уставая от мира
и от себя,
падай на руки мне.
я не хилая.
буду твоим
завершением дня,
силой
в моменты бессилия.
и от себя,
падай на руки мне.
я не хилая.
буду твоим
завершением дня,
силой
в моменты бессилия.
иногда
мне немного страшно от того, что ты не знаешь столького
о моём,
внутренне накопленном,
сжатом, стиснутом
в оковах оставленном.
мне немного страшно от того, что ты не знаешь столького
о моём,
внутренне накопленном,
сжатом, стиснутом
в оковах оставленном.
подлатаешь сердце на скорую руку,
на грубую нитку
тупой иглой.
думаешь,
слава тебе Господи,
отлегло.
пока не прошьёт насквозь
мимолётным взглядом,
не накроет глухой
безнадёжной
мглой,
швы расползаются
как назло.
на грубую нитку
тупой иглой.
думаешь,
слава тебе Господи,
отлегло.
пока не прошьёт насквозь
мимолётным взглядом,
не накроет глухой
безнадёжной
мглой,
швы расползаются
как назло.
ты - как Майами зимой.
как бриллиант на свету.
ты - как вернуться домой в 45-м году.
как бриллиант на свету.
ты - как вернуться домой в 45-м году.
есть только два плеча, на которые ты можешь положиться.
и каждый раз ты убеждаешься, что это твои собственные.
и каждый раз ты убеждаешься, что это твои собственные.
Forwarded from am.anecer
и в богатстве, и в бедности
я твой самый ярый тыл,
ты самое ценное среди
ценностей,
что я обрёл,
полюбил.
я твой самый ярый тыл,
ты самое ценное среди
ценностей,
что я обрёл,
полюбил.