Наш преподаватель по философии Александр Секацкий предложил выйти из "чрезвычайного положения высшего образования".

Болонская система предлагала студентам свой мир. Ещё в XIV веке маршруты и траектории учеников алхимиков и магистров Оксфорда расчертили пространство Европы новыми границами. Параллельно европейским государствам и империям существовала всеобщая студенческая республика. Происходила постоянная циркуляция выпускников и практикантов между университетами.

В современной ситуации мы можем и должны попробовать применить эту схему параллельного мира к российскому студенчеству.

А что если для понимания себя необходимо выйти за свои пределы?

Способ такой вот трансгрессии описывал ещё Данте, но его система, берущая исток в трансцендентном, подходит для тех, кто идёт вверх.

Для тех же, кто настроен на перемещения в горизонтальной плоскости, предлагает свою антропологию отсылок Метерлинк. Известны две его научные книги, книги по энтомологии. Одна — про термитов, другая — про пчёл.
В термитах он отмечает характерную беспомощность, социальную зависимость и устроение жизни по образу тоталитарной структуры.
У пчел Метерлинк видит отсылки к экономической жизни человечества. Эти существа прилагают все силы к построению домика, улья. Но когда наступает время, называемое "период роения", пчёлы внезапно оставляют свой труд в запустении и смерти, принося кровавый дар — уничтожая трутней (таких же беспомощных и, по сути, бесполезных, как и термиты), которым не было суждено соединиться с маткой.

Моменты неразоблачённой зачарованности можно найти в тех эпохах, где присутствует воля к истине

Но не всегда, при обращении к истории человечества, есть возможность говорить о воле такого рода.
Если её не отыскать, то можно обратиться к воле, направленной на истинную видимость. К спектральному тяготению.

Тяжелая материя зачастую состоит из постоянно деградирующих ракурсов, повторений, фрагментов, которые не относятся лично к человеку. Мир перегружен случайными и неудачными осколками, чужими историями.

Но чудо христианства всегда личное. Оно отказывается от обращения к повторяющимся сущностям ветхой материи и обращается к лёгким вытяжкам "альтернативного вещества".

Подробнее в курсе "Философия настоящего времени" к. ф. н. Александра Секацкого: https://solsevera.ru/sekatsky

Священое безмолвие есть возможность практики себя и основание для поиска другого начала.

Синергийная антропология интересна тем, что в ней создаётся возможность перевода методик религиозного учения в философские термины. Возможность этого подхода обоснована ещё описанной у Хайдеггера позицией "забвения бытия".

Основательное воспоминание об исихастских практиках даёт возможность начать пересмотреть структуру самого здания философии, даёт возможность дискретного мыслительного опыта. Сергей Сергеевич Сержантов предлагает начать мыслить о человеке с позиций исихазма, а не из антропологической парадигмы греков.
Это должно помочь людям, живущим в православной, русской культуре лучше понять что им полезно, а что вредно

Записывайтесь на курс религиоведа и научного сотрудника музея истории религии Павла Тугаринова " "Введение в религиоведение, или путешествие о сакрального к секулярному и обратно" по ссылке: https://solsevera.ru/tugarinov

Французский философ, теолог и культуролог Рене Жирар, размышляя над жертвоприношением, приходит к мысли, что сама идея жертвы вживлена в человеческую историю посредством меметического кризиса.

Что такое этот "меметический кризис"?
Жирар предполагает, что человек не обладает желанием как таковым. Человек испытывает голод, страшный голод к бытию.
Это тёмное неоформленное вожделение приобретает образ только через другого. Человек видит в области наличия у другого вещь некую, которая конденсирует и оформляет его желание, рождает конкретную жажду обладания.
Борьба за эту вещь и становится меметическим кризисом или меметическим конфликтом.
Далее, по Жирару, люди, остановив борьбу (если им это удаётся), приходят к выводу, что виновен создатель вещи, вокруг которой всё закрутилось.
Вот его-то и приносят в жертву. Надеемся, что эта информация кому-нибудь поможет.

Записывайтесь на курс религиоведа и научного сотрудника музея истории религии Павла Тугаринова " "Введение в религиоведение, или путешествие о сакрального к секулярному и обратно" по ссылке: https://solsevera.ru/tugarinov

"Такое впечатление, что был СССР, было запорожское казачество, а больше ничего и не было"

Иван Юдин — Студент Народного университета им. Дарьи Дугиной рассказывает о проблемах краеведения Новороссии и луганских каменных бабах

Как расширяющее дополнение к курсу Никиты Сюндюкова "Русская метафизика соборности", прочитанному в Народном Университете им. Дарьи Дугиной, публикуем размышление Никиты Кирилловича о способах взаимодействия властных потенций церкви и государства.

