она была способна любить так,
будто никогда не уйдёт.

и уйти так,
будто никогда ничего не чувствовала

держи мою руку, согрей холодной зимой

ты как тысяча звёзд.
ты теперь мое
неизбежное.
ты мое заполняешь пространство
собой.
внутреннее. внешнее.

я всё равно
тебя
когда-нибудь возьму —
одну
или вдвоём с Парижем.

М. 1928.

ты даже на расстоянии остаёшься ближе тех, кто рядом

уставая от мира
и от себя,
падай на руки мне.
я не хилая.

буду твоим
завершением
дня,

силой
в моменты
бессилия.

давай считать:
Каир,Неаполь,
Иерусалим,
Аккад,

среди них твои глаза, — Багдад
и неважно что там в стороне;
алхимия,наука,
мой бронежилет,

ты пришла,и
началось спасение,
срыв масок,
идентичность шрамов,
рук,

сердец.

расскажи мне, как твои дела, где и с кем была.
а я скажу, как не хватало твоего тепла.
уже полгода мой архипелаг не видел солнца,
а в нашем доме
только незнакомцы.

и если вдруг, пожелав согреться,
прибежишь на моё крыльцо;
обещаю — большое сердце,
всегда признает
твоё
лицо

я бы тебе писал стихами
или поэмами,
или рассказами, чем-нибудь, но, увы,
ты не ответишь,
из разной бумаги склеены
или не склеены вовсе
с тобою
мы.