся и/ или трансформируются локальные сообщества?
Например, можно отойти от ТГ и порассуждать, что современный мир требует интеллектуальных ресурсов. Они начинаются со школы. Средний возраст школьных учителей около 60-ти. Молодые педагоги попадают в школы, в большинстве, случайно, либо через отрицательный отбор.
Ведь в международном рейтинге PISA, который занимается функциональную грамотность школьников в разных странах мира и умение применять знания на практике, Россия вошла в 18 стран с устойчивым прогрессом качества образования. Действительно, мы часто слышим о наших школьниках-физиках, школьниках-математиках и школьниках-программистах, победивших той или иной на мировой олимпиаде. Можно сказать, что люди у нас талантливые, а школьники – способные.
Но.
В другом рейтинге TIMSS, в котором навыки и способности учеников фиксируются по классам учащиеся из России показывают странные результаты. Например результаты учащихся 4 класса по естествознанию были на пятом месте между Тайванем и Японией, а результаты 8 класса составили лишь 7 место. У той же Японии результат через 4 класса второй в мире.
Что происходит со школьниками в школе? Почему результат ухудшается?
И это только один из вопросов – а таких много. Очень много.
Как показывает история СССР, вечные 70-ые, при всех попытках, невозможны.
Точнее возможны, они реализованы в КНДР.
Игнорирование важного вопроса про будущее приведет нас к ситуации из известного фильма:
Сегодня часто говорят про числовые измерения длительности СВО. Но это все риторика. Ошибка современной общественной дискуссии в том, что обсуждают чебурашку, конкретные события и, излишне часто, длину, и ширину линии соприкосновения.
Да, сам по себе текущий момент - тоже фон. Главный вопрос - гораздо глубже и шире. И он выходит за пределы вопроса безопасности.
Руководствуясь логикой безопасности просто жить. Но в таком случае пугает все вокруг - микробы, погода, другие люди, случайной падающий кирпич, нововведения. Зато в такой логике все предельно просто - простой КПД, простая логика, простая суть.
В структурах, где я раньше работал было сложно объяснить руководству, что, например, хорошему сотруднику надо платить, и платить много, что он не природный стахановец. Что человек — это человек, что он не обязан проходить тот же путь сегодня как создать компании в 90-ые или 80-ые. И много похожего.
Логика упрощения, попытка судить об обществе не «от человека», а по другим критериям создает параллельную реальность. Эти иллюзии задают целую рамку восприятия мира. От такой придуманной реальности когда-то распался СССР. Например, экономика СССР представляла собой в реальности совсем не то, что описывали в работах именитые марксистские экономисты. В ней практически отсутствовал механизм финансов - инвестиций, вкладов и т.д.
Не зная, что на самом деле они реформируют, деятели 80-90-ых запустили неостановимый процесс распада.
Главный вопрос, который сейчас на самом деле важен – образ будущего России. А на этом месте у нас в публичной риторике пустота. Важно не то, когда заблокируют Телеграм, а к каким долгосрочным результатам это приведет. Что будет с публичной сферой? С интеллектуальной, с досуговой, с воспитательной? Как разрушатся и/ или трансформируются локальные сообщества?
Например, можно отойти от ТГ и порассуждать, что современный мир требует интеллектуальных ресурсов. Они начинаются со школы. Средний возраст школьных учителей около 60-ти. Молодые педагоги попадают в школы, в большинстве, случайно, либо через отрицательный отбор.
Ведь в международном рейтинге PISA, который занимается функциональную грамотность школьников в разных странах мира и умение применять знания на практике, Россия вошла в 18 стран с устойчивым прогрессом качества образования. Действительно, мы часто слышим о наших школьниках-физиках, школьниках-математиках и школьниках-программистах, победивших той или иной на мировой олимпиаде. Можно сказать, что люди у нас талантливые, а школьники – способные.
Но.
В другом рейтинге TIMSS, в котором навыки и способности учеников фиксируются по классам учащиеся из России показывают странные результаты. Например результаты учащихся 4 класса по естествознанию были на пятом месте между Тайванем и Японией, а результаты 8 класса составили лишь 7 место. У той же Японии результат через 4 класса второй в мире.
Что происходит со школьниками в школе? Почему результат ухудшается?