Обратясь к истории Церкви, мы видим, что Церковь исправляла и меняла некоторые стороны вероучения, обрядов. Видим что из неё выходили ереси.
Получается церковь подвержена изменениям и несовершенна?

Изменчивость Церкви --лишь только видимость. Она остаётся одна, неизменная, а вот человеческий взгляд неспособен увидеть Её, вечную, в мире временном.

Но Хомяков предлагает нам понятия "проявления" и "исполнения", через которые мы можем приблизиться к зрению вечной Церкви.

Развитие темы о конструировании концептов русской философии в курсе преподавателя РАНХиГС Никиты Сюндюкова: https://solsevera.ru/shundyukov

Никита Сюндюков об игре SOMA

Как видеоигра SOMA критикует картезианский дуализм?

То, что душа (сознание, «психо», в данном общем рассуждении это не важно) неотделима от тела, мне представляется само собой разумеющимся. Это — постулат христианского платонизма. Вот как его выражает Лосев в "Диалектике мифа": «Тело – живой лик души… И как бы спиритуалистическая и рационалистическая метафизика ни унижала тела, как бы материализм ни сводил живое тело на тупую материальную массу, оно есть и остается единственной формой актуального проявления духа в окружающих нас условиях». В общем-то об этом же писал другой маргинальный христианский мыслитель Юкио Мисима, обосновывая свою страсть к качалке: ближайший материал, в котором идея может обрести свое воплощение — это человеческое тело/

Понятно, что эта позиция противостоит упомянутому Декарту с его дуализмом души и тела. Тело, по Декарту, ограничивает душу материальным началом, не давая ей вполне расправить свои крылья. Именно из картезианского дуализма вырастает идеология трансгуманизма как преодоления телесности в пользу разума.

И здесь выявляется главный картезианский парадокс, на который указывает Soma. Человечество наконец призналось себе, что с телом далеко не уедешь, тело привязывает нас к тлению и смерти. Выход? Освободить себя от тела, уйти от него, перенеся свое сознание в виртуальное (не-телесное) пространство, которое, впрочем, и не пространство вовсе, поскольку оно не обладает физическими характеристиками. Для того, чтобы помочь себе в осуществлении этой благой миссии, человечество изобретает искусственный интеллект. И — тут спойлер — на определенном витке своего развития ИИ понимает, что оно не может в полной мере исполнить свою миссию, помочь человеку, не обладая пространственной протяженностью. То есть телом.

[…]

И, на мой взгляд, игра показывает, что ИИ, все больше и больше обретая пространственную протяженность, становится в большей мере если не человеком, то чем-то живым, нежели человек, все больше и больше отказывающийся от своего тела.

Солнце перевалило за пределы небосклона, а вместе с ним и мы с вами. Народный университет существует уже почти целый год, в соцсетях чуть меньше, а вот в самой почве и в небесах нашей земли живет он своей огненной жизнью давно.

Мы еще только нащупываем биение этого древнего сердца. Наши преподаватели со вниманием и тщательностью выстроили свои лекционные миры, с топями и высями, где играют вольные птицы знания. Там приготовлены места для студентов, готовых откликнуться и ответить на зов.

Во многом нам приходилось идти на ощупь, потому что в неразличимости современного мира очень сложно увидеть образ человеческий, а тем более, в соответствии с нашей задачей, образ «мирового человека».
Но мы с вами двигались друг к другу из глубин: вы поднимались из темноты шахт, мы — из буреломов и лесных оврагов. И, чем дальше мы будем идти рядом, тем яснее станет путь для каждого из нас.

Спасибо преподавателям, студентам и тем, кто помогал нам строить Народный Университет, тем кто участвовал и помогал в организации выездов.
Выражаем радость и о том, что уже есть студенты, которые помогают нам в нашем делании и есть те, кто только ещё готовит материалы для нашего общего дела.

Напоследок хочется сказать: «Бахнем, обязательно бахнем» и пожелать правильно отпраздновать Новый год, Рождество и Святки.

Колышется ковыль, завывает вьюга, Народный университет выползает из сугробов.

