На днях зашел в книжный, и взгляд упал на раздел архитектуры. Я давно подбираюсь к этому ремеслу, хотя, ничего в нем не понимаю, но испытываю пиетет к тем кто строит дома, здания, города. Первая же книга, которую я взял с полки называлась «Что такое архитектура» и начиналась она с определения. В числе прочих там была «претенциозная», по мнению автора, цитата, что «Архитектура - это застывшая музыка». Может и претенциозная, но мне она точно «продала» эту книгу.

Кадры с площадки фильма «28 лет спустя», который снимается на айфон. То есть на 20 айфонов, за 75 миллионов долларов.

Сегодня 50-летний юбилей отмечает моя первая любовь Анжелина Джоли. Мне было лет 13, когда она получила Оскара за фильм «Прерванная жизнь», я увидел её на церемонии и влюбился. Собирал фильмы на vhs с её участием, потом диски, вырезал статьи и фото из журналов. В середине нулевых моя обсессия закончилась, я переключился на реп и хип-хоп. Но красивее актрисы в Голливуде за 20 лет так и не появилось.

С каждым годом смотреть кино становится всё сложнее. Фильмов слишком много, и почти все для сдвгшников с хорошим вестибюлярным аппаратом. Кадры мелькают, сюжет бежит вперёд, камера трясется - совершенно нельзя посидеть и просто насладиться сценой. Будто всё снято для людей, у которых внутреннее напряжение держится только за счёт непрерывного внешнего раздражителя.

Недавно посмотрел «Мучения на островах» Альберта Серры. Почти три часа, и никто никуда не торопится. Камера твердо стоит на штативе, кадры длинные, герои больше молчат, чем говорят. Всё как будто в полусне, как если бы Кафка отдыхал в Полинезии, пил вино с военными чиновниками и время от времени вспоминал, что он всё ещё не дома. Удивительно, насколько кино может быть физически медленным и при этом напряжённым.

Серра вообще странный. В хорошем смысле, конечно. Он не режиссёр, который «рассказывает истории» — он как будто просто оставляет камеру в тех местах, где что-то случается само. За все время пока я смотрел фильм - никто не пытался меня развлечь. Слишком редкая роскошь в современном мире.

Главное отличие кино от театра — монтаж. В театре действие разворачивается непрерывно, на глазах, без дублей и склеек. Зритель сам выбирает, куда смотреть. Кино устроено иначе: внимание контролируется. Камера, ритм, склейки — всё работает как система навигации. Зритель движется по маршруту, проложенному автором.

Другое важное отличие — зависимость от технологий. Театру достаточно актёров и сцены. Кино требует технической инфраструктуры. Без химии не появилась бы плёнка, без оптики и физики света — камер и объективов. В XX веке на первый план вышла информатика, и кино стало цифровым. А с цифровыми технологиями пришли видеоигры.

Сначала — развлечение для бородатых гиков, потом — странное увлечение подростков. Теперь — многомиллиардная индустрия, захватившая весь мир. Что особенно интересно: по структуре восприятия игры ближе к театру. Зритель снова выбирает, куда смотреть, и не только смотреть, но и действовать, ведь каждый является ещё и участником «спектакля».

Предложили сделать документальный фильм про умершего человека. Думаю над концепцией и не могу вспомнить ни одного хорошего референса. Позвонил знакомой режиссёрке, чтобы посоветоваться, на что она ответила, что 90 процентов доков про умерших людей. И я в очередной раз понял, как далек от документального кино, ведь для меня важнее сила и энергия момента, того, что случается на глазах, того, что можно запечатлеть камерой, а не произошедшего когда-то в прошлом.

Сегодня вспоминал свое айтишное прошлое и три часа пытался написать скрипт на python. Заставить его работать у меня так и не вышло, и я подумал, что не зря сменил род деятельности.

Ходил на днях на «Балерину» и подумал, что звук в экшн-сценах — это не просто сопровождение, а ритмическое искусство. Удары, стоны, выстрелы, шаги, дыхание - всё это музыка, у которой нет мелодии, но есть ритм, темп и своя партитура.