И это только один из вопросов – а таких много. Очень много.
Как показывает история СССР, вечные 70-ые, при всех попытках, невозможны.
Точнее возможны, они реализованы в КНДР.
Игнорирование важного вопроса про будущее приведет нас к ситуации из известного фильма:
«Человек падает с 50-этажного небоскрёба, и во время полёта подбадривает себя:
„Пока всё хорошо, пока всё хорошо…“
Но важно не как ты падаешь. Важно, как приземляешься».
⚡1🫡1
Ни в одном из романов Достоевского нет изображений блатных. Достоевский их не знал, а если видел и знал, то отвернулся от них как художник.
У Толстого нет никаких впечатляющих портретов этого сорта людей, даже в «Воскресении», где внешние и иллюстрирующие штрихи наложены так, что художнику за них отвечать не приходится.
Сталкивался с этим миром Чехов. Что-то было в его сахалинской поездке такое, что изменило почерк писателя. В нескольких послесахалинских письмах Чехов прямо указывает, что после этой поездки все написанное им раньше кажется пустяками, недостойными русского писателя. Как и в «Записках из Мертвого дома», на острове Сахалин оглупляющая и растлевающая мерзость мест заключения губит и не может не губить чистое, хорошее, человеческое. Блатной мир ужасает писателя. Чехов угадывает в нем главный аккумулятор этой мерзости, некий атомный реактор, сам восстанавливающий топливо для себя. Но Чехов мог только всплеснуть руками, грустно улыбнуться, указать мягким, но настойчивым жестом на этот мир. Он тоже знал его по Гюго. На Сахалине Чехов был слишком мало, и для своих художественных произведений до самой смерти он не имел смелости взять этот материал.
#ВарламШаламов
#русскаялитература
#эссе
#читати
У Толстого нет никаких впечатляющих портретов этого сорта людей, даже в «Воскресении», где внешние и иллюстрирующие штрихи наложены так, что художнику за них отвечать не приходится.
Сталкивался с этим миром Чехов. Что-то было в его сахалинской поездке такое, что изменило почерк писателя. В нескольких послесахалинских письмах Чехов прямо указывает, что после этой поездки все написанное им раньше кажется пустяками, недостойными русского писателя. Как и в «Записках из Мертвого дома», на острове Сахалин оглупляющая и растлевающая мерзость мест заключения губит и не может не губить чистое, хорошее, человеческое. Блатной мир ужасает писателя. Чехов угадывает в нем главный аккумулятор этой мерзости, некий атомный реактор, сам восстанавливающий топливо для себя. Но Чехов мог только всплеснуть руками, грустно улыбнуться, указать мягким, но настойчивым жестом на этот мир. Он тоже знал его по Гюго. На Сахалине Чехов был слишком мало, и для своих художественных произведений до самой смерти он не имел смелости взять этот материал.
Forwarded from Мохолит
Российская хтонь, сибирская хтонь, для читателей без иллюзий, но с большой внутренней энергией, осмысление трагедии нашего времени, стихотворение в прозе, проза в навозе, таёжная хтонь, приморская хтонь, о сковывающей, но притягательной силе власти, травма имперская, травма советская, травма детская, автофикшн, воспоминания, честная и пронзительная история, хтонь-вонь, хтонь-конь, хтонь-гармонь, о страхе перед чужими и о том, как трудно принять, что ты не один, коллективное бессознательное, метафизика, важный, но трудный текст обо всех нас, пронзительный исповедальный роман о замысловатой любви и будничной, мимоходной смерти, ижевская хтонь, вологодская хтонь, бабы открывают глаза, бабы закрывают глаза, правда, от которой хочется выть, искренность, искренность, искренность, яркий дебют, новый Толстой, новый Чехов, не биография, не ЖЗЛ, не исследование — а роман-буфф, роман-скуф, текст, который мы давно ждали, но который сбылся куда быстрее, полифония, роман-пасьянс, роман-мезальянс, завораживающий мистический триллер о борьбе рациональности и древних инстинктов, хтонь болотная, хтонь лесостепная, хтонь субтропическая, наркомания, девяностые, нищета, светлый и одновременно печально-щемящий сюжет, самобытное кружево, чуврустатарские корни, изнасилование, эмиграция в Кишинёв, свидетельство подлинного, органического таланта, принятие своего тела, низ-позитив, семейная сага, большевики, магический реализм, трагический эротизм, пельменный идеализм, гротескный и пугающий портрет эпохи, антиутопия, в которой мы оказались ещё вчера, в общем, книга для всех, кто не боится заглянуть в бездну российского литпроцесса и увидеть там своё отражение.
