Арт взят у художницы фиджи

Задумывались ли вы когда-нибудь, что самые важные встречи в жизни происходят не в роскошных ресторанах и даже не на шумных вечеринках, а в самых обыденных местах? Например, в душном, грохочущем вагоне метро в самый час пик, когда вы возвращаетесь домой после долгого дня?

Именно так началось для Ли Минхо (20 лет, студент художественного факультета) незапланированное, но оттого не менее ошеломительное приключение.

Было около 17:43 вторника. Солнце уже садилось, окрашивая небо в оттенок жженого апельсина, который даже через грязноватое окно вагона казался невероятно красивым. Минхо, брюнет с немного усталым взглядом, стоял, прислонившись к дверям. Он был одет в свою любимую синюю толстовку с белоснежным капюшоном, который игриво выглядывал из-под белой демисезонной куртки. Серые свободные джинсы и ярко-желтые кроссовки добавляли красок в серый пейзаж подземки.

Его взгляд, рассеянно блуждавший по заполненному людьми вагону, внезапно остановился. Прямо перед ним, сидя на четырехместном сиденье у окна, был парень.

Он был одет с удивительной непринужденной элегантностью: черная курточка на пуговицах, похожая на легкий бомбер, свободно облегала его фигуру. Серые, мешковатые джинсы с манжетами и бежевые кроссовки Nike завершали образ. Он был брюнетом с мягкими чертами лица, но что-то во взгляде и пухлых щечках, которые он невольно надувал, когда сосредотачивался на экране телефона, напомнило Минхо о белочке. Такой милый и цепляющий образ, в котором не было ни грамма фальши, просто зацепил Минхо за живое. В этот момент гул поезда казался оглушительным, но Минхо слышал только учащенное биение собственного сердца.

Он хотел подойти, заговорить, сделать комплимент его стилю, но вокруг белочки сидела толпа: две болтливые студентки и женщина с огромной сумкой. Он решил дождаться, пока место освободится. Но была одна проблема: белочка мог встать на любой станции. И тогда этот шанс будет упущен навсегда.

На станции “Театральная”, когда часы показывали 17:51, заиграла музыка. Женщина с сумкой, что сидела с краю, встала. Минхо, не раздумывая, быстро подскочил к освободившемуся месту. Он сел рядом с парнем. Тот был так поглощен своим телефоном (кажется, он смотрел какой-то видеоурок по рисованию), что даже не заметил его маневр.

Минхо осторожно похлопал его по плечу. Парень вздрогнул, его глаза-орешки широко раскрылись от неожиданности.

Минхо улыбнулся – его улыбка всегда походила на кошачью, немного хищную, но обаятельную. Он открыл рот, чтобы сказать “Привет”, но внезапный скрежет метро и объявления о следующей станции заглушили все.

Он махнул рукой, указывая на собственный телефон, а затем на телефон парня, молчаливо прося: открой заметки.

Парень (та самая белочка) удивленно, но послушно выполнил просьбу. Его тонкие пальцы быстро открыли приложение “Заметки”. Минхо, склонившись, аккуратно напечатал:

привет. мне очень нравится твой стиль!

Парень прочел, на его лице расцвела очаровательная, искренняя улыбка. Он быстро напечатал в ответ, прямо под его текстом:

спасибо!

И добавил:

как тебя зовут? меня Хан

Минхо улыбнулся еще шире. Хан. Имя звучало так же тепло, как его бежевые кроссовки.

меня Минхо

Минхо немного призадумался. Времени оставалось мало, и ему нужно было действовать.

слушай, тут очень шумно. я бы хотел поговорить с тобой в более тихой обстановке. может, дашь свой номер?

Лицо Хана на мгновение помрачнело, он прикусил губу:

прости, но я редко беру чужие номера. извини

Отказ мог бы обескуражить кого-угодно, но не Минхо. Он был слишком уверен в себе и слишком заинтригован этим парнем. Он кивнул, показывая, что понял. Затем, с легким поклоном, он взял телефон Хана.

Можно? – спросил он взглядом.

