Мало кто знает, сколько печали нужно для восстановления Карфагена.
ХЖ - Художественный журнал
О понятии истории
«К наиболее примечательным особенностям человеческого сердца, — говорит Лотце, — принадлежит... наряду с большим эгоизмом в частностях, всеобщее отсутствие зависти каждого настоящего к своему будущему».
1🙏7
Контингентная нормативная этика
Течения около спекулятивного реализма чаще всего пренебрегают этикой, ведь если нет оснований в виде Бога, души и объективного смысла, то не на чем формировать нормативность. Но может ли все-таки существовать сильная этика в контингентном мире без внешнего законодателя? Так как буддизм не предполагает существования Бога и принимает пустотность всех сущностей, он совместим с контингентностью Мейясу и проектами после него. В буддизме нормативность не навязывается извне, а выводится имманентно из внутренней логики причинности и структуры опыта.
Страдание (дуккха) в буддизме понимается прежде всего как феноменологический факт, нечто непосредственно обнаруживаемое в опыте, а не как абстрактное метафизическое зло. Этичными считаются те действия, которые ослабляют условия страдания для себя и других. Если агент стремится избежать страданий, то действия, порождающие ненависть, насилие или неведение противоречат его же цели. Но буддизм не останавливается на личном прагматизме: через осознание взаимозависимости себя и других агентов, стремление уменьшить страдание распространяется на всех живых существ. К тому же, действия, усиливающие неведение и привязанность, воспроизводят страдание, а также мешают ясному восприятию вещей, и, как следствие, могут снижать личную агентность. Сострадание и ненасилие, в свою очередь, — поведенческие паттерны, наиболее совместимые с пустотностью и взаимозависимостью.
Парадоксально, но именно контингентность делает подобную этику рабочей. Если бы "я" было статичной сущностью, изменения были бы невозможны — ты оказался бы обречен на свою природу. Однако поскольку все взаимозависимо и пустотно, каждое действие имеет причинный вес. Пустота не разрушает нормативность, но, наоборот, радикализирует ответственность, ведь нельзя свалить вину на судьбу, природу человека или Бога. Поэтому неверно считать, что если нет абсолютного основания, то нет различия между жестокостью и состраданием. В буддийской этике контингентность не приводит к отсутствию нормативных различий, а деконструкция субъекта не оправдывает насилие.
Течения около спекулятивного реализма чаще всего пренебрегают этикой, ведь если нет оснований в виде Бога, души и объективного смысла, то не на чем формировать нормативность. Но может ли все-таки существовать сильная этика в контингентном мире без внешнего законодателя? Так как буддизм не предполагает существования Бога и принимает пустотность всех сущностей, он совместим с контингентностью Мейясу и проектами после него. В буддизме нормативность не навязывается извне, а выводится имманентно из внутренней логики причинности и структуры опыта.
Страдание (дуккха) в буддизме понимается прежде всего как феноменологический факт, нечто непосредственно обнаруживаемое в опыте, а не как абстрактное метафизическое зло. Этичными считаются те действия, которые ослабляют условия страдания для себя и других. Если агент стремится избежать страданий, то действия, порождающие ненависть, насилие или неведение противоречат его же цели. Но буддизм не останавливается на личном прагматизме: через осознание взаимозависимости себя и других агентов, стремление уменьшить страдание распространяется на всех живых существ. К тому же, действия, усиливающие неведение и привязанность, воспроизводят страдание, а также мешают ясному восприятию вещей, и, как следствие, могут снижать личную агентность. Сострадание и ненасилие, в свою очередь, — поведенческие паттерны, наиболее совместимые с пустотностью и взаимозависимостью.
Парадоксально, но именно контингентность делает подобную этику рабочей. Если бы "я" было статичной сущностью, изменения были бы невозможны — ты оказался бы обречен на свою природу. Однако поскольку все взаимозависимо и пустотно, каждое действие имеет причинный вес. Пустота не разрушает нормативность, но, наоборот, радикализирует ответственность, ведь нельзя свалить вину на судьбу, природу человека или Бога. Поэтому неверно считать, что если нет абсолютного основания, то нет различия между жестокостью и состраданием. В буддийской этике контингентность не приводит к отсутствию нормативных различий, а деконструкция субъекта не оправдывает насилие.
🙏10
Побеседовали с Евгением Сычевым и командой cataclysm о ландианстве, разобрали тезисы из моей статьи про u/acc. Рассказ Евгения был очень интересным, всем спасибо.
🙏19
Сделал weirdcore обложку для перевода статьи про космический пессимизм. ← CLICK to be pure and saved!!
🙏18