⚡1🍓1
Forwarded from Черная книга капитализма | ЧКК
И снова новость из Воронежа. Там японского постмодерниста, трижды номинанта на Нобелевскую премию, записали в иноагенты
В воронежском магазине книг «Читай-город» книги японского писателя XX-го века Юкио Мисимы пометили плашками иноагента.
На романах «Золотой храм» и «Исповедь маски» наклеены бирки: «НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЁН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ МИСИМА Ю.»
Вероятно, причиной послужила банальная безграмотность чиновников: Мисима, конечно, никакой не иноагент, а вот переводчик, Борис Акунин - да.
Судьба Мисимы, кстати, достаточно интересна. Это один из самых знаменитых японских писателей 20го века. Будучи уже известным автором, он создал военизированную организацию "Общество щита", чтобы противостоять "ползучей левой агрессии". В послевоенной Японии были сильные реваншистские настроения, и Мисима решился на отчаянный шаг.
Вместе с несколькими соратниками в 1970 году он предпринял попытку госпереворота. Он требовал изменить проамериканскую Конституцию, чтобы Япония могла создать сильную армию, и вообще, make Japan great again. Солдаты Мисиму выясмеяли, и он вспорол себе живот, совершив традиционный японский обряд сэппуку (харакири).
В воронежском магазине книг «Читай-город» книги японского писателя XX-го века Юкио Мисимы пометили плашками иноагента.
На романах «Золотой храм» и «Исповедь маски» наклеены бирки: «НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЁН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ МИСИМА Ю.»
Вероятно, причиной послужила банальная безграмотность чиновников: Мисима, конечно, никакой не иноагент, а вот переводчик, Борис Акунин - да.
Судьба Мисимы, кстати, достаточно интересна. Это один из самых знаменитых японских писателей 20го века. Будучи уже известным автором, он создал военизированную организацию "Общество щита", чтобы противостоять "ползучей левой агрессии". В послевоенной Японии были сильные реваншистские настроения, и Мисима решился на отчаянный шаг.
Вместе с несколькими соратниками в 1970 году он предпринял попытку госпереворота. Он требовал изменить проамериканскую Конституцию, чтобы Япония могла создать сильную армию, и вообще, make Japan great again. Солдаты Мисиму выясмеяли, и он вспорол себе живот, совершив традиционный японский обряд сэппуку (харакири).
⚡3
Forwarded from сибиреязвенный скотомогильник!!!/ профсоюз скуфьер?/Вестник некрокоммунизма / обводный канал.
А ещё забавно, что в «Исповеди маски» Мисимы лирический герой осмысляет свою гомосексуальность. Там даже есть красочная сцена, где он мастурбирует на картину «Святой Себастьян» Гвидо Рени. И упоминает, что именно эта картина это такой признанный тест на гея — если шелохнётся, когда на неё посмотришь, то congratulations.
При этом «Исповедь маски» не попала в реестр якобы запрещённых книг с ЛГБТ-пропагандой (официальным его так и не признали), всплывший в феврале. Чего там только не было (даже «Пир» Платона), но с одной из самых известных книг о принятии гомосексуальности авторы реестра оказались не знакомы.
Не удивлюсь, если авторы таких вот списков ещё и сами втихую на какого-нибудь Себастьяна дрочат. Потому что мы живём в society.
При этом «Исповедь маски» не попала в реестр якобы запрещённых книг с ЛГБТ-пропагандой (официальным его так и не признали), всплывший в феврале. Чего там только не было (даже «Пир» Платона), но с одной из самых известных книг о принятии гомосексуальности авторы реестра оказались не знакомы.
Не удивлюсь, если авторы таких вот списков ещё и сами втихую на какого-нибудь Себастьяна дрочат. Потому что мы живём в society.
🤔2
Forwarded from Мирко Влади
Продолжу рассуждение про ограничения.