Наш зимний сон был прерван полуночным открытием преподавателя по сравнительному религиоведению Павла Тугаринова:

Бессонные ночи всегда способствуют музыкальным открытиям. С удивлением и радостью обнаружил корейскую семейную (муж, жена+дитя) электронную группу, названную в честь пустыни в Нинься-Хуэйском автономном округе в КНР. Именно там, в песках Алашань-Тэнгер когда-то располагался культурный центр исчезнувшей тангутской цивилизации, там же при невыясненных обстоятельствах погиб Чингисхан, и именно там весной 2007г от Р. Х. я ел великолепный бараний шашлык. Удивительное, чарующее место.

Приятного прослушивания и добрых снов!

Молоту Христову не остановиться...

Русский философ и устроитель космической жизни Николай Фёдоров говорил о том, что дело Спасителя требует нашего участия. Что мы ещё призваны развернуть хитрую задумку Христа об устроении нашего мира.

Устроение это Фёдоров видит основанным на двух сценариях окончания мира:

а) Апокалипсис, когда большинство в аду, а сильные духом спасены
б) Всеобщее спасение

Отметим, что здесь интересно будет подумать над значением и происхождением слова "спасение". Ведь именно устремлённость к этому самому спасению разрешается, по мысли Николая Фёдоровича Фёдорова, в воскрешении своих предков.

Больше софийных методов в курсе "Метафизика соборности" преподавателя РАНХиГС Никиты Сюндюкова: https://solsevera.ru/shundyukov

Иди своей дорогой, сталкер...

Одним из образов, обеспечивающих подход к описанию всеединого, может служить набор артефактов, в котором происходит разомкнутое внутрь взаимодействие. Взаимодействие сил и энергий.

Сам набор артефактов с их эффектами и весом не является единством. Но их поглощающие и отдающие способности дополняют механическое сочетание многообразия до суммы с особенным остатком, который создаёт разрыв между "всем" и "целым".

Всеединство это попытка преодоления дурной бесконечности через обращение к себе.

В этом фрагменте упоминается концепт "третьего человека"

Больше софийных методов в курсе "Метафизика соборности" преподавателя РАНХиГС Никиты Сюндюкова: https://solsevera.ru/shundyukov

Горизонтальный срез всеединого (наглядная иллюстрация философского объекта, описанного в видеофрагменте)

Наш преподаватель по историософии и методологии истории востоковед Ольга Бонч-Осмоловская приняла участие в программе ЕСМедиа и рассказала о планах Народного университета им. Дарьи Дугиной, а также о своей деятельности в рамках Международной премии Дарьи Дугиной, которая будет вручаться в следующем году.

Конёк ты мой голодный, конёк ты мой холодный

Есть на берегу реки Волхов сопка именем Плакун. Есть тут разрушенное, старое погребение. Погребение богатое, словно бы и княжеское. Здесь лежит человек, а с ним похоронены две лошади.

Две лошади это большое богатство. Такое богатство может указывать на княжеское погребение. Но что за князь там лежит?
Многое указывает, что это был князь Олег. Олег Вещий. Старинный русский князь, не из рода Рюриковичей, который был и волхвом, и войном и героем сказаний. Тот князь, слава которого дошла до самых пушкинских времён.

О русской истории и археологии в курсе "От Древней Руси до интеграции в империю: история юга России в лицах и биографиях государственных деятелей" д.и.н. Надежды Платоновой: https://solsevera.ru/platonova

Ольга Сахарова, ученица Народного Университета им. Дарьи Дугиной, рассказывает о поэзии, пластичности времени и истории.

Не так давно философ Никита Сюндюков опубликовал список книг, которые он в скором времени собирается прочесть.

1. Н. Лесков. Рассказы и повести.
О неосвоенных классиках говорить как-то не принято, но я стараюсь быть честным — к своему стыду, нещадно мало читал Лескова. Исправляюсь. Уже сейчас могу сказать, что он не войдет в число моих любимых авторов. Слишком уж специфичная эстетика, хотя язык его и хочется разглядывать, как детали на полотнах Брейгеля. Да и мысль побуждает работать будь здоров.

2. Фрэнсис А. Йетс. Джордано Бруно и герметическая традиция.
Еще одна лакуна в знании — мистика эпохи Возрождения, и, в частности, герметизм. Заполняю. К слову, Studia Religiosa издательства НЛО — чудесная серия, можно смело брать все, что издаётся под её грифом.

