Не так давно философ Никита Сюндюков опубликовал список книг, которые он в скором времени собирается прочесть.

1. Н. Лесков. Рассказы и повести.
О неосвоенных классиках говорить как-то не принято, но я стараюсь быть честным — к своему стыду, нещадно мало читал Лескова. Исправляюсь. Уже сейчас могу сказать, что он не войдет в число моих любимых авторов. Слишком уж специфичная эстетика, хотя язык его и хочется разглядывать, как детали на полотнах Брейгеля. Да и мысль побуждает работать будь здоров.

2. Фрэнсис А. Йетс. Джордано Бруно и герметическая традиция.
Еще одна лакуна в знании — мистика эпохи Возрождения, и, в частности, герметизм. Заполняю. К слову, Studia Religiosa издательства НЛО — чудесная серия, можно смело брать все, что издаётся под её грифом.

3. Н. Н. Павлюченков. Богословие всеединства.
Настоящая находка для исследователей русской философии — оригинальная попытка выстроить её историю как последовательное развёртывание философии всеединства.

4. Дионисий Ареопагит. Корпус сочинений.
Купил прежде всего ради текста «О небесной иерархии» — он послужит мне введением в ангелологию, пожалуй, самую обескураживающую часть православного вероучения.

5. Дмитрий Селезнёв. Беспокоящий огонь.
Никогда не был ценителем военной прозы и едва ли им стану. Но этим летом довелось познакомиться с автором, услышать некоторые его рассказы о поездках в зону СВО из первых уст. Воодушевило.

6. Оскар фон Шульц. Светлый, жизнерадостный Достоевский.
Недавно в который уж раз вклинился в спор о том, что Достоевский-де слишком мрачный. В голове сразу всплыла эта книга, которую читал лишь фрагментами. Так что буду набираться аргументов, чтобы сокрушить этот вредный стереотип. Автор, к слову — однокурсник Бердяева по Киевскому кадетскому корпусу.

7. Р. Мейсон, Д. Кайгер. Краткая история Японии.
В декабре посчастливилось побывать с женой в Токио. Я влюбился, хотя из японской культуры раньше ценил только видеоигры. Решил, что мне срочно надо изучить историю этой страны. Кстати, у японцев очень сильная школа достоевсковедения.

Не путать город с огородом

По Леви-Строссу антропология началась с Жан-Жака Руссо. Последний очертил отношение между цивилизацией и культурой таким образом, что варвар, нецивилизованный человек, становился с большей вероятностью носителем добродетели, нежели житель города или обитатель академии.
За бодрым началом Руссо, двигалось Просвещение. Тогда были уверенны что человек всемогущ, но не сам по себе, а только через действие его рацио.
Рацио, то есть разумность, тянуло человека на борьбу с предрассудками. На этом пути разум довёл человека до линейного эволюционизма, вдохновлённого Чарльзом Дарвиным. Здесь предполагалось наличие прямой связи: от более примитивных формы культуры к более сложным.
В процессе рациональной критики этого подхода прояснился новый взгляд на развитие культуры человека — функциональный. Здесь предполагалось, что все культуры являются неотделимыми частями единого культурного целого.
Куда заведёт разум человека дальше?

Записывайтесь на курс религиоведа и научного сотрудника музея истории религии Павла Тугаринова " "Введение в религиоведение, или путешествие о сакрального к секулярному и обратно" по ссылке: https://solsevera.ru/tugarinov

Валентин Чередников, наш преподаватель по философии подготовил свой рассказ о недавно прочитанных книгах. Полностью прочесть текст можно у нас Вконтакте:

Перерыв был большой, и я хочу воспользоваться началом года, чтобы поделиться с вами некоторыми главными литературными моими впечатлениями минувших 12 месяцев. Это своего рода подведение итогов - но не полное: о некоторых из прочитанных недавно книг, наряду с музыкой и фильмами, я еще хочу рассказать вам отдельно. Сейчас же список такой:

Стриндберг - "Инферно". Август Стриндберг - один из главных личностных мифов модернизма. Анархист и оккультист, ученый-полимат и безумец, один из немногих декадентов, о ком с симпатией отзывались Лев Толстой и Антон Чехов, а затем - вдохновитель экспрессионизма, фильмов Бергмана, прозы Гамсуна и Генри Миллера, музыки Ника Кейва и Джона Пол Джонса из Led Zeppelin...Сумрачный скандинавский гений. Да, Александр Блок тоже был поклонником его творчества. Роман-автобиография "Инферно" посвящен самому беспросветному периоду жизни Стриндберга, когда он, переживая разрыв с женой и нищету, погрузился в бесплодные алхимические и научные опыты. Впрочем, настолько ли бесплодные? В последующее десятилетие он опубликует свои шедевры в драматургии: "На пути в Дамаск", "Игру снов", "Сонату призраков". В такой перспективе описанный им личный ад - это заря надежды. И падение на дно оказалось фундаментом для взлёта, пусть и в очень мрачные, но вечные небеса.

