Forwarded from Зоя Арефьева и Кошичкина Полиция (Арефьева Зоя)
КОТЛЕТИНКИ
Пошлите эту валентинку тому, кого любите. Не обязательно второй половинке, отправьте ее маме, папе, бабушке, брату, коллегам.
Давайте сделаем так, чтобы блюбви хватило всем!
Если вдруг захочется пульнуть благодарность,
воть Сбер 2202200905306211
Тинькофф 5536913787864541
Но лайка, репоста и простого спасибо вполне достаточно❤
Пошлите эту валентинку тому, кого любите. Не обязательно второй половинке, отправьте ее маме, папе, бабушке, брату, коллегам.
Давайте сделаем так, чтобы блюбви хватило всем!
Если вдруг захочется пульнуть благодарность,
воть Сбер 2202200905306211
Тинькофф 5536913787864541
Но лайка, репоста и простого спасибо вполне достаточно❤
❤7🔥1
Уважаемые коллеги! Сегодня последний день, когда можно оплатить оргвзнос за конференцию Школы Амплификации по самой выгодной цене! Повышение цены - уже с завтрашнего дня 16 февраля!
https://nextlevelpsy.com/amplification_school_voice
https://nextlevelpsy.com/amplification_school_voice
В конечном счете нам следует признать, что в душе каждого человека, наряду с душевным омутом грусти, существует и бездна гнева.
Гнев – это закономерная реакция души на ее травму.
Мы можем оставить эту травму неосознанной именно потому, что выражать ее крайне опасно.
Мы можем обернуть эту травму против себя, испытав психосоматическое недомогание, депрессию или причинив себе какой-то иной вред из-за принятия неадекватных решений.
Или же мы можем перенести свой гнев на других и тем самым травмировать тех, кто молчаливо заменяет нам людей, с которыми мы избегали прямого столкновения в прошлом. В таком случае гнев становится рефлекторной реакцией на «ограничение души». И тогда он – уже не только часть защитной психической системы, а жизненно важный индикатор, добравшись до истоков которого мы можем прийти к исцелению души.
После обработки сознанием гнев превращается в жизненную энергию, необходимую не только для исцеления, но и для исполнения желаний души.
Пока мы идентифицируемся с психической травмой, мы продолжаем пребывать в состоянии жертвы, увязнув по уши в трясине гнева.
И только признав, что у нас на пути встал трехглавый свирепый пес Цербер, олицетворяющий «избыточность», «недостаточность» и самобичевание, мы получаем шанс миновать его страшные пасти.
Хотя первичные травмы редко поддаются исцелению, можно переосмыслить их символический смысл, который мы осознали.
Погрузившись в пучину гнева, каким бы справедливым он ни был, мы опускаемся в Ад и оказываемся в самом начале своей индивидуальной истории.
Наша жизнь в настоящем времени по-прежнему во многом определяется травмой, полученной в прошлом.
Только признав наличие гнева, поняв его природу и определив его воздействие на наше воображаемое Я, – только тогда мы сможем, наконец, освободиться от ограничений прошлого. Трехглавый пес Цербер оказывается у нас на пути – вот там, совсем недалеко впереди. Но он находится и у нас внутри; мы носим его в себе.
Только согласившись с доктором Фаустусом, что место, где мы находимся, – это Ад, мы отправимся по долгой и крутой дороге, ведущей наверх из «царства мертвых».
Джеймс Холлис «Душевные омуты»
Гнев – это закономерная реакция души на ее травму.
Мы можем оставить эту травму неосознанной именно потому, что выражать ее крайне опасно.
Мы можем обернуть эту травму против себя, испытав психосоматическое недомогание, депрессию или причинив себе какой-то иной вред из-за принятия неадекватных решений.
Или же мы можем перенести свой гнев на других и тем самым травмировать тех, кто молчаливо заменяет нам людей, с которыми мы избегали прямого столкновения в прошлом. В таком случае гнев становится рефлекторной реакцией на «ограничение души». И тогда он – уже не только часть защитной психической системы, а жизненно важный индикатор, добравшись до истоков которого мы можем прийти к исцелению души.
После обработки сознанием гнев превращается в жизненную энергию, необходимую не только для исцеления, но и для исполнения желаний души.
Пока мы идентифицируемся с психической травмой, мы продолжаем пребывать в состоянии жертвы, увязнув по уши в трясине гнева.
И только признав, что у нас на пути встал трехглавый свирепый пес Цербер, олицетворяющий «избыточность», «недостаточность» и самобичевание, мы получаем шанс миновать его страшные пасти.
Хотя первичные травмы редко поддаются исцелению, можно переосмыслить их символический смысл, который мы осознали.
Погрузившись в пучину гнева, каким бы справедливым он ни был, мы опускаемся в Ад и оказываемся в самом начале своей индивидуальной истории.
Наша жизнь в настоящем времени по-прежнему во многом определяется травмой, полученной в прошлом.
Только признав наличие гнева, поняв его природу и определив его воздействие на наше воображаемое Я, – только тогда мы сможем, наконец, освободиться от ограничений прошлого. Трехглавый пес Цербер оказывается у нас на пути – вот там, совсем недалеко впереди. Но он находится и у нас внутри; мы носим его в себе.
Только согласившись с доктором Фаустусом, что место, где мы находимся, – это Ад, мы отправимся по долгой и крутой дороге, ведущей наверх из «царства мертвых».
Джеймс Холлис «Душевные омуты»
❤14