Достаточно

Прошлый пост я закончил вопросами про достаточность, а в этом хотел на них ответить. Как найти эту точку, как перестать гнаться и выбрать то, что действительно важно. Но изучая разные материалы, понял, что написано уже достаточно и хорошо. Например, вот эта и эта статьи на Reminder подробно рассказывают про бесконечную гонку за улучшениями. Про то, почему для нас ничего и никогда не будет «достаточно хорошо». Добавить особо нечего.

Поэтому я подумал, что лучше будет показать. Например, через историю известного человека, который перестал гнаться за успехом и выбрал простую жизнь. Но, признаюсь честно, много примеров я не нашел. Возможно, потому что для многих известных людей эта гонка не про «достигаторство» в угоду своему эго, а реальное желание изменить мир. А его можно менять бесконечно.

И всё-таки одна история меня зацепила. Это жизнь Ивона Шуинара, основателя Patagonia, который, даже став миллиардером, продолжал жить довольно просто, избегая роскоши и по‑прежнему проводя много времени на природе. А в 2022 передал компанию двум трастам, которые направляют всю прибыль на защиту окружающей среды. История его бизнеса нетривиальна, а принципы ведения покажутся странными многим предпринимателям, но это только добавляет причин прочитать о них каждому.

«Мне всё равно, когда и сколько часов работают сотрудники, если в итоге они делают свою работу. Если ваш ребёнок заболел, вы можете спокойно пойти домой, чтобы позаботиться о нём. Если ты сёрфер и сейчас прибой — брось всё и беги на пляж! Если тебе приходится ждать следующего четверга, чтобы заняться сёрфингом, значит, ты неудачник.» — Ивон Шуинар.

📎 Полная статья о нём

Кажется, это та самая история ценностей, ради которых хочется выбирать компанию из многих других. И хочется, чтобы таких компаний было больше.

***

Но пока я писал об этом, понял: у меня есть пример гораздо ярче и ближе.

Мой дедушка. Он не создавал миллиардных компаний, не занимал высоких постов и, чего уж говорить, даже в интернет никогда не заходил, так что этот пост тоже не увидит. И на самом деле вряд ли бы обрадовался, увидев.

Всю свою жизнь он скромно и верно делал свою работу. Вставал рано утром, весь день работал на стройке, потом в котельной, чтобы в домах было тепло, а вечером ехал в деревню: накормить животных, разобраться с домашними делами, помочь всем знакомым и соседям. Хороший сварщик никогда не останется без работы. Так каждый день. Больше 50 лет.

И даже сейчас, когда ему уже почти 80, продолжает каждый день ездить в деревню, чтобы сделать что-то важное.

Когда я приезжаю навестить их с бабушкой, даже если забегаю на 5 минут, он обязательно достаёт свой большой раздвижной стол, которому уже, кажется, больше лет, чем мне. Накрывает красивую скатерть. Выставляет на стол примерно всё, что наготовила бабушка и есть в холодильнике.
А потом говорит: «Как хорошо, что всего хватает. Овощи свои вырастили, в магазине всё, что хочешь, есть.»
А я про себя ухмылялся: ну вот, опять ты голодные 90-е вспоминаешь, а нужно стремиться к лучшему...

И снова осознание приходит позже.

В какой-то момент вдруг понимаешь, как много счастливых мгновений связано с ним. И все они существуют благодаря тому, что он не искал лучшее, а каждую минуту рядом — был рядом. Что бы мы ни делали — ездили в лес, на рыбалку или работали вместе. Каждую минуту он отдавал и отдаёт всё что у него есть. Ни разу не спросив что-то взамен.

***

Однажды один человек спросил: сколько ты сделал добрых дел, о которых никто не знает?

Мне кажется, тишина — универсальная мера проверки для всего, в т.ч. достаточности. Наверное, только доброты не будет достаточно никогда. Мы вдохновляемся примерами великих, пытаемся им подражать, быть видимыми, значимыми. Но устойчивость этого мира держится на плечах тех, чьих имён обычно никто не знает.

Моего дедушку зовут Николай. Завтра у него день рождения. И я благодарен судьбе, что в моей жизни был и есть такой пример как он

ИИ может всё. Почти.

Недавно одновременно с восторгом и ужасом обнаружил, что исполнитель, которого я последнее время много слушаю на Яндекс Музыке, кто бы мог подумать — нейросеть. Начал проверять все понравившиеся в волне песни — большая часть такие же. Вот парочка примеров навскидку: раз, два, три

Поет ИИ шикарно, но радует это, конечно, слабо. Талантливым живым музыкантам и так было непросто пробиться, а сейчас, с тоннами таких композИИций, это станет в принципе нереально. Остается надеяться, что Яндекс и прочие площадки наконец проснутся и начнут хотя бы помечать это как ИИ-контент.

На других фронтах ситуация не лучше. ИИ уже генерирует книги, фильмы, игры, сайты, сервисы — ну в общем-то все, что только может существовать в онлайне, даже ИИ-девушку тебе может сделать.

И если ты себя утешаешь тем, что пока можешь отличить ИИ-творение от человеческого — у меня плохие новости. Очень скоро таких признаков не останется. Просто потому что каждый день сотни миллионов пользователей нейросетей учат их быть идеально похожими на человека. Что-нибудь в духе:
Ты ставишь слишком много длинных тире в тексте - человек так не пишет.

И они отлично учатся. Новые версии выходят регулярно, каждая корпорация соревнуется друг с другом, а нам только и остается, что вновь и вновь удивляться очередному чуду современных технологий.

Вместе с удивлением приходят и другие чувства. Например, страх. Страх за то, что ты не успеваешь. Все так стремительно развивается, появляется, изменяется, что уже просто невозможно всегда быть "в теме". Не успел я кое-как разобраться в Курсоре (ИИ программа для создания других программ без знания кода), как появился openclaw - ИИ-агент, который может вообще как-будто бы все: хочешь, будет с друзьями за тебя переписываться, хочешь путешествие за тебя спланирует и даже билеты купит. Никаких ограничений, любое «хочу».

Видя, что происходит, какие результаты выдает нейросеть, приходит страх гораздо сильнее — все потерять. Если ИИ в считанные минуты может выполнить любую задачу — что станет с моей работой? Есть ли гарантия, что меня не уволят, поручив работу ИИ-агенту?

Гарантий нет. Нейросети врываются в профессии, которые казались несовместимы с ИИ. И не думает останавливаться. Да, делает не всегда качественно, а часто вообще полную ерунду. Но вопрос ведь не в том, что он делает сегодня, вопрос — куда он придет завтра.