Франко Нембрини - "Данте, который видел Бога". Самое жизненное введение в поэму Данте. Мы привыкли восторгаться адом. Но попробуем увидеть наш жизненный путь, как трудное восхождение в гору Чистилища: грехи ровно те же, что в инферно, но разница в наличии надежды и цели. А затем мы увидим, что сам Рай очень похож на этот наш мир.

Сегодня Никите Кирилловичу, преподавателю нашего университета по русской метафизике соборности, сиречь по философии, исполняется день рождения.

С большим воодушевлением и радостью желаем ему многая и благая лета!

Назвалась истиной — полезай в короб

Если истина есть полнота, значит она не может быть захвачена и отделена трансцендентым. Как полнота она должна присутствовать и в имманентности, под рукой.
Философ Николай Федоров выделяет на этом основании проективный подход. Этот подход вырастает из деления на должное и действительное.

Действительное по Федорову находится под влиянием человека распадшегося. Фрагменты такого человека (ноги, ум, чувство справедливости, желания) отделены и непроницаемы друг для друга.
Должное является частью человека как целого. Оно отзывается в человеке как неприятие болезни, смерти, страданий, зла.
Между должным и действительным Федоров проводит грань, которая позволяет ему формулировать комплексное единство методов своей философской работы.

Больше филосфоских методов в курсе "Метафизика соборности" преподавателя РАНХиГС Никиты Сюндюкова: https://solsevera.ru/shundyukov

Несколько недель назад на ДеньТВ вышла передача с нашим преподавателем по методологии истории Ольгой Бонч-Осмоловской.
Основной рассказ идёт про российско-китайские взаимоотношения.

Может быть пора изобрести свою иероглифику на основе глаголицы?

В сфере критики идеалистических построений Декарта можно выделить концепцию философа Джамбаттиста Вико.

Он выстраивает свой критический натиск посредством обнаружения субъективной природы "ясности идей", как параметра философской работы.
Далее Вико указывает на большую значимость осознания различия того, что возможно, от того, что невозможно.

Там, где Декарт сомневается в познаваемости истории, в силу её подверженности искажениям и оторванности от настоящего, Вико говорит о единстве человеческой природы и тварности истории, как основании для утверждения о способности человека познать историю.

Больше способов и возможностей работы с прошедшим в курсе "История и методология истории" кандидата исторических наук Ольги Бонч-Осмоловской: https://solsevera.ru/bonch-osmolovskaya

Электрон уходит в небо

В физике говорят что, чем дольше слежка, тем больше понимания о количестве энергии. При кратком наблюдении — понятия определённости и количества энергии разнятся тем более, чем короче время отслеживания. Это формализм квантовой механики. Это знать надо.

Однако, рассмотрим пример:

Микрообъект "Пустое пространство"

Парадокс здесь в том, что если мельком заглянуть в пустоту — наблюдателю может явится энергия, отклонив свою количественную характеристику от нуля.
Энергия, напомним, есть материальный объект.

То есть, по факту, пустые пространства не совсем пусты и научно подтверждена возможность возникновения в них нежданных и негаданных частиц. Эти последние, словно бы по своему произволению, могут появиться и также без объяснений исчезнуть.

Взлом научной картины мира в курсе д.ф.н Игоря Евлампиева "Развитие европейской науки от разрыва с философией к новому синтезу": https://solsevera.ru/evlampiev-science

Научный язык есть язык современности, который выражен в моделях, обуславливающих корректность высказываний. Это жёсткая система.

Например: хотим мы провести связь между внешностью и культурой. Можем ли мы это просто взять и сделать? В общем-то -- нет. Такая взаимосвязь возможна только при условии, если будет доказано, что культура вымирает и находится в изоляции.
Иначе научная модель будет работать неправильно или вообще станет чем-то иным.

Но если мы докажем вымирание, то и на этом сложности не закончатся. Теперь надо провести часть схваченных антропологических данных через разные научные уровни и сферы самых различных дисциплин. Вернуться в исходное положение. С молекулярного уровня, сквозь органы или раскопки, и до уровня данных, например, палеолингвистики.

