Закон парных случаев - никакой мистики

За три месяца ты ни разу не брал в руки ларингоскоп, а сегодня словил две реанимации? Два спонтанных пневмоторакса подряд? Молодая ТЭЛА была только неделю назад, и вот опять? Они что, сговорились?

Закон парных случаев, который любят обсуждать врачи, всего лишь особенность восприятия человеческим мозгом случайных, редко встречающихся событий. В более широком смысле это явление называют "иллюзия частоты", "ошибка частоты" или феномен Баадер-Майнхоф.

Феномен Баадер-Майнхоф - это когда стоит вам услышать новое имя, узнать новый факт или термин, и сразу они начинают попадаться вновь и вновь, что вызывает ощущение неслучайного или предопределенного события. С этим, конечно, сталкиваются не только врачи.

Почему так происходит?

Во-первых, современный мир перенасыщен информацией: ежедневно мы узнаем из различных источников сотни новых фактов. Чисто статистически ничего удивительного нет в том, что вконтакте вы увидели фотографию редкого спорткара, а через пять минут он попался вам в реале на улице. Ведь вот уже год вы подписаны на страницу для фанатов автораритетов, и ежедневно наблюдаете сотни машин, так как живете в большом городе. Теперь ваш мозг с радостью ухватится за любое упоминание об этой машине (явление селективного восприятия), подкрепляя ощущение странной закономерности - добро пожаловать в ряды жертв феномена Баадер-Майнхоф.

"Закон парных случаев" - явление более сложное.

Мозг человека "заточен" на поиск закономерностей, выделение общих признаков, построение причинно-следственных связей. Мы любим все классифицировать и раскладывать по полочкам. Когда какое-то событие кажется редким или маловероятным, его появление переключает мозг в режим поиска закономерности.

Ради хорошей, красивой закономерности мы даже готовы "подогнать" доказательства втайне от себя самих и убедить себя, что вот он, второй случай подряд. Наш мозг будет охотнее присматриваться к фактам, подтверждающим наши подспудные убеждения. Это когнитивное искажение называется "ошибка подтверждения". Легко заметить, что когнитивная ошибка может породить врачебную: будьте осторожны.

Итак, вкратце: маловероятное событие - избирательное восприятие - ошибка подтверждения - и вы попались. Впервые это явление описал лингвист, профессор Арнольд Цвики из Стенфордского университета. А вот Баадер-Майнхоф - не лингвист и не психолог, а название западно-германской террористической ячейки (не запрещена на территории РФ, т.к. распалась в 1970-х гг.). Какой-то журналист услышал это название дважды за сутки и впоследствии "зафорсил мем" в медийных кругах.

Errare humanum est - уже не просто поеденный молью афоризм, а многократно доказанная горькая истина, которую продолжают изучать. Сколько у нас разных способов этого самого errare, можно с легкостью узнать из обширных списков когнитивных искажений, например здесь bit.ly/1wwdJhN (по-русски) или здесь https://bit.ly/1cpQYCM (по-английски и более обстоятельно).

Думаю, не стоит уточнять, какое новое необычное название вам попадется на глаза в ближайшую неделю.

P.S. Поступление двух и более больных со сходными симптомами может свидетельствовать о массовом воздействии поражающего агента (токсического, биологического, радиационного) и должно привести к прицельному диагностическому поиску.

Мы ждем в Санкт-Петербурге первую грозу и читаем прекрасный перевод Константина Шишкина.

Статья из журнала Wilderness & Environmental Medicine освещает вопросы эпидемиологии, физики, физиологии поражений молнией, способов их предупреждения, правил поведения в грозу, тактики и лечения при произошедшем поражении.

#9вызов_OUTDOOR

http://9thcall.ru/wms-lightning/

Medscape сообщает, что Американская кардиологическая ассоциация (AHA) отозвала часть рекомендаций из опубликованного в журнале Stroke в январе 2018 года гайдлайна "Организация своевременного оказания помощи пациентам с острым ишемическим инсультом". 

