Ушедший 2022 год стал не только Годом культурного наследия, но и временем новых рекордов в экономике нашей страны: в частности, в жилищном и дорожном строительстве, а также в сельском хозяйстве.

Американская медицина прописывает ЛГБТ-террор

https://ria.ru/20230103/lgbt-1842859357.html

И не нужно думать, что это где-то там у них,далеко. В любой войне аппетиты врагов ограничиваются не территориями, а противодействием этим самым аппетитам.

Читаю новость, и сердце радуется за Зимбабве. Правительство Зимбабве запретило экспорт лития: Правительство заявило, что теряет 1,7 млрд евро из-за экспорта его в качестве сырья, а не переработки. За два года цена на литий выросла на 1100%.

В 1863 году на нефтеперегонном заводе купца Кокорина недалеко от Баку молодой ученый Дмитрий Менделеев создал прообраз современного технологического процесса перегонки и транспортировки нефти. Он тогда посчитал, что продавать продукты перегонки нефти выгоднее, чем саму нефть, и выдал свой знаменитый афоризм: «Сжигать нефть – все равно что топить печку ассигнациями». С позапрошлого века стало очевидным, что продавать нефтепродукты выгоднее, чем сырую нефть, но мы продаём нефть. И новые заводы по нефтехимии не строим. А все потому, что налогообложение в России продумано таким образом, что нефть продавать выгоднее чем бензин. Сейчас, в период санкций, никто, конечно, перестраивать отрасль не будет. Но можно потом продумать вопрос замены чиновника из Зимбабве, который отвечал за литий, на нашего чиновника в Москве, который отвечает за нефть?

По поводу трагедии в Макеевке.

Её масштабы слишком большие, чтобы нам, не имея фактуры на руках, давать оценочные суждения по конкретике и кто виноват.
Но никто нам не помешает дать оценочные суждения по ситуации, которая сложилась в зоне СВО, из-за которой и происходят подобные трагедии. Тем более и начало 2023-го года к этому предрасполагает.

24 февраля 2022 года мы начали СВО, не понимая, что мы вступаем в цивилизационную войну за образ будущего. Это чувствовалось во всём, но особенно это чувствовалось в непонимании многих солдат, с которыми нам удалось пообщаться в начале СВО конечного целеполагания боевых действий на территории Малороссии и Новороссии, которую они, почему-то, называли Украиной, что по нашему мнению, тоже было стратегическим просчётом политуправления Министерства обороны. Им более-менее объяснили против кого мы воюем в Малороссии и Новороссии, но совсем не объяснили за что. Да и сегодня это целеполагание так до конца и не сформулировано. Это не вина армии. Это проблема всего нашего общества. Мы до сих пор находимся в противоречивом состоянии перепутья, когда в риторике не хотим жить в нашем либеральном прошлом, но по факту, продолжаем в нём жить. Это показали и все голубые огоньки на центральных каналах гостелевидения, когда не герои СВО стали центром внимания и притяжения новогодних программ, а всё те же содомиты продажного шоу-бизнеса либеральной РФ, для легитимизации которых пригласили героев СВО.

В отличии от нас, наш противник уже всё рассказал и показал, что 8 лет после Майдана он использовал Минские соглашения для перевооружения своей прокси-армии на оккупированной ими территории и подготовки военной ловушки для России, в которую он нас и втащил, целенаправленно подвигая инфраструктуру НАТО к нашим границам. И вот тут-то и произошёл главный идеологический сбой: Наш главные геополитический и геостратегический противник готовился к войне с нами, имея чёткий цивилизационный проект, на реализацию которого нацелены и международные институты, и международные организации, и международные программы, и имея цель - уничтожение России, как суверенного геополитического центра, и встраивание её в их глобальный проект на правах безропотного поставщика ресурсов. А мы вступили с ним в цивилизационное противостояние не имея своего проекта, которое бы мобилизовывало общество на Победу в сражении за образ будущего.

Не имея своего проекта, этот образ невозможно сформировать. А если у вас не сформирован образ будущего, вы не сформируете глубинную идеологическую платформу, за которую воины безоговорочно готовы идти умирать. Денацификация - хороший дополнительный аргумент, но не основной. Он проигрывает в пассионарности целям "украинского" сегмента американской армии, которому внушили за 8 лет, что они воюют, якобы за свою землю. В нашей армии за эти 8 лет почему-то не внушали, что нам придётся деоккупировать тысячелетнюю русскую землю Малороссии и Новороссии. Именно отсюда мотивированность укровоинов американской армии, и меньшая мотивация нашей армии, которая и выливается зачастую в недоработках, в недовнимании, в недовоевании, некоторых бойцов и командиров, которые потом выливаются в такие трагедии, как в Макеевке.

Да и вообще, мы уверены на 1000% процентов, что если бы мы зашли 24 февраля туда куда зашли с проектом Святой Руси под стягами со Спасом Нерукотворным освобождать русские земли от оккупации американских содомитов наших земель Малороссии и Новороссии и наших святынь, то наши бы стяги сейчас развивались над ратушей Львова, а мы бы вместе с нашими братьями малороссами встречали Рождество Христово в Киево-Печерской Лавре и у мощей Ильи Муромца.

А пока мы встали, и в воздухе повисли вопросы "Кто мы? Куда мы? За что мы? Зачем мы?"

А пока мы будем стоять и решать, наши располаги будут вычислять американские спутники и наносить по ним удары HIMERSами, как в Макеевке, а мы будем хоронить наших братьев, мужей и сыновей.

Помоги нам, Бог!