Современное состояние с интернетом - не просто сиюминутная ситуация, она находится в контексте, особенно важно, что в контексте современного цифрового мира.
В основе общества лежит коммуникация. Без нее невозможен социум. В основе современной коммуникации лежат цифровые технологии.
10 лет назад общественная сфера была иной. Я уже писал, что тогда были популярны форматы длинных статей, например современная известность таких ЛОМов, как Евгений Норин и Ватоадмин базируется именно на качественных и длинных научно-публицистичечких текстах. И даже более, эти тексты поощрялись самими платформами, например ВК, в котором был взлет образовательных пабликов.
Да что там, тогда на все СНГ гремили проекты "Арзамас", "Постнаука" и многие другие, люди обсуждали экономику, историю, социологию и т.д. Тогда же массово открывались научпоп проекты, конференции, небольшие сообщества делали подкасты, семинары и т.д.
Я помню, как на панельную дискуссию двух социологов в Маяковке было не пробиться, пришлось стоять.
Буквально, множество студентов и магистрантов на полном серьёзе говорили, что они видят свое будущее в образовательной, культурной иди научной сфере. Это было точкой сборки, тем самым стилем мышления, про который я постоянно пишу на канале.
Всем известные события изменили все.
Во-первых, все социальные структуры перетряхнулись и закупорились сами в себе. Если раньше в одном известном правом магазине можно было встретить людей разных взглядов, то сейчас все разошлись по своим песочницам.
Многие темы - необсуждаемы, про них, возможно, говорят около десяти нишевых блоггеров, но не более.
Современная гуманитарная общественная сфера, то, где вырабатывается рамка восприятия будущего, настоящего, целей и образов - словно вошло в режим гибернации. Заменить ее официальными мероприятиями невозможно, потому что официальное воспринимается как особое поле для граждан, не относящееся именно к гражданскому обществу.
Ограничения интернета добавляют сюда ещё одну переменную - это снова пересборка всех сообществ и коллективов, по сути, построение их заново.
Кто-то привык читать автора только на одной платформе, уходить с нее он не хочет, искать в другом месте тоже.
Контакт прерывается. Аудитория теряется. Сообщество распадается. Ещё сильнее атомизируется.
В современном мире, в котором главным является человеческий капитал, образование и досуг - это очень важная вещь, потому что вместо походов на лекции, конференции и диспуты, люди будут выбирать иной вид досуга, в том числе, и не самый позитивный.
И я уже молчу, что современная экономика - это экономика услуг и инноваций. Такие условия ограничивают людям доступ к знаниям, образованию, самореализации и контактам.
Распад общественных структур имеет куда более страшные последствия, чем принято думать.
Современное состояние с интернетом - не просто сиюминутная ситуация, она находится в контексте, особенно важно, что в контексте современного цифрового мира.
В основе общества лежит коммуникация. Без нее невозможен социум. В основе современной коммуникации лежат цифровые технологии.
10 лет назад общественная сфера была иной. Я уже писал, что тогда были популярны форматы длинных статей, например современная известность таких ЛОМов, как Евгений Норин и Ватоадмин базируется именно на качественных и длинных научно-публицистичечких текстах. И даже более, эти тексты поощрялись самими платформами, например ВК, в котором был взлет образовательных пабликов.
Да что там, тогда на все СНГ гремили проекты "Арзамас", "Постнаука" и многие другие, люди обсуждали экономику, историю, социологию и т.д. Тогда же массово открывались научпоп проекты, конференции, небольшие сообщества делали подкасты, семинары и т.д.
Я помню, как на панельную дискуссию двух социологов в Маяковке было не пробиться, пришлось стоять.
Буквально, множество студентов и магистрантов на полном серьёзе говорили, что они видят свое будущее в образовательной, культурной иди научной сфере. Это было точкой сборки, тем самым стилем мышления, про который я постоянно пишу на канале.
Всем известные события изменили все.
Во-первых, все социальные структуры перетряхнулись и закупорились сами в себе. Если раньше в одном известном правом магазине можно было встретить людей разных взглядов, то сейчас все разошлись по своим песочницам.
Многие темы - необсуждаемы, про них, возможно, говорят около десяти нишевых блоггеров, но не более.
