Харрисон: «SMX платит очень хорошо — это мне нравится (смеётся). Но трасса в Шарлотте в этом году была слишком экстремальной. Безумные прыжки, слишком мягкая земля… Это было странно. Организаторы стараются, но мне такие треки не заходят. Сделали бы что-то в стиле Daytona — было бы круче. Или как трасса MXGP Charlotte 2016 — она была потрясающей. Сейчас слишком много “шоу”: огромные прыжки, сложные секции… Для меня SMX-трассы в этом сезоне были не лучшими».

Харрисон:

«Разница огромная. В Европе фанаты — это что-то невероятное. Германия, Франция — там просто безумие. Даже в Швеции — сумасшедшая атмосфера, флаги, файеры… Почти как RedBud. RedBud — лучший фанатский вайб, это отдельный уровень. Но Европа выигрывает по стабильности атмосферы от этапа к этапу.

Треки тоже крайне разные. В GP подвеску делают супер-мягкой. Люди думают, что Европа — это сплошной песок, но на самом деле песчаных этапов всего около пяти.

В США треки стабильнее: глубоко взрыхлённые, очень рельефные, все примерно похожи по характеру — немного песка, много скорости. И почти все очень "жёсткие и злые”. Мне кажется, американские треки интереснее и веселее для пилота, чем GP.»

«В Европе старты — это беда. Первые позиции выбора почти всегда дают огромное преимущество. Я ненавижу их стартовую систему. Да, награждаете быстрейшего, окей… Но в США можно хорошо стартовать с любого места. Стартовая серия более сбалансированная.»

«В итоге культуры совершенно разные. И сравнивать сложно. Лучшие гонщики есть и там, и там. Но сейчас, думаю, преимущество за США. Хотя Февр невероятен, Гайсер — один из моих любимчиков, а Херлингс просто нереально талантлив.»

Харрисон:

«Я как раз подхожу к этому пределу (смеётся). Сейчас у меня уже 40 после двух этапов в Австралии. Если бы всё было ближе — было бы проще. Слишком много перелётов через часовые пояса — это тяжело. Но межсезонные ивенты мне реально дают мотивацию. В отличие от “кэша” — если день не твой — ты уезжаешь без денег, а местные на своих домашних треках очень быстрые. Мне такое не очень нравится. Я люблю ивенты вроде Парижа — шоу, атмосфера… Это приносит удовольствие.»

Харрисон:

«Да, безопаснее. В США треки часто очень мягкие. Огромные колеи, разбитые секции, поломанные вупсы. Днём всё переувлажнено, к вечеру они всё ровняют, но к финалу 450 всё снова становится “убито”. И при этом ты обязан ехать все ритмы. В Париже всё спокойнее.

Вупсы были большие, но с хорошим сцеплением. Рельеф стал чуть чашевидным, но ничего опасного. В субботу трек сильно готовили, в воскресенье дали ему разбиться — мне так даже больше понравилось.»

«Перед вупсами было три линии. Я видел, как Седрик шёл по внешней, я брал внутреннюю— выбор был. В песке кто-то ехал по колее, кто-то прыгал double–triple, Стюарт даже делал double–triple–quad. Это круто! Такое возможно только если не “переподготовить” трек.»

Харрисон:

«Я остаюсь в PRMX Partzilla Kawasaki. А межсезонье… посмотрим. Пока ничего. Я просто жду звонков — так всегда и бывает. Команда в США это понимает и спокойно отпускает меня на любые offseason-гонки. Посмотрим, что предложат.»