А что в итоге? В итоге мы можем рассчитывать исключительно на реконструкционную природу конечного объекта.

Сколько ещё до великого Рима

Профессор Евгений Голубинский высказывал гипотезу о том, что до реформ Ярослава "Мудрого" на Руси была своя собственная Церковь. То есть, что русская Церковь была автокефальной, наряду с кипрской, синайской, иверийской (грузинской), охридской (болгарской) и сербской Церквями.
Предположение о высоком уровне самостоятельности православия на Руси было основано на ряде источников, в которых духовные главы наших городов поминаются как архиепископы. А именно этот чин позволял отличить Церкви, обладающие автокефалией.

Может быть у русской Церкви и не было автокефалии — всё-таки прямых указаний на это нет, но однозначно известно то, что в старые времена церковные правители назначались нам не из Византии.

Увидеть по-новому историю русского народа в свете православия можно записавшись на курс "История христианства на Юге России с I века до современности" прот. Александра (Тимофеева) https://solsevera.ru/timofeev

Даже за пределами Островов был известен мастер философии Френсис Бэкон. Однажды, участвуя в схватке сугубо умственной, он проявил себя более поэтом, чем философом.
Немногие мастера пользовались этой техникой. Такие примеры, конечно, есть, но их мало. Можно вспомнить Лукреция, Ницше, Хайдеггера...

Но каков был сам прием? Френсис Бэкон проводил последовательную критику схоластов и в один миг, когда они этого совсем не ожидали, он незамедлительно отметил их образ мысли фигурой паука.

Паук может создавать из себя паутину. В этом он подобен схоласту, который так же может извлекать из себя своё знание.
Паутина несёт красоту и погибель — так же и от схоластического знания веет холодом. Но этот же холод был способен породить призрачное величие готических соборов.

Больше о столкновении поэзии и науки в курсе лекций кандидата философских наук Валентина Чередникова "Наука поэзии и поэзия в науке": https://solsevera.ru/cherednikov

Книга, предлагаемая вниманию читателя, представляет собой сборник статей, объединивший работы участников проекта «ЛДНР и освобождаемые территории в едином российском культурно-цивилизационном поле», осуществлявшегося командой единомышленников на протяжении 2023 года при поддержке Президентского фонда культурных инициатив (ПФКИ-22-С4-003239).

В процессе составления сборника, стали понятны две вещи: во-первых, написать статьи для него захотели не только лекторы, но и друзья проекта, принимавшие участие в совместных мероприятиях или просто разделявшие наши идеи; во-вторых, по мере поступления материалов, окончательно оформилась концепция этой книги, — она приобрела три измерения: сборник-размышление, сборник-диалог и сборник-манифест.

Как сборник-размышление книга представляет собой своеобразный «срез времени» — здесь собрались очень разные авторы, как по родам деятельности, так и по убеждениям, — и это делает сборник настоящей палитрой мнений, идей и высказываний. Однако все они объединены неравнодушным отношением к будущему России и к той профессиональной сфере, через которую они могут внести вклад в это будущее.

Благодаря этому первую часть сборника — «Статьи» — удалось разделить на четыре взаимодополняющие части: философия, идеология, образование и культура. В каждом из блоков статьи подбирались по принципу диалогичности, то есть почти все статьи в сборнике «парные» и представляют выбранный феномен, проблему или вопрос с разных сторон.

Так, разговор о философии начинается с глубокого исследования понятия цивилизационного пространства и Русского мира, а затем продолжается в размышлениях о войне сквозь политическую и богословскую призму; о традиции и человеке на этом фронтире; об историко-философской перспективе осмысления феномена войны.

Идеологический блок затрагивает три важнейшие темы: современный медиа-дискурс, где понятие врага и взаимоотношений с ним рассматривается уже в соответствующей идеологической плоскости; перспективы расширения российского влияния на внешнем контуре, где ключевым становится понятие справедливости; культурная память русского народа, понимание структуры которой, равно как и примирение ее элементов между собой, необходимо для осмысления идеи Русского мира.

Блок по образованию включил в себя статьи о среднем и о высшем образовании, как современном, так и прошлом, что позволяет целостно взглянуть на пути его преобразования, наметить новые форматы, осмыслить главную цель воспитания — формирование целостной личности.

Наконец, блок со статьями о культуре представляет собой яркое сочетание работ художников, искусствоведов, музейных сотрудников, кинорежиссера и писателя. Здесь статьи посвящены преобразованию нашего культурного и информационного пространства, развитию музейного дела и его взаимодействию с Церковью, сложным тенденциям в культуре и искусстве современной России, проблеме апроприации, мягкой силе в медиа.