Современная гуманитарная общественная сфера, то, где вырабатывается рамка восприятия будущего, настоящего, целей и образов - словно вошло в режим гибернации. Заменить ее официальными мероприятиями невозможно, потому что официальное воспринимается как особое поле для граждан, не относящееся именно к гражданскому обществу.
Ограничения интернета добавляют сюда ещё одну переменную - это снова пересборка всех сообществ и коллективов, по сути, построение их заново.
Кто-то привык читать автора только на одной платформе, уходить с нее он не хочет, искать в другом месте тоже.
Контакт прерывается. Аудитория теряется. Сообщество распадается. Ещё сильнее атомизируется.
В современном мире, в котором главным является человеческий капитал, образование и досуг - это очень важная вещь, потому что вместо походов на лекции, конференции и диспуты, люди будут выбирать иной вид досуга, в том числе, и не самый позитивный.
И я уже молчу, что современная экономика - это экономика услуг и инноваций. Такие условия ограничивают людям доступ к знаниям, образованию, самореализации и контактам.
Распад общественных структур имеет куда более страшные последствия, чем принято думать.
🕊2
Forwarded from Мирко Влади
И что из этого следует?
Блоггерам многотысячникам без разницы, большинство сможет конвертировать свой социальный капитал. Но вот остальной каркас общества - нет.
Но общество состоит из людей, а не из блоггеров и СМИ.
Люди ведут каналы, обсуждают интересующие их темы, общаются по поводу игр, настолок, мультиков и т.д. Это их повседневность, их жизнь.
Этим объясняется острота темы.
И далее - ограничения интернета ограничивают людей в интеллектуальном досуге. Человек интересуется темой, ведёт стримы, обсуждает тему - не важно какую - историю Первой мировой, реконструкцию, живопись, настолку, аниме, Вархаммер, литературу.
Он может получить поддержку я признание и даже какие-никакие деньги.
Канал закрывается, куда пойти человеку? В кальянную? В ларек за пивом? В курьеры? В таксисты? На улицу?
Количество подростков, совершающих преступление итак растет. Давайте закроем все - стим, магазины Нинтендо, ПС стор, запретим компьютерные игры, криминализация взлетит ракетой. Молодежь в Казани в 80-ые творила ужас именно на из-за отсутствия досуга.
На фоне некомплекта МВД - будет феерия.
Интеллектуальный досуг - основа общества. Ограничение его даёт негатившейший совокупный эффект на все общество.
Блоггерам многотысячникам без разницы, большинство сможет конвертировать свой социальный капитал. Но вот остальной каркас общества - нет.
Но общество состоит из людей, а не из блоггеров и СМИ.
Люди ведут каналы, обсуждают интересующие их темы, общаются по поводу игр, настолок, мультиков и т.д. Это их повседневность, их жизнь.
Этим объясняется острота темы.
И далее - ограничения интернета ограничивают людей в интеллектуальном досуге. Человек интересуется темой, ведёт стримы, обсуждает тему - не важно какую - историю Первой мировой, реконструкцию, живопись, настолку, аниме, Вархаммер, литературу.
Он может получить поддержку я признание и даже какие-никакие деньги.
Канал закрывается, куда пойти человеку? В кальянную? В ларек за пивом? В курьеры? В таксисты? На улицу?
Количество подростков, совершающих преступление итак растет. Давайте закроем все - стим, магазины Нинтендо, ПС стор, запретим компьютерные игры, криминализация взлетит ракетой. Молодежь в Казани в 80-ые творила ужас именно на из-за отсутствия досуга.
На фоне некомплекта МВД - будет феерия.
Интеллектуальный досуг - основа общества. Ограничение его даёт негатившейший совокупный эффект на все общество.
⚡1🕊1
Кажется, моя жизнь на вилле Боргезе подходит к концу. Ну что ж, я возьму эти листки и пойду дальше. Жизнь будет продолжаться всегда и повсюду. Куда бы я ни пришел, везде будут люди со своими драмами. Люди как вши — они забираются под кожу и остаются там. Вы чешетесь и чешетесь — до крови, но вам никогда не избавиться от этих вшей. Куда бы я ни сунулся, везде люди, делающие ералаш из своей жизни. Несчастье, тоска, грусть, мысли о самоубийстве — это сейчас у всех в крови. Катастрофы, бессмыслица, неудовлетворенность носятся в воздухе. Чешись сколько хочешь, пока не сдерешь кожу. На меня это производит бодрящее впечатление. Ни подавленности, ни разочарования — напротив, даже некоторое удовольствие. Я жажду новых аварий, новых потрясающих несчастий и чудовищных неудач. Пусть мир катится в тартарары. Пусть человечество зачешется до смерти.