Публикация руководства прошла незаслуженно незамеченной Девятым вызовом, но освещалась другими ресурсами в соцсетях и в т.ч. в Рунете.

Из текста удалены следующие разделы:
- Section 1.3: EMS Systems Recommendation 4
- Section 1.4: Hospital Stroke Capabilities - Recommendation 1
- Section 1.6: Telemedicine Recommendation 3
- Section 2.2: Brain Imaging Recommendation 11
- Section 3.2: Blood Pressure Recommendation 3
- Section 4.3: Blood Pressure Recommendation 2
- Section 4.6: Dysphagia Recommendation 1
- Section 6.0: All subsections

AHA не согласовала эти изменения с рабочей группой авторов гайдлайна, что добавляет новости некоторой скандальности. Надеемся, что все недоразумения разрешатся, и мы вместе прочитаем обновленное руководство. 

#9вызов_НЕВРО #инсульт #stroke #скандалы#интриги #расследования

ИСТОЧНИКИ
1. Исходный гайдлайн, полный текст на английском языке bit.ly/2Fw0hUb
2. Изменения (PDF) bit.ly/2vZ6PLz
3. Новость на Medcape wb.md/2jjeGdC

Только мы с вами начали говорить о когнитивных искажениях в медицине, как появился хороший повод продолжить эту тему. Сегодня речь пойдет о "систематической ошибке выжившего". Начнем с хрестоматийного (немедицинского) примера.

Во время Второй мировой войны математик Абрахам Вальд принимал участие в статистическом анализе повреждений, которые американские бомбардировщики получали в ходе боевых вылетов. Перед командой исследователей стояла задача выявить наиболее уязвимые части самолета, чтобы усилить их бронирование. Военные аналитики предлагали увеличить броню в тех местах, где было зафиксировано больше всего попаданий. Вальду удалось убедить командование, что необходимо принимать в расчет не только те самолеты, которым удалось вернуться на базу, но и те, которые были утеряны. Вернувшиеся самолеты имели "несмертельные" повреждения, и дополнительная броня в некритичных местах не имела бы смысла. Сбитые самолеты получали попадания в наиболее критичные узлы, но исследователи их не видели, то есть изначально базировались на искаженной выборке. Таким образом, дополнительно бронировать нужно те узлы, которые у вернувшихся самолетов оставались неповрежденными.

Теперь перейдем ближе к тематике экстренной медицины. Весьма интересное исследование выполнено в Японии и опубликовано недавно в журнале Critical Care. Исследователи изучали роль группы крови как фактора, влияющего на летальность в результате тяжелой травмы. Летальность у пациентов с группой крови I (0) составила 28%, у пациентов с любой другой группой крови 11%. Статистически значимая разница сохранялась и при анализе по причинам смерти: группа крови I (0) ассоциирована с повышенной летальностью как от массивной кровопотери, так и от повреждения головного мозга. При статистическом анализе учитывалась также тяжесть травмы, возраст, пол, сопутствующая патология.

Разница в летальности в 2,5 раза как минимум удивляет. Вы можете ознакомиться с полным текстом статьи на английском языке по приведенной ссылке, оценить методологию и предположения авторов о причинах такой ситуации с группой крови I (0) (например, у людей с этой группой снижена концентрация фактора Виллебранда в крови).

Но никто не мешает нам поставить мысленный эксперимент. Что если мы изучаем "выживших" и упускаем важную информацию о погибших на месте? Предположим, группа крови I (0) каким-либо образом дает пострадавшему возможность пережить травму такой тяжести, которая для других групп крови несовместима с жизнью в момент ее получения. Тогда усредненная тяжесть повреждений среди носителей группы I (0) на момент поступления в стационар будет выше. Отсюда следует и более высокая их летальность. И действительно, балл по шкале Revised trauma score для пострадавших с группой I (0) ниже, то есть их травмы тяжелее. Также им перелито больше единиц эритроцитарной массы.

То есть, другими словами, если бы в исследование попали не только пострадавшие, "дожившие" до стационара, но погибшие на месте и при транспортировке, могло бы оказаться, что группа крови I (0) не фактор риска, а преимущество при травме. Но это всего лишь наш мысленный эксперимент, призванный проиллюстрировать "систематическую ошибку выжившего".