Все статьи представляют результат размышлений авторов о том, что можно улучшить, изменить или исправить в тех сферах российской интеллектуальной культуры, где они работают.

И в этом смысле сборник обрел звучание своеобразного манифеста — «от идеи к событию» — ведь на страницах этой книги читатель найдет не только идеи о прекрасном будущем, но и конкретные предложения о том, как эти идеи могут скорее стать событиями.

Во вторую часть книги — «Эссе студентов» — вошли избранные эссе слушателей наших образовательных курсов из Новороссии. Наш проект был ориентирован в первую очередь на студентов, молодых ученых и преподавателей Донбасса, с ними мы общались в ходе образовательных выездов, для них записывали видеолекции. Напомню, что таковых в проекте было записано 80, по восемь в каждом из курсов:

«Горизонты антропологии»,
«Русская метафизика соборности»,
«Философия русского мира: история и современность»,
«Философия настоящего времени»,
«От Древней Руси до интеграции в Империю: история юга России в лицах и биографиях государственных деятелей»,
«Историософия и методология истории»,
«Введение в религиоведение, или путешествие от сакрального к секулярному и обратно»,
«История христианства на юге России с I века до современности»,
«Поэзия науки и наука в поэзии»,
«Развитие европейской науки от разрыва с философией к новому синтезу».

Основным заданием после прослушивания лекций было написание эссе, и некоторые из них мы решили поместить в этот сборник — в качестве определенного результата и «зафиксированного момента времени». Это темы, которые важны для наших студентов из Новороссии. Важно и то, как они сейчас о них размышляют.

И наконец, последнее. Наш проект почти сразу получил второе название — Народный университет им. Дарьи Дугиной — в честь нашего друга и соратника, Даши, которая планировала принять участие в работе проекта в качестве лектора. Этому не суждено было осуществиться из-за ужасного теракта, унесшего ее жизнь, однако наше общее дело живет, и мы будем его развивать, памятуя о Даше, нашей дружбе, Родине и стремлении к высоким идеалам.

Будем надеяться, что выход в свет этой книги — не только и не просто подведение итогов первого года работы нашего проекта, а реальный шаг на пути к новым вдохновенным идеям и делам.

А в этот сборник вошла и моя небольшая статья - вернее, слегка причесанный текст выступления в "Киберфронте Z" в мае прошлого года. Рад, что этот текст в итоге пригодился, спасибо составителям, что взяли в книгу!

Наборы самых изощрённых словесных составов не могут быть рассмотрены даже как фрагменты сущности поэзии. Выход за рамки регулярного представления не даёт им права стать чем-то большим, чем видение, мираж.
Схваченный образ озаряет собой часть времени, часть среды, лишь часть чего-то ещё.
За этим откровением становится явной необходимость научения самого видения бытью вещественным. Стирание метафоры в порошок, превращение аллегории в пепел.
Из пророчества к вещи, от вещи к молчанию.

Больше о поэтической науке в курсе лекций кандидата философских наук Валентина Чередникова "Наука поэзии и поэзия в науке": https://solsevera.ru/cherednikov

Если мы идём к мифу, мы в какой-то час станем искать истину.
Да только вот, как и многие сущности, заточённые в сфере идей, истина окружена множеством теней и отблесков.
Одни нас помрачают, другие —- путают. Истина, пусть явленная как знание, в своём составе имеет незамедлительную конкретику действия.
Истина это пожар, который побуждает: сбежать, засыпать песком/пеной/водой или бросится навстречу.
Истина неминуемо должна быть переведена через границу абстракции

Больше философских методов в курсе "Метафизика соборности" преподавателя РАНХиГС Никиты Сюндюкова: https://solsevera.ru/shundyukov

Задумчивость о сверхчеловеческом всегда ведёт к различным колебаниям мысли вокруг образа вращения или орбиты.
Так и у потомка Рюрика, Одоевского, жители Земли совершают великое исправление космических обращений и ведут её навстречу Солнцу.
В этом видении земные боги восхищены мистикой предстоящей встречи Земли с Солнцем.
Перед ними предстоит образ их будущих призрачных супруг, рождённых из планетарного брака.
Они летят к вечному пламени, пируя в безмолвии. Тишина пирует со своим исчезающим родом.

Хотите больше узнать о будущем? Это можно: запишитесь на курс "Философия русского мира: История и современность" д.ф.н. Игоря Евлампиева: https://solsevera.ru/evlampiev