Передо мной сидела девушка, ее изумрудно-зеленые глаза смотрели внимательно и чуть тревожно, словно она не знала, чего от меня ждать. Я тоже не знал, чего ждать. От себя. От нее. Нас разделяло расстояние не больше метра, и мы оба по какой-то причине не двигались с мест, так и сидели друг напротив друга.
Она улыбнулась, откинув за спину длинную косу. Волосы у нее были иссиня-черные, с красивыми переливами, как на вороньих крыльях. В ее одежде – белой рубашке без ворота и темных брюках – меня ничего не смутило, а вот лежащий рядом меч настораживал. Может, она решила, что меч в узорчатых ножнах – идеальное дополнение к сегодняшнему аутфиту?

Например сейчас я пишу роман, где одна героиня откровенно жаждет эмоций и любви, но не умеет это нормально получать, кроме как через телесные удовольствия, поэтому постоянно ходит по клубам, пьет и прыгает из отношений в отношения, при том храбрится и строит из себя великую соблазнительницу, каждый раз просыпаясь в постели с кем-то новым. И ее сюжетная арка - научиться получать эмоции от жизни, а любовь от одного верного человека. Если убрать из ее истории даже мимолетное упоминание па - конструкция посыпется.
Да, эту историю можно удержать, сделав более цивильной, но конфликт персонажа сразу потеряет в ценности, если я вытащу из него крупный кусок, и оставлю только пристрастие к ночным клубам.