#9вызов_ТРАВМА

ИСТОЧНИКИ
1. Википедия, Систематическая ошибка выжившего https://bit.ly/1Kzh32I
2. The impact of blood type O on mortality of severe trauma patients: a retrospective observational study.
Wataru Takayama et al.
Critical Care 2018 22:100
https://bit.ly/2rhYNbM

Филадельфия, Детройт, Сакраменто. Города в США, где полиция обязана доставить пострадавшего с ранениями головы, шеи, груди, живота в ближайшую больницу, не дожидаясь "скорую". На фото место выгрузки.

Кардиогенный шок. AHA 2017.

#кардиология

РЭБОА, выполненные в японских отделениях экстренной помощи при травматическом шоке: кейс-серия

#9вызов_ТРАВМА #9вызов_АиР #РЭБОА #REBOA

Реанимационная эндоваскулярная баллонная окклюзия аорты (РЭБОА) активно внедряется в клиническую практику как на догоспитальном этапе, так и в стационарах, в том числе и в России. После катетеризации бедренной артерии в аорту вводится баллон, который раздувается и перекрывает кровоток в аорте на том или ином уровне в зависимости от характера травмы. Таким грубым путем мы временно останавливаем кровотечение из артерий, расположенных дистальнее места окклюзии. Манипуляция применяется только при массивной кровопотере, чтобы сохранить кровообращение в сердце и головном мозге и выиграть время до хирургической остановки кровотечения.

Ретроспективное исследование, проведенное в Японии по данным 4 крупных многопрофильных медицинских центров, включает серию клинических случаев за период с января 2013 по март 2017 года.

В исследование вошли 24 пациента, перенесшие РЭБОА в связи с травматическим шоком. Исключены пациенты с остановкой кровообращения на момент выполнения РЭБОА. Медианный возраст 52 года, 17 мужчин, у 23 пациентов закрытый (тупой) характер травмы.

24-часовая выживаемость составила 50% (12 человек). Внутрибольничная выживаемость 41,7% (10 человек). Во всех случаях РЭБОА выполняли врачи экстренной медицины (emergency physicians) в отделении экстренной помощи без рентгенологического контроля.

Осложнения, вызванные РЭБОА:
- мезэнтериальная ишемия (1 случай, 4,2%);
- ишемия нижних конечностей (1 случай, 4,2%);
- установка РЭБОА при повреждении грудного отдела аорты (3 случая, 12,5%).

ВЫВОД АВТОРОВ
РЭБОА может быть эффективным и доступным инструментом для контроля массивного кровотечения вследствие травмы. Однако следует проявлять осторожность в отношении осложнений, включающих установку РЭБОА при повреждении аорты и ишемию конечностей в случаях, когда РЭБОА проводится в отделении экстренной помощи без участия хирургов.

ИСТОЧНИК:
Resuscitative endovascular balloon occlusion of the aorta performed by emergency physicians for traumatic hemorrhagic shock: a case series from Japanese emergency rooms.
Ryota Satol, Akira Kuriyama, Rei Takaesu, Nobuhiro Miyamae, Wataru Iwanaga, Hayato Tokuda and Takehiro Umemura.
Critical Care 2018 22:103.
https://bit.ly/2KAKrLx

ЭКГ, анатомия и патология острого инфаркта миокарда на одной картинке

Нет в экстренной медицине догмы сильнее, чем обязательное применение эпинефрина (адреналина) при остановке кровообращения. В теории адреналин должен улучшить коронарную и церебральную перфузию в ходе сердечно-легочной реанимации, но реальный клинический эффект адреналина изучен недостаточно.

