В 2018-19 годах на форчане вирусится «проклятая фотография» подозрительных подсобных помещений, заклеенных жёлтыми обоями. Подпись гласит, что туда можно выпасть из реальности, и вскоре к фотографии сочиняется целый интернет-фольклор, и целый мир с множеством уровней и существ. Популярность разгоняется, хайповать пытается кто попало: в Backrooms «попадают» все без разбору тиктокеры, сеттинг превращается в карикатуру на себя, и где-то к 2023 году о нём почти забывают.

И вот в 2026 году можно констатировать, что тот воскрес, став интернет-фольклорным пасынком авторского кино. По крайней мере, судя по претенденту на титул лучшего хоррора года, вышедшем в этом месяце фильму «Backrooms» двадцатилетнего режиссёра Кейна Парсонса. Он уже реанимировал интерес к сеттингу — снова все ломанулись бродить по жёлтым коридорам, штудировать лор и снимать, как они сами бродят по пустым подсобкам. Но параллельно всплыл интересный вопрос: а откуда, собственно, такой интерес и такая популярность у «Backrooms»?

Возьмём на себя смелость сделать несколько смелых предположений в новой статье.

Иные царства двойничества: «Backrooms»/«Подсобки»

Проведём параллели между разнообразными лиминальными пространствами наших любимых известных и малоизвестных авторов и более древними историями. Вспомним и про кунштюк-салон Майринка, и про лавку мелочей Линча, и про улицу Крокодилов Шульца, и про похищение Бидди Мэннион, и про дикую охоту короля Херла. Ну и посмотрим, что же такое на самом деле откопал Кейн Парсонс.

Jacopo Rosati