3. Н. Н. Павлюченков. Богословие всеединства.
Настоящая находка для исследователей русской философии — оригинальная попытка выстроить её историю как последовательное развёртывание философии всеединства.

4. Дионисий Ареопагит. Корпус сочинений.
Купил прежде всего ради текста «О небесной иерархии» — он послужит мне введением в ангелологию, пожалуй, самую обескураживающую часть православного вероучения.

5. Дмитрий Селезнёв. Беспокоящий огонь.
Никогда не был ценителем военной прозы и едва ли им стану. Но этим летом довелось познакомиться с автором, услышать некоторые его рассказы о поездках в зону СВО из первых уст. Воодушевило.

6. Оскар фон Шульц. Светлый, жизнерадостный Достоевский.
Недавно в который уж раз вклинился в спор о том, что Достоевский-де слишком мрачный. В голове сразу всплыла эта книга, которую читал лишь фрагментами. Так что буду набираться аргументов, чтобы сокрушить этот вредный стереотип. Автор, к слову — однокурсник Бердяева по Киевскому кадетскому корпусу.

7. Р. Мейсон, Д. Кайгер. Краткая история Японии.
В декабре посчастливилось побывать с женой в Токио. Я влюбился, хотя из японской культуры раньше ценил только видеоигры. Решил, что мне срочно надо изучить историю этой страны. Кстати, у японцев очень сильная школа достоевсковедения.

Не путать город с огородом

По Леви-Строссу антропология началась с Жан-Жака Руссо. Последний очертил отношение между цивилизацией и культурой таким образом, что варвар, нецивилизованный человек, становился с большей вероятностью носителем добродетели, нежели житель города или обитатель академии.
За бодрым началом Руссо, двигалось Просвещение. Тогда были уверенны что человек всемогущ, но не сам по себе, а только через действие его рацио.
Рацио, то есть разумность, тянуло человека на борьбу с предрассудками. На этом пути разум довёл человека до линейного эволюционизма, вдохновлённого Чарльзом Дарвиным. Здесь предполагалось наличие прямой связи: от более примитивных формы культуры к более сложным.
В процессе рациональной критики этого подхода прояснился новый взгляд на развитие культуры человека — функциональный. Здесь предполагалось, что все культуры являются неотделимыми частями единого культурного целого.
Куда заведёт разум человека дальше?

Записывайтесь на курс религиоведа и научного сотрудника музея истории религии Павла Тугаринова " "Введение в религиоведение, или путешествие о сакрального к секулярному и обратно" по ссылке: https://solsevera.ru/tugarinov

Валентин Чередников, наш преподаватель по философии подготовил свой рассказ о недавно прочитанных книгах. Полностью прочесть текст можно у нас Вконтакте:

Перерыв был большой, и я хочу воспользоваться началом года, чтобы поделиться с вами некоторыми главными литературными моими впечатлениями минувших 12 месяцев. Это своего рода подведение итогов - но не полное: о некоторых из прочитанных недавно книг, наряду с музыкой и фильмами, я еще хочу рассказать вам отдельно. Сейчас же список такой:

Стриндберг - "Инферно". Август Стриндберг - один из главных личностных мифов модернизма. Анархист и оккультист, ученый-полимат и безумец, один из немногих декадентов, о ком с симпатией отзывались Лев Толстой и Антон Чехов, а затем - вдохновитель экспрессионизма, фильмов Бергмана, прозы Гамсуна и Генри Миллера, музыки Ника Кейва и Джона Пол Джонса из Led Zeppelin...Сумрачный скандинавский гений. Да, Александр Блок тоже был поклонником его творчества. Роман-автобиография "Инферно" посвящен самому беспросветному периоду жизни Стриндберга, когда он, переживая разрыв с женой и нищету, погрузился в бесплодные алхимические и научные опыты. Впрочем, настолько ли бесплодные? В последующее десятилетие он опубликует свои шедевры в драматургии: "На пути в Дамаск", "Игру снов", "Сонату призраков". В такой перспективе описанный им личный ад - это заря надежды. И падение на дно оказалось фундаментом для взлёта, пусть и в очень мрачные, но вечные небеса.

Франко Нембрини - "Данте, который видел Бога". Самое жизненное введение в поэму Данте. Мы привыкли восторгаться адом. Но попробуем увидеть наш жизненный путь, как трудное восхождение в гору Чистилища: грехи ровно те же, что в инферно, но разница в наличии надежды и цели. А затем мы увидим, что сам Рай очень похож на этот наш мир.