The New England Journal of Medicine 18 июля опубликовал результаты исследования PARAMEDIC2 - рандомизированное исследование применения эпинефрина при внебольничной остановке кровообращения. Полный текст доступен по ссылке https://bit.ly/2LhNH1R

В этом рандомизированном двойном слепом исследовании  8014 взрослых пациентов с внебольничной остановкой кровообращения случайным образом были разделены на две группы: 4015 получали эпинефрин, 3999 плацебо в виде изотонического солевого раствора. Остальные вмешательства соответствовали протоколу Advanced Life Support. В исследовании участвовали пять служб скорой медицинской помощи Национальной службы здравоохранения Соединенного Королевства.

Первичный результат - выживаемость через 30 дней после остановки кровообращения: 130 пациентов (3,2%) в группе эпинефрина, 94 (2,4%) в контрольной группе.

Вторичные результаты

Количество пациентов, доживших до выписки из больницы с благоприятным неврологическим исходом:
87 (2,2%) после эпинефрина,
75 (1,9%) после плацебо.
Существенные различия отсутствуют.

Тяжёлый неврологический дефицит на момент выписки (4 или 5 по модифицированной шкале Рэнкина):

39 из 126 в группе эпинефрина (31,0%);
16 из 90 в группе плацебо (17,8%).

Таким образом, после применения эпинефрина большее количество пациентов доживает до 30-дневного срока после остановки кровообращения, однако у большей доли выживших наблюдается выраженный неврологический дефицит.

После применения адреналина из 4015 пациентов до 30 дней дожили 130, до выписки - 126, из них почти треть с грубым неврологическим дефицитом. То есть 87 пациентов из этой группы смогут продолжать жить в привычном режиме. Из 3999 пациентов группы плацебо - 78.

Анализ результатов исследования можно почитать в блоге St. Emlyn's
https://bit.ly/2uQhtQO

Здесь можно почитать о проведенных ранее исследованиях эффективности адреналина при остановке кровообращения:

1. Блог The Skeptics' Guide to Emergency Medicine - SGEM#64: Classic EM Papers (OPALS Study) https://bit.ly/1mOIhte

2. Блог emDocs - A Myth Revisited: Epinephrine for Cardiac Arrest https://bit.ly/2NzOqJ4

#9вызов_АиР

СПАСЕНИЕ В ТАИЛАНДЕ: 
детей эвакуировали из пещеры в состоянии медикаментозного сна 

Врач-анестезиолог Ричард Харрис из Австралии участвовал в операции по спасению детской футбольной команды, заблокированной наводнением в пещере. Доктор Харрис сообщил, что основным риском при эвакуации детей из пещеры спасатели считали возможный приступ паники. Извлечение из пещеры предполагало трехчасовой маршрут в том числе в тесных подводных туннелях, где эмоциональная реакция могла привести к гибели и спасателя, и спасаемого. 

Спасательная команда остановилась на варианте отчаяния: детей эвакуировали в состоянии медикаментозного сна. Кислородную поддержку осуществляли через герметичные маски, закрывающие все лицо. Доктор Харрис обучил дайверов технике выполнения внутримышечных инъекций и снабдил их шприцами с предварительно рассчитанной дозой седативного средства для каждого ребенка и тренера. 

В одном из обсуждений в фейсбуке коллеги пришли к следующему возможному варианту медикаментозного обеспечения (официально эти сведения не раскрывались): 
- премедикация алпразоламом (0,5 мг внутрь); 
- кетамин 5 мг/кг внутримышечно, далее повторно от 2 до 4 раз в половинной дозе; 
- атропин внутримышечно с целью уменьшения саливации. 
- 80% кислород через лицевую маску. 

Все дети и тренер были успешно спасены. 

За участие в спасательной операции Ричард Харрис был награжден правительством Австралии. 

ИСТОЧНИКИ: 
[1] ab.co/2Lenktq 
[2] ab.co/2LSgA1J 
[3] https://bit.ly/2visx9T

Свершилось.
Правительство РФ определило единого поставщика услуг санитарной авиации.

https://bit.ly/2ALV0Lb
#санавиация

Очередной виток истории обезболивания

Парамедики в Индианаполисе начинают применять закись азота вместо фентанила. Закисью будут обезболивать скелетную травму, а фентанил останется в укладках для черепно-мозговой травмы, абдоминальной боли и превмотораксов.