#ГенриМиллер
#зарубежнаялитература
#читати
Это история, которую рассказывает всем пациент номер двадцать третий одной психиатрической больницы. Ему, вероятно, уже за тридцать, но на первый взгляд он кажется совсем молодым. То, что ему пришлось испытать… впрочем, совершенно неважно, что ему пришлось испытать. Вот он неподвижно сидит, обхватив колени, передо мной и доктором С., директором больницы, и утомительно длинно рассказывает свою историю, время от времени обращая взгляд на окно, где за решеткой одинокий дуб протянул к хмурым снеговым тучам, голые, без единого листа, ветви. Иногда он даже жестикулирует и делает всевозможные движения телом. Например, произнося слова «я был поражен», он резким движением откидывает назад голову.
По-моему, я записал его рассказ довольно точно. Если моя запись не удовлетворит вас, поезжайте в деревню Н., недалеко от Токио, и посетите психиатрическую больницу доктора С. Моложавый двадцать третий номер сначала, вероятно, вам вежливо поклонится и укажет на жесткий стул. Затем с унылой улыбкой тихим голосом повторит этот рассказ. А когда он закончит… Я хорошо помню, какое у него бывает при этом лицо. Закончив рассказ он поднимется на ноги и закричит, потрясая сжатыми кулаками:
– Вон отсюда! Мерзавец! Грязная тварь! Тупая, завистливая, бесстыжая, наглая, самодовольная, жестокая, гнусная тварь! Прочь! Мерзавец!
#РюноскэАкутагава
#японскаялитература
#классическаяпроза
#читати
По-моему, я записал его рассказ довольно точно. Если моя запись не удовлетворит вас, поезжайте в деревню Н., недалеко от Токио, и посетите психиатрическую больницу доктора С. Моложавый двадцать третий номер сначала, вероятно, вам вежливо поклонится и укажет на жесткий стул. Затем с унылой улыбкой тихим голосом повторит этот рассказ. А когда он закончит… Я хорошо помню, какое у него бывает при этом лицо. Закончив рассказ он поднимется на ноги и закричит, потрясая сжатыми кулаками:
– Вон отсюда! Мерзавец! Грязная тварь! Тупая, завистливая, бесстыжая, наглая, самодовольная, жестокая, гнусная тварь! Прочь! Мерзавец!
⚡2
Мы добудем много золота и серебра, мы создадим облака и тучи из дыма, когда будем жечь города и трупы, мы выкормим стервятников и волков, такова наша судьба, и я не знаю, Бока, что значит слово “зачем”. В мире, где мы живём, нет такого слова: солнце не знает слова “зачем”, ветер не знает слова “зачем”, голод не знает слова “зачем”, мор не знает слова “зачем”, женщина не знает слова “зачем”, вода не знает, огонь тоже не знает слова “зачем”. Я, Алрих, сын Алриха, вождь гутонов, вождь воинов, которые не знают слова “зачем”, когда идут к богатству, славе и смерти, ведомые своими богами.⚡3
А у татар, говорят, нет слова "артха". Нет слова "назад". И говорят ещё, о Саше Соколове говорят, что не "Да смрт!" и не "смерти нет", а "Есть, смерти нет!".
Обернуться вокруг самое себя, на 180, и по-новой "Алга!".
Обернуться вокруг самое себя, на 180, и по-новой "Алга!".
⚡2🤔1
Дорогой друг! Я получил твоё письмо, в котором ты спрашиваешь меня, почему я больше не пишу политической аналитики, не веду авторскую программу на ТВ, не даю интервью «Комсомольской правде» и не участвую в многочисленных и регулярных теле-радиошоу «Как нам победить У.». Во-первых, никто не зовёт. Во-вторых, и слава богу.