Хан кивнул. Минхо открыл телефонную книгу и быстро напечатал свой номер, передавая снова телефон. Хан подписал его просто как «Минхо». Он, просматривая запись, собирался положить телефон в карман, когда Минхо остановил его жестом.

– Скучно. Нужно что-то добавить.

Минхо пролистал эмоджи на телефоне Хана и, поймав момент, добавил в конце 🐈.

Минхо 🐈

Он поднял глаза, и его улыбка стала максимально похожа на ухмылку кота, который только что поймал воробья. Метро замедлялось.

Минхо встал, кивнул Хану, который выглядел слегка ошарашенным, но счастливо улыбался, и вышел на станции “Университет”. Было 17:59.

**

Минхо ждал. Он ожидал, что Хан напишет в тот же вечер, но прошли сутки, затем вторые. Он начинал думать, что его кошачья наглость была воспринята неправильно.

Но на третий день, в четверг, в 14:15, когда Минхо делал наброски в университетской студии, телефон зазвонил. Незнакомый номер.

– Алло? Это Минхо? – прозвучал на другом конце знакомый, но немного нервный голос.

– Хан?

Они договорились встретиться через полчаса возле Театрального Института им. А.П. Чехова, где учился Хан.

Встреча состоялась в 15:00. Хан, одетый сегодня в нежно-голубой оверсайз свитер и те же бежевые найки, ждал его у входа. Они зашли в небольшую уютную кофейню поблизости с названием “Ginger Cat”.

– Я подумал, что ты любишь котов, раз поставил эмоджи, – смущенно сказал Хан, заказывая два больших горячих какао с маршмеллоу.

– Люблю. Особенно тех, что умеют ловить белочек, – подмигнул Минхо, заставляя Хана залиться румянцем.

Они вышли в парк, обмениваясь кругами горячего какао, и начали наворачивать круги по осенним аллеям. Они говорили обо всем: о скетчах Минхо и этюдах Хана, о любимых фильмах (оказалось, оба фанаты Гарри Поттера), и о музыке, которую они слушали.

Они быстро сблизились.

С этого момента метро стало их общим местом. Не просто транспортным средством, а своеобразной движущейся комнатой. Хан часто подсаживался к Минхо на остановке «Университет» (иногда Минхо приходилось ехать лишнюю станцию, чтобы его встретить).

Они слушали музыку вдвоем в наушниках – одна пара на двоих, постоянно споря, чью песню включать следующей. Они играли в Minecraft на телефонах, строя дом своей мечты. Конечно же, возле этого виртуального дома появилось куча виртуальных котиков, которых Минхо с гордостью «приручил».

**

Шли месяцы.

Однажды, когда они ехали на конечную станцию, чтобы погулять в другом районе, случился небольшой конфликт. Поезд был полупустой. Хан, который сидел, уткнувшись в плечо Минхо и тихонько дремал после долгой репетиции, внезапно проснулся от громкого и раздраженного голоса:

– Молодежь, совсем распустилась! Нельзя так разваливаться в общественном транспорте!

Старушка с багровым лицом смотрела на них, скрестив руки.

Хан инстинктивно вздрогнул и сел прямо, его глаза были полны смущения и вины.

Минхо, почувствовав напряжение, нежно погладил Хана по волосам.

– Простите, но мы никого не беспокоим, – спокойно, но твердо сказал Минхо, отзеркаливая спокойствие, которое он видел в Хане при первой встрече.

– Это некультурно! Вам дома спать надо! – не унималась женщина.

– Нам очень жаль, что наша усталость вызывает у вас такую сильную реакцию, – проговорил Минхо, и его кошачья улыбка снова появилась на лице, но на этот раз она была предупреждающей.

Он взял Хана за руку и демонстративно переплел их пальцы.

– К тому же, мы едем домой. Спи, котенок, – прошептал Минхо Хану, игнорируя старушку.

Хан улыбнулся, прижался к нему еще крепче, и снова закрыл глаза. В тот момент он знал, что сделал правильный выбор, решив позвонить.