Таким образом власти стремятся сократить применение опиоидов: статистика по злоупотреблению в регионе удручающая.

А вы давно открывали вентиль на баллоне с закисью?

ИСТОЧНИК
https://www.jems.com/articles/pt/2018/08/paramedics-in-indianapolis-suburb-turn-to-nitrous-oxide-as-fentanyl-alternative.html

В различных системах скорой медицинской помощи основным средством возмещения кровопотери при травме на догоспитальном этапе остаются изотонические кристаллоидные растворы. Как правило, это хлорид натрия или “сбалансированные” растворы (Рингер лактат). На постсоветском пространстве в этих целях применяются также коллоидные плазмозаменители.

Каждый из этих растворов имеет свои недостатки, и сегодня мы рассмотрим как исследуют одну из альтернатив: плазму крови. На этот препарат возлагают надежды в связи с возможной коррекцией коагулопатии, одного из звеньев “смертельной триады травмы”.

Плазму крови затруднительно использовать на догоспитальном этапе в связи со строгими условиями хранения, и в рассмотренных источниках упоминаются следующие препараты:
— замороженная плазма, которую размораживают в специальном устройстве непосредственно перед употреблением;
— размороженная плазма, которая сохраняет годность до 5 суток и затем утилизируется;
— лиофилизированная плазма, на использование которой по экстренным показаниям получило разрешение Министерство обороны США [3].

Оно же и финансирует экспериментальные исследования применения плазмы крови (пока в виде первых двух препаратов плазмы). В июле 2018 года опубликованы результаты двух таких исследований, которые мы рассмотрели в заметке на нашем сайте.

#9вызов_ТРАВМА

http://9thcall.ru/2018/08/15/plasma/

Нашли полезную статью:
Обеспечение проходимости дыхательных путей при травме
Полный текст https://bit.ly/2Pbd3NP а там 👇 PDF

Она заслуживает как минимум вдумчивого прочтения, а возможно и перевода. Кто хочет поучаствовать в переводе и редактуре - пишите в @the9thcall

Внутривенное введение магния сульфата приведено в качестве дополнительной терапии приступов бронхиальной астмы, не купирующихся примененением бронхолитиков у взрослых пациентов в отечественных клинических рекомендациях [1], [2]. Рекомендовано введение 2 г в течение 20 минут.

Существуют научные данные об эффективности применения магния сульфата и у педиатрических пациентов с приступами бронхиальной астмы. Zhantao Su et al. провели систематический обзор и мета-анализ рандомизированных и квазирандомизированных исследований применения магния сульфата внутривенно и ингаляционно в лечении приступов бронхиальной астмы у детей [3].

После поиска по научным базам данных в мета-анализ вошло 10 исследований: 6 по внутривенной магнезии, 4 применением посредством небулайзера.

Внутривенное введение магния сульфата показало статистически значимое снижение числа госпитализаций и улучшение функции внешнего дыхания по сравнению со стандартной терапией. Все пациенты экспериментальных и контрольных групп получали β-агонисты и системные глюкокортикостероиды.

Применение магния сульфата через небулайзер не повлияло на частоту госпитализаций и улучшение функции внешнего дыхания.

Следует отметить, что исследования, попавшие в мета-анализ, имеют ряд недостатков:
- гетерогенность по возрастным группам;
- гетерогенность по дозе магния сульфата (от 25 до 100 мг/кг внутривенно с максимальной дозой 2 - 2,5 г);
- небольшое число пациентов в отдельных исследованиях (менее 100 пациентов в 7 из 10 исследований).

Авторы делают вывод об эффективности и безопасности применения внутривенного сульфата магния в лечении умеренно тяжелых и тяжелых приступов бронхиальной астмы у детей.

Анализ статьи на английском языке можно почитать в блоге RebelEM [4], откуда мы про данный материал и узнали.

ИСТОЧНИКИ

1. Клинические рекомендации: Бронхиальная астма. Год утверждения: 2016.

2. Скорая медицинская помощь. Клинические рекомендации. Под ред. С.Ф. Багненко. М.: ГЭОТАР-Медиа, 2015.