Мне больше не нравится участвовать в этом. На наших глазах и ушах происходит тотальная иррационализация, мифологизация информационного поля и массового сознания. И это было бы хорошо, даже прекрасно. Ведь я и сам любитель мифов и специалист по мифологии. Я бы с удовольствием воспринял долгожданное возвращение мифа после унылых десятилетий серого и скучного практицизма. Если бы (программа-максимум) я мог участвовать в мифотворчестве как автор или (программа-минимум) как вдохновлённый и заинтересованный читатель.
Однако нынешний миф меня как читателя не привлекает. А как творца никто не привлекает меня, и правильно делает этот никто, потому что я не умею так, как ему надо. Так, как ему надо, умеют С. & К. Этих двух достаточно. Миф рисуется плоский, неинтересный. В духе позднего зороастризма, переходящего в раннее манихейство. Отчётливый дуализм: есть хорошая, светлая Р. , управляемая мудрым Ормуздом, и злая, тёмная У. с толстыми диабетическими и худыми педерастическими чертями. И где-то далеко-далеко за океаном чёрный-чёрный Барак Ариман, покровительствующий силам зла. Но скоро уже, скоро взорвётся вулкан-жёлтый-камень, и настанет чёрному властителю Рагнарёк.
И дело не в том, что У. не злая, а Барак не чёрный. И У. злющая, и Барак тот ещё ниггер. Просто история получается неинтересная. Нет духа трагедии, а значит, нет музыки. Есть, конечно, суггестия и психология.
<..>
Каждая программа так называемых новостей каждый день вылепляется из одной-единственной заготовки. Сначала мудрый Ормузд спасает Вселенную от очередной беды, и око его надо всем простирается, и разум, и доброта. Потом показаны злые черти в аду на/у краины обитаемой ойкумены. Они мучают невинных, лгут и паскудничают и воруют газ у Ормузда. Потом ещё Ариман скажет что-то злое и лживое с заокеанской трибуны. Потом несчастные европейцы под пятой Аримана страдают и протестуют. Ну и на сладкое спортсмены или дети в нашей светлой стране.
Нет никаких новостей. В мире мифа новостей не бывает. И времени нет. Ничего нового не может произойти. Великая новость: сегодня Геракл очистил Авгиевы конюшни. А завтра убил циклопа. А через несколько дней конюшни опять полны навозом, и надобно их заново очищать. И циклоп ожил. Цикл-оп. Оп! Цикл. Нет никаких новостей. И не нужно никаких «журналистов» и «аналитиков». Все «журфаки» можно с лёгким сердцем закрыть. Не нужно журнализма. И анализировать нечего. Только К. & С. Только С. & К. Навсегда.
Даже сверхчеловеки-режиссёры М. & К. не нужны уже. Поэтому бьются, взвиваются, хотят броситься грудью на чёрный «Макдоналдс» и забрать все его деньги-кровинушки. И старик П. не нужен, и старик Л. И другой Л., чего теперь ему, он в «Роснефти» пресс-секретарь, и баста. Никто никому не нужен и не интересен. Только С. & К., только К. & С. А когда зритель устанет, всегда есть под рукой К.
И Б. тоже валяется где-то неподалёку. Для самых интеллектуальных и непокорных есть Ш. , пусть на нём хоть удавятся.
Умные брамины понимают: всё делается так, чтобы их, браминов, не кормить. Потому что накладно стало содержать всяческих идеологов. А проще дать хорошие деньги двум артистам, С. & К. Они, если надо, могут внутри себя и столкновение мнений изобразить. С управляемым результатом. И становится обидно умным браминам. Видят они сюжетное обнищание этой страны и катастрофическое оглупление. А что делать? В других странах ещё хуже. Та же самая двуцветная пропаганда.
Выручает старая добрая проверенная внутренняя эмиграция. Брамины массово уезжают во внутреннюю Россию, а некоторые в Индию духа покупают трамвайный билет, или в Красную Готию на дракарах.
Мне больше не нравится участвовать в этом. На наших глазах и ушах происходит тотальная иррационализация, мифологизация информационного поля и массового сознания. И это было бы хорошо, даже прекрасно. Ведь я и сам любитель мифов и специалист по мифологии. Я бы с удовольствием воспринял долгожданное возвращение мифа после унылых десятилетий серого и скучного практицизма. Если бы (программа-максимум) я мог участвовать в мифотворчестве как автор или (программа-минимум) как вдохновлённый и заинтересованный читатель.