После этого инцидента в телефоне Хана Минхо был записан как: Минхо 🐈, а сам Хан, по настоянию Минхо, стал Хан 🐈‍⬛ (потому что “такой же милый, но немного вредный, как черный котенок”). Ох уж эти котики…

В этот раз я не хотела чего-то чересчур литературно сильного. Хотелось немного отдохнуть и написать что-то простенькое. Я вдохновлялась артом, и сама идея про метро появилась у меня перед сном. И метро для меня чуть-чуть священное место, так как всё детство я ездила на нём туда и обратно в театр

А первая версия – это потому, что изначально арт был стеклянным. Так что можно попробовать посмотреть, как бы выглядела одна и та же ситуация с хеппи-эндом и стекло

Наверное, немного неправильно было с моей стороны уйти, не уведомив об этом. Столько событий произошло за последнее время, а я никак не комментирую. Хочу сказать, что со мной всё хорошо, и я вернусь совсем скоро с новыми историями. Сейчас я на небольшом отдыхе, но также периодически сажусь за работу над фанфиком

Чуваки, срочно. Что купить?

Докатились…

Что-то меня потянуло поговорить с вами ночью... Просто в голове слишком много мыслей в последнее время. Честно говоря, я как-то упомянула, что с приходом писательства как нечто большее, чем хобби, я совсем забыла про ту магию во время чтения. До писательства я перечитывала кучу зарисовок и книжек. И я так вдохновлялась этим, что сама начала писать. Но из-за обилия работы и вообще обстоятельств я как-то стала очень редко читать. Даже если попадались зарисовки в рекомендациях, чаще всего, как это бывает, я кидала их в избранное, а потом забывала про них. И вот с недавних пор я снова будто почувствовала ту искру желания... Был период, когда я садилась читать Гарри Поттера по вечерам, и это действительно было некой safe zone для меня. Но опять же, я это бросила. Но мне снова захотелось вернуться. Вернуть ту магию, которую я испытывала. Те ощущения. Не как писатель, а просто как обычный человек, который оказывается в другом мире. И у меня это потихоньку выходит. Не скажу, что я прямо лучший планировщик или идеально следую расписанию, связанному с чтением, но мне так нравится читать. И вот мне едет книга: "Что, если во всём мире исчезнут кошки?", а я уже хочу заказать ещё и ещё. И это... правда круто. Да, я смотрю на эти же книги другим взглядом, скорее с более профессиональной стороны или чтобы подметить новые приёмы, но я всё ещё представляю все сцены и просто банально наслаждаюсь этим. И я хочу развивать эту привычку, чтобы она вскоре стала некой необходимостью. Всячески лучше, чем тупо убивать время в телефоне в бездонном потоке рилсов

Мне наконец доставили книгу «Если все кошки в мире исчезнут», и ощущения от неё какие-то… странные. До этого я мало сталкивалась с японской литературой, так что это для меня внове. И, что особенно удивило, стиль автора очень напоминает мой собственный – тот, в котором я пишу в черновиках. При этом у меня всегда была установка, что разговорный формат будто бы «менее ценен», что писать нужно более литературно. Но когда видишь, сколько людей восхищаются этой книгой, невольно начинаешь задумываться: а может, это вовсе не плохо? Может, нормально быть собой. Ведь у каждого писателя всё равно найдётся свой читатель

Интересно и то, что с первых страниц книга не показалась мне чем-то «вау». Нет привычного списка глав, нет классической цельной истории – скорее письмо, собранное из воспоминаний героя. Сначала это вызывало ощущение «ну… нормально».
Но чем дальше я читала, тем страннее становилось. Я начала ловить себя на том, что думаю глубже и внимательнее, словно книга незаметно ведёт за собой. Постепенно я всё больше погружалась в мысли автора, его философию, в простые, но важные вещи, о которых мы часто даже не задумываемся. И это выбило меня из равновесия

Эта история оказалась пугающе близкой. Настолько, что возникает какое-то внутреннее расхождение, диссонанс. Книга делает меня чувствительнее – хотя, возможно, я и без того впечатлительная. Но всё равно это стало неожиданностью. Думаю, когда дочитаю её, обязательно поделюсь своими итоговыми мыслями

Во вторник будет дроп