Есть те, кто предпочитают не замечать успехи ИИ. Почему-то они считают, что их это не коснется: ЖПТ сам тупой и меня отупляет. Возможно. А еще жпт тебя ускоряет, учит и сам умеет делать, то о существовании чего ты даже не подозревал. Нравится нам это или нет, но нейросети уже часть нашей жизни. И выбор "использовать или нет" не стоит — каким бы экспертом ты ни был. Потому что завтра появится эксперт, который использует, и он станет лучшим, даже если сегодня отстаёт.

И вот здесь мы подходим к хорошим новостям. С помощью ИИ я могу сделать что угодно. Диссертацию по квантовой механике — запросто. Правда я не знаю, что такое квантовая механика, но ИИ разберется. Могу сделать компанию — навайбкожу в Курсоре какое-нибудь стильное приложение и отправлю агента его продавать. Не хотите диджитал? Окей. Могу даже в рабочую профессию, скажем сварщиком. Попрошу жпт написать мне максимально подробную инструкцию и буду делать шаг в шаг, как он скажет...

Каковы шансы на успех у всех этих начинаний? Правильно - ноль.

И нейросети здесь даже ни при чем.

Профи - это не знания, это часы налета. Опыт, полученный через тысячи ошибок. Навыки, которые он воплотит закрытыми глазами. Чутьё, которому не научишься ни в одном учебнике.

Поэтому, когда человек, не обладающий всем этим, пытается творить — получается лишь имитация. Но в руках мастера ИИ становится идеальным помощником, усиливающим его в десятки раз.

Сказать тут ещё хочется много, но вам надо бежать, поэтому закончу диалогом Вовки из Тридевятого царства, актуальным сегодня, кажется, даже сильнее, чем 50 лет назад:

Очередной выбор

Новости снова бьют ключом. Мало нам было ИИ, так теперь ещё и очередная война началась. И вроде последние годы показали, что уже не осталось чему удивляться, настолько сумасшедшие вещи происходят (и в целом не очень понятно, а когда вообще был последний спокойный год?), раз за разом прилетает очередная новостная оплеуха, и ты опять сидишь в прострации, пытаясь понять, а всё ли ок с этим миром.

Оказавшись в эпицентре событий (я тут кстати как раз в Дубае) мозг вообще перестаёт задавать вопросы и уходит в режим автопилота:
• в голове крутятся одни и те же негативные сценарии,
• рука сама тянется обновить ленту,
• а внутри заполняет непреодолимое желание куда-то бежать.

И это тот самый момент, чтобы остановиться и задать себе всего 2 вопроса:

1. Нахожусь ли я прямо сейчас в опасности, требующей немедленного реагирования?
2. Могу ли я как-то повлиять на ситуацию вокруг?

Почти всегда оба ответа — нет. А значит своими необдуманными автоматическими действиями ты можешь только ухудшить ситуацию, ну или как минимум ментальное состояние. Поэтому лучшее что стоит сделать — спокойно (насколько это возможно) подумать и определить следующий оптимальный шаг. Например, выключить новости и заняться чем-нибудь вовлекающим, чтобы отвлечь внимание мозга и остановить мыслинг: поиграть с семьёй в настолки или приготовить что-нибудь вместе... У тебя точно хватает занятий, до которых никак не доходили руки.

***

Но давай и мы отвлечёмся от новостей и поговорим об этих самых автоматизмах.

Сегодняшний ИИ-тренд является в своей сути очередным витком автоматизации. И какими бы умными ни казались современные нейросети, они всё ещё не обладают реальным интеллектом и воплощают ту же задачу: разгрузить человека, забрав у него рутинные процессы.

В понимании этих рутинных процессов как раз и кроется самое интересное.

Представь: тебе посоветовали хорошего парикмахера, ты записался на стрижку, приезжаешь по адресу, а там сотня павильонов с непонятной нумерацией. Начинаешь искать свой. Куда идти непонятно, по телефону указания неясные, уже начинаешь злиться... Кое-как с десятой попытки попадаешь на место. Впечатления смазаны, но стрижка и вправду отличная, поэтому через месяц приходишь снова. А потом ещё.

Будет ли поиск вызывать такие же сложности дальше? Нет. Чем чаще ты будешь туда ходить, тем меньше будешь задумываться, где куда поворачивать. А теперь представь, что каждый раз павильон, да ещё и адрес будут меняться, и тебе придётся как в первый раз заново искать нужное место. Кажется, каким бы замечательным ни был этот парикмахер, ходить ты к нему скоро перестанешь))

Получается, что осознанность тоже стоит дорого. Она забирает тот самый когнитивный ресурс, которого и так не хватает. Замедляет. Утомляет. А в крайней форме — парализует. Если пытаться осмыслить каждое решение, в какой-то момент можно не принять ни одного. Но если выбор сделан, утвержден и повторен, мозг оптимизирует напряжение и освобождает нас от необходимости думать там, где это не обязательно. Автоматизмы делают нас быстрее, экономят энергию. Ты не задумываешься, как завязать шнурки или почистить зубы, как доехать привычным маршрутом до работы. Это фоновые процессы, и без них мы бы сходили с ума от количества решений за день.

Проблема в том, что мы постоянно путаем эти два режима. Автопилот включается там, где нужно думать. Или закрепляет изначально необдуманный выбор. А на предметы не стоящие и капли нашего внимания уходят часы и годы. И тогда ты на автомате скроллишь новости часами подряд. На автомате соглашаешься на проект, который тебе не нужен. На автомате проживаешь неделю за неделей, не задавая себе вопрос: а я вообще туда иду, куда хочу?

О любви

У известного российского психолога Михаила Лабковского есть 10 правил состоявшейся женщины:

1. Она с самых ранних лет привыкла рассчитывать только на себя.
2. Она самодостаточна.
3. Она независима во всех смыслах этого слова.
4. Она не просит помощи.
5. Она не идет на компромиссы.
6. Она никогда ни с кем себя не сравнивает.
7. Она довольна своей внешностью.
8. Она не стремится замуж.
9. Она не приемлет неравноправия.
10. Она никогда не бросит работать.

Сильно и независимо.

Но если подумать, все эти правила легко переносятся и на мужчин. И тогда получается ситуация, где в отношения вступают два самодостаточных человека, которым никто не нужен для счастья. И это противоречие рождает логичный вопрос: а зачем тогда вообще нужны эти отношения?

Сегодня 8 из 10 браков в России заканчиваются разводом. Третье место в мире. Сухая статистика показывает, что мы сами не определились, чего хотим: свободы и комфорта или любви, уязвимости и отношений на всю жизнь.