3. Pediatr Emerg Care. 2018 Jun;34(6):390-395.
doi: 10.1097/PEC.0000000000000909.
Intravenous and Nebulized Magnesium Sulfate for Treating Acute Asthma in Children: A Systematic Review and Meta-Analysis.
Su Z, Li R1, Gai Z.
Pubmed bit.ly/2nFIumZ | Pediatr Emerg Care bit.ly/2MhbkZv

4. RebelEM blog bit.ly/2OBMdNV

#9вызов_ПУЛЬМО #9вызов_ДЕТИ

#9вызов_ПЯТНИЦА
Источник: bit.ly/2MM5BqI

На канале t.me/anesthchannel нашли ссылку на статью, которая хорошо обобщает информацию, накопленную по использованию устройств механической компрессии грудной клетки.

Каждый, кому приходилось участвовать в сердечно-легочной реанимации (или хотя бы тренироваться) знает, насколько это физически тяжелый труд - компрессии грудной клетки. Исследования показали, что для поддержания качественного непрямого массажа сердца каждые 2 минуты необходимо производить смену реаниматора. Учитывая, что в состав общепрофильной бригады скорой медицинской помощи входит 2 медицинских работника, данную рекомендацию выполнить непросто.

Помимо сложности выполнения, закрытый массаж сердца во время транспортировки в стационар может представлять опасность для бригады, так как реаниматор не закреплен ремнями безопасности в кресле и может получить травму.

Существуют клинические ситуации, когда сердечно-легочная реанимация может длиться часами, как при переохлаждении или рефрактерной фибрилляции желудочков. В такой ситуации можно вымотать не только бригаду “скорой помощи”, но и весь дежурный медперсонал стационара.

Что, если поручить эту нехитрую, но тяжелую работу механическому помощнику? Ответ на этот вопрос уже дали Zoll, PhysioControl, Schiller и Weinmann, но эффективность предлагаемых решений оценить довольно сложно.

Начать этот анализ можно с обзора научных данных по использованию устройств механического непрямого массажа сердца
https://t.me/anesthchannel/1786

Авторы обобщают результаты исследований в различных сценариях применения основных конкурентов, Лукаса и Автопульса, против человека.

На догоспитальном этапе машины не лучше людей, даже с учётом того, что часть исследований спонсировали производители. Целесообразно применять механические устройства при транспортировке. На этапе эвакуации от места происшествия до санитарного автомобиля механический помощник позволяет сократить паузы в компрессиях, а в пути следования до больницы действует в интересах охраны труда: непрямой массаж сердца в автомобиле, а тем более в вертолете, сопряжен с риском травмы.

На этапе отделения экстренной помощи качественных доказательств в пользу механических устройств пока не получено, результаты имеющихся исследований противоречивы и скорее свидетельствуют в пользу ручных компрессий.

При остановке кровообращения у пациентов отделений стационара удалось выявить преимущество механических компрессий (возможно, пока бежит доктор из emergency department, местный персонал не может достойно соревноваться с машиной).

Ряд наблюдений показал пользу механических устройств в проведении интра-реанимационных чрескожных коронарных вмешательств.

Возлагаются определенные надежды на связку "механические компрессии + экстракорпоральное поддержание жизни". Помимо опубликованных обсервационных французских исследований, ожидается важная информация от чешских коллег, где сбор данных ещё не закончен.

Описана также значимость устройств механической компрессии в сохранении жизнеспособности органов для последующей донации.

Авторы приходят к выводу, что рутинное использование устройств механической компрессии у всех пациентов с остановкой кровообращения необоснованно. В каждой системе экстренной помощи необходимо найти категорию пациентов, которая выиграет от механических компрессий, начатых в определенное время.

Надгортанные устройства не лучше эндотрахеальной интубации при внебольничной остановке кровообращения: исследование AIRWAYS-2

#9вызов_АиР

Для обеспечения проходимости дыхательных путей при сердечно-легочной реанимации вам как медицинскому профессионалу “первого контакта” придется сделать выбор из двух глобальных альтернатив: проводить интубацию трахеи или использовать т.н. надгортанное устройство.

