давай считать:
Каир,Неаполь,
Иерусалим,
Аккад,
среди них твои глаза, — Багдад
и неважно что там в стороне;
алхимия,наука,
мой бронежилет,
ты пришла,и
началось спасение,
срыв масок,
идентичность шрамов,
рук,
сердец.
Каир,Неаполь,
Иерусалим,
Аккад,
среди них твои глаза, — Багдад
и неважно что там в стороне;
алхимия,наука,
мой бронежилет,
ты пришла,и
началось спасение,
срыв масок,
идентичность шрамов,
рук,
сердец.
расскажи мне, как твои дела, где и с кем была.
а я скажу, как не хватало твоего тепла.
уже полгода мой архипелаг не видел солнца,
а в нашем доме
только незнакомцы.
а я скажу, как не хватало твоего тепла.
уже полгода мой архипелаг не видел солнца,
а в нашем доме
только незнакомцы.
и если вдруг, пожелав согреться,
прибежишь на моё крыльцо;
обещаю — большое сердце,
всегда признает
твоё
лицо
прибежишь на моё крыльцо;
обещаю — большое сердце,
всегда признает
твоё
лицо
я бы тебе писал стихами
или поэмами,
или рассказами, чем-нибудь, но, увы,
ты не ответишь,
из разной бумаги склеены
или не склеены вовсе
с тобою
мы.
или поэмами,
или рассказами, чем-нибудь, но, увы,
ты не ответишь,
из разной бумаги склеены
или не склеены вовсе
с тобою
мы.
я приеду,
когда не окажется
в кассе вокзала билетов,
и от зимы оправятся
почки яблонь на ветках,
когда будет расстояние
измеряться в парсеках,
а твой мир без меня
станет слабым
калекой.
— я приеду.
когда не окажется
в кассе вокзала билетов,
и от зимы оправятся
почки яблонь на ветках,
когда будет расстояние
измеряться в парсеках,
а твой мир без меня
станет слабым
калекой.
— я приеду.
давай забудем про раны
и выйдем из темноты.
какие на вечность
планы?
у меня,
кстати,
ты.
и выйдем из темноты.
какие на вечность
планы?
у меня,
кстати,
ты.