Брак сегодня всё чаще становится традицией, выгодой или эмоциями, с окончанием которых заканчивается и сам брак. А любовь стала синонимом слабости, зависимости. Заявить о ней в открытую — всё равно что рассказать о болезни. В ответ можно разве что посочувствовать (угораздило же тебя...) и пожелать скорейшего выздоровления.

Любовь как нечто инородное, непредсказуемое и неконтролируемое изолируется. Получаются стерильные отношения — эдакая «зона комфорта», четко огороженная бесконечным количеством «ред флагов». Отношения рассматриваются как ещё один источник удовольствия: вместе посмотреть сериал, съездить в отпуск, заняться сексом. И над всем этим стоит жёсткое правило: «Никто никому ничего не должен».

Эта мантра — наша реакция на травматичный опыт прошлых поколений. Мы боимся повторения классического советского брака с его жертвенностью, тяжелым бытом, отсутствием помощи и бесконечным чувством долга. Поэтому выстраиваем связи, из которых хирургическим путем вырезано само понятие зависимости.

Популярная психология говорит, что в «здоровых отношениях» вместо должен появляется хочу.

«Мужчина не обязан платить за женщину на свиданиях. Но он может, если хочет. И я выберу того, кто хочет» — говорилось в недавнем тикток-тренде.

Окей, забыли про «должен», концентрируемся на «хочу». Хочу дарить цветы, хочу проводить время вместе, хочу делать приятно... Но подождите, разве это не проявления той самой любви, которую мы в самом начале отменили, потому что она вызывает привыкание и зависимость?

Получается замкнутый круг, в котором мы летим, ускоряемые свободой бесконечного выбора в приложениях для знакомств. Как только отношения требуют эмоциональных затрат или приносят дискомфорт, человек просто выходит, переключаясь на лёгкий поиск новых.

Только разве это свобода?

Отказавшись от привязанностей ради иллюзии абсолютной автономии, мы лишили себя той силы, которую способна дать только забота о Другом. Настоящая свобода лежит в умении сберечь тот выбор, который мы когда-то сделали. Это смелость стать частью чего-то большего, чем ты сам. Открываться и открывать другого. Быть сильным, когда другому тяжело. И иметь возможность быть беззащитным, зная, что рядом тот, кто поможет, поддержит и продолжит любить.

***

Сегодня хочу пожелать каждой женщине, именно такой смелости. Будьте сентиментальными и чувственными. Сопричастными и заботливыми. Пусть рядом будет человек, с которым не страшно быть слабой.

Любите. И не стесняйтесь этого.

С праздником ❤️

Опыт

Перечитав недавно свой пост про автоматизмы, понял, что совсем не передал ту идею, которую я в него закладывал. Да, тема непростая, но вроде хорошо её изучил, и мысль с разных сторон покрутил прежде чем сесть за написание. А всё равно, текст оказался не тождественен закладываемому в него смыслу. Интересно. А ведь бывает, и тема банальная, но подобрать слова не получается.

Чего уж говорить о том, как понимает один и тот же текст читатель. Вроде те же слова, а у каждого своё прочтение, выводы, отношение. По этой же причине я стараюсь очень осторожно рекомендовать другим книги, которые мне понравились. Просто потому, что каждая прочитанная фраза, которая вызывает отклик у меня, связана с моим опытом и не гарантирует того же у другого. Даже сам перечитываешь через годы, скажем, Героя нашего времени и оказывается вдруг, что книга то не про приключения какого-то офицера на Кавказе...

И речь ведь тут даже не о книгах.

Марк Твен однажды сказал:

«Когда мне было четырнадцать лет, мой отец был так глуп, что я с трудом переносил его. Когда мне исполнился двадцать один, я был изумлён, как поумнел старик за эти семь лет!»

Ситуация забавная и жизненная, ведь каждый понимает — ум отца тут ни при чём. Да и вообще дело не в уме как таковом.

С опытом мы начинаем смотреть на мир шире. Поэтому одни и те же события в разное время могут вызывать разное отношение.

Но ключевое здесь — могут. Пересматривать свои взгляды на жизнь крайне сложно и затратно. Мало того, что опыт, позволяющий это сделать, ещё получить где-то нужно, так потом его нужно осмыслить и признать, что был не прав. Поэтому гораздо чаще происходит обратное — новый опыт только усиливает и подкрепляет ранее сформированный габитус (система привычек и установок, писал о нём здесь).

Этому способствует так называемый феномен Баадера–Майнхоф, иначе иллюзия частоты. Мозг склонен не просто сохранять привычную картину мира, но и активно искать ей подтверждения. Как только некий объект или идея попадает в фокус внимания, мозг начинает избирательно их замечать и переоценивать реальную распространённость.

Узнал значит ты про какой-нибудь ИИ-чудоинструмент, потом увидел инфу о нём в блоге, затем услышал от знакомого... И вдруг начинает казаться, что о нём говорят все, и что вообще нужно всё бросать и бежать изучать этот инструмент. Заканчивается это обычно тем, что ты реально всё бросил, попользовался и вдруг понял, что никакое это не чудо, а обычный переупакованный калькулятор.

Но давайте к конкретике

Недавно обсуждал с одним талантливым молодым человеком чтение книг. Он сказал, что дело это не особо любит и большого смысла в нём не видит, ведь тот же самый объём знаний можно получить гораздо быстрее, например, через видео. Я с ним не согласился, начал переубеждать, делиться своим приятным опытом, приводить разные научные факты о пользе чтения...

Подобных разговоров в нашей жизни происходит огромное количество. И бывает, мы объясняем какие-то очевидные для нас истины, в которых ну просто не может быть альтернативы.

Но для другого человека эта альтернатива — его реальность. За его позицией стоит его опыт, который он прожил и из которого сделал свои выводы. Никакой набор аргументов не заменит то, что человек ощутил на себе.

Переубедить другого практически невозможно. Можно показать, предложить, поделиться. Но решение посмотреть иначе он принимает сам. Когда новый опыт сталкивается со старым, и старый не выдерживает проверки.

Это полезно помнить, когда влезаешь в очередной спор. Потому что чаще всего ты споришь не с человеком, а с его опытом. А опыт нельзя опровергнуть аргументом. Не говоря уже о том, что наш собственный опыт может приводить к ошибочным выводам.

В конечном счёте, то, как мы смотрим на мир — не столько знания и логика, сколько вера. Вера в то, что пережитое нами и есть правда, а разве с ней можно спорить?

Вера

В детстве я был очень религиозным ребенком. Регулярно ходил в церковь и на исповедь. Утро начиналось с молитвы, вечер ей заканчивался. Если предстояло что-то сложное или чего-то сильно хотелось, молитв становилось больше, иногда я мог перечитать весь молитвослов за раз. Доходило до того, что в перерыве футбольного матча, когда моя любимая команда проигрывала, я уединялся и молил бога хотя бы о ничьей.

Чего скрывать, это была моя тайная чит-код инструкция, которую я одинаково использовал для всего: справиться с трудностями, получить желаемое, сделать правильный выбор. И она действительно помогала мне в этом. По крайней мере, я в это верил.

Как часто бывает в таких случаях, неистовая религиозность быстро привела меня к обратной крайности и уже к 20 годам вся моя вера в бога бесследно растерялась. И тогда, вооружившись «неопровержимыми» фактами и доказательствами отсутствия бога, я начал так же неистово переубеждать всех заблуждавшихся, коим ещё недавно был сам.

Ооо, я мог переспорить любого. Побывав по обе стороны баррикад, я отлично понимал, где надавить... И конечно же эти споры доводили до эмоциональных конфликтов, разрывов. Но ведь я их спасал, а если поступаешь во благо, нужно идти до конца.

Прошло ещё несколько лет и я начал замечать подвох и в этой картине мира. Череда сложных и неудобных вопросов привела меня к главному: а чем моя новая убеждённость в отсутствии бога отличается от убеждённости в его существовании? Ведь доказать нельзя ни то, ни другое. Выходит это такая же вера.

Я понял, что спорить с другим о его вере — всё равно что доказывать, что мое зеленое пальто такое же зеленое для другого, как и для меня. Мы оба смотрим на одно и то же, но, что видит каждый, проверить невозможно. Мы можем обсудить разный взгляд, опыт, но спорить, доказывать — зачем?

Я понял, что, пытаясь помочь другому, я помогал не ему, а закрывал свои потребности. Быть правым. Контролировать. Легко делить на свой/чужой. Один вопрос про религию, политику, прививки, что угодно — и «Оу, ну всё с тобой ясно...». Религия была лишь фокусом, который так же легко заменялся на любой другой.

Наконец, я понял, что потерял веру, но не то, что она в меня заложила. И сейчас мне гораздо легче замечать те же ценности, которым я когда-то научился в церкви, у людей, которые в церкви никогда не были. Ярлыки не мешают. Видимо, дело не в том, во что ты веришь. А в том, что из этого вырастает.

***

Сегодня принято верить в науку. У этого даже есть название — сциентизм: убеждённость, что наука и только наука способна ответить на все важные вопросы. Учитывая стремление науки к антидогматичности, тенденция выглядит разумно. Но как всегда, и тут есть оговорки. Наука объясняет, как устроен мир, но на вопрос зачем у неё ответа пока нет. Мне стало интересно, как вера и наука уживаются друг с другом, и я собрал самое интересное из исследований психологии и нейронауки на эту тему в небольшом эссе. Вот, что получилось.

Пристегнитесь, мы входим в зону турбулентности, к которой этот самолет не готовили

В сегодняшней информационной повестке ИИ стал одной из ключевых тем, актуальной даже для сфер, очень далёких от технологий (этот канал не исключение). То и дело можно увидеть восторженные сообщения о том, как кто-то создал себе личного AI-секретаря/врача/юриста, или автоматизировал целое направление с помощью группы AI-агентов и теперь только командует ими.

Новости об успехах регулярно приходят и от самих компаний-создателей. И речь уже не просто о новых моделях. Модели создаются другими моделями. Оба гиганта — Anthropic (Claude) и OpenAI (ChatGPT) — открыто заявили, что их инженеры почти не пишут код: креативят и проверяют работу агентов.

Но это не всё. Anthropic выложила открытые плагины для продаж, маркетинга, финансов и поддержки. Каждый подключается к рабочим инструментам и начинает выполнять обычную ежедневную работу. Notion запустил ИИ-агентов, которые читают мессенджеры и почту, пишут документы, онбордят сотрудников, ведут встречи.

Интересная статистика пришла из мира стартапов — от тех, кто на передовой технологий создаёт будущий мир компаний. Аналитик Крис Лу разобрал последний набор YCombinator (одного из самых известных мировых акселераторов): 85% стартапов 2026 года — AI. Треть строят агентов. Стартапы делают ставку на то, что агенты станут новыми сотрудниками, кофаундерами и клиентами. Формула простая: «Найди индустрию на $200+ млрд с дорогими спецами. Направь агента. Успех.»

Звучит невероятно. Наконец-то человечество сможет перестать работать и заниматься тем, что нравится. Творчеством, например. Правда, пока появление ИИ только увеличило интенсивность и объём работы. Но это ведь только пока, правда?

Я, как и многие, активно пользуюсь возможностями нейросетей. Но не могу перестать думать об этом с другого конца. Действительно ли ИИ делает нашу жизнь лучше? Не создаёт ли он новые, более сложные проблемы взамен решённых?

Во всём этом инфохайпе редко, но метко возникают и другие, совсем не восторженные голоса. Голоса людей, для которых изучение и работа с ИИ — их профессия.

О том, к чему это может привести — в продолжении

Навык тишины

Есть простой тест на близость с человеком. Можете ли вы молчать наедине с ним и чувствовать себя спокойно.

Мы с женой можем ехать в машине час почти без слов и каждому будет комфортно, даже мыслей о том, почему она молчит, не возникнет. С малознакомым человеком пауза в разговоре на пару секунд моментально вызывает неловкость и желание что-то сказать как можно скорее.

Почему так?

Разговор для мозга это непрерывный поток прогнозов. Кивок, слово, пауза, ответная реплика. Пока прогноз сбывается, всё спокойно. Как только пауза затягивается дольше ожидаемого, мозг фиксирует ошибку и сразу ищет объяснение.

Я что-то не то сказал? Ему стало скучно? Меня оценивают?

Дискомфорт от тишины возникает не из-за самой тишины, а из-за неопределённости, которую она создаёт.

У наших предков исключение из группы означало смерть. Ни еды, ни защиты, ни шанса выжить в одиночку. И мозг до сих пор считывает любую потерю социального сигнала как потенциальную угрозу. Вплоть до того, что даже короткая неловкая пауза поднимает у нас уровень кортизола. Тело реагирует на тишину как на маленькую опасность.

С близкими работает иначе. Есть контекст. Ты знаешь человека, его состояние, его паттерны. Молчание укладывается в привычную модель и перестаёт быть сигналом тревоги.

Комфортное молчание становится признаком того, что вам больше не нужно постоянно доказывать друг другу своё присутствие словами. Все стабильно и понятно.

***

А ведь ровно то же самое происходит и в целом с нашей жизнью. Мы так же боимся пауз. Страх выпасть тот же, что и тысячи лет назад, только вместо племени сейчас информационный поток, а одновременно со страхом появилось ещё и постоянное позитивное подкрепление — дофаминовые петли, которые не отпускают ни на минуту.

Вокруг всё летит. Новые технологии, новые идеи, новые форматы, новые профессии. Каждую неделю что-то взрывает ленту и требует разобраться, попробовать, успеть. И насколько это интересно, настолько же почти физически страшно становится в этом потоке остановиться. Кажется, что стоит замедлиться, и тебя обгонят, пропустишь важное, выпадешь из контекста.

Пауза начинает читаться как проигрыш.

Отпуск без ноутбука. Вечер без сериала. Прогулка без наушников. Выходные, в которые ты ничего не производишь и ничему не учишься. Всё это вызывает то же самое ощущение, что и пауза в разговоре с незнакомцем. Мозг фиксирует потерю сигнала и ищет угрозу.

Я отстаю? Я теряю время? Я недостаточно эффективен?

И мы заполняем. Подкастом, рилсами, играми, новостями. Тем же первым попавшимся, что заполняет тишину в разговоре, когда становится неуютно молчать.

***

Интересно, что самое ценное в разговоре часто появляется после паузы. Потому что нужно остановиться и подумать.
С жизнью, кажется, работает похожая история.

Многозадачность

Давно хотел поделиться с вами одной мыслью, навеянной прочтением "Общества усталости" Бён-Чхоль Хана. Более подробно писал о книге здесь.

Многозадачность всегда считали полезным качеством. Вместе со стрессоустойчивостью она отлично дополняет любое резюме, а на образцовом примере Юлия Цезаря выросло не одно поколение.

Говорят, Цезарь мог, сидя на коне, диктовать сразу нескольким писцам разные письма. Иногда четыре письма, иногда семь. При этом читал или слушал доклады. Современников это поражало, и так у Цезаря появилась репутация человека, который делает несколько дел сразу.

К слову, о многозадачности как параллельном процессе никто и не говорил, правильнее было бы назвать это очень быстрым переключением между задачами, во многом основанным на развитой памяти и качественной подготовке. Но разве это имеет значение, если примеры великих так хорошо мотивируют? В общем, многозадачность с тех пор так и осталась чуть ли не главным источником эффективности и успеха.

Бён-Чхоль Хан напоминает и о другом примере развитой многозадачности:

"Многозадачность широко распространена среди диких зверей. Это метод управления вниманием, который необходим для выживания в дикой природе. Зверь, занятый потреблением пищи, должен одновременно обращать внимание и на другие задачи. Он должен, например, отгонять голодных конкурентов от своей добычи и следить, чтобы не сожрали его самого. Он должен стеречь своих отпрысков и не сводить глаз со своего полового партнера. В дикой природе зверь вынужден распределять свое внимание между различными формами деятельности."

Получается, многозадачность — это не вершина эволюции, а её основание. Так живёт всякое животное, у которого слишком много угроз вокруг. Внимание раздроблено по умолчанию, потому что собранное внимание — слишком дорогая роскошь, которую нельзя себе позволить.

Когда я сижу на созвоне и параллельно скроллю ленту, переключаясь на всплывающие уведомления и ответы в личке, мой мозг работает именно так. Многозадачность как у Цезаря, а усталость вечером как у грузчика.

На помощь обещают прийти технологии. Кажется, стоит отдать рутину агенту, и внимания, времени станет больше. Задачу передал, у тебя её больше нет.

Только делегирование агенту не равно делегированию ответственности за результат. Ты всё равно открываешь и проверяешь, что он там написал, какие источники нашёл, всё ли учёл. И в итоге сам исправляешь. Когда таких агентов рядом становится несколько, контроль и ответственность только увеличиваются. Вместо одной задачи в фокусе — пять процессов на периферии. Внимания не прибавляется.

Сверху на это ложится среда. Каждое приложение, каждая лента, каждый интерфейс, каждый рекламный щит, каждое уведомление настроены так, чтобы отщипнуть свой кусок твоего внимания. Иерархии между этими запросами нет: всё одинаково громко и безразлично к тебе. Удобно ли тебе сейчас отвлечься, никто спрашивать не станет. Среда настроена против фокуса, и работать иначе она не будет, потому что её бизнес-модель построена ровно на этом.

В таких условиях сосредоточиться на одной мысли — это уже маленький успех.

***

У Хана дальше в книге есть ещё одна короткая фраза:
«Эксцесс повышения производительности ведёт к инфаркту души».

Когда у человека долго нет паузы, он перестаёт переваривать то, с чем сталкивается. Впечатления, разговоры, идеи, ошибки — всё проходит сквозь, не оставляя следа. Внутри ничего не оседает. Думать получается только короткими реактивными вспышками: ответил, переключился, отметил, забыл. Долгая мысль для такого режима слишком медленная. Любое чувство, которому нужно время дозреть, тоже не помещается.

Вот этот инфаркт Хан и имеет в виду. Не громкое событие, а постепенное выгорание внутреннего слоя, который только и делает человека человеком. Машина в этом режиме чувствует себя нормально, ей не нужны паузы, чтобы что-то значить. У человека из этого режима выпадает он сам.

Наедине с собой

В прошлом посте про многозадачность мы пришли к простому выводу. Самая эффективная многозадачность это последовательный фокус на одной задаче. О том, что любые переключения вредят качеству работы, выматывают мозг и съедают время на восстановление контекста, знает каждый. Но от отвлечений это знание почти не спасает.

Возникает вопрос. А способен ли вообще современный человек к такому фокусу? Или СДВГ это уже не диагноз, а общее состояние, в котором мы все живём по умолчанию?

Есть кое-что, что мешает сильнее любого уведомления — страх скуки. Мы разучились просто сидеть. Любая пауза дольше пары секунд автоматически заполняется: открыть телефон, проверить сообщения, что-нибудь посмотреть... Скука стала чем-то, от чего нужно как можно скорее избавиться.

И если молчание рядом с другим человеком, не доставляющее дискомфорта, это показатель близости, то можно ли считать подобную тишину, но уже наедине с собой, без дел, телефона и прочих отвлечений таким же показателем близости с собой?

***

Некоторое время назад у меня совершенно спонтанно появилась одна необычная утренняя практика. Как будто организм сам попросил об этом. После подьема и утренних дел я сажусь на диван и 15-30 минут ничего не делаю. Не считаю дыхание, не пытаюсь ни на чём концентрироваться. Просто расслабляюсь и сижу, наблюдая за потоком любых мыслей, которые принесёт еще особо не проснувшийся мозг. Иногда это рабочие идеи, иногда детские воспоминания, иногда странные ассоциации между совсем бессвязными вещами. Сейчас эти полчаса стали самым продуктивным временем моего дня, хотя по факту я в них ничего не делаю.

Позже я узнал, что у этой практики даже есть название. Голландцы называют её niksen, намеренное безделье. У неё нет цели, нет фокуса, нет требования присутствовать здесь и сейчас. Просто сидеть и позволять мыслям идти куда они идут.

Научный факт. Когда мозг ничем не занят, он не отключается. Включается режим, который нейробиологи называют сетью пассивного режима (Default Mode Network). Именно она отвечает за инсайты, креативные связи и обработку накопленного опыта.

У этой практики есть два эффекта, которые я заметил на себе.

1. Она готовит к состоянию потока (концепция Чиксентмихайи, кому интересно глубже, легко найти). После получаса тишины мозг сам просит глубокой работы, и войти в неё получается без обычного раскачивания на 20-30 минут. Вальтер Беньямин еще в 1936 г. называл подобную скуку «птицей мечты, которая высиживает яйцо опыта». А каждое отвлечение это шелест в листьях, который её спугивает.

Хан в Обществе усталости называет это глубоким вниманием в противовес гипервниманию, тому самому рассеянному состоянию, в котором мы переключаемся между чатами, лентами и задачами. Гипервнимание ничего не создаёт, оно только воспроизводит и ускоряет уже существующее.

Что интересно, в сам поток мне часто помогает попасть музыка. Парадокс, потому что музыка по идее должна отвлекать. Но классика или другая спокойная музыка работает противоположным образом. Она задаёт ритм потоку сознания, как-то почти гипнотически отключает шум вокруг и оставляет только то, что я делаю прямо сейчас.

2. Развивает креативность. Самые необычные инсайты приходят именно во время покоя. Тот же механизм, который у многих включается перед сном: лежишь, начинаешь засыпать, и в голову лезут самые гениальные идеи. Сальвадор Дали этим пользовался намеренно. Засыпал в кресле с ключом в руке над металлической тарелкой. Засыпал, ключ падал, он просыпался с идеей. Эдисон делал то же со стальным шаром. Оба эксплуатировали гипнагогическое состояние, ту самую границу между сном и бодрствованием, когда связи между идеями ещё не скованы логикой.

***

И вот получается, что сегодня, когда внимание стало главным дефицитным ресурсом, способность остаться наедине с собой и не сорваться превращается из странной привычки в навык, который приходится осваивать заново.

А тебе хорошо наедине с собой?

Подумать об кого-то
 
Недавно пишет коллега: «Илья, нужно посоветоваться, давай созвонимся». Созваниваемся. Он делится дилеммой: есть два варианта, не знает, какой выбрать. Перечисляет доводы за и против, я лишь изредка вставляю уточняющие вопросы. Пока слушаю, понимаю, что он сам уже ответил на свой вопрос, и спрашиваю: «Так, а мне-то чем помочь?» Он задумывается и смеётся: «Слушай, пока рассказывал, сам понял, что нужно делать. Спасибо, что выслушал».

Другая ситуация. Лежу перед сном, не могу уснуть, и тут приходит гениальная идея. Не понимаю, как я раньше мог об этом не догадаться. Утром просыпаюсь, пытаюсь её сформулировать, положить на бумагу... А на выходе... То, что внутри было блестящим инсайтом, на реальных словах звучит как банальность или как набор бессвязных слов и неоконченных предложений.

Эти две истории показывают одно: разницу между мыслью и ощущением мысли.

Ощущение мысли это когда внутри что-то есть, но в слова это что-то ещё не уложено. Кажется, что отлично все понимаешь, и готов делиться. Но по сути это только контур мысли, с пустым или очень "сырым" содержанием. Своего рода мысль о мысли. Настоящая мысль отличается главным: легко проходит проверку материализацией.

Получается лестница из трёх ступеней.

1. Оставить в голове. Мозг достраивает связи по умолчанию, замазывает дыры. Фасад ок, мысль кажется готовой. Может месяцами крутиться внутри и так и не оформиться.

2. Записать. Запись материализует мысль. На бумаге видны нестыковки и пробелы. Многие гениальные идеи умирают на этом шаге, потому что были только ощущением.

3. Рассказать другому. Самая жёсткая проверка. Чтобы рассказать, надо перевести своё личное понимание в общее, доступное другому. То, что мозг достраивал по умолчанию, приходится произнести вслух. Размытое «можно было бы как-то так» становится конкретным «я думаю сделать вот это, потому что вот это». Ты слышишь свою мысль чужими ушами и видишь подвохи, которых сам не замечал. Собеседник реагирует: переспрашивает, останавливается на слабых местах, подтверждает сильные. Даже без советов это уже диагностика.

Это та же механика, что в известной идее: чтобы что-то понять, попробуй это объяснить.

Но и с собеседниками не все так просто. Разные люди по-разному реагируют на сказанное, и это важно держать в голове, потому что иногда даже хорошие идеи могут стать заложником иллюзии, только теперь уже того, кто ее слушает. Ты приходишь к кому-то с идеей, и тут у него включается режим эксперта. Уже после первого предложения, еще толком не узнав контекст, не пропустив идею через себя, он отвечает тебе первой "логичной" ассоциацией, убивая идею в зародыше.

Есть и обратный риск. Слушающий может реагировать слишком тепло. Кивать там, где стоило бы переспросить. Соглашаться раньше, чем стоит. Возникает зеркальная иллюзия: мысль кажется убедительной, потому что её приняли. Та же иллюзия, что и в голове, только теперь и с подтверждением снаружи.

Лев Семёнович Выготский, советский психолог начала прошлого века, в книге «Мышление и речь» показал, что мышление по своей природе социально. Сначала ребёнок осваивает речь через разговоры с другими. Потом начинает разговаривать сам с собой вслух, проговаривая свои действия. И только потом эта речь сворачивается внутрь головы и становится тем, что мы называем мышлением.

Когда взрослый думает «в голове», он на самом деле проигрывает свёрнутый диалог. И поскольку говорящий со слушающим тут один человек, многое опускается по умолчанию. Контекст, недосказанные связи, скрытые допущения достраиваются автоматически, и мысль кажется целостной.

Разговор с другим разворачивает эту свёрнутую речь обратно. Мысль вынуждена восстановить пропущенные звенья. Тут и становится видно, что внутри её было меньше, чем казалось.

В прошлом посте про niksen я писал про инсайты, которые приходят в тишине наедине с собой. Получается, у мысли есть два режима, и оба нужны. Тишина для того, чтобы мысль появилась. Другой человек для того, чтобы проверить, действительно ли она появилась или это пока только её ощущение.

Есть ли такой человек у тебя?

Свои чужие

Когда речь заходит о путешествиях, мы обычно представляем себе новые впечатления, места, культуры. Новый мир, который заново открываем для себя. Но чем больше путешествуешь, тем яснее: самые интересные открытия происходят не вовне, а внутри. Мне повезло убедиться в этом рано.
 
Сталкиваясь с новым, совершенно другим опытом, который почти невозможно получить дома, начинаешь иначе смотреть на себя, а ещё, что не менее важно, учишься быть открытым с другими. Человек, который много ездит, почти всегда любопытен и расположен к людям. Закрытые и недоверчивые обычно остаются дома.
 
Путешествия ломают твою картину мира и стереотипы, заложенные интернетом, телевизором или просто рассказами других. Как бы ты себе это ни представлял, ты гарантированно начнёшь смотреть иначе.
 
На моё восприятие и понимание мира сильно повлияли путешествия в Африку, Индию, Японию. Но для поездки, которая изменила меня сильнее всего, даже не пришлось покидать Россию, а длилась она всего один, хоть и бесконечно длинный день.
 
Такую характеристику времени обычно дают чему-то сложному и неприятному. И, честно говоря, в Чечню, примерно 5 лет назад, я летел хоть и с предвкушением, но скорее настороженным. Мало какой регион России окружён таким количеством предубеждений. А у меня к тому же не было ни плана, ни брони, только точка в сотнях километров от аэропорта, где я должен был оказаться на следующий день. Когда-нибудь я расскажу эту историю отдельно. А пока могу сказать точно: в городе с очень грозным названием живут самые добрые и гостеприимные люди, которых я только встречал.
 
Но путешествия не панацея. Можно иммигрировать в другую страну и всё равно оставаться в своём пузыре. Думаю, все знают примеры таких мигрантов, которые даже спустя десятки лет жизни в новой стране не знают местного языка.
 

Примерно год назад я писал об исследовании французских экономистов Яна Алгана и Пьера Каюка о влиянии доверия на экономику и благосостояние стран. Недавно я узнал о продолжении их работ, о том как доверие передаётся между поколениями.
 
Уровень доверия в значительной степени передаётся от родителей через модели поведения (видишь, как родители взаимодействуют с миром) и прямые послания («людям можно доверять» или «будь осторожен, воспользуются»). Но гораздо интереснее другое. Семьи, иммигрирующие из стран с низким уровнем доверия, часто сохраняют его даже через поколения, почти не ассимилируясь с местными.

 
В последней поездке в Испанию на уроках испанского я познакомился с очень открытым добродушным парнем, с которым мы моментально разболтались, начали шутить. И тут он меня спрашивает: «Как думаешь, откуда я?» Я, вспоминая всегда весёлых и эмоциональных итальянцев, пытаюсь угадать, но не попадаю. «Нет, я из Германии, — отвечает он с разочарованной улыбкой. — Почему-то никто никогда не угадывает и всегда удивляется, когда я говорю, что немец. Все считают нас очень холодными и закрытыми, даже обидно».
 
***
 
Наверное, главное, чему нас учат путешествия: перестать вешать на людей ярлыки, национальные, религиозные, любые. Учишься доверять. И в какой-то момент не остаётся ничего, кроме просто человека напротив.
 
Надеюсь, когда-нибудь мы перестанем делить всех людей на своих и чужих. Глядишь, может и войны наконец закончатся.

Как не стать чемоданом

В детстве я мечтал стать крановщиком. Понятия не имею, откуда взялась эта идея, но продолжительное время я совершенно искренне грезил работой на подъемном кране. Меня завораживало, что он сидит высоко, над всеми, в маленькой кабинке, и одним движением рычага двигает то, что не поднять руками. Однажды бабушка даже подарила мне его маленькую игрушечную копию, которая при этом отлично справлялась с переносом самых необычных грузов — так на некоторое время, пока он исправно работал, я стал самым счастливым ребенком.

Когда на вопрос «кем хочешь стать» взрослые слышали такой неожиданный ответ, они удивлялись и тут же предлагали, на их взгляд, гораздо более солидные альтернативы. Вот, например, стать дипломатом — вот это да!

Я в свою очередь удивлялся не меньше, пытаясь понять: зачем мне становиться чемоданом? И даже когда мне объяснили, что это такая профессия, мотивации у меня сильно не добавилось, хотя я и понимал, что для взрослых это предел мечтаний.

К моменту выбора профессии я усвоил главное. Люди делят профессии на престижные и «не очень», и если хочешь стать успешным, надо сделать «правильный» выбор. Работа крановщиком по этому критерию не проходила. Да и грезить ею я уже перестал. Кажется, внешнее неодобрение сделало свое дело.

И все же путь дипломата меня тоже не манил. Поэтому я выбрал самое очевидное, то, что видел каждый день: работу военного юриста, как у отца.

Вместе с правилом престижа я усвоил еще один урок. Нужно иметь цель. У родителей я взял простую и, наверное, популярную цель: престижная работа, должность повыше (конечно, начальником), большая зарплата и прочие внешние атрибуты. В общем, все то, что позволяет близким гордиться тобой как состоявшимся, успешным человеком. Самого себя это касается тоже. И, более того, эти самые стремления и амбиции становятся отличным двигателем твоего роста.

***

Проблема приходит позже.

Чем сильнее растешь, чем больше галочек отмечаешь и выше поднимается доход, тем становится труднее отвечать на простой вопрос: зачем? Получаешь повышение, о котором мечтал, и ловишь себя на том, что радость держится дня три. Потом планка тихо уезжает выше, и ты уже бежишь за следующей отметкой. Финиша у этой дистанции нет, он не предусмотрен.

А в какой-то момент доходит еще одно осознание. Список, который ты так старательно закрываешь, писал не ты. Ты дожимаешь чужую цель, близкие тобой гордятся, а внутри почему-то не отпускает. Все эти внешние признаки успеха имеют мало общего с тем, что важно лично для тебя. С тем, что дает смысл и ощущение, что ты на своем месте.

Но и это не все: выясняется самое неприятное. Та идентичность, которую ты лепил годами («я начальник», «я добился»), охраняет себя сама. Вернуться к чему-то маленькому и настоящему, снова стать новичком, который ошибается на глазах у всех, для нее прямая угроза. Чем выше залез, тем страшнее слезать. Эго, которое затащило тебя на вершину, обратно уже не отпустит. Даже если там рядом вершина другая, но твоя. Например, крановщика, которым ты так и не стал.

***

Кто-то сказал: секрет жизни в том, чтобы вовремя остановиться. Потому что та самая цель, которая ведет тебя наверх за галочками, в один момент может превратить это развитие в тараканьи бега, а двигатель в тыкву обычный невроз. И тут ты вдруг понимаешь, что все-таки стал тем самым чемоданом, о котором тебе рассказывали в детстве.

Но знаешь, наверное, все-таки хорошо, если к моменту, когда это произойдет, ты что-то успеешь добиться и заработать. Иначе можно так и остаться бедным и счастливым.

Прыжок веры

Осознав, что живешь чужими целями чужую жизнь, понимая, что как раньше уже не будет, но что делать дальше, ты еще не знаешь, оказываешься в непростой ситуации.

Менять страшно: вся опора под ногами держится на фейковой цели, но систему для ее достижения построил ты сам, и вот так отказаться от нее нереально. Оставаться тоже невыносимо: притворяться, будто ничего не поменялось, уже не выходит.

Каким должен стать путь дальше, что из всего нажитого твое и куда теперь идти, также неизвестно.

Снаружи при этом ничего не меняется. Те же задачи, те же встречи, те же поздравления с очередным достижением. Ты улыбаешься в ответ, жмешь руки, говоришь, что все отлично. Но вставать каждое утро, чтобы снова заниматься тем, во что внутри уже не веришь, становится все сложнее.

К этому тупику я подобрался не вдруг. Годами до него я делал, кажется, все правильно. Брал цели выше, закрывал их одну за другой, рос. Со стороны это выглядело уверенным успехом, да и изнутри, если честно, тоже. Рост, должность, признание — это понятная, разумная цель, к ней тянутся все. Я давил на верные рычаги и попадал в верные точки.

Только удовлетворения все это не приносило, и долго я не мог понять, почему. Цель ведь не была ошибочной. Она была правильной, но лишь внутри той системы координат, в которой я тогда жил.

Наверное, поэтому я годами и не делал единственного шага, который хоть что-то менял. Усомниться в самой рамке вокруг куда страшнее, чем взять очередную высоту. Проще без конца расти и добиваться. Что угодно, лишь бы не трогать саму рамку.

И все-таки момент X наступил. Тот, где ты либо закрываешь глаза от страха и прыгаешь в неизвестность, либо возвращаешься на землю и больше никогда не садишься в этот самолет.

Примерно так и началась моя новая жизнь после 9 лет на военной службе.

***

Пару месяцев назад, готовясь к докладу про метанавыки, я наткнулся на удивительно глубокое эссе Донеллы Медоуз «Точки воздействия», которое помогло заново посмотреть на тот период из моей жизни. Медоуз была ученым и одной из ключевых фигур системного мышления, соавтором легендарного доклада «Пределы роста», который разошелся миллионными тиражами и вызывает споры до сих пор. В общем крайне рекомендую к прочтению!

P.S. только не отдавайте эту задачу ИИ, в эссе много важных примеров, без которых оно теряет шарм, ну и по возможности читайте в оригинале

Мой конспект на русском

Оригинал на английском

Синдром самозванца

«Это Илья, наш бог маркетинга», представил меня своему знакомому Сергей, мой первый клиент, с которым я начал работать, придя в новую профессию. Вряд ли бы он назвал меня так, если бы знал, что еще пару месяцев назад я понимал в маркетинге примерно ничего. Он видел только результат. Каким-то чудом, неожиданным для меня самого, я привел ему первых клиентов, чего до меня не удавалось другим. Но эти приятные слова вызвали у меня только чувство стыда. И это не было синдромом самозванца. Ошибка выжившего.

Получив это незаслуженное звание так рано, я принялся его оправдывать. И долгое время вся моя карьера держалась на этом стремлении к "богу маркетинга". Прихожу на новое место, и сначала кажется, что я недостаточно хорош. Потом, когда осваиваюсь и прокачиваюсь, накрывает обратное: будто я перестал развиваться и начинаю отставать. И так по кругу, бесконечный маятник.

У этого состояния есть довольно неприятная механика, описанная в 1978 году психологами Полин Клэнс и Сюзанной Аймс, авторами того самого понятия "синдрома самозванца" (в оригинале феномена): ты добиваешься результата, но внутри объясняешь его удачей и стечением обстоятельств, а способности будто ни при чем. Поэтому каждая новая победа не закрывает сомнение. Наоборот, подкармливает его. Чем больше ты достигаешь, тем громче страх, что вот-вот разоблачат.

Интересный факт. Авторы термина исходно описывали его через опыт женщин и для женщин, считая его в первую очередь женским. И только позже стало ясно, что это не чисто «женский» феномен и к мужчинам он тоже вполне применим.

Год назад я подробно разбирал эту тему в подкасте Владимира Кострулёва (познакомились мы с ним, конечно же, через Рендом Кофе): ссылка на подкаст. Мы рассматривали этот синдром через призму нетворкинга, но, кажется, одинаково "успешно" он возникает везде.

Особенно сегодня, когда профессии усложняются и обновляются как никогда быстро, а с приходом ИИ даже опытный специалист может обнаружить, что часть его знаний устарела буквально за день. И здесь только и остается, что полагаться на прогнозы футурологов, пытаясь понять, какие навыки будут нужны завтра (писал об этом здесь).

И если отставание - естественный фон, в котором живут сегодня все, то как в таких условиях можно называть себя экспертом в чем-то, мне искренне непонятно. Подобное определение возводит твои знания в абсолют, в законченность, не требующую проверки. Да, можно быть экспертом в глазах другого. Где-то благодаря убедительной продаже, где-то заслуженно, через реальную пользу. Но ведь даже польза для одного не гарантирует повторения результата для другого.

Но те, кто громче всех зовет себя экспертами, синдромом самозванца почти не мучаются и легко себя продают, потому что покупатель чувствует в их словах успокоение и какую-то гарантию: ну не просто ж так он себя экспертом называет. А все остальные "неэксперты" так и продолжают копать вглубь своего "незнания", только увеличивая ощущение недостаточной квалификации.

Реальная экспертность определяется не по уверенности в себе. Разумная доля сомнения идет только на пользу. Важно другое: скольким людям я оказался действительно полезен. А ответ на это видно только со стороны