Однако нынешний миф меня как читателя не привлекает. А как творца никто не привлекает меня, и правильно делает этот никто, потому что я не умею так, как ему надо. Так, как ему надо, умеют С. & К. Этих двух достаточно. Миф рисуется плоский, неинтересный. В духе позднего зороастризма, переходящего в раннее манихейство. Отчётливый дуализм: есть хорошая, светлая Р. , управляемая мудрым Ормуздом, и злая, тёмная У. с толстыми диабетическими и худыми педерастическими чертями. И где-то далеко-далеко за океаном чёрный-чёрный Барак Ариман, покровительствующий силам зла. Но скоро уже, скоро взорвётся вулкан-жёлтый-камень, и настанет чёрному властителю Рагнарёк.
И дело не в том, что У. не злая, а Барак не чёрный. И У. злющая, и Барак тот ещё ниггер. Просто история получается неинтересная. Нет духа трагедии, а значит, нет музыки. Есть, конечно, суггестия и психология.
<..>
Каждая программа так называемых новостей каждый день вылепляется из одной-единственной заготовки. Сначала мудрый Ормузд спасает Вселенную от очередной беды, и око его надо всем простирается, и разум, и доброта. Потом показаны злые черти в аду на/у краины обитаемой ойкумены. Они мучают невинных, лгут и паскудничают и воруют газ у Ормузда. Потом ещё Ариман скажет что-то злое и лживое с заокеанской трибуны. Потом несчастные европейцы под пятой Аримана страдают и протестуют. Ну и на сладкое спортсмены или дети в нашей светлой стране.
Нет никаких новостей. В мире мифа новостей не бывает. И времени нет. Ничего нового не может произойти. Великая новость: сегодня Геракл очистил Авгиевы конюшни. А завтра убил циклопа. А через несколько дней конюшни опять полны навозом, и надобно их заново очищать. И циклоп ожил. Цикл-оп. Оп! Цикл. Нет никаких новостей. И не нужно никаких «журналистов» и «аналитиков». Все «журфаки» можно с лёгким сердцем закрыть. Не нужно журнализма. И анализировать нечего. Только К. & С. Только С. & К. Навсегда.
Даже сверхчеловеки-режиссёры М. & К. не нужны уже. Поэтому бьются, взвиваются, хотят броситься грудью на чёрный «Макдоналдс» и забрать все его деньги-кровинушки. И старик П. не нужен, и старик Л. И другой Л., чего теперь ему, он в «Роснефти» пресс-секретарь, и баста. Никто никому не нужен и не интересен. Только С. & К., только К. & С. А когда зритель устанет, всегда есть под рукой К.
И Б. тоже валяется где-то неподалёку. Для самых интеллектуальных и непокорных есть Ш. , пусть на нём хоть удавятся.
Умные брамины понимают: всё делается так, чтобы их, браминов, не кормить. Потому что накладно стало содержать всяческих идеологов. А проще дать хорошие деньги двум артистам, С. & К. Они, если надо, могут внутри себя и столкновение мнений изобразить. С управляемым результатом. И становится обидно умным браминам. Видят они сюжетное обнищание этой страны и катастрофическое оглупление. А что делать? В других странах ещё хуже. Та же самая двуцветная пропаганда.
Выручает старая добрая проверенная внутренняя эмиграция. Брамины массово уезжают во внутреннюю Россию, а некоторые в Индию духа покупают трамвайный билет, или в Красную Готию на дракарах.
🕊2⚡1
Если бы не надо было при этом паршивом неразвитом капитализме так тяжело трудиться, чтобы прокормить себя и семью, если бы были социалистические синекуры для браминов или буржуазные гранты, то очень скоро нас ожидал бы новый расцвет востоковедения, германистики, греческой филологии, палеогеографии и какой-нибудь ещё совершенно безумной и оторванной от реальной жизни науки. А так нет, и того не будет. Ничего не будет. Но мы ещё поживём.
Будь здоров.
#ГерманСадулаев
#эссе
#читати
Будь здоров.
🕊3