В пользу интубации говорит большая надежность при перемещении и транспортировке пациента и надежная герметизация дыхательных путей; на стороне надгортанных устройств - сравнительно простая техника манипуляции и отсутствие перерывов в компрессиях грудной клетки. Здесь, однако, стоит отметить, что тренированный интубатор не задержит компрессии дольше чем на 10 секунд.

28 августа 2018 года на сайте журнала Американской медицинской ассоциации опубликованы результаты рандомизированного клинического исследования AIRWAYS-2 - “Влияние стратегии применения надгортанных устройств против эндотрахеальной интубации при внебольничной остановке кровообращения на функциональный исход”.

Исследование проводилось с июня 2015 по август 2017 на базе 4 служб скорой медицинской помощи в Англии, где в выездных бригадах трудятся парамедики. В исследование включались пациенты 18 лет от роду и старше с нетравматической внебольничной остановкой кровообращения.

Ввиду экстренного характера оказания помощи при остановке кровообращения рандомизировали в этом исследовании не пациентов, а парамедиков: кому-то выпало применять только надгортанное устройство (i-Gel производства Intersurgical), кто-то только интубировал. Первых было 759, вторых - 764. При этом протокол СЛР предполагал путь “от простого к сложному”: начинали ИВЛ мешком и маской, далее переходили к “продвинутым” способам.

Исход оценивали по модифицированной шкале Рэнкина на 30-й день после остановки кровообращения, либо на момент выписки из стационара, если такая длительная госпитализация не требовалась. Результат от 0 до 3 баллов считался благоприятным, 4 - 6 - неблагоприятным (выраженный неврологический дефицит или смерть).

Всего в исследование было включено 9296 пациентов (4886 в группе надгортанных устройств, 4410 в группе эндотрахеальной интубации). Медианный возраст 73 года, 36,3% женщины. Модифицированную шкалу Рэнкина удалось посчитать по 9289 пациентам.

Благоприятный неврологический исход наблюдался:
- у 311 из 4882 пациентов в группе надгортанных устройств (6,4%);
- у 300 из 4407 пациентов в группе эндотрахеальной интубации (6,8%).

Вентиляция была изначально успешной:
- у 4255 из 4868 пациентов в группе надгортанных устройств (87.4%);
- у 3473 of 4397 пациентов в группе эндотрахеальной интубации (79.0%).

Следует отметить, что пациенты, рандомизированные в группу эндотрахеальной интубации, реже нуждались в “продвинутых” методах восстановления проходимости дыхательных путей (77,6% против 85,2%).

Регургитация и аспирация в двух группах существенно не отличались.

ВЫВОД АВТОРОВ:
Среди пациентов с внебольничной остановкой кровообращения стратегия “продвинутого” обеспечения проходимости дыхательных путей с помощью надгортанных дыхательных устройств по сравнению с эндотрахеальной интубацией не приводит к предпочтительному функциональному исходу через 30 дней.

ИСТОЧНИК
https://bit.ly/2wv7BNg
JAMA. 2018;320(8):779-791. doi:10.1001/jama.2018.11597
Effect of a Strategy of a Supraglottic Airway Device vs Tracheal Intubation During Out-of-Hospital Cardiac Arrest on Functional Outcome.
The AIRWAYS-2 Randomized Clinical Trial.
Jonathan R. Benger, MD; Kim Kirby, MRes; Sarah Black, DClinRes; Stephen J. Brett, MD; Madeleine Clout, BSc; Michelle J. Lazaroo, MSc; Jerry P. Nolan, MBChB; Barnaby C. Reeves, DPhil; Maria Robinson, MOst; Lauren J. Scott, MSc; Helena Smartt, PhD; Adrian South, BSc (Hons); Elizabeth A. Stokes, DPhil; Jodi Taylor, PhD; Matthew Thomas, MBChB; Sarah Voss, PhD; SarahWordsworth, PhD; Chris A. Rogers, PhD.

Подробная